– Славка, ты в курсе, что твоя бывшая в прошлом месяце купила двухкомнатную квартиру? – спросил у Вячеслава приятель.
– Не верь, все это слухи, – ответил Слава. – Когда мы развелись, у нее не было денег, даже чтобы комнату в коммуналке снять. Два месяца вместе с дочкой у подруги жила. А ты говоришь – квартира! Быть не может.
– Можешь, конечно, не верить, но Карина Сомова рассказывала моей Светке, что была у Ирки на новоселье. Две комнаты в новом доме на четвертом этаже. Кухня – четырнадцать метров, лоджия, вид из окна – закачаешься.
– Откуда у Ирки деньги на такие хоромы? – спросил Слава.
– Я тебе на это и намекаю. Вы при разводе имущество делили? Что ей досталось?
– Да ничего. Квартира у нас была съемная. Машину я еще до свадьбы купил. Так что она с меня только алименты поимела. Дочке шесть лет, так что мне еще ого-го, сколько платить! Но я что-нибудь придумаю, – сообщил Слава.
– Ну-ну, думай! А Ирка, судя по всему, придумала, как тебя объегорить, еще до того, как на развод подала. У вас же общий бюджет был?
– Да.
– Вот она, скорее всего, денежки и откладывала. Те, которые ты зарабатывал и в дом приносил. Да не в банк откладывала, а в банку – трехлитровую. Умная: были бы деньги на счету, их бы пополам поделили. А так – раз ты про эти денежки не знал, значит, их как бы и не было. А после развода она на них квартиру купила, – усмехнулся приятель.
– Ты чего, Влад, не было у нас таких денег! – сказал Слава, но в его голосе уже слышалось сомнение.
– Это у тебя не было, а у нее были. Хочешь сказать, что она за семь лет ничего не накопила?
– Ну, уж на квартиру точно бы не накопила.
– Тем не менее у нее через полгода после развода – двушка, а у тебя – дырка от бублика, – усмехнулся Влад.
Придя домой – а Слава после развода жил у родителей – он сообщил эту новость матери:
– Представляешь, Ирка квартиру купила, двухкомнатную, в новом доме.
– На какие шиши? – спросила мать.
– Не знаю. Со съемной квартиры она уходила с одним чемоданом и с сумкой, в которой были Настины игрушки, – ответил сын.
– Может, ей родители дали?
– Откуда у них? У Ирки только отец работает, а мать все лето на огороде торчит, а потом урожай на рынке продает.
– Тогда не знаю, – сказала мать.
– А мне Влад идею подбросил: Ирка все те годы, пока мы вместе жили, крысила деньги. И, знаешь, вполне возможно: зарабатывал я нормально, а она все время ныла, что денег нет. То на памперсы просила, то на ботинки Насте. А уж чтобы мясо нормальное купить и мужу приготовить – это только по праздникам. Душила меня макаронами да сосисками. Так что, может, Влад прав: на мои денежки Ирка квартиру купила!
– Так она же почти три года в декрете сидела, а твоя зарплата – не миллионы. Хорошо еще, что на сосиски хватало, – сказала мать.
А через несколько дней она сообщила сыну:
– Послушай, Славка! Мне тут соседка сказала, что, если три года после развода не прошло, то ты сможешь потребовать разделить квартиру, которую Ирка купила, как совместно нажитое имущество. И даже если она докажет, что сама заработала эти деньги в то время, когда вы были женаты, тебе все равно половина полагается.
– Правда?!
– Правда! Вера Григорьевна сказала, что даже закон такой есть! – сказала мать.
– Надо точно все разузнать. И если закон… Тогда Ирка у меня попляшет! Откушу у нее полквартиры. А то, видишь, какая барыня: лоджия у нее, кухня в четырнадцать метров!
Первым делом Вячеслав собирался поговорить с бывшей женой: а вдруг она решит добровольно с ним поделиться? Узнал через того же Влада адрес новой квартиры Ирины и в выходной отправился туда.
Увидев на пороге Славу, бывшая жена очень удивилась:
– С чего бы это? – спросила она. – Полгода о тебе ни слуху ни духу, а тут вдруг, здрасьте, нарисовался – не сотрешь. Что тебе надобно, Слава? Никак решил дочку навестить?
– Я пришел поговорить с тобой насчет квартиры. Три года еще не прошло, так что я имею право требовать ее раздела, потому что что она куплена на деньги, которые ты сэкономила, когда мы были еще женаты, – заявил Слава.
