Фильм "Портной из Ульма" (Der Schneider von Ulm), был снят восемью годами позже "Кардильяка" и представлен на XI Московском международном кинофестивале в 1979 году. К большому сожалению, фильм не был награждён (золотые награды получили "Кинолюбитель" Кесьлёвского, "Семь дней в январе" Хуана Антонио Бардема, "Христос остановился в Эболи" Франческо Рози).
Между тем "Портной из Ульма" — очень хорошее, содержательное, поэтичное кино. Райтц рассказывает историю немецкого пионера авиации Альбрехта Берблингера, (в исполнении Тило Прюкнера), ульмского портного начала XIX века, который 30 лет своей жизни упорно строил летательные аппараты и совершил несколько полётов. В 1811 году он предпринял публичную попытку взлететь с городской стены Ульма в направлении Дуная — и потерпел сокрушительное, публичное и осмеянное поражение.
Берблингер — не бесплодный утопист, он деятельный мечтатель, чьи идеи почти на столетие опередили время (первые успешные планёры Отто Лилиенталя появятся лишь в 1890-е). Драматическая коллизия фильма — в столкновении упорства и мужества Берблингера с обществом, крайне подозрительным к любым формам индивидуализма. Это общество — гремучая смесь самонадеянности, невежества, косности, высокомерия. Представители общества желают "культурно" развлечься, а если что-то пойдёт не так, то у них уже наготове жестокие насмешки, издевательства в адрес неудачника. Их священное мещанское, филистёрское право — высмеять, унизить и даже уничтожить то, что не укладывается в "рамки" понятного и пристойного.
События в фильме происходят во время Наполеоновских войн и осады Ульма. Сторонники революции предлагают Альбрехту финансовую поддержку в его исследованиях, но он отказывается, во-первых, предпочитая свободу и независимость, а во-вторых, желая, чтобы его изобретение, в первую очередь, обрадовало, воодушевило соотечественников. Местные власти просят его до поры-времени не демонстрировать аппарат публично, а устроить показательное выступление для короля Вюртемберга.
На глазах у короля и огромной толпы, Берблингеру приходится начинать свой полет не с вершины холма, как ранее, а с относительно низкой площадки на городской стене, к тому же ветер дует не в ту сторону. Он должен перелететь через реку. Толпа насмехается над его задержками, а когда мастер вынужденно прыгает и приземляется в Дунай, "оскорблённая" толпа преследует его. Да и он и сам, устыженный и несчастный, прячется от своих друзей, изобретателя Якоба фон Дегена и его жены Ирмы.
Но вот заключительная сцена фильма. Потрясающая сцена. Вот что придумал умница Райтц.
В финале потерявшего сознание Берблингера находят солдаты наполеоновской армии и "призывают" на службу (т.е. со словами: "Для похода в Россию императору пригодится каждый человек", запихивают его в крытую повозку, полную позолоченной, отчасти сломанной мебели).
Альбрехт приходит в себя, осматривается и из ножки какого-то раззолоченного стола и кусочка зеркала мастерит самодельный перископ. Повозка закрыта. Альбрехт просовывает своё изделие сквозь дыру в ткани и смотрит наружу. Конечно, он видит изображение перевёрнутым, ведь линза собирает свет и переворачивает изображение. Альбрехт видит перевёрнутый пейзаж: деревья и кусты, солдат и всадников вверх ногами. А потом он смотрит в реку, где отражается небо. И мир становится на своё место! Вот истинное поэтическое чудо.
Мастер видит себя, высоко-высоко летящим в небе. Он откладывает "перископ", закрывает глаза и счастливо улыбается. Так завершается эта история.
Вот центральная метафора жизни прекрасного Альбрехта Людвига Берблингера и главная метафора всего фильма.
Перевёрнутая картина мира (следуя законам оптики) — это нормальный, правильный взгляд на его реальное положение. Действительно, мир гения перевёрнут с ног на голову: он высмеян, объявлен безумцем, отправлен пушечным мясом. Объективная реальность для него абсурдна и инвертирована.
Правильная, выпрямленная картина неба — это торжество субъективной, внутренней правды, вопреки законам физики и социума. Оптика его души иная. Когда Берблингер смотрит вверх — в сферу своей мечты, — всё встаёт на свои места. Небо — его истинная стихия.
Прекрасный фильм, друзья мои. Может быть, и вы захотите его посмотреть.
А здесь начало записей о замечательном режиссёре немецкого "нового кино" Эдгаре Райтце