Найти в Дзене
Про жизнь

Тайная дипломатия, или Прикрытие олигархической сделки

Возобновление ударов по энергетическим объектам сразу же отодвинуло на задний план историю с энергетически перемирием в военных действиях на Украине. Перемирие было объявлено по просьбе президента США Трампа в телефонном разговоре с В. Путиным. Российский президент, что признал сам Трамп, свое слово сдержал. В течение недели удары по энергетической структуре Украины не наносились. Это была явная уступка киевским властям в преддверии переговоров в Абу-Даби о мирном урегулировании. С российской стороны благоприятный фон для них был создан. Чего нельзя сказать об американцах, которые активизировали свой натиск на Россию, пытаясь добиться отказа Индии от импорта ее нефти. Одновременно Трамп стал нагнетать военный психоз вокруг Ирана и Кубы, пытаясь запугать и ослабить этих союзников России. Явно неравноценный и неравноправный подход к переговорам, лишний раз демонстрирующий лицемерие и даже коварство американского президента. Глава Белого дома лишний раз показал, как он, при всех комплимен
Джаред Кушнер, Кирилл Дмитриев, Стивен Уиткофф // Фото: AP
Джаред Кушнер, Кирилл Дмитриев, Стивен Уиткофф // Фото: AP

Возобновление ударов по энергетическим объектам сразу же отодвинуло на задний план историю с энергетически перемирием в военных действиях на Украине. Перемирие было объявлено по просьбе президента США Трампа в телефонном разговоре с В. Путиным. Российский президент, что признал сам Трамп, свое слово сдержал. В течение недели удары по энергетической структуре Украины не наносились. Это была явная уступка киевским властям в преддверии переговоров в Абу-Даби о мирном урегулировании. С российской стороны благоприятный фон для них был создан. Чего нельзя сказать об американцах, которые активизировали свой натиск на Россию, пытаясь добиться отказа Индии от импорта ее нефти. Одновременно Трамп стал нагнетать военный психоз вокруг Ирана и Кубы, пытаясь запугать и ослабить этих союзников России. Явно неравноценный и неравноправный подход к переговорам, лишний раз демонстрирующий лицемерие и даже коварство американского президента. Глава Белого дома лишний раз показал, как он, при всех комплиментах своим партнерам на переговорах, относится к ним на деле.

Но вот что характерно. Впервые об энергетическом перемирии сообщал сам Трамп. Российские официальные лица несколько дней замалчивали такую договоренность. И дело здесь не только в их привычной манере информировать российское общество о тех или иных событиях уже после того, как они как они станут известны зарубежной аудитории. Тут молчание объяснялось вполне обоснованными опасениями негативной реакции на перемирие многих в стране, особенно военных. Взаимный обмен ударами по энергетическим объектам наносит в разы больший ущерб киевскому режиму, чем России, и это хорошо всем известно. Прекращение таких ударов даже на несколько дней дало возможность украинской армии «накачать» электричеством как военные предприятия, так и те кустарные мастерские и даже жилые дома, где производятся БПЛА, то есть боевые дроны. Увеличение их выпуска даже на несколько дней привело бы к дополнительным потерям успешно наступающей российской армии.

Стремление потрафить Трампу накануне очередного тура переговоров в Абу-Даби понятно. Но, судя по итогам закончившегося 5 февраля раунда таких переговоров, какого-либо позитивного влияния на них не оказало. Скорее, наоборот. Односторонние уступки и жесты доброй воли по отношению к натовским лидерам, включая и Трампа, расцениваются на Западе как признак слабости и податливости, что неизбежно приводит к ужесточению их позиции по отношению к России. Примеров тому с периода горбачевского «миротворчества» великое множество, сплошные примеры…

История с энергетическим перемирием наталкивает и на другой, более важный вопрос о соотношении публичной и тайной дипломатии, точнее, о разграничительной линии между ними. Где она проходит и как определить тот момент, когда сохранение такой тайны вызывается не профессиональной необходимостью, а стремлением утаить от российского общества то, что оно не должно знать.

Автору этих строк довелось работать в аппаратах видных деятелей советской эпохи Громыко и тогдашнего советского лидера Горбачева, занимаясь как раз внешнеполитическими вопросами, включая и контакты с зарубежными дипломатами, о которых публично не сообщалось. Могу сказать совершенно определенно. Публичности и открытости при Громыко было куда больше, чем при Горбачеве, хотя он постоянно говорил о необходимости открытости и гласности с высоких трибун. Даже близкие его соратники, не говоря уже о рядовых сотрудниках аппарата вроде меня, не знали, какие вопросы он обсуждал с зарубежными политиками и какие давал обещания в ответ на их требования и просьбы. Сейчас понятно, чем это объяснялось: темные и постыдные дела, применяя современную терминологию, «сделки», совершались им тогда «втихую». Неизбежный негативный резонанс в случае их обнародования помешал бы практической реализации. Отсюда и стремление сообщать о них в спешном порядке, а иногда внезапно, ставя всех перед уже свершившимся фактом. Постепенно такая практика становилось системой. Системой скрытности и недоверия не только к своим же сотрудникам, но и, по большому счету, и всему тогдашнему советскому обществу.

