Добрыня
- Что ты имеешь в виду? – спрашиваю тихо бывшую, при этом гляжу на нее свирепо, чтобы знала кто истинный царь зверей и людей в ее маленьком мире, который сейчас сузился до нас двоих.
- Ничего, - безуспешно пытается вырвать тонкую руку.
- Если ничего, то идешь спокойно впереди тележки, тычешь пальцем во всё, чего хотят Ася и Вася. Разговор исчерпан?
- Если ты думаешь, что сумеешь заставить меня расплачиваться за подарки чем-то…
Я обрезаю ее поползновения на мою персону.
Пускай думает, что безразлична мне.
Так быстрее дойдет до нужной для «дела» кондиции.
Едва заходим в «Детский мир», как замечаю, что в Майе что-то поменялось за эти пять минут, в ней будто ведьма проснулась, и сейчас она скребется в грудную клетку девушки, чтобы вырваться на свободу и показать мне свой норов.
Знаем, плавали. Много ведьм в этой жизни повидали.
- Судя по Асе – она любит одеваться. Да? – уточняю я.
- Это да. Платья и заколки – наше всё. Ее костюмчики повсюду – в детском гардеробе, в моём. Некоторые она даже не успевает надеть, так быстро вырастает из них.
Направляем лыжи в отдел с платюшками и заколочками.
Майя выбирает четыре платья и тонну заколок.
Я тоже принимаю непосредственное участие, со знанием дела прошу предоставить мне два самых дорогих платья.
- Ну вот, теперь у каждой по три платья! – хлопаю себя по бедру, радостный, что моим девочкам есть что надеть на фотосессию, которую я планирую в рамках воссоединения семьи.
Только Майе не обязательно знать мои планы – для нее это будет фотосессия для баннеров моего холдинга.
Но я не дурак, и не буду вывешивать собственных детей на всеобщее обозрение-дочки должны будут сами принять решение – хотят ли стать звездами. Ведь дети- звезды – это особый мир. И не все справляются со звездной болезнью в малом возрасте.
Я справился, а брата до сих пор заносит на поворотах.
- Боюсь тебя разочаровывать, но ты совсем не знаешь девочек и их чаяния, - лепечет блондинка.
- Ну так скажи!
- Васю не обрадует платье. Она ждет другой подарок.
- Какой? Говори «Б», раз уже сказала «А».
- Идем. Покажу. Этот ценник надо видеть.
Я расплачиваюсь за платья и заколки, колготочки, и всякую мелочь, которую набрала как на барахолке по скидкам мать моих детей, и подхватив пакеты, топаю на выход.
Майя едва поспевает за мной.
- В отдел с игрушками! – показывает дорогу Сусанин в юбке.
Мог бы и догадаться, что Василиса желает получить в подарок дорогу куклу!
Тоже мне отец года.
Получил в подарок двух дочек, а не знаешь, чего они хотят. Прямиком направляюсь к стенду с матрешками всех мастей – Барби, (не)Барби, красивые и не очень, пухлые и худые – выстроились в ряд в ожидании папаш и мамаш с тугими кошельками и тонкой нервной системой, не выдерживающей требовательный вой любимого чада.
- Нам не сюда, - лепечет стройная девушка, родившая мою двойню, и устремляется в отдел с игрушками для мальчиков.
Ого! Это уже интересно.
- Если уже ты банкуешь сегодня, то Васька хотела вон тот автомобиль, - подводит меня к шикарному авто, цвета металлик.
- Видать в отца пошла. Разбирается в добротных вещах! – бубню я.
- Видать, - спокойно отвечает Майя, не обращая внимания на то, что я начал обсуждать «отца» детей.
Делаю для себя выводы, записываю на подкорку. Ася – девочка-припевочка, любит фэшн и красоту. Вася знает толк в хороших мужских вещах. Моей пацанке не нужны модные костюмчики, она готова гонять дни напролет в майках и джинсах.
Учтем.
С покупкой машины мучаемся минут двадцать. Завершаем все покупки к девяти вечера. А к дому Майи я подвожу ее в двадцать один - двадцать.
