начало истории
Инесса принялась двигать дощечку. Раздался щелчок, и на пол со звоном что-то выпало.
— Ключ, — удивлённо прошептала женщина. — Ничего себе! Оказывается, шкатулочка с потайным отсеком.
Ну, отчего же? Подняв ключ с пола, Инесса внимательно его рассмотрела. Это был старый, судя по всему, выкованный вручную образчик с фигурной бородкой и затейливым кольцом. Прямо на ключе была гравировка — какой-то странный знак в виде вертикальной черты и треугольника. Инесса была уверена, что уже видела нечто подобное когда-то.
Она взяла телефон, решила поискать в Интернете совпадение по изображению — и оно нашлось.
Руна? — удивилась Инесса. Точно, я ведь не раз уже сталкивалась с ними. Одна из букв древнегерманского алфавита — Турисаз.
Так странно. Ксения как раз приводила примеры из скандинавских мифов о строении мира. Может, она знала, чувствовала, что этот ключ есть у меня. А может, она его и имела в виду, говоря о предмете, который можно предложить высшему существу? А что, если нет? Я же буду выглядеть очень глупо, если попытаюсь откупиться от той женщины этим ключом, если он вообще к делу отношения не имеет. Нет, тут надо подумать.
Так, Инесса, рассуждай логически. Тебе досталась шкатулка от тётки, с которой ты толком не общалась, и дача в придачу? Ха-ха. Даже смешно. Тётя Катя явно знала, что хранится в тайнике. Или нет? Нет, должна была знать. Тогда хотя бы какой-то смысл в её подарке есть. Но тогда смею предположить, этот ключ должен что-то отпирать.
Только что? Очевидно, что я должна иметь доступ к этому замку, иначе весь смысл ключа теряется. Но как узнать? Может, подходящая скважина как раз на даче найдётся? Точно, тогда всё сходится. Тётя Катя хоть и была странной, но глупой или эксцентричной не была. Готова поспорить, что так она мне решила загадать загадку. Точно, ведь она же постоянно мне всякие ребусы давала решать, как я забыла. Попробую отыскать замок, а потом уже можно будет отправляться к той жуткой женщине.
Болдино располагалось в тридцати минутах езды от города. Ранним утром Инесса с Алечкой уже мирно потрясывались в такси. Шкатулку женщина оставила дома — надобности в ней больше никакой не было, а вот ключ она крепко сжимала в руке. Ладонь приятно грел металл.
— Дальше не поеду, — резко затормозил таксист. — Тут дорога совсем разбитая. Простите, дамы, но я машину гробить не хочу.
— Да ладно, сами доковыляем, — зевнула Алечка, выскакивая из такси.
— Хорошего вам дня, — Инесса с тоской разглядывала покосившиеся домики, ржавый забор без калитки и вырванные из земли куски асфальта.
Болдино явно не пользовалось популярностью. Может, когда-то этот дачный посёлок и был обитаем. Сейчас вид его был удручающим: лишь кое-где из-за более-менее новых заборов лаяли собаки, да в одном из дворов велась стройка.
— Ну и местечко, — сморщила она нос.
— Да уж, как вариант для постоянного проживания точно отпадает, — нахмурилась Алечка. — Да и для временного я бы тут одна точно не осталась. Неудивительно, что твоя тётка сюда даже не совалась. Готова поспорить, что участки здесь и даром никому не нужны. Болото рядом, какая-то промзона — такое себе.
— Ладно, пойдём скорее, дом отыщем. Какой там номер?
— По документам — двенадцатый.
Нужное строение оказалось в самом конце улицы. Дальше стояла стена, которая, по всей видимости, когда-то служила границей между двумя СНТ. Домик оказался одноэтажной лачугой с дырявым забором и провалившейся крышей. Сквозь разбитые стёкла внутрь проникали ветви большой сливы.
Женщины осторожно, чтобы ненароком не провалиться под пол, осмотрели всё внутри, но ничего интересного не обнаружили. Расстроенная Инесса, в глубине души верившая, что обязательно случится какое-то чудо, даже пустила слезу.
Вот снова моя вера в лучший исход сломалась, — вздохнула она. А ведь в этот раз я упрямо убедила себя, что получится отыскать что-то.
— Да не расстраивайся. Может, твоя тётка просто была чокнутой?
— Ты не переживай, сходим ещё разок к Ксюше, покажем ей этот ключ.
— Эй, ты чего?
Инесса застыла неподвижно, глядя в одну точку. Алечка даже помахала у неё перед глазами рукой.
— Смотри, — прошептала Инесса.
— Турисаз.
— Кто? Какой турист? — засмеялась Аля.
— Не турист, а Турисаз. Руна — тот же символ, что на ключе.
— Где?
— На сливе. На дереве, вот же! - Подняла палец Инесса.
На старом, скрюченном стволе сливового дерева виднелись более тёмные, чем его кора, бороздки. Они были плохо различимы в естественной текстуре, но сейчас солнце как-то особенно их подсветило.
Инесса бросилась к дереву и принялась осматривать его.
— Инка, гляди! — дёрнула её за ногу Аля, которая присела на землю. — Видишь, какие корни? Под такими вполне можно выкопать нору и потом её хорошо скрыть. Может, покопаем маленько?
— Давай, всё равно уже нам нечего терять, — усмехнулась Инесса. — Не зря же и на ключе, и на стволе один и тот же символ. Это явно знак.
Аля схватила лежащий неподалёку кусок шифера и начала рыхлить землю.
