«Магия в человеке похожа на древо о могучем корне и девяти ветвях. Если корень слаб, то и ветви будут чахлыми, а если ветвей нет, то где зреть плодам? Ядро магических сил не у каждого мага ведь может сформироваться. Для этого нужно, чтоб и в корне достаточная сила была, и ветви не подвели», ― так говорил Дину негодяй Шан Яо, когда совсем ещё юный второй принц династии Лин спросил его, почему ни один из жрецов не достиг порога бессмертия, сколько бы времени ни уделял самосовершенствованию. То поучение было долгим, заумным и показалось маленькому принцу слишком запутанным. Дин знал, что все Лины по мужской линии рождаются с магическим корнем, лишённым ветвей ― это даже не дар в полном смысле, а бесполезная особенность, не предполагающая какое-либо развитие. У наследников тёмной драконьей силы тоже есть лишь духовный корень. Он гнилой и чёрный, из него не могут вырасти ветви, но если бы его не было вовсе, то и драконов Лунной Долины никак нельзя было бы сдержать. У каждой магии есть предназначение. Даже у такой страшной и губительной.
Сейчас, наблюдая из-под полога невидимости за действиями нескольких магов Яо, Дин Лин взял роль наставника на себя. Он объяснил Тео, что магический корень очень тесно связан с душой и телом человека. Когда гибнет плоть, рвутся все связи, а магия высвобождается, чтобы уйти в основу этого мира и найти там другое применение. Но магам не нужно, чтобы так случилось. Они удерживают чужую духовную силу над основой и помещают её в кристаллы-накопители, нарушая тем самым естественный цикл. Знают, что так делать нельзя, но если не будут поступать подобным образом, то те, кто пользуется кристаллами для продления своей жизни, очень быстро состарятся и умрут.
― Но ведь это преступление против небесных законов! ― возмутился Тео, пользуясь тем, что чары господина позволяют ему не только оставаться невидимым, но ещё и говорить свободно, без риска быть услышанным.
― Да, это преступление, ― согласился Дин. ― В кристаллах магическая сила преобразуется в жизненную и при поглощении используется человеком полностью. Если все маги будут продлевать свои жизни подобным образом, то они поубивают друг друга и уничтожат весь магический ресурс, принадлежащий людям. Это вызовет нарушение магического баланса в основе мира и даст простор для роста разрушительной силы демонов. Яо знают об этом и осторожничают. Даже не все сыновья императора имеют доступ к тайне этих кристаллов. А магию для них используют такую, утрата которой основу мира не пошатнёт. Духовный корень Жана Сандэ был слабым и имел всего два канала из необходимых девяти. С точки зрения развития дара этот парень с полной уверенностью мог считать себя бесперспективным. Таких рождается много. И их не жалко. Полагаю, подобных ему Яо убили уже немало, не щадя даже свою собственную родню. Ладно, пойдём отсюда. Здесь не на что смотреть.
Тео имел иное мнение на этот счёт и точно захотел бы остаться, чтобы посмотреть, что дальше будут делать два колдуна с извлечённым из мёртвого тела магическим корнем, но приказам Дина этот любопытный кот всегда подчинялся беспрекословно. К тому же у него сегодня имелась очень ответственная задача ― видеть многое, запоминать всё увиденное и защищать хозяина от любой опасности даже ценой своей жизни. Последний из этих пунктов Дин добавил для того, чтобы Тео осознавал важность своей миссии. На самом же деле ему нужен был свидетель, который в случае необходимости сможет открыть перед заинтересованными лицами недра своей памяти и продемонстрировать всё, что запомнил. Если дойдёт до открытого конфликта, и полубоги наконец-то вмешаются, одному только Дину Лину они не поверят, а воспоминания Тео можно будет использовать в качестве доказательств. Вылазка опасная, хвостатый друг может пострадать, но иного выбора у владыки демонов просто не было.
Они пришли в императорский дворец днём и очень скрытно. Побывали в брачных покоях, где маги до сих пор пытались найти след демона. Наведались в гарем к матери-императрице, которая прошлой ночью тоже была отравлена сонным зельем и до сих пор не очнулась. Поприсутствовали на тайном семейном совете и послушали, как старик-император, брызжа слюной, бранит своих бесполезных сыновей. Теперь вот посетили спрятанную в одном из дворцовых подземелий тайную магическую лабораторию, а следующей достопримечательностью, на которую Дин хотел взглянуть, была фамильная усыпальница Яо. Насколько он понял из болтовни слуг, вчера принц Оуран очень сильно разозлился, обнаружив там младшую сестрёнку, а Натан говорил, что она сунула нос в опасные тайны. Рано или поздно наследник трона всё равно пойдёт туда, где спрятан дракон, но пока этот мерзавец занят спорами с отцом ― зачем тратить время попусту, если уже и так известно, где может быть спрятано логово зла?