- Ну всё. Дочки уже не увидят сегодня подарков, так что ты помоги мне донести вещи до лифта. Там я сама справлюсь.
- С машиной не справишься!
Действительно, я сам едва заталкиваю большую коробку в утробу лифта.
На площадке Майя открывает дверь квартиры и как-то мнется, будто не хочет впускать меня домой. Я едва протискиваюсь мимо нее, с грохотом ставлю коробку на пол, не рассчитав силы.
Из кухни выходит женщина, кивает хозяйке квартиры и быстро одевается.
- Ксения, спасибо.
- У меня Барсик без прогулки остался! – выговаривает она с обидой и удаляется.
- Кто это?
- Соседка. А Барсик – ее кот, которого она выгуливает на поводке потому что боится потерять. Вопросы исчерпаны? Можешь идти.
В этот самый момент из дверей комнаты выходит абсолютно не заспанная Вася. В розовой пижаме, с разлохмаченной шапкой светлых пушистых волос.
Заметив меня, малышка тут же начинает прилизывать волосы руками.
- Ма-ма! – следом за ней показывается голова еще одной ромашки. Вторая малышка даже не пытается причесаться пятерней, и я понимаю, что ошибся.
Вот она – Вася.
Хвалю себя. Глажу по головке.
Кто молодец?
Я – молодец. Разбираюсь в собственных близняшках.
- Подарки? – лепечет Ася, подходя к пакетам. – Вкусняшки?
-Собака-бабака? – Вася бросается к большой коробке.
Я же про себя отмечаю, что дочь хочет большую собаку. Это легко. Сделаю два добрых дела одновременно – избавлю Носорога от своего общества и подарю детям радость, а бывшей – проблему размером с собачью будку.
- Машинка! Настоящая! – показываю на картинку.
- Зря ты это сделал! – шипит Майя. – Время детское – детям нужно спать. Иначе, потом их не уложить, весь график собьется.
- Брось! Время детское. У них вся жизнь впереди. Успеют выспаться, - снимаю с ног ботинки, и замечаю побледневшее лицо блондинки.
- Ты не можешь остаться, - шипит она.
- Еще как могу. Кто меня остановит?.. Ты? Или мои наследницы?..
- Что ты несешь! – хватает меня за рукав, утаскивает за угол, пока девочки потеряли к нам интерес: Вася царапает коробку и заглядывает в дырку, пытаясь рассмотреть драгоценность, а Ася потрошит пакеты без разбору, выискивая для себя красоту.
- Поговорить хочешь?
- Нет. Убирайся из моего дома.
- Уйду после того, как ты ответишь на мой вопрос!
- Задавай!
- Почему у твоих детей мои глаза? – интересуюсь у бывшей, дерзко заглядывая в ее бесстыжие глаза.
- Добрыня, не льсти себе! Серые глаза у одной трети населения земного шара, - усмехается Майя и в ее дьявольских зеленых горит превосходство.
Понимаю, что признаваться она не намерена. Устрою ей очную ставку со своей семьей. Пускай выкручивается, когда все увидят чьи глаза у малышек!
Ловлю молодую женщину за запястье, прижимаю к себе крепко.
- Не смей так со мной разговаривать.
- Как? – глядит открыто, но враждебно.
- Будто между нами ничего не было и нет…
Майя
- К сожалению, было, потому что глупенькая студентка не поняла, что ее элементарно обманывают.
- Я не обманывал…
- У тебя была невеста к тому моменту, а ты завел со мной офисный роман, забыв рассказать о том, что занят.
- Я не был занят. Так вышло, что к тому моменту нужно было остепениться, и тут отец со своим проектом – подогнал дочь партнера. Знаешь, так бывает в наших кругах.
- Как так? Лживо и мерзко?
- Ой, не строй свои недовольные гримасы. Ты становишься страшненькой.
- На себя посмотри!
- Разве нам не было хорошо вдвоем? - томно глядит на меня, оглаживает по спине, крепком сжимая в объятиях как собственную игрушку.
- Хорошо было всегда лишь одному тебе!
- То есть тебе было плохо со мной? – злится.
- Какая разница? Ах да, тебе большая. Ты же у нас пуп земли. Как и твой звездный братец-продюсер.
