часть 1
Чем старше становилась Надя, тем сильнее крепла уверенность мамы Вали, что скоро они породнятся с семьёй Заболоцких. Миша, который был всего на два года старше, с детства заботился о Наде. Они могли подолгу играть вдвоём и никогда не ссорились.
Миша не вспыльчивый, а Надюшка — уступчивая. Задумав для своей принцессы счастливую, спокойную судьбу, Валя отдала Надю в музыкальную школу. Когда-то в бедном и беспокойном детстве Валя увидела на концерте в Доме культуры девочку в красивейшем синем платье, игравшую на пианино. И это надолго стало для Вали символом сказочного благополучия.
У её Надюшки должно быть всё это и даже лучше.
Дети, чьи родители давно общаются и даже дружат, часто перестают общаться между собой, когда становятся подростками и сами выбирают себе компанию. Но Надя и Миша не разошлись. Больше того, всё складывалось как по нотам. Они стали встречаться как пара. Лишь одно обстоятельство тревожило и огорчало маму Валю. Но она держала это при себе — ведь маму Лилю оно нисколечко не волновало.
Надя действительно сильно любила Мишу, а он как будто лишь позволял себя любить, сам продолжая относиться к Наде как к младшей сестрёнке.
— Ничего, это не страшно, — уговаривала себя Валентина.
Сколько она видела семей, у которых всё начиналось с кипящих мужских страстей, и почти всегда этот кипящий котёл быстро остывал, а то и другой предмет сильной страсти быстренько находился.
Если Миша сам по себе такой спокойный, это и к лучшему. Пусть любит Надю спокойно, по-родственному. Лишь бы заботился о её благополучии, как привык заботиться его отец. К этому всё и шло.
Валя даже стала суеверно побаиваться преждевременной радости. Слишком уж гладко всё складывается. Как бы ни случилась осечка возле самой цели. То ли предвидела, то ли накаркала — так и произошло. Миша Заболоцкий завёл себе какую-то девицу без комплексов и заигрался, вообразив, что это любовь его жизни.
— Валюш, я ни разу не видела, чтобы рядом с твоей дочкой он так сиял, — с жёсткой откровенностью заявила приятельница Люда, работавшая поваром в модном кафе-баре, куда Миша повадился ходить вечерами со своей подружкой.
— Какая она, Люд? — металлическим голосом спросила Валентина.
— Красивая, — так же жёстко продолжала Люда. — Не какая-то там идеально красивая или вся из себя как модель, нет, а просто вертушка, обаяшка такая яркая, даже волосы в три цвета покрашены. Интересно очень. Парни ей такие притягивают. На неё многие смотрят — наша барменша со смены тебе подтвердит. Мы же, когда в зал посматриваем, чтоб от работы отвлечься, всё замечаем.
— Людмила, ты не нагнетаешь? — Валя во что бы то ни стало хотела скрыть своё волнение и тревогу перед завистливой подружкой и старалась казаться невозмутимой.
У таких клубных девочек отбоя нет от желающих провести с ними время. Но всерьёз связывать с ними свои планы на жизнь парни обычно не торопятся. Женятся приличные люди всё-таки на таких, как моя Надя.
— Не нагнетаю я, — сразу обрубила глупое предположение Люда. — С людьми работаю не первый десяток лет. И женятся твои приличные люди на очень разных, я тебя умоляю. А девочка у Миши как раз из тех, ради которых меняют решения. Вполне потянет. Я не чтоб тебя обидеть, а чтоб ты задумалась и Наде своей сказала — может, ещё получится спасти ситуацию.
Валентина неприязненно сверкнула на приятельницу глазами, но смолчала. Ишь уверена уже, что наше везение закончилось. Ждёт, когда можно растрепать всем знакомым, что Надю бросил жених.
Валя твёрдо и окончательно решила: задуманной свадьбе быть. Она не сильно расстроилась, что Надя отказалась идти с ней к Заболоцким. Они с Лилией очень удачно побеседовали вдвоём.
