Жизнь в ритме танго

Ксюша всегда считала свою жизнь нормальной и не понимала, почему в школе их семья состояла на учете как неблагополучная. Конечно, и отец, и мама были любителями «заглядывать в стакан», но они оба работали. И, хотя зарабатывали немного, семья не голодала, мать каждый день готовила – пусть не разносолы, но сытную еду – жареную картошку, макароны с тушенкой. К чаю покупали пряники и карамельки. Отец пил все больше. Мама «поддерживала» его, объясняя это тем, что наливает себе, чтобы мужу «меньше досталось»...

Свадьба вышла скромной — человек тридцать, не больше. Кафе на окраине города, белые скатерти, осенние цветы на столах, и никакого тамады с конкурсами, от которых хочется провалиться сквозь землю. Родители с обеих сторон сидели за отдельным столиком, стараясь не слишком явно приглядывать за молодыми. Арина и Владислав сами оплатили всё — от платья до букета невесты, — потому что решили, что вместо банкета на две деревни лучше потратить деньги на путешествие. Подарки родственников приятно дополнили...

Ирина сидела на веранде санатория «Сосновый бор» и пила чай с лимоном. На горизонте солнце красиво тонуло в закатном мареве, воздух пах хвоей и чем-то сладким, а жизнь казалась почти идеальной. Почти —...

Катя и Света лепили куличики в одной песочнице, когда им было по три года. Тогда мир делился на две половины: их половина — где были совочки, формочки и ведерки, и чужая — где были мальчишки с машинками. Потом они пошли в детский сад, и воспитательница, тетя Нина, всегда ставила их рядом: на завтрак, на обед, на прогулку. «Неразлучницы», — говорила она и качала головой, но улыбалась. В школе они сидели за одной партой. Катя решала задачи по математике быстрее, Света лучше понимала русский. Они обменивались тетрадями, чтобы помочь друг другу...

Анна выключила двигатель и несколько секунд сидела неподвижно, глядя на знакомый подъезд. Пятница, семь часов вечера. Ритуал, который длился уже два года, с того самого дня, когда отец вышел на пенсию и мать объявила, что им стало тяжело таскать сумки из магазина. Младшая сестра Анны – Ольга – как-то в прошлом году сказала: – Конечно, для тебя это ничего не стоит – вы втроем работаете: и ты, и Николай, и Даша. А я одна на свою зарплату Карину тащу. – Так Карина уже не маленькая – на четвертом курсе учится...

Варя приехала в город сразу после школы. Она мечтала поступить в университет. Почти отличный аттестат, хорошие результаты экзаменов. Но для того, чтобы пройти на бюджет, не хватило нескольких баллов. Оно и понятно: даже очень старательной ученице поселковой школы было сложно тягаться с выпускниками городских гимназий и лицеев, которых готовили к экзаменам многочисленные репетиторы. Возвращаться домой не хотелось. Да и незачем было: в деревне, где она жила с родителями и двумя младшими братьями, работы не было...

Солнце уже клонилось к закату, когда Ирина закончила поливать грядки. Она выпрямилась, разгибая ноющую спину, и посмотрела на дом. Из открытого окна доносился слабый кашель матери. — Мам, я сейчас чай принесу! — крикнула Ирина, вытирая руки о фартук. Третий год она возила мать на дачу. После инсульта та почти не вставала, требовала постоянного ухода, и городская квартира с её вечной духотой была не лучшим местом для восстановления. — Теть Ира, а можно мы ещё погуляем? — в дверях кухни появилась Алиса, старшая племянница...

Нина Николаевна проснулась в субботу рано, как всегда. Семь часов утра, за окном серое небо, на подоконнике мурлычет рыжий кот Кузя. Она привычно прошла на кухню, включила чайник, заварила кофе. Вчерашний звонок Михаила все еще звучал в ушах. «Мама, мы с Оксаной хотели бы приехать к тебе в субботу. Поговорить надо». Голос сына был неестественно бодрым, как всегда, когда он собирался просить о чем-то важном. Нина Николаевна за тридцать пять лет работы товароведом научилась понимать людей, а уж родного сына — тем более...

Светлана готовила обед, когда ей позвонила ее старая подруга – Жанна. Подруга звонила редко, но метко: всегда либо с чем-то срочным, либо с невероятными новостями. — Света, ты дома? — голос Жанны звучал непривычно напряженно. — Да, обед готовлю. — Отлично. Никуда не уходи. Я сейчас к тебе приеду. У меня для тебя новость — обалдеешь! Светлана выключила газ и присела на табурет. Жанна никогда не разбрасывалась словами. Если говорила «обалдеешь», значит, действительно было от чего. — Хорошая хоть новость-то? — спросила Светлана, надеясь, что подруга не выдержит и выложит все по телефону...

Ларисе было пятьдесят восемь лет. Два года назад она неожиданно овдовела. Они с Арсением собирались еще долго жить вместе и никогда не говорили о наследстве, завещании и прочих связанных с этим темах. Но оказалось, что у Арсения завещание было. Лариса нашла его уже после cмepти мужа, когда по просьбе сына – Ярослава – разбирала бумаги мужа в его рабочем столе. Ярослав попросил мать найти документы на гараж. В этой папке Лариса и нашла бланк завещания. Оказалось, что Арсений оставил ей все имущество:...

Антон всегда считал, что жизнь — это сделка. Он женился на Наталье не по большой любви, а потому что так было надо — возраст, квартира, порядок. Но сразу поставил условие: — Родишь одного сына — и достаточно. Дети сейчас слишком дорого обходятся, а я не хочу всю жизнь ишачить на кого-то, а потом в старости жить на нищенскую пенсию. Наталья кивнула. Она вообще много кивала в первые годы замужества. Через два года она родила дочь. Антон стоял на крыльце родильного отделения, держал сверток с розовым...

Валентина возвращалась с работы уставшая, но довольная. По дороге зашла в магазин, купила творог, сметану – сын вчера попросил сырников. Вечер обещал быть тихим. У самого подъезда, где вечно не закрывалась вторая дверь, она столкнулась с Ириной из тридцать пятой квартиры. Та стояла, словно специально поджидая соседку. — Валентина, здравствуй, —сказала Ирина. — Ну что, как ты? Собралась уже? — Господь с тобой, Ира. Куда это я должна собраться? — Валентина даже улыбнулась, поправляя выбившуюся из-под берета седую прядь...