Предыдущая часть:
Поблагодарив подругу, Эльвира Викторовна уже собралась было бежать по своим делам, но Лариса Геннадьевна остановила её жестом.
— Погоди, погоди, куда ты так несёшься, подруга Эля? Ты как всегда — с места в карьер. Я же ещё не всё сказала.
Сомова в нетерпении переминалась с ноги на ногу.
— Лариса, мне реально некогда. Молодёжь взвалила на меня все организационные хлопоты, а мне ещё сегодня нужно найти приличный ресторан с свободным банкетным залом.
Лариса Геннадьевна загадочно повела бровями и снизила голос.
— Свадьба в ресторане — это, знаешь ли, слишком обыденно и предсказуемо. Могу подкинуть тебе ещё одну, более интересную идейку.
Сомова замерла в ожидании. Хозяйка салона, искусственно выдержав паузу для драматизма, наконец выдала:
— Одна моя постоянная клиентка является владелицей целой старинной усадьбы. Не знаю, каким ветром её туда занесло и как она ею завладела, но находится этот объект в потрясающе красивом местечке, совсем недалеко от города. Если хорошо поговорить с этой особой, проявить дипломатию, то, возможно, она согласится сдать свою усадьбу в аренду на пару дней специально для торжества.
Эльвире Викторовне идея сразу же пришлась по душе.
— Давай скорее адрес или телефон этой клиентки. Я готова связаться с ней сегодня же!
Лицо Ларисы Геннадьевны снова стало таинственным.
— Зачем тебе телефон? В настоящий момент эта самая дамочка сидит в моём кресле. Мои девочки как раз колдуют над её новой причёской. Бедняжка, надо сказать. Бог наградил её острым умом и деловой хваткой, но с внешностью, видимо, вышел прокол. — Лариса тихонько рассмеялась. — Представляешь? Как говорится, три волосинки на два аккуратных пробора. Каждый раз, когда она приходит, у моих мастеров начинается лёгкая паника — никто не хочет браться за укладку её жиденькой шевелюры, все отнекиваются.
Эльвира Викторовна нетерпеливо оборвала подругу.
— Лариса, милая, давай обсудим внешние данные твоей клиентки потом. Не обижайся, но мне действительно нужно решить этот вопрос сегодня.
Лариса Геннадьевна выразительно вздохнула, разводя руками.
— Я только-только разошлась рассказывать, а ты меня, как обычно, на самом интересном месте обрываешь. Ну ладно, сейчас организую вам деловую встречу.
Владелица исторической усадьбы оказалась женщиной решительной и без лишних сантиментов. Внимательно выслушав предложение Сомовой, она без тени смущения чётко обозначила свою цену:
— Два миллиона. За два дня. Меня это устроит.
На секунду у Эльвиры Викторовны перехватило дыхание от такой суммы, но она быстро взяла себя в руки и кивнула.
— Устроит. Договорились.
На лице предпринимательницы тут же появилась довольная, обворожительная улыбка.
— Обожаю иметь дело с серьёзными людьми, которые не тратят время на пустые торги. Можем обсудить детали прямо здесь или перенесём нашу беседу в более подходящее место?
— Давайте прямо здесь, — решительно ответила Эльвира Викторовна.
Примерно полчаса женщины уточняли все нюансы будущего соглашения, а затем символически ударили по рукам. Довольная результатом своей оперативной дипломатии, Сомова тут же позвонила сыну.
— Артём, я всё уладила. И с уникальным помещением для торжества, и с развлечениями для гостей.
Сына особенно обрадовала перспектива провести свадьбу в настоящей старинной усадьбе. Света же пришла в полный восторг, узнав, что на праздник будет приглашена настоящая гадалка.
— Здорово! — воскликнула она. — Как это мне самой в голову не пришло? Мои подружки просто завизжат от восторга, когда я им всё расскажу! Это же нереально круто — погадать на судьбу в такой день!
Сомова с нежностью и лёгкой грустью наблюдала за будущей невесткой и думала: «Совсем ещё девчонка, искренняя и непосредственная. Главное — чтобы она повторила в жизни только хорошее, а не ошибки, подобные моим». Это желание будущей свекрови было абсолютно искренним. Света нравилась ей с самого первого дня знакомства, и она уже успела привыкнуть относиться к девушке по-матерински, почти как к родной дочери. Самое парадоксальное состояло в том, что Эльвира Викторовна невольно постоянно сравнивала себя молодую с этой жизнерадостной, немного наивной девушкой.