— Инка, а что этот Турисаз означает? Вроде бы у каждой руны есть свой собственный смысл.
— Ну, вообще… — присоединилась к раскопкам Инесса. — Лучше бы у твоей Ксении спросить, а в Интернете написано, что эта руна символизирует силу, преодоление препятствий, защиту, трансформацию.
— Вот как.
— Аля!
Завизжала Инесса. Кусок шифера ударился о что-то твёрдое. Женщины начали вдвоём расчищать землю уже руками. Совсем скоро показалась крышка какого-то металлического ящика, на котором тоже проступали контуры руны.
— Не вытащить! — напряглась Алечка, пытаясь освободить сундук из земли.
— Да не тяни ты! — оттолкнула её Инесса. — Смотри, тут скважина!
Она тут же вставила ключ в небольшое отверстие и повернула. На удивление, замок легко поддался, раздался щелчок. Сердце колотилось бешено, руки тряслись, но Инесса собралась и откинула крышку.
— Что там? — с любопытством выглянула из-за её спины Аля.
— Кусок стекла, — разочарованно ответила Инесса, вытаскивая на свет какой-то осколок. — И ещё какой-то футляр.
Пока Аля разглядывала стекло на солнце, Инесса раскрутила миниатюрный металлический тубус, также помеченный руной Турисаз. Внутри оказался скрученный листок.
— Аль, здесь записка! Читай скорее!
— Сейчас… — нетерпеливо ответила Алечка.
— «В час великой нужды освети себе путь, направив луч солнца сквозь осколок стекла из чертога Удгарда».
— Он укажет дорогу без сомнений и страхов. В нём лишь жизнь. Не бойся отдать, как великий дар, и даровано будет взамен то, что счастье несёт.
Прочитала Инесса.
— Это стих какой-то странный. Хотя я что-то подобное помню — было в школе. Историк у нас зачитывал отрывки из «Старшей Эдды», как раз же скандинавский эпос.
— Ой!
— Что такое? — вздрогнула Инесса.
— Смотри! — заворожённо ответила Алечка, глядя на землю.
Сквозь стекло, которое она держала, проникал свет, рассеиваясь на густой траве миллионами бликов каких-то диковинных оттенков. Бликов становилось всё больше и больше. Вскоре обе женщины будто оказались внутри калейдоскопа. Всё сверкало, переливалось, проникало в саму душу.
Зелёную парадную Инесса нашла почти сразу. Стоило лишь завернуть в один из глухих дворов, расположенных со стороны Пушкина. Она без промедления поднялась на второй этаж.
Дверей было три. Женщина подняла кусок стекла к глазам и посмотрела через него — одна из дверей тут же засветилась.
Инесса набралась смелости и постучала.
— Да.
Возникла на пороге сухая, как ветка, женщина в чёрном глухом платье, совсем таком же, какое было у тёти Кати. Инесса даже замерла от удивления.
— Здравствуйте.
— Ничего не говорите, — усмехнулась незнакомка. — Я знаю, кто вы. Только зачем сюда пришли? Ваш муж только что был тут. Не просите за него. От наказания он не уйдёт. Он глуп и жаден.
— Мне нет до этого дела. Но я всегда беру плату.
— Как тогда за мою дочь? — прищурилась Инесса. — Что Пётр попросил тогда, если не секрет?
— С какой стати мне говорить вам это? Уходите, — хотела захлопнуть дверь женщина, но Инесса помешала.
Она вытянула вперёд руку, в которой был зажат кусок стекла. Незнакомка тут же переменилась в лице и задрожала.
— Откуда у вас это? — прошептала она, не сводя глаз со стекляшки. — Вы хоть знаете, что это такое?
— Нет, но мне и не нужно. Зато я знаю, что вы знаете и хотите завладеть этой вещью.
— Это осколок из чертога Удгарда, — чуть не пропела женщина. — Только мы можем владеть им.
— И я, — усмехнулась Инесса. — Видите ли, он мне по наследству достался. Если хотите, я вам его отдам. Самой он мне без надобности.
— Не играйте со мной, — прищурилась женщина. — Чего вы хотите?
— Вы знаете, — посмотрела в почти прозрачные глаза незнакомки Инесса.
— Ступайте, — улыбнулась та, протягивая ладони.
Инесса без колебаний положила на ладони женщины стекляшку. Она знала, что та не обманет. Было что-то в её глазах такое, которое отражало вечность, истину — что-то настолько высокое, чего нельзя было понять умом, но можно было прочувствовать душой.
Телефон завибрировал в тот момент, когда Инесса шагнула на крыльцо больницы.
— Слушаю, — задыхаясь от радости, выдохнула она.
— Инесса Анатольевна! — чуть ли не кричал в трубку собеседник. — Скорее приезжайте! Соня пришла в себя. Мы не знаем, как это возможно, но её жизненные показатели приходят в норму. Это чудо, иначе и назвать не могу. Только как врач, я уже давно не верю в чудеса.
— Я уже здесь, — улыбнулась женщина. — Надеюсь, лифт быстро придёт.
Лифт был пуст и тут же поднял Инессу на пятый этаж. Ещё не дойдя до палаты, она услышала голос Сони — та что-то радостно лепетала медсестре, и от голоса этого по телу растекалось приятное тепло, совсем такое же, как от того чудесного разноцветия бликов, отражённых стёклышком в старом дачном домике тёти Кати.
Рекомендую к прочтению новую историю: