Предыдущая часть:
Единственным ярким и запомнившимся моментом за всё то время стала случайная встреча с пожилой цыганкой. В одно из воскресений конца августа Эльвира, как и большинство местных жителей, отправилась на рынок за свежими продуктами. Она довольно долго бродила между многочисленными прилавками, выслушивая зазывные крики торговцев. «Девушка, посмотри, какие у меня спелые абрикосы, покупай, точно не пожалеешь!» Кроме абрикосов ей наперебой предлагали яблоки, сладкие дыни и прочую летнюю витаминную продукцию. Подобная навязчивость в обслуживании начала понемногу её раздражать, как, впрочем, и многие другие особенности провинциального быта. Купив пару душистых груш и полкило красных томатов, Эльвира направилась к выходу с рыночной территории. Неожиданно её окликнула пожилая, темнокожая цыганка, сидевшая на обочине у своего разваленного лотка: «Эй, красавица, куда это ты так спешишь? Не торопись, от судьбы своей не убежишь. Поверь моему слову, она тебя найдёт и на краю земли». Девушка с нескрываемой неприязнью посмотрела на гадалку и холодно бросила через плечо: «Я вообще-то никуда не собираюсь бежать, тем более на край света. И вообще, не ваше дело». Цыганка лишь усмехнулась в ответ, обнажив ряд жёлтых зубов. «Звёзды говорят, ты здесь не задержишься. Твоя дорога ведёт к большой воде и высоким стенам. Там найдёшь ты и любовь, и печаль свою». Эльвира грубо оборвала её, резко развернувшись к выходу. «Идите-ка вы подальше со всеми своими мрачными предсказаниями. Не верю я во всю эту чепуху и ерунду». Она быстро зашагала прочь, а цыганка что-то ещё прокричала ей вслед, но расслышать Эльвира успела лишь обрывки фраз: «...не пытайся обмануть судьбу... она своего добьётся...». Уже через полчаса девушка благополучно забыла о странной встрече и зловещих пророчествах.
А буквально на следующий день ей позвонила бывшая однокурсница Катя Корякина. «Эльвира, ты это куда вообще пропала? Я тебя чуть ли не через сыскное бюро разыскивала!» — с порога затараторила она в трубку. Вопрос Кати искренне удивил девушку, поскольку в студенческие годы они особо не дружили и не общались. Вежливо, но сдержанно Эльвира спросила в ответ: «Интересно, что же такого важного заставило тебя меня искать?» Катя словно только и ждала этого вопроса. «Не поверишь, но я выхожу замуж! Свадьба у нас в следующую субботу. И я решила собрать на празднике абсолютно всех наших однокурсников, чтобы было веселее». У Эльвиры непроизвольно вырвалось: «И... ты приглашаешь меня? Мы же в институте не так уж много общались...» Корякина на другом конце провода явно удивилась. «Как это — зачем? Хочу, чтобы моя свадьба была самой яркой, шумной и запоминающейся. Я выхожу за сына одного очень влиятельного в наших краях человека, и его семья может себе позволить практически всё, что пожелает. Они со своей стороны пригласили уже чуть ли не сотню родственников и важных знакомых, а у меня родня не такая многочисленная. Да и в обществе одних только почтенных старожилов будет, честно говоря, скучновато, вот я и решила созвать всю нашу весёлую компанию». На это заманчивое, но сомнительное предложение Эльвира ответила уклончиво: «Пока ничего конкретного тебе пообещать не могу, но я постараюсь как-нибудь вырваться». На самом деле, она совсем не горела желанием ехать на чужую, пафосную свадьбу. Вообще, Эльвира никогда не любила шумных многолюдных сборищ, но за те несколько месяцев, что она провела в провинциальном городке, жизнь там успела ей настолько осточертеть, что появилось острое желание хоть как-то, хоть ненадолго развеяться и сменить обстановку.
Свадьба Корякиной произвела на Эльвиру впечатление своим безудержным размахом и кажущейся бесконечной роскошью. На торжестве собралось больше двух сотен гостей, а праздничные столы буквально прогибались под тяжестью изысканных и дорогих угощений. Гостей развлекали профессиональные артисты, создавая атмосферу настоящего светского приёма. Для скромной девушки из провинции подобная шикарная обстановка была в диковинку, и она поначалу почувствовала себя совершенно потерянной и чужой на этом празднике. В какой-то момент Эльвиру охватило острое желание сбежать, и в голове промелькнула чёткая мысль: «Я здесь абсолютно лишняя, нужно немедленно уйти, пока никто не заметил».
Она незаметно прокралась на первый этаж ресторана, намереваясь скрыться через главный выход, но в дверях неожиданно столкнулась с одним из гостей со стороны жениха. Молодой человек с удивлением поднял на неё взгляд.
— Вы уже покидаете наш праздник? Слишком рано для такого веселья, — мягко заметил он.
Эльвира смутилась и выпалила первое, что пришло в голову.
— Нет, я не ухожу окончательно. Просто в зале стало невыносимо душно, и мне захотелось глотнуть немного свежего воздуха. — Она кивнула в сторону широкой лестницы, ведущей обратно в банкетный зал.
