Майя
Неделя пролетает незаметно в заботах о дочерях, которые никак не могут забыть волшебника на голубом вертолете с золотой банковской картой в кармане, с помощью которой можно купить вожделенную собаку.
Сегодня бужу своих незабудок очень рано, нужно успеть отвести их в детсад, куда они до сих пор ходят с большими перерывами. Благодаря постоянным карантинам последние годы, я вечно ищу куда их пристроить и к кому. У нас есть приходящая няня, но она больше подходит под определение няни выходного дня.
- Одевайся, горе луковое! – тормошу спящую Васю. И в который раз жалею, что назвала ее Васей.
«- Ты бы дочь Федей назвала, - гундела бабушка, - и ждала от нее хорошего поведения».
Да, она была права, как корабль назовешь, так он и поплывет.
В моем случае, это дочь, но суть одна.
Малышка протягивает мне руки, и я натягиваю на нее зеленый свитерок.
- Ноги давай, - трясу перед ее носом джинсами.
- Как я дам тебе две ноги сразу? Я же упаду.
- А ты по одной давай! Обопрись об меня руками. Да не так, волосы не дери. Я прическу битый час сооружала, а ты хочешь всё испортить? Ну всё, теперь у меня Пизанская башня вместо красивой правильной кубышки.
Я аккуратистка и перфекционистка. Ася вся в меня. Зато Вася – в своего отца с актерскими генами и тягой к хаосу.
Дочь всё время норовит превратить жизнь нашей маленькой семьи в большой хаос.
А мы с Асюшкой как можем, так сопротивляемся.
Матрешки уже одеты, стоят у дверей. Я их не кормлю, чтобы аппетит не перебить, садик в пяти минутах от дома.
Кручусь перед зеркалом, изучаю свое отражение. Сворачиваю башне голову и распускаю волосы, они залакированы, и уложить теперь их сложно, не повредив.
Получается на голове нечто невообразимое – совсем неподходящее аудитору моего уровня.
- Японский городовой!
Беру две детские заколки, хоть как-то пытаюсь зализать пряди за уши.
Вася смеется. Ася мне типа сочувствует.
- Мамочке сложно. Одно дело другому делать прическу. А себе сложно. Ручки-то не тем концом вставлены.
Это она у Васи учится подкалывать меня.
Страшно представить, что будет дальше. Как там говорят, маленькие детки – маленькие бедки, а большие – пропорциональные трудности.
Нет. Надя права. Им нужен отец, который будет их держать в ежовых рукавицах.
- В ежовых? – дочери закатывают огромные перепуганные глазищи.
- «Апека»! – кричит надрывно Васька.
По ходу дела я вслух рассуждала всё это время.
- Опека тебе не поможет, - говорю на полном серьезе.
- Почему? – дочь склоняет головку набок. – Она же решает все проблемы деток. Это министерство по детским бедкам.
Чешу нервно залакированную за зря голову.
- Потому что опека только для послушных детей, а таких как ты только такие как я могут воспитать. Тоже мне решал нашла!
- Такие как ты – это какие? – докапывается Васька, смахивая на пол ключи от моей тойоты, взятый в автокредит.
Тяжело вздыхаю.
Асенька также. А потом выдает: - Терпилы.
Помогла так помогла дочура. Поправляю ее тут же, чтобы Вася слово новое не запомнила, и не назвала меня так при людях.
- Терпеливые!
- Ага, - Аська натягивает на уши вязаную красную шапку, как у Красной шапочки. – Я слышала, что ты сказала на совсем не русском языке вчера, когда розетку чинила!
Ну так. Меня током малек шибануло.
Старшно представить, что я ляпнула.
- Забудь! – приказываю ей так, будто у меня есть дар внушения.
Бросаю короткий взгляд на часы.
Я же так без завтрака детей оставлю.
Стремительно нагибаюсь, подбираю ключи с пола.
- Всё. Побежали!
Дальше мы действительно делаем все очень быстро, как солдатики на плацу – передвигаемся короткими перебежками.
Добравшись до детсада, передаю девочек из рук в руки МарьВанне, она сама поможет им переодеться. А я убегаю к машине.
Спустя сорок минут уже вхожу в кабинет, раскинувшийся на тридцатом этаже одной из башен Делового центра.
Я боюсь высоты, но выбора нет – карьеру строят на верхних этажах.
Пью кофе, жду главного. Появляется он не скоро – спустя минут тридцать.
Боги!
Добрый никогда не был пунктуален. Весь в своего отца Максима Евгеньевича.
Когда босс появляется в кабинете, начинает сразу с грубости.