- Не лепи ко мне брата, мы говорим о нас.
- Нет! Мы говорим обо всей твоей большой и злой семье.
- Они не знали о тебе!
- Именно, ты стыдился показать им меня. Знаешь, почему я стала успешным специалистом?
- Ты всегда была повернута на цифрах. С шестнадцати лет практиковалась. Я помню.
- Нет! Не это, - стучу ножкой по полу, а кулачком – в грудь мерзавцу.
- Патамушта! – смеется он.
- «Патамушта» ты сделал со мной это… и я не сломалась, а решила на зло врагу стать экспертом. Чтобы мои дети ни в чем не нуждались.
- Всё-таки они нуждаются? – дерзит мне, искажая смысл сказанного мною.
- Нет! Им ничего не надо. У них всё есть! – шиплю я.
- Неправда! – слышу звонкий голосок рядом. Опускаю глаза.
Вася. Ну как так?!
- У нас с Асей нет собаки и папы!
- О-о, да ты по адресу! – бывший выпускает меня и ловит за руку дочь.
- Ты ничейный папа?
- Именно! А еще у меня есть собака.
Нет! Нет! Нет!
Дальше ситуация совсем выходит из-под контроля.
Как и следовало ожидать, дети капризничают, отказываются спать.
Максимов достает машину, настраивает ее. Проверяет.
Фотографирует.
Я сооружаю нам легкий ужин из бутербродов с курицей и зеленью.
- Я хочу! – кричит Вася в двадцать два десять. – Пустите меня.
Не знаю уже на каком языке ей объяснить, что мы живем не в собственном доме и на машине кататься поздно вечером по квартире не позволено. Потому что соседи могут сойти с ума от шума и накатать на меня жалобу в опеку, в полицию, в прокуратуру.
Куда там взрослые жалуются у нас на маленьких озорных детей, не спящих в ночи и их нерадивых мамочек.
Голова идет кругом от этого дурдома, но хуже всего другое –я планировала до трех ночи сидеть с отчетами ипэшэк, которых набрала как грибов в корзинку, и веду.
Бухгалтерия у них на УСНО простая, почему бы нет. Упрощенка – она и в Африке упрощенка, а деньги собрать можно с упрощенцев легко. Ведь многие не хотят заморачиваться с цифрами. Особенно, если они не сходятся.
Ася крутится радостно перед зеркалом, пританцовывает. Демонстрирует наряд за нарядом.
Светлые волосы распущены и откинуты назад.
Добрыня глядит на модницу с обожанием, а Васька пытается достучаться до него, но он глух.
Его внимание не может распределиться между двумя дочерями.
Это женщины – многостаночницы, а мужчины у нас такие – берегут себя для чего-то большого и светлого. Несут в голове лишь одну идею. Так у них и со зрением – смотрят лишь в одну точку. Выполнять два дела одновременно? Нет, это не про них.
Аська убегает примерять новое платье, спустя мгновение слышим крики. Бежим к ней – а у нее жвачка в волосах.
- Зайчик мой, где ты ее нашла?
Дочь тычет пальчиком в сестру.
А та указывает на Максимова.
Ну да, вспоминаю, как Добрыня за столом «носился» с этой жвачкой – приклеивал ее то на тарелку, то на чашку.
Вот «сорока» и приметила добычу, унесла.
И тут мне срывает башню.
- Всё. Расходимся!
Выталкиваю незваного гостя из дома, укладываю орущую Васю спать, увожу рыдающую Асю в ванную комнату.
- Я теперь буду такая же некрасивая как Вася, - ревет дочь.
Убеждать ее в том, что они обе красивые и вообще-то близнецы, бесполезно. Проще заставить попугая заговорить.
Сжимаю руки в кулаки, едва вспоминаю бывшего. Едва вошел в мой дом, а уже внес разлад в мою маленькую семью.
Наутро понимаю, что нарисованная мною проблема вовсе не муха, и даже не слон, а гиппопотам какой-то!
Мне же не удалось решить вопрос с жевательной резинкой полюбовно, потому что Ася размазала ее капитально, пока пыталась вырвать.
Пришлось отрезать ей клок волос.