– Даже не надейся, – ответила Ирина. – Ни к этой квартире, ни к моим деньгам ты не имеешь никакого отношения. Хоть три года, хоть пять – без разницы.
– Ну-ну, не хорохорься! Я ведь могу у тебя не только половину, но и всю квартиру забрать! Из семи лет, что мы были женаты, ты три года в декрете сидела – не работала, так что моих денег там больше! Ты думаешь, что я ничего в законах не понимаю? Подожди, еще сама прибежишь ко мне, будешь просить, чтобы я тебе хотя бы половину квартиры оставил! – заявил Слава.
– Даже не мечтай, у тебя ничего не получится, –- пыталась объяснить ему Ирина.
– Не получится? Посмотрим! Я ведь докажу, что ты на наши общие деньги ее купила! И тогда ты будешь должна…
– Славочка, я тебе ничего не должна. Это ты теперь должен еще двенадцать лет платить алименты, – ответила Ирина.
– Смотри! Я ведь к адвокату пойду! – пригрозил бывший муж.
– Хоть к прокурору, – ответила Ирина, закрывая дверь у него перед носом.
Через два дня с ней связался адвокат, которого нанял Вячеслав.
– Ирина Константиновна, вы должны предоставить информацию о происхождении денег, на которые куплена спорная квартира, – сказал он.
– Кому? Вам? А кто вы такой? – спросила она.
– Я адвокат вашего бывшего мужа. Он нанял меня, чтобы я представлял его интересы.
– Но я вас не нанимала и никаких договоров с вами не подписывала. Почему я должна предоставлять вам какую-то информацию? – поинтересовалась Ирина.
– Мы подадим заявление в суд, и вам все равно придется это сделать – суд потребует, – сказал адвокат.
– Вот когда суд потребует, тогда и предоставлю. А пока прошу меня не беспокоить, – ответила она.
Однако еще целую неделю Вячеслав, его адвокат, бывшая свекровь не отставали от нее, требуя, как сказал Слава, «финансового отчета».
Ирина заблокировала их телефоны.
Тогда бывший муж подал заявление в суд и потребовал раздела квартиры, которую Ирина приобрела почти сразу после развода.
Суд состоялся. Вячеслав пришел в зал заседаний вместе с адвокатом и «группой поддержки»: с ним была мать, Влад и еще пара любопытных приятелей, которым было интересно посмотреть, как Слава «оттяпает у бывшей полквартиры».
Ирину сопровождал только отец.
Адвокат Славы говорил минут десять. В своей речи он ссылался на сто девяносто шестую статью Гражданского Кодекса, требовал признать квартиру совместно нажитым имуществом и разделить ее между бывшими супругами пополам.
Ирина, которой предоставили слово после этого, сообщила, что ее бывший муж не имеет никакого отношения к средствам, на которые приобретена квартира, и через секретаря передала судье документы, подтверждающие это.
Все оказалось просто: квартиру она получила в дар от своих родителей, которые приобрели ее для дочери на средства от продажи наследственного имущества – дома и земельного участка, принадлежавшего бабушке Ирины.
Славе в иске отказали. Квартира была признана единоличной собственностью Ирины.
– А чего ты сразу не сказала, что тебе квартиру родители подарили? – возмутился Слава, когда все они вышли на крыльцо. – Я столько денег потратил на адвоката, да еще и судебные издержки придется платить!
– Слава, я тебе говорила, что ты к этой квартире отношения не имеешь, ты просто не хотел меня слушать. Зато теперь у меня есть постановление суда, в котором сказано, что это моя квартира, и никто больше в этом не усомнится. Ты оплатил этот документ, спасибо тебе за это, – ответила Ирина.
– Ира, а действительно, почему ты сразу не сказала ему о дарственной? – поинтересовалась ее подруга, когда они остались одни. – Зачем тебе было нужно это представление с судом?
– Ты бы видела, с каким видом он ко мне заявился! Да еще его наглый адвокат! Они мне почти три недели нервы трепали. Вот мне и захотелось всю эту компанию по носу щелкнуть, – объяснила Ирина. – Зато теперь больше лезть не будут.
А Слава чувствовал себя униженным: еще недавно и приятели, и родители подначивали его, говорили, что он должен поставить на место бывшую жену, а теперь они же посмеивались над ним. А мать еще и добавила:
– Поспешил ты, сынок, с Иркой развестись. Подождал бы еще полгода, жил бы сейчас в двухкомнатной квартире, а не ютился у нас на продавленном диване.
Автор – Татьяна В.