- Ты?! Зачем пришла… - Добрыня Максимович – директор, хозяин заводов и пароходов, потомственный мажор, во втором поколении, скользит удивленным взглядом.
Вздрагиваю от знакомых ноток давно забытого голоса. Чувствую себя неуютно под прицельным взглядом серых пронзительных глаз.
- Значит, так теперь красивые женщины устраивают личную жизнь.
Подходит ко мне ближе, и я машинально делаю два шага назад, пока не врезаюсь в стол.
Не успеваю даже вскрикнуть от боли, как Добрыня вцепляется в мои плечи. Нависает надо мной как герой любовного романа.
Хочу кричать, но безопасник вышел из кабинета еще десять минут назад, оставив меня на съедение боссу.
В целом, понимаю, глупо взрослой девочке кричать «На помощь, меня целуют», с учетом того, что шесть лет назад я родила от Доброго двух дочерей, о которых он не знает и никогда не узнает!
- Как ты смеешь, что-то предъявлять мне?
- Я твой босс, - усмехается, продолжая удерживать меня огромными ручищами.
- Мой босс Надежда, я сторонний аудитор, подчиняюсь только ей.
- Тебе не сказали? Надя тебя уволила, и ты теперь официально главный бухгалтер моего медиахолдинга. Поздравляю. Впереди испытательный срок, крошка.
- Меня уволили? – дрожу от злости, понимая, что (Не) Добрый уже начал свои игры у меня за спиной.
Похоже, я ошиблась, недооценила его, придя прямо в логово врага.
- Безумно красива, когда злишься, - нагло протягивает руку к моим волосам, поправляет упавшую на лицо светлую прядь. – Голодна? Семь лет назад ты любила поесть. Бургеры, да? – его взгляд скользит по моей стройной фигуре.
Конечно, любила. Я же беременна от тебя была!
Возмущаюсь молча.
Прикосновения его пальцев отдаются во мне миллионами импульсов, пронзают насквозь растревоженную душу.
Задыхаюсь от его наглости, а внутри меня всё пламенеет. Но я считаю до десяти и спрашиваю:
- Где мой кабинет?
- Прямо здесь, - показывает на небольшое пространство рядом со своим кабинетом.
- Это же предбанник какой-то?
- Ничего, мы оборудуем как положено.
Я пришла, чтобы отомстить бывшему. Пока что все карты у него на руках.
Ничего, Добрыня, у меня есть то, чего нет у тебя…
- Я наслышан от твоих детей о том, что ты еще та фурия – мужиков богатых обдираешь как липки. Правильно понимаю, что я сейчас в роли этой самой липки?
Улыбаюсь нежно...
Добрыня
В обед ко мне заезжает брат-близнец Никита. Никита, тот самый человек, который яростно отнекивался и отмежевывался от актерского прошлого нашего папы, и нас самих.
Так вышло, что отец с матерью познакомились на телевизионном проекте. Что-то у них пошло не так. Они боролись за один приз, отец не сказал маме, что канал и всё шоу принадлежат его отца. Водил ее за нос, а потом ближе к финалу кто-то подставил маму, чтобы самому выйти в финал.
В итоге молодые родители поругались, разбежались. Мать забыла сказать отцу, что беременна нами. А когда они встретились нам было уже по шесть. И мы пришли с мамой на конкурс. Отец решил завоевать нас и заказал в «Ами» студии отснять целый сериал по мотивам ранее известного фильма «Электроник».
Сериал «ЧатБот» удался, после первого сезона мы стали местными звездами, а после третьего – нас знала вся страна.
К сожалению, мы росли, и уже не были милыми малышами, к тому же съемки мешали работе, поэтому сериал был прикрыт по наставлению мамы.
Про карьеру артистов мы с братом забыли, так как дед был против. Он настаивал, чтобы мы оба выучились на бизнес, и вели дела компании, так как нашему отцу он не доверял всю империю Максимовых.
В семнадцать, по окончании школы, я поступил на финансы, а брат – на режиссерский, чуть позже на продюсерский факультеты.
Так мы отошли от актерства, но остались полностью в медиасфере и шоубизнесе, которые вкупе приносили хороший доход.
- Ты кто? – услышал я громкий голос брата, но в этот момент занимался вычиткой контракта и не сразу сообразил, что происходит.
- Майя, - прошелестела бывшая.
- Майя, я Никита, брат твоего босса. Метнись-ка в магазин, купи мне кефир и…
- Что?! – громкий крик и хлопок.
Понимаю, что произошло что-то непоправимое. Бросаю бумаги, быстрым шагом вылетаю за дверь.