Усыпальница Линов находилась не во дворце, а в поместье за пределами столицы. Отец говорил Дину, что это правильно, ведь империей правят живые, а мертвецам нужен покой. Яо же перестроили под храм предков и склеп помещения старой дворцовой тюрьмы ― для собственного удобства, нисколько не заботясь о покое мёртвых. Здесь, в больших каменных гробах, лежат останки императора Шан Яо и трёх его сыновей. Здесь же похоронены все бывшие императрицы и те из их детей, кого живые сочли достойными такой чести.
― Господин, смотрите, там кто-то есть, ― придержал Тео за руку Дина, когда они спустились в большой подвал, освещённый сотнями свечей и магией.
― Это хранительница Фанни, ― ответил ему владыка. ― Она приходится внучкой принцу Оурану и родилась без духовного корня. У таких детей династии Яо судьба незавидная. Нам сюда.
Он уверенно пошёл в ту сторону, где ощущался незначительный магический фон, отличный от общего. Остановился у ничем не примечательной каменной стены, прислушался к своим ощущениям, наклонился и прикоснулся пальцами к пыли под ногами.
― Что вы делаете? ― спросил Тео.
― Здесь странный след, ― ответил ему Дин и понюхал пальцы. ― Это прах магического существа, но он принадлежит не демону. Скорее, духу.
― Во дворце живут духи? ― удивился кот.
― Похоже на то. И защитное плетение, которое сработало, когда ты появился здесь пару дней назад, рассчитано именно на них, а не не на демонов. След ведёт за стену. Давай-ка посмотрим, что Яо там прячут.
Он переместился сам и прихватил с собой ушастого помощника. Зажёг магическое пламя, потому что в узком тоннеле за стеной царила кромешная тьма. Интуитивно выбрал направление для движения и долго шёл вдоль грубых каменных стен, надеясь, что найдёт все ответы на свои вопросы именно здесь. Давным-давно в этой части тюремного подвала располагались пыточные и допросные помещения. Казалось, что аура смерти не покинула это неприятное место до сих пор, даже спустя два столетия. А холод ощущался такой, словно Дин вдруг попал в ледники северных гор. Ему не страшны ни зной, ни стужа, но Тео довольно быстро замёрз и начал клацать зубами, поэтому пришлось облагодетельствовать его ещё и согревающими чарами вдобавок к уже имеющимся.
― Впереди ещё холоднее, ― заметил демон-кот. ― И там, кажется, что-то есть.
Тео видит в темноте лучше своего господина, потому и сказал так. Для того, чтобы оставаться незамеченными, незваным гостям дворца следовало погасить магический светоч, но Дин поступил иначе ― он послал свет вперёд и заставил его засиять ярче.
Демон-кот остановился, разинул рот и сел на свой хвост прямо там, где стоял. Владыка демонов тоже замер на месте, до глубины души поражённый открывшимся зрелищем. О том, что леденящий душу холод имеет магическое происхождение, он догадался и раньше, но и предположить не мог, каким окажется источник.
― Это… Это люди? Там, во льду, ― спросил Тео, когда смог вновь обрести дар речи.
― Это Лины, ― ответил ему Дин, чувствуя каждый болезненный удар растревоженного находкой сердца.
― Лины? Ваши родственники?
― Мои потомки. У меня был сын. Я рассказывал тебе о нём. Он и положил начало этому бедствию.
― Но вы же говорили, что он был совсем юным, когда Яо вернули его вам! ― возразил Тео.
― Ему было шестнадцать лет, ― возразил владыка демонов. ― Юноши такого возраста сражаются на поле боя наравне со взрослыми мужчинами, а в постели вполне способны дать продолжение роду. Не думал, что Яо могут пасть так низко, но они никогда не могли похвастаться наличием совести и человечности. Вставай, а то хвост отморозишь. Это только вход в обитель зла. Истинное зло спрятано где-то дальше.