Валя из бойкой непобедимой женщины превратилась в скорбящую мать и беззвучно плакала в Лилиной гостиной, а между всхлипами рассказывала, как отчаянно несчастна Надя.
Мама Лилия не всплакнула даже из солидарности. В критических ситуациях она как будто замораживалась изнутри. Она ограничилась обещанием, что обязательно уладит это недоразумение. И её голос звучал так убедительно, что Валя поняла: так оно и будет.
И Надя всё-таки вышла замуж за Мишу. Когда она смотрела на свадебные фотографии, всегда удивлялась, почему все их так расхваливали.
Неужели никому не видно, какая невеста грустная и растерянная? Незаметно, что жених мыслями далеко отсюда? Это же сразу бросается в глаза. Или мама права, и Надя слишком мнительная?
Она сама не могла понять в день своей свадьбы, почему нет той яркой радости, с которой она ждала этого дня. Миша вёл себя безупречно, был нежным и внимательным. А ей казалось, он просто отлично играет свою роль, а сам думает о чём-то своём. И так теперь будет всегда.
Как показало время, Надин брак всё-таки сложился лучше, чем предвещал день свадьбы. Это само по себе вселяло уверенность — слишком часто бывает наоборот. Миша оказался тем самым заботливым мужем, какого хотела для Нади мама. Всё у них в жизни складывалось именно так, как принято в благополучных семьях.
Через год после свадьбы родился сын Егор, названный в честь дедушки и унаследовавший его любовь к спорту.
Он и сейчас на соревнованиях. Надя отбыла в командировку, и Егор уехал на следующий день. Миша остался один дома. Всё устроилось как будто специально ему в помощь и на радость.
Наверное, сейчас сидит в любимом кресле, смотрит рассеянно в ноутбук и представляет, как встретит на вокзале подругу, которую за восемнадцать лет не смог или не захотел забыть.
Ночью Наде так и не удалось заснуть. Состав скрипел и трещал, как будто собирался развалиться, и Надя чувствовала себя опустошённой и разбитой. Снежа спала на своей нижней полке крепко и безмятежно, разметав длинные волосы по подушке и одеялу.
«Медуза Горгона», — без злости подумала Надя, глядя на очертания головы попутчицы в свете пробегающих за окном станционных фонарей.
«Хорошо, что мамы сейчас здесь нет. Она точно принялась бы за разработку точного и безотказного плана по разоблачению, которое никому не нужно».
Во всяком случае, Наде не нужно. Но чтобы не перебирать бесконечно в голове варианты, как на самом деле прошла встреча Миши и Снежи, надо всё-таки решиться — эту встречу увидеть. В этом Надя не сможет себе отказать. Без этого непонятно, каких поворотов ожидать от жизни дальше.
Поезд прибывал на конечную станцию к восьми часам утра. За пару часов до прибытия Надя успела почистить зубы, умыться и освежиться, насколько это возможно в дороге, и проверить, не забыла ли чего уложить в дорожную сумку.
Проснувшиеся люди сновали туда-сюда мимо их купе, переговаривались, ворчали, смеялись, иногда даже громко. Казалось, спать уже невозможно. Но Снежа тихо спала до самого последнего момента, когда добросовестная проводница пошла будить пассажиров по вагону.
— Девушка, миленькая, подъезжаем, — объявила проводница над спящей Снежей.
Та спустя мгновение открыла глаза и, сжавшись по-кошачьи, сонно произнесла:
— Ага, спасибо большущее.
— Доброе утро, Надя.
Снежа посидела в постели сонным столбиком пару минут, тряхнула лохматой соломенной головой и вытащила из-под подушки круглую косметичку.
— Сейчас сбегу освежиться и приду краситься.
Неспешно потянулась, как дама в личном будуаре, и вдруг быстро вскочила и убежала.
Наде совсем не хотелось разговаривать. Чем ближе подъезжали к дому, тем сильнее она ощущала беспомощную растерянность.
