Жизнь в ритме танго

Катя закончила чистить картошку и, отложив нож, сказала матери: — Мама, я в выходные съезжаю от вас. — Съезжаешь? Куда? – не поняла мама. — Буду жить отдельно, — объяснила дочь. — Зачем? — Мама, мне тридцать лет, я хочу наконец жить самостоятельно. — Вот именно, тебе уже тридцать. Раньше надо было съезжать. А теперь зачем? Замуж ты уже не выйдешь, зачем тебе отдельная квартира? В это время на кухню зашел отец. — Коля, слышал новость? Катерина решила жить отдельно. В выходные переезжает, — с усмешкой сказала мама...

Виктория и Валерия всегда были дружны. Про таких говорят - не разлей вода. Разница в пять лет не стала преградой — наоборот, старшая сестра всегда опекала младшую, а младшая обожала старшую с той безусловной преданностью, на которую способны только дети. Вика — блондинка с правильными чертами лица, рассудительная не по годам, всегда знавшая, чего хочет. Лера — темноволосая, живая, с веснушками на носу и вечно растрепанными косичками. Они играли в куклы, пока Вике не исполнилось двенадцать, делились конфетами, секретами, а позже — помадой и заколками...

Да, не так Вероника представляла себе замужнюю жизнь. Кто бы мог подумать, что Миша — такой весёлый, заводной парень, с которым она познакомилась на дне рождения подруги, — всего через пять лет превратится в тюленя, практически вся жизнь которого проходит на диване. Уже к концу первого года их жизнь стала похожа на дом, в котором кто-то выключил свет. Сначала погасла лампочка в прихожей — исчезли спонтанные прогулки по вечернему городу. Потом перегорела люстра в гостиной — куда-то делись субботние походы в кино и кафе...

Рита не искала причину для развода – она нашлась сама. В лице двадцатипятилетней коллеги мужа – Валерии. Ей, судя по всему, надоело быть второй рядом с Алексеем – мужем Маргариты, и она решила заявить о своих правах на него. Сделала она это самым обычным способом – прислала Рите десяток фотографий, на которых была изображена сама Валерия и Алексей в таких ракурсах и ситуациях, которые не надо было комментировать – все было ясно и так. Фотографии упали на кухонный стол веером, словно игральные карты...

Лариса поднялась по лестнице на шестой этаж – лифт в доме Сергея снова не работал. Сегодня это было некстати: два тяжелых пакета оттягивали руки – по дороге с работы она зашла в супермаркет и купила все, что нужно, чтобы приготовить для них с Сергеем романтический ужин. Она даже запись пациентов отрегулировала, чтобы пораньше освободиться, и договорилась с мамой, что та заберет из школы Катю и оставит ее у себя на все выходные. Лариса рассчитывала, что Сергей еще на работе, но, когда вошла в прихожую, услышала из кухни громкие голоса...

Полина наследства не ждала. И уж тем более от своей тети – Зои Ивановны. Хотя, если подумать, то у той вообще не осталось близких родственников, кроме Полины и младшей сестры – Нины Ивановны – мамы Полины. Были какие-то двоюродные племянники ее бывшего мужа, но они давно не поддерживали с ней никакой связи. Полина об этом не думала. У нее была своя квартира с наполовину выплаченной ипотекой. А к Зое Ивановне она приходила потому, что, кроме них с мамой, пожилую женщину никто не навещал. А еще потому, что обещала присматривать за ней Насте – дочери Зои Ивановны...

В конце марта квартира Антонины Васильевны традиционно наполнилась голосами. День рождения хозяйки собирал всех — и детей, и внуков, и даже дальнюю родню. На этот раз явились все, кроме Алисы — племянницы. — Мама, с днём рождения! — Андрей поцеловал мать в щёку и вручил ей букет цветов. — Спасибо, сынок, проходите, раздевайтесь. Вера уже там, на кухне помогает. Людмила — жена Андрея — сняла куртку и незаметно окинула взглядом стол: оливье, селёдка под шубой, холодец, жареная курица, грибы — всё как в прошлом году...

Антон и Василиса поженились всего полгода назад. Для обоих это был первый брак, хотя Василисе было уже тридцать, а Антону — тридцать два. Два состоявшихся человека, которые прекрасно понимают, чего они хотят от жизни. Кажется, какие у них могут быть проблемы? Василиса почти девять лет работала в солидной фирме, куда устроилась сразу после университета. У нее был большой опыт, приличная зарплата. На эти деньги она купила в ипотеку двухкомнатную квартиру — не в центре, но и не на окраине. Первоначальный взнос дали родители, а дальше она платила сама...

Когда Георгий вернулся с работы, Аделина готовила ужин, а их сын – четырехлетний Степан – возился на полу с кубиками – строил башню. — Есть новости, — сказал Георгий, — хорошие. — Рассказывай, — потребовала жена. Они сели за стол. — Начальник намекнул — премия перед Новым годом будет не рядовая, а «полноценная тринадцатая зарплата, плюс проценты за перевыполнение». — Сколько? — спросила она. — Около трехсот пятидесяти тысяч. — Ничего себе! – воскликнула Аделина. — На что потратим? — Давай поужинаем, а потом обсудим, — предложил Георгий...

Маргарита поставила чайник на плиту и осталась стоять у окна. На столе, поверх вчерашней газеты, лежала карточка. Светло-зеленый прямоугольник с затертыми углами, который она сжимала в руках всю дорогу из поликлиники домой, словно боясь выронить. Теперь она смотрела на карточку, и слова, написанные похожим на кардиограмму почерком, складывались в одну короткую, тяжелую фразу. Семен сидел за столом. Крупный, широкоплечий мужчина, который всегда казался больше, чем был на самом деле, потому что умел заполнять собой пространство...

Был обычный пятничный вечер. Дети уже спали, Даша смотрела по телевизору какой-то сериал, Олег сидел перед ноутбуком. Когда в прихожей зазвонил стационарный телефон — пережиток, который Даша давно предлагала убрать, — он не сразу взял трубку. — Возьми уже, кому не терпится в десятом часу? — сказала Даша мужу, не отрываясь от экрана. — Может, срочное что-то. Олег поднялся, прошел в прихожую, снял трубку. — Алло? — Олег, привет. Это Наташа. Сестра. Он не узнал ее голос сразу — они общались редко, в основном обменивались сообщениями в праздники...