Несмотря на все тщательные приготовления, день свадьбы преподнёс организаторам несколько неприятных сюрпризов. С самого утра небо затянуло серыми тучами и принялось моросить противным холодным дождиком, который грозил в любой момент перерасти в настоящий ливень. Света без конца подбегала к окну в комнате, где собиралась невеста, и с тоской смотрела на потоки воды по стеклу.
— Ой, что же это творится? Неужели погода решила окончательно испортить нам весь праздник? — причитала она. — Надо было всё-таки настаивать на ресторане. Там хоть надёжная крыша над головой.
Эльвира Викторовна, помогавшая ей собираться, старалась успокоить.
— Не переживай, говорят, что дождь в день свадьбы — к большому счастью и долгой совместной жизни. Это очень хорошая примета.
Это заявление ненадолго успокоило невесту, но вскоре она снова забеспокоилась, на этот раз по другому поводу.
— Где же папа? — тревожно спросила она, глядя на часы. — Я же его просила приехать заранее, а он вечно тянет до последнего.
— Может, он где-то заблудился? — участливо предположила Сомова. — Всё-таки он давно не был в этих краях.
Девушка лишь ухмыльнулась в ответ.
— Что вы, Эльвира Викторовна! Папа же отсюда родом, он прекрасно знает все дороги. Он уехал в Беларусь уже после маминой смерти, а я осталась здесь с её сестрой, тётей Верой. Она у меня замечательная. Одно время я даже думала, что папа на ней женится, чтобы нам не расставаться. Но после мамы у него, насколько я знаю, больше не было ни с кем серьёзных отношений. Он долго скитался по стране, перебиваясь разными заработками, а потом окончательно осел там, у соседей. Он и меня звал к себе, я сначала даже собиралась, но потом… потом встретила Артёма.
Эльвира Викторовна заметила, с какой нежностью и теплотой девушка произнесла имя её сына, и на сердце у неё стало спокойно и хорошо. «Она действительно его любит, любит по-настоящему», — с облегчением подумала она.
Матвей Захарович, отец невесты, появился буквально в самый последний момент, когда молодожёны уже поднимались по широкой лестнице дворца бракосочетания. Он, запыхавшийся, взбежал наверх и, обращаясь ко всем сразу и ни к кому в частности, громко объявил:
— Прошу прощения за опоздание, машина подвела в самый неподходящий момент! Пришлось делать небольшой ремонт прямо на трассе.
Эльвира Викторовна, обернувшись на голос, увидела его и на секунду замерла. Перед ней стоял тот самый мужчина, вдовец, с которым она столкнулась у могилы Глеба. Шок был настолько сильным и неожиданным, что женщина полностью лишилась дара речи и способности связно мыслить. Она просто не могла поверить своим глазам. После короткой приветственной фразы вновь прибывший гость тоже застыл в немом изумлении, уставившись на неё.
— Вы… — медленно проговорил он, и его лицо выдало крайнее изумление. — Не верю своим глазам. Судьба-злодейка, да и только.
Этот короткий, но многозначительный диалог не ускользнул от внимания вездесущей Ларисы Геннадьевны. Она ловко подскочила к подруге и тихо, но очень выразительно прошептала ей на ухо:
— Ты что, знакома с ним? Откуда?
Сомова лишь молча, едва заметно кивнула, не в силах сейчас что-либо объяснить. Она не стала рассказывать подруге, при каких тяжёлых и трагических обстоятельствах она впервые увидела отца Светланы.
Вся торжественная церемония бракосочетания прошла для Эльвиры Викторовны как в тумане. Она механически улыбалась, кивала, аплодировала, но мысли её были далеко, постоянно возвращаясь к ошеломившей её встрече. Она мысленно корила себя за непростительную оплошность — за то, что раньше не потрудилась собрать хотя бы минимальные сведения об отце своей будущей невестки. «Непростительная беспечность, — думала она с досадой. — Теперь между нами навсегда будут стоять тени моего мужа и его погибшей жены. И эта общая трагедия может стать тёмным пятном, которое омрачит счастье наших детей». Она лихорадочно размышляла, как можно избежать этого. «Наверное, мне нужно будет поговорить с этим Матвеем Захаровичем. Если он искренне желает счастья своей единственной дочери, то должен понять необходимость молчания. Хотя чего это я так всполошилась? Света же говорила, что отец сразу после свадьбы уедет обратно. Возможно, я вижу его в первый и последний раз». Эти мысли лишь слегка успокаивали её. Эльвира Викторовна отдавала себе отчёт, что с отцом Светы им так или иначе придётся пересекаться в будущем, особенно с рождением внука. Внутри неё боролись самые противоречивые чувства — растерянность, тревога и смутная надежда.