Брат ошарашенно глядит на стикеры, которыми его серый модный пиджак обклеила Майка.
- Ты чего себе позволяешь? Безмозглая секретарша!
Я же читаю то, что успела она написать на стикерах.
«сам» «метнись» «не царь»
- Что это значит, - со смехом спрашиваю я.
- У нас с дочками игра такая есть дома. Когда кто-то недоволен кем-то мы не говорим вслух, чтобы не обидеть, а пишем записки. Потом пытаемся угадать, в чем не правы, и если сходится ответ, то миримся, попросив прощение и конфетку получаем.
- Что. Здесь. Происходит? – рычит брат.
- Это не секретарь. Наш новый бухгалтер Истомина Майя, - представляю я.
- Почему она сидит у тебя в предбаннике? Нет. Не отвечай. Я понял. Чтобы далеко не бегать, когда захочется сладенького.
В этот самый момент бывшая краснеет как маковка, снова хватается за стикеры и маркер, сметая на своем пути стакан с кофе и канцелярский стакан.
Пытаюсь предотвратить трагедию.
У брата характер звездный. Не очень спокойный.
А бывшая тоже сейчас не в адеквате, всё-таки встреча со мной для нее большое потрясение, я же так много для нее значил… если она родила от меня детей.
Думала и думает, что я дебил? Чурбан неотесанный?
Не увижу бездонных серых глаз своих малышек?
Не услышу сердцем их родные голоса?
Не поймаю ощущения, которые сродни удару током, когда коснусь радостных светлых затылков Аси и Васи?
Ася – мамина дочка, Вася- папина.
Ну ладно, Майя. Ну погоди!
Я тебя выведу на чистую воду. Заставлю саму признаться во всем – как ты ушла с моими детьми под сердцем, лишив меня отцовства.
- Кофе хотя бы можешь приготовить? – бубнит недовольно брат, царь зверей.
- Могу, - лепечет Майя.
- Стикерами не надо мне больше обклеивать. Не смешно!
- Тогда следите за словами!
- Брейк! – приказываю я. У меня планы познакомить и подружить этих двоих, а не рассорить в хлам.
Истомина готовит кофе, и его аромат распространяется на небольшое помещение.
- Кондей включи, - забывшись, приказывает Никитос.
Блондинка дарит ему такой взгляд, который так и кричит: - Сам сделай!
Мда. Отношения явно не задались, слишком ущербные.
- Значит, ты главбухша. Как такую хорошенькую занесло в эту профессию?
- Что не так в нашей профессии? – спрашивает надрывно Майя. – в нее идут люди, которые любят цифры…
- Ой! – тянет Никита. – Туда идут зануды и бабы, любящие пить мужскую кровь.
- Брейк! – бью кулаком по стене.
- Мне что теперь рот закрытым держать? – негодует брат. – Только из-за того, что она будет сидеть здесь. Можно ее выселить отсюда, а подселить кого-нибудь повеселее и помоложе.
Нокдаун или нокаут?
Майя нервно сглатывает, а потом толкает чашку с кофе на пол.
Упс!
Резко разворачивается на каблучках и выходит вон.
- Что это было?
- Нокаут, - отвечаю спокойно. – Сам вари себе кофе теперь. Известный продюсер, говоришь? Ей плевать на твои регалии, она здесь по принуждению.
- Это как?
- Не могу пока рассказать всю историю, но Майя больше чем просто сотрудник.
- Знаешь… - брат ставит чашку, жмет подряд на все кнопки, но машина лишь фырчит, а кофе не выдает.
- Я сам, - отталкиваю его в сторону.
- … у тебя какая-то мания. Помню в молодости ты за какой-то бухгалтершей бегал. Что ты в них нашел.
- Сегодня ты точно без кофе! – выключаю кофемашину вообще. Возвращаюсь к себе в кабинет.
Брат громкими шагами устремляется за мной.
- Только не говори, что это та самая?!
Набычившись, гляжу на него. Он понимает меня без слов.
- Вот это финт!
- Да. А еще у нее есть две дочери… мои дочери.
- Что?..
- Это пока секрет. Она не хочет признаваться в воровстве.
- Ничего, выведем «воровку» на признание, - усмехается близнец. – я тебе подыграю, если понадобится.
Киваю.
- А теперь оставь меня. Я не такой крутой продюсер как ты. Скромный бизнесмен, и мой бизнес требует моего участия.
Широкоплечая высокая фигура Никиты удаляется. Я же набираю секретаря:
- Маша, уборщицу ко мне в кабинет.
- Поняла.
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Второй шанс для бати", Лидия Лидова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 4 - продолжение