Тео поднялся на ноги, отряхнул штаны и изумлённо воззрился на своего господина.
― Почему вы выглядите таким спокойным? Вам разве не хочется поквитаться с этими злодеями за всё, что они здесь творят?
― Хочется, дружище. Очень хочется. Я сейчас испытываю желание не только обрушить на головы Яо этот дворец, но и погрузить глубоко в океанские воды всю их империю, чтобы ни один проклятый маг не выжил. Останавливает лишь то, что виновны не только они. Ты разве не видишь, насколько необычны эти ледяные глыбы?
Тео посмотрел на него недоверчиво, прошёл вперёд и начал внимательно обследовать ближайший кусок льда. Дин сначала наблюдал за ним издалека, поскольку никак не мог решиться войти в зловещую пещеру, но не возвращаться же назад только потому, что душа рвётся в клочья от невыносимой боли, верно? Раз уж нашёл это место, нельзя останавливаться на достигнутом. В конце концов всё же заставив себя сделать несколько шагов, владыка остановился перед одной из глыб и положил на неё ладонь. Внутри, под толщей необычного льда и замёрзшей плотью, билось живое человеческое сердце.
Дин закрыл глаза и медленно, глубоко вдохнул, а потом так же медленно выдохнул. То, что творят здесь Яо, не просто бесчеловечно ― это немыслимая, непростительная жестокость. За такое мало уничтожить всю династию до последних потомков в утробах матерей. Это заслуживает куда более суровой кары. Но в данном случае владыка демонов обречён на душевные муки без возможности дать выход своему гневу. Общая магия Яо служит противовесом совокупной демонической силе Лунной Долины. Нарушение баланса недопустимо. Он не может покарать виновных с им же присущей жестокостью. И не может наказать того, кто надоумил их совершать подобные гнусности.
― У этого льда очень странная структура, ― сообщил Тео, закончив обнюхивать глыбу.
― Потому что это не лёд, ― сообщил ему Дин. ― Это хрусталь из недр горы Биншен, что находится в Небесных Пределах, а сама гора является осколком холодной звезды. Гору Биншен небожители используют и как хранилище для недолговечных ценностей, и как тюрьму, в которой бессмертные не могут умереть, но очень сильно страдают из-за ужасного холода. Этот хрусталь действительно похож на лёд. Он прозрачен, хрупок, податлив при обработке и легко поддаётся магическому воздействию, но не тает от тепла. И ещё он способен долгое время поддерживать жизнь в тех, кто по сути уже мёртв.
― Хотите сказать, что все эти люди ещё живы? ― ужаснулся Тео.
― Нет. Живы только их сердца. Если разрушить хрустальные оковы, остановятся и они тоже. Видишь эти каналы вот здесь? Яо берут кровь из живых ещё сердец и используют её для создания магических пилюль. Но эти Лины такие же, каким был мой брат Алекс. В них течёт самая обычная кровь, а магический корень лишён ветвей. Они не наследники тёмного дара.
― Тогда зачем их так мучить? ― не понял демон-кот.
― Полагаю, причина в близком родстве. Кровь наследника обладает множеством уникальных свойств. Она служит лекарством от любых болезней и ран, быстро сращивает сломанные кости, защищает от ядов и так далее. Тело не становится от этого неуязвимым, но восстанавливается даже при смертельных для обычного человека повреждениях. И её можно использовать как лекарство для других людей. Но в одном человеке или пусть даже в двух этого драгоценного ресурса маловато для целой династии безжалостных мерзавцев. Думаю, они берут кровь наследника и по капле вводят её в сердца этих несчастных, чтобы таким смешением получить больше. Но это лишь моё предположение. Нужно найти доказательства, чтобы рассуждать о подобном с уверенностью. Где-то должен быть живой Лин с тёмным даром. Сейчас нам необходимо его отыскать. чтобы претензии к Яо и другим участникам этих бесчинств не были голословными.
― Другие участники? ― переспросил Тео. ― Хотите сказать, что в этом замешаны и бессмертные тоже?
― Ну не сам же холодный хрусталь упал сюда с небес, верно? ― ответил ему Дин.
― Но какая выгода от этого полубогам? Господин, я не понимаю.
― Я тоже пока не понимаю, но обязательно это выясню, не сомневайся, ― пообещал своему другу владыка демонов и осмотрелся.