Едва забрезжил рассвет, я отправилась будить дочек.
Ася нежно улыбнулась мне.
- Тебя ждет апельсиновая зубная паста, - ответила я и потрепала малышку за волосы.
Зря я это сделала.
Дочь тут же ощупала свою голову, вспомнила о потере, и ответила мне так, как никогда ранее.
- Я не буду есть твою зубную пасту.
- Ну. Кто же тебя заставляет ее есть? Просто выдави на щетку и почисти зубы.
- Я не буду чистить зубы.
- Испытываешь мое терпение, дружок? – спросила я, сцепив зубы.
- Я не буду…
- Хватит!
Боже как тяжело. Моя мила девочка превращается в Василису? Вторую я не выдержу. Медленно сойду с ума.
Путаясь в одеяле, дочь выбирается из постели. Глядит на сонную сестру, всё еще не открывшую глаза.
- Не буду! Пока мы не отрежем ей клок волос!
- Господи. Кровожадная ты моя. С какой радости я должна отрезать Васе клок волос?
- Она прилепила жевачку на мои волосы, - дочь снова гладит меня.
- Знаешь, что резинка принадлежала нашему гостю – дяде Добрыне. А значит, ему и отвечать. Его клок волос подходит?
Дочь недоуменно хлопает.
- Это твоя сестра-близнец. Помнишь, что я говорила – тебе больно – ей больно, ты счастлива- она также. Ты бы видела, как сильно она вчера страдала из-за того, что натворила.
Васька действительно раскаялась, когда увидела горькие слезы Аси. Но было уже поздно.
Как же хочется схватить дочь, прижать к себе. Но она требует сатисфакции, а это что-то новенькое в ее характере.
Поэтому я тоже веду себя строго.
Протягиваю руку дочери, чтобы он ее пожала. У нас же сделка, надо скрепить соглашение.
- Я принесу тебе клок волос твоего обидчика.
Малышка кивает, тут же забывает о беде, тормошит сестренку.
Обе мирятся, прыгают, перестают кукситься друг на друга, и я меня как маму это безмерно радует.
Конечно, мне пришлось пойти на хитрость, и сегодня я должна достать клок русых волос. Аська только с таким условием уступила.
После завтрака, одеваю своих в джинсы и джемпера.
- А «платюшко»?
- Холодно на улице. Девочкам нельзя застужаться. Понимаешь?
- Тебе тоже? – Вася хлопает огромными серыми.
- Мне тоже.
- Но если ты Снежная королева, почему тебе «незя»? - интересуется Вася.
Хочется ответить любимым словом «патамушта». Но вместо этого как можно спокойнее спрашиваю:
- Позволь полюбопытствовать. Когда ты записала собственную маму в Снежные королевы?
- Это не я. Добрый так сказал вчера.
Он назвал меня Снежной королевой.
Слов нет, одни эмоции.
Одев дочерей, быстро одеваюсь сама, придирчиво гляжу на себя в зеркало – светло-сиреневая блузка, светло-серый юбочный костюм, высокие сапоги на шпильке.
- Как я вам?
Дочери пробегаются по мне дотошными взглядами.
- Сама красивая, а нас в джинсы одела! – укоряет меня Ася.
Ой, доченька, знала бы ты, что одежда – это оружие женщины.
Сегодня мне нужно у вашего бати оттяпать клок волос. Поэтому я должна быть сногсшибательная.
В дополнение к облику обливаюсь духами, крашу губы ярко.
- Вульгарно, - неразборчиво бормочет Вася.
- Что не так? – спрашиваю раздраженно.
Та супится, губы собирает в трубочку, ничего больше не говорит.
- Куртки застегиваем. Ботинки проверяем – чтобы липучки были закрыты.
- А ты на что? – интересуется Ася.
- А я мама, я тут главная. Даю распоряжения.
Не знаю, как разговаривать правильно с шестилетками, которые впервые смеют мне дерзить.
Такого реально никогда раньше не было.
Мои подснежники любят меня так сильно – до небес, как они обычно показывают руками, измеряя эмоции, которые живут в их маленьких сердечках.