После окончания официальной процедуры, улучив момент, когда молодожёны позировали для фотографов, она решительно подошла к Матвею Захаровичу и жестом отозвала его в сторонку, подальше от всеобщего внимания.
— Матвей Захарович, надеюсь, вы понимаете… — начала она тихо.
Но он мягко, почти беззвучно, перебил её на полуслове.
— Эльвира Викторовна, вы меня немного опередили. Я как раз хотел сказать вам то же самое. Думаю, будет лучше для всех, если наши дети никогда не узнают о… — он сделал многозначительную паузу, — …о той трагедии, о наших погибших. Вы же понимаете, о чём я.
Сомова с огромным, несказанным облегчением выдохнула, и камень будто свалился с её души.
— Спасибо вам. Большое спасибо за понимание.
— Не за что меня благодарить, — покачал головой мужчина. — Я, как и вы, желаю своему ребёнку только добра и счастья. И мне кажется, я наконец-то понял одну простую вещь: прошлое нужно уметь вовремя отпускать, иначе оно будет вечно тянуть тебя назад и отравлять настоящее. Мне кажется, для нас с вами сейчас наступил самый подходящий момент, чтобы сделать это.
Сомова ничего не успела ответить, потому что в этот момент Лариса Геннадьевна зычным, весёлым голосом скомандовала на всю площадь:
— Дорогие гости, сегодня вас ждёт масса интересного и необычного, поэтому не будем терять драгоценное время! По коням и в путь — к месту торжества!
Лариса Геннадьевна первая прыгнула в свой автомобиль. Её примеру немедленно последовали и остальные участники праздника. Матвей Захарович в последний раз обменялся с Эльвирой Викторовной понимающим взглядом и сказал уже вполголоса:
— Удачи им. И нам.
Загородная усадьба была полностью готова к встрече новобрачных и многочисленных гостей. Территория и само здание с колоннами были изящно украшены в духе старинных русских традиций, что создавало неповторимую атмосферу. В этот антураж органично вписывалась резная деревянная мебель, цветочные арки и белоснежный шатёр для молодожёнов. Когда свадебный кортеж подъехал к воротам, музыканты заиграли торжественный марш Мендельсона, а приглашённая певица исполнила трогательную лирическую песню о любви. Даже погода, казалось, решила помиловать праздник — свежий ветерок разогнал утренние тучи, и солнце заиграло своими лучами на мокрой после дождя листве, наполняя всё вокруг тёплым светом. Обстановка сама настраивала на радостный, позитивный лад, и гости от всей души поздравляли сияющую пару.
Праздник был в самом разгаре, когда тамада, обладающий бархатным, глубоким голосом, объявил с некоторой театральностью:
— Дорогие друзья! Каждому из нас в глубине души хочется хоть одним глазком заглянуть в будущее. Сегодня — особенный, волшебный день, когда сбываются самые заветные мечты и тайные желания. И чтобы это доказать, встречайте нашу гостью — непревзойдённую Зару, лучшую предсказательницу и читательницу судеб!
После этого помпезного представления на площадку вышла смуглая женщина с роскошной гривой иссиня-чёрных волос, уложенных в сложную причёску. Её бездонные тёмные глаза казались двумя глубокими омутами, а на губах застыла загадочная, чуть насмешливая улыбка. По тому, как уверенно и грациозно она держалась, было ясно, что гадалка — частый и желанный гость на подобных торжествах. Помимо яркой, запоминающейся внешности, женщина обладала низким, хорошо поставленным голосом, который завораживал слушателей.
— Кто хочет приоткрыть завесу тайны? Зара видит судьбы, знает, где вас поджидает удача, а где — камень преткновения.
Гости с азартом покинули столы и плотным кольцом окружили цыганку. Всем не терпелось узнать что-то о своём будущем, но Зара, сделав властный жест, указала на невесту.
— Сегодня её день, и первой я загляну в её судьбу. Подойди, красавица, дай мне свою ручку.
Света, немного смутившись, несмело протянула ладонь. Гадалка довольно долго и внимательно изучала линии на её руке, а затем пристально посмотрела девушке прямо в глаза.
— Всё плохое, все горести у тебя уже позади, милая. Впереди — только светлое и доброе. А под сердцем ты уже носишь маленькое чудо… девочку. Когда она появится на свет, назови её именем звезды — и счастье никогда не покинет ваш дом.
Продолжение :