Магический хрусталь горы Биншен скрывает любую ауру и не излучает собственную, поэтому при прежних поверхностных осмотрах и не удавалось найти это хранилище. Запахи он тоже устраняет ― чуткий нос Тео в данном случае бесполезен. Но не слух. Кот вдруг замер, прислушался и пальцем указал своему господину направление, откуда уловил какой-то звук.
― Свет погасите, ― напомнил о необходимости оставаться незримыми.
― Не стану, ― решил Дин. ― Я больше не хочу прятаться. Если поймаем сейчас одного из Яо, душу из него вытряхну.
Они обошли несколько помещений, прежде чем нашли источник звука. В каждом обнаружили что-нибудь такое, отчего у владыки демонов появлялось непреодолимое желание вернуться в Лунную Долину, снять свой барьер и с превеликим удовольствием наблюдать за тем, как демоническая аура медленно расползается по континенту, не оставляя Яо шанса на счастливую и беззаботную следующую жизнь. Он именно так и сделал бы, если бы в империи А-Шуан жили только маги этой отвратительной династии. Увы, здесь живут и ни в чём не повинные люди, а Дин Лин всегда избегал бессмысленных и неоправданных жертв. К тому же такой его поступок ускорит разрушение магической основы мира ― это недопустимо. Из-за личных обид одного живого существа не должны гибнуть миллионы ему подобных.
Он получил полное представление о том, чем Яо занимались в этих подземельях и даже отыскал живых носителей тёмного дара, один из которых был заперт в отдельном помещении в компании обезумевших от ужаса женщин. Это зрелище напомнило Дину о нескольких месяцах точно такого же кошмара в его собственной жизни. Зверь, в насилии ищущий спасения от боли ― когда-то Яо и его тоже сделали таким. Но он не утратил рассудок и человечность, потому что знал и другую жизнь, а тот, кто оказался в подобных обстоятельствах теперь, не имел иного жизненного опыта, кроме постоянных страданий. Двух других наследников ― деда и внука ― маги заковали в зачарованные цепи и регулярными пытками довели до состояния, близкого к смерти. Тёмный дар не позволял этим несчастным умереть от голода, истощения или ран. Их ещё можно было бы спасти, что Тео и предложил своему господину, но в ответ Дин лишь сказал:
― Это лишено смысла.
Он не хотел объяснять другу свои слова, потому что в тот момент сам страдал от невыносимой боли ― душевной, самой жестокой. Если бы начал говорить, мог сорваться и совершить непоправимое. Отказался уничтожить даже странных духов, запертых отдельно в тесных клетках под магическими печатями. Не сделал вообще ничего из того, что следовало бы. Просто вернул себя и своего спутника обратно во дворец в Лунной Долине, сказал Тео, что хочет остаться один, и заперся в своём кабинете.
Лучше бы ничего не видел и не знал. Душа рвалась на части, гнев требовал выхода, а здравый смысл настойчиво твердил, что любое решение, принятое в таком состоянии, будет ошибочным. И ещё интуиция подсказывала, что на данный момент раскрыты далеко не все тайны магов. Есть и другие, связанные с этой. Где-то есть дракон. Вполне возможно, что есть и Лин, выросший в иных условиях и принявший свой дар точно так же, как когда-то это сделал Дин. Такому дракон будет подчиняться беспрекословно. И таким Лином можно управлять, если с детства внушать ему мысль о великом предназначении.
На протяжении нескольких часов владыка демонов заставлял себя успокоиться, хорошенько всё обдумать и взять на себя роль стороннего наблюдателя, а не причастного лица, но в конце концов сдался. Он ведь не бессердечный. Хоть и прожил демоном два столетия, но раньше тоже был человеком и сохранил все воспоминания о тех днях. Ему тоже может быть больно. И лучше уж дать выход этой боли и обидам, чем позволить им превратиться в неукротимую ярость.
Вина Дин не пил уже очень давно, потому что предпочитал сохранять разум трезвым, но этот день он провёл в обществе пары дюжин пузатых кувшинов. Алкоголь не способен свалить его с ног, зато обнажает душу. Всего один день горя, отчаяния и слёз ― никто всё равно не увидит этого и не узнает, что владыка демонов может быть таким. Всего один раз. Ему это нужно лишь для того, чтобы избавиться от застящих разум чувств и не наделать непростительных ошибок. Если продолжит держать всё в себе, то ничем хорошим это не закончится.