Моя бы воля, я бы этому боссу все волосенки повыдергала и сделала бы что-то такое, чтобы у него волоски дыбом встали на руках.
Но все мои поползновения отомстить за свой крах в любви в прошлом пока что заканчивается ничем.
Уже теряю надежду на то, что моя вендетта закончится моей победой. Если так пойдет и дальше, Максимов перетащит детей на свою сторону.
А я стану для них мамой-злючкой.
Нет уж. Провала здесь я не потерплю.
Кажется, пора создавать свои коалиции! Надо будет подружиться с сотрудниками, у кого-нибудь точно есть на босса компромат, а кто-то точит на него «зуб».
Заодно выведаю дела компании.
С мягкой иронией думаю я.
До детского сада идем в полном молчании, каждый думает о своем. У шкафчиков присаживаюсь, наблюдаю как мои матрешки переодеваются. Ретируюсь очень быстро, чтобы не влетело от воспитательницы, которой вчера пришлось задержаться на двадцать минут, пока соседка не подоспела за моими сокровищами.
На работу приезжаю тютелька в тютельку. Как положено начальству.
К сожалению, биг босс давно у себя.
Распахнул настежь дверь, чтобы видеть, когда я приду.
- Надо же, главбух пожаловал!
- Что-то не так? – равняюсь с открытой дверцей в пасть к тигру. Снимаю плащ, убираю в шкаф, стоящий здесь же. Возвращаюсь к порогу.
- Всё в порядке, Добрыня Никитич?
Он знает прекрасно, когда я произношу Никитич - я очень злая. До безумия. Готовая сказать всё, что накипело.
Знает… но помнит ли?
Он же ко мне как к вещи относился. Я была для него приложением – молодая, хорошенькая. Вечно заглядывала ему в глаза с придыханием. Только тапочки в зубах не приносила.
- Подойди, - говорит спокойно.
Делаю неуверенные шаги.
- Разучилась на шпильках ходить? – усмехается он.
Его глаза излучают силу. Мягкую и настойчивую. Мне прямо так и хочется испробовать ее. Вспомнить каково это, когда тебя держат эти руки.
Сглатываю, делаю еще один шаг.
Босс тычет меня в отчет носом, будто я нашкодивший котенок.
- Твоя подпись?
- Где?
На отчете стоит подпись, поставленная мною карандашом.
- Твоя зарплатница вчера отправила неверный отчет в налоговую, а ты подмахнула.
- Не помню, чтобы подмахивала, но я обязательно разберусь!
- Ты уж разберись, бухгалтер со стажем.
- На что ты намекаешь?.. Что я моложе всех своих замов и им трудно подчиняться мне? Что не умею выстроить отношения?
Вылетаю из кабинета босса, злая как дьяволица.
Едва справилась с желанием схватить ножницы и отрезать ему пару прядей. Прям основательно так подрезать, чтобы плешивым ходил!
Он этого заслуживает.
Чуть не плачу я.
Набираю своих замов, трубки не берут.
Ясно-понятно, гоняют утренние чаи, чтобы мозг лучше работал.
Фурией несусь в бухгалтерию, преодолевая по две ступени разом. Влетаю в утробу огромного кабинета, поделенного на перегородки.
И встаю столбом.
Потому что здесь собрались все финансисты и бухгалтера, кадровики и секретари. Позади них транспарант с надписью: «Добро пожаловать, Май Владимировна».
Цветы в вазе, торты на столе, шарики красочные, надутые гелем.
- Не поняла… - слезы бессилия текут по лицу.
- Это была шутка, - гремит за моей спиной босс, входящий вслед за мной. – Ты же трудоголичка, по-другому тебя было не загнать сюда.
Прозвучало так, будто я зависимая какая-то!
- Спасибо, девочки, - прошептала я с благодарностью, прикладывая руки к груди.
- Не понял? А мальчики? – рявкнул Добрыня.
- И мальчики, - закончила я. А потом взглянула на бывшего и подумала, может, он не такой уж плохой?..
К сожалению, мой мозг оказался умнее моего сердца, тут же запротестовал: «Добрый- прирожденный актер, не забывайся!»
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Второй шанс для бати", Лидия Лидова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5
Часть 6 - продолжение