Больше всего Наде боялась, что чем-нибудь случайно выдаст себя, что Снежа догадается, будто зря откровенничала с ней.
А Снежа ещё спохватилась вдруг:
— Ой, а вас кто-нибудь встречает? А то, если нет, подбросим до дома, это ж недолго.
«Нет-нет-нет», — почти испуганно замотала головой Надя.
— Я сына дождусь. Обещал встретить, но прямо к поезду не успеет. Сможет чуть позже, минут через десять. Так что пропущу всех спешащих и спокойно покину вагон последней.
Надя попыталась вдруг представить выражение лица Миши, если он увидит свою жену со Снежей вдвоём, идущими ему навстречу и мило-беседующими. Может, она и хотела бы на это посмотреть, но тогда ей не доведётся увидеть, как эти двое встретятся без неё.
Надя бросила быстрый взгляд на своё отражение в зеркале на двери купе. Должно быть, сильно заметно, что с ней что-то творится. Но Снежа, похоже, была занята только своими мыслями, и до странного вида попутчицы ей не было дела.
Надя ожидала, что она будет тщательно прихорашиваться, если встреча для неё важна.
Но Снежа лишь подкрасила глаза и губы и глядела на себя в зеркало с задумчивым, но вполне довольным видом. По ней совершенно не было заметно, что она хоть немножко волнуется.
Надя ощутила укол печальной зависти. Ей самой перед важными встречами всегда казалось, что она выглядит хуже, чем обычно, — уставшая и недостаточно ухоженная. Снежу, как видно, вообще не беспокоили подобные мысли.
— Точно не надо подкинуть до дома? — ещё раз спросила Снежа, когда за окном купе всё медленнее стал двигаться вокзальный перрон, и в тамбуре уже выстроилась очередь из особо торопливых пассажиров с багажом.
— Тогда спасибо за хорошую дорогу, за приятный разговор. Может, ещё и увидимся, я была бы рада.
— Ой, весь вечер изводила вас болтовнёй, Надя, но забыла сказать. Салон красоты, где буду работать, называется «Аквамарин». Приходите, вдруг захочется сменить парикмахера. Пока-пока, удачи!
Снежа подхватила свой манёвренный чемоданчик на колёсиках, выскользнула из купе и заняла очередь на выход.
Надя осталась сидеть, вцепившись в ручки дорожной сумки, готовая выскочить в любой момент.
Со времени прощания до времени, когда Снежа ступила на перрон и направилась к выходу в город, прошло как будто несколько часов — больше, чем заняла вся дорога.
Надя выбежала из купе и, стараясь не смотреть на оставшихся попутчиков, быстро протискиваясь между ними, поспешила к выходу.
— Простите, извините, очень спешу, простите!
В голову вдруг пришла удивлённая мысль: ей ведь никогда никого не приходилось расталкивать или хотя бы просить уступить дорогу. Кто-то пытался ворчать, что тоже спешит, но ей было безразлично.
Как хорошо, что у Снежи яркая малиновая ветровка, заметная издалека и помогающая не потерять её фигурку из вида. Скоро Надя почти догнала её и шла на расстоянии нескольких безопасных метров.
Становилось всё яснее, что направляются они на привокзальную остановку — точно туда же Миша должен был ждать свою жену Надю из командировки спустя два дня. И сейчас бы ему пришлось встречать именно жену, если бы она сообщила, что возвращается сегодня.
Вот и не верь после этого в судьбу и мистику.
Надя ведь ничего не знала ни о какой Снеже, а просто решила не говорить, что приедет раньше, — сделать мужу сюрприз.
Вечером вернётся Миша с работы, а его ждёт на столе бутылочка шампанского и любимое баранье жаркое.
Теперь, когда Надя смотрела в непринуждённую малиновую спину Снежи, её сюрприз казался и скучным, и плоским.
Даже не хочется представлять, каким он показался бы Мише, мечтающему о встрече с женщиной, от которой он отказался восемнадцать лет назад.
продолжение