Громыко, многолетний министр иностранных дел СССР, придерживался совсем иного подхода. Он прошел сталинскую школу управления, при которой руководители – от союзного уровня до районного звена – говорили людям правду. Конечно, при Громыко велись и неафишируемые, скрытые переговоры. Однако обо всех фундаментальных договоренностях говорилось открыто и публично. Официально сообщалось о том, чего удалось достичь, а чего нет. Это выбивало почву из-под ног тех западных политиков и журналистов, которые пытались спекулировать на переговорной теме. Как, например, сейчас, когда они сообщают, что соглашение по Украине «почти достигнуто», осталось лишь «совсем немного». С подобными же «супероптимистическими» заявлениями чуть ли не каждый день выступают и спецпредставители президента США. А российские официальные лица привычно отмалчиваются, уходя от необходимых разъяснений. Не понимают, видимо, что идут на поводу у тех, кто сознательно навязывает представление о «почти готовом соглашении». Для того, чтобы потом, когда его не удастся заключить, свалить все на Россию – она, мол, виновата в провале переговоров. Постоянно отмалчиваясь по этому поводу, российские политики и дипломаты сами подставляют себя под удар…

Но главное в том, что от людей скрывают истинную картину происходящего, под предлогом, естественно, «необходимой конфиденциальности». Постоянно и почти молитвенно ссылаются, например, на «дух Анкориджа», возникший в ходе встречи американского и российского президентов на Аляске. Но в чем состоит волшебная «миротворческая» сила этого духа, от которого всячески пытаются отмежеваться западноевропейские политики, а в последнее время и сама администрация Трампа? Ничего конкретного здесь не сообщается.

Можно, конечно, предположить, что американцы согласились надавить на Зеленского с тем, чтобы он вывел войска из оставшихся под оккупацией киевского режима территорий Донецкой и Луганской областей. Ну а как быть с Харьковской, Одесской и Николаевской областями, да и другими украинскими регионами? Там что, русскоязычному населению по-прежнему будут навязывать бан//деровские порядки и выжигаться память об общей с Россией истории, традициях, культуре, обо всем русском, наконец? Большинство россиян с этим попросту не согласятся. Ну а в то, что Трамп поддержит освобождение всей украинской территории от господства русофобского режима, поверить просто невозможно Милитарист до мозга костей, стремящийся сохранить мировую гегемонию США, он всегда считал и будет считать Россию преградой на пути этой гегемонии. И будет делать все, вплоть до военных авантюр, захвата лидеров независимых государств, чтобы только ослабить и подорвать позиции нашей страны. Так в чем же состоит этот пресловутый «дух Анкориджа»? Почему до сих пор нет объективной и достоверной информации о том, на что согласились там американцы? Что плохого в том, что люди узнают о реальной ситуации и сформируют к ней свое отношение? Понятно, что речь пойдет лишь о том, что достигнуто, контакты по дальнейшему уходу события могут быть и конфиденциальными.

Невольно складывается впечатление, что российские политики и дипломаты пытаются что-то утаить, исходя из каких-то частных, корпоративных соображений. Пойти, скажем, на олигархическую сделку в ущерб национальным интересам. Такую сделку, например, представляли из себя Минские соглашения, которыми, по словам В. Путина, Запад «водил за нос» нашу стране 8 лет, используя их для подготовки экзистенциональной войны с Россией. Да и в области внутренней политики принимались решения, которые шли вразрез с мнением подавляющего большинства россиян. Достаточно вспомнить пенсионную реформу, а также переименование милиции в полицию. Вполне допускаю, что это неверное предположение, что каких-либо вредящих стране мотивов здесь нет. Но тогда пусть опровергнут его достоверной и неопровержимой информацией о достигнутых договоренностях и о том, что еще предстоит решить.

«Наше дело правое, победа будет за нами». Этот лозунг, выдвинутый еще в период Великой Отечественной войны, и сегодня сплачивает российское общество, придает уверенность в достижении прочного и справедливого мира на Украине. Но в то суровое время руководство страны во главе со Сталиным не боялось сообщать народу подчас горькую и неприятную правду, зная, что люди все поймут и удвоят свои усилия в борьбе с сильным и коварным врагом. И ведь это работало! Как сработает и сейчас, если руководство страны будет также безбоязненно и открыто говорить людям правду.

Автор: Литов Владимир Другие статьи этого автора здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь

Книгу этого автора «Убийство социализма. Предательство, кровь и крах СССР глазами инсайдера» можно купить на Озоне (здесь) и Вайлдберриз (здесь).

Отрывки из книги читайте здесь и здесь и здесь