Молодой человек с вежливой улыбкой приоткрыл перед ней массивную дубовую дверь.
— Если вы не против, я с удовольствием составлю вам компанию. Честно говоря, я и сам не большой любитель подобных многолюдных сборищ. Они всегда вызывают у меня лёгкую панику.
— Меня тоже, — неожиданно для себя призналась Эльвира, делая шаг на прохладное крыльцо. — Однажды в детстве мы с родителями поехали в областной центр за обновками. Зашли в большой универмаг, где как раз выбросили партию модных зимних сапог. Мама решила попытать счастья и встала в очередь. Не помню, сколько мы простояли, но кто-то вдруг крикнул, что товара на всех не хватит. И тогда начался настоящий кошмар — страшная давка, крики. Меня оттеснили куда-то в сторону, я едва удержалась на ногах. Наверное, упади я тогда — меня бы просто затоптали. Спас какой-то незнакомый мужчина, который подхватил меня на руки и буквально вынес из этой круговерти. С тех пор я панически боюсь больших скоплений народа.
Молодой человек слушал её внимательно, кивая.
— Со мной приключилась очень похожая история, только в церкви. Меня тогда потеряла моя бабушка. Она была человеком глубоко верующим и водила меня с собой на все большие праздники. Родители мои постоянно были в разъездах по работе, так что большую часть детства я провёл именно с ней. Бабуля была мне самым близким человеком… Жаль, что её не стало так рано.
Их беседа могла бы продолжиться в том же душевном ключе, но сверху, с лестницы, раздался весёлый голос.
— Глеб! Эльвира! Вы там случайно не заблудились?
Они одновременно подняли головы и увидели сияющее лицо жениха. Новобрачный махал им рукой.
— Идите быстрее за стол! Сейчас мой отец будет произносить торжественный тост, это нельзя пропускать. Давайте же!
Глеб повернулся к девушке и с лёгким поклоном протянул ей руку.
— Ну вот мы и познакомились. Пойдёмте, Эльвира Викторовна, не будем омрачать праздник молодым.
Эльвира положила свою ладонь на его протянутую руку, и в этот момент её вдруг пронзило странное ощущение — будто в этом простом жесте крылось что-то гораздо большее, нежели простая вежливость. Весь оставшийся вечер она провела рядом с Глебом, который держался невероятно галантно и предупредительно. Он умело угадывал её желания, не докучал пустой болтовней. А во время танцев вёл себя с подчёркнутым, почти старомодным уважением. Со стороны могло показаться, что они знают друг друга уже очень давно.
Ушли они вместе, немного раньше остальных гостей. Когда Глеб узнал, что Эльвира планирует провести ночь в зале ожидания на вокзале, поскольку остановиться ей в незнакомом городе было негде, он тут же предложил решение.
— Вы можете переночевать у меня в квартире. Я прекрасно понимаю, как подобное предложение звучит при наших обстоятельствах, и заранее прошу прощения за его бесцеремонность. Но я даю вам слово — никаких намёков или чего-либо неподобающего с моей стороны не последует. Вы будете в абсолютной безопасности.
Эльвира замялась, неуверенно пробормотав отказ.
— Нет, спасибо, я лучше как-нибудь перебьюсь на вокзале до утренней электрички. Не стоит вас беспокоить.
Глеб рассмеялся, и в его смехе не было ни капли злорадства.
— Да перестаньте, право слово! За порядком в моём жилище денно и нощно бдительно следит моя тётушка, родная сестра отца. Она строже любого коменданта, так что все приличия будут соблюдены безукоризненно.
Этот аргумент наконец убедил Эльвиру. Квартира родителей Глеба поразила её своими размерами и дорогой, солидной обстановкой. Тётушка, Таисия Павловна, встретила неожиданную гостью с подчёркнутой, хотя и немного суховатой радушностью.
— Я освобожу для вас свою спальню, а сама устроюсь на ночь в гостиной на диване. Вам нужен полноценный отдых.
Ночь в чужом доме действительно прошла тихо и спокойно. Утром Глеб лично проводил Эльвиру на пригородную электричку и на прощание попросил у неё номер телефона. Однако он не стал звонить, а приехал к ней сам спустя всего два дня после свадьбы.
— Эльвира, я не знаю, как это объяснить, но я постоянно думаю о вас, — сказал он прямо, глядя ей в глаза. — Это превратилось в какое-то навязчивое состояние, я не могу себя заставить перестать. Меня неудержимо тянет сюда, к вам, и я не в силах сопротивляться этому чувству.
Хотя девушка и сама испытывала нечто похожее, она не решилась признаться в этом молодому человеку. Глеб стал приезжать каждую субботу в тот самый провинциальный городок, где Эльвира должна была отработать положенный срок по распределению. Его ухаживания были красивыми, ненавязчивыми и щедрыми — он дарил ей дорогие, но уместные подарки. От него веяло той самой непоколебимой уверенностью в себе и в завтрашнем дне, которая так ценится многими женщинами. Спустя два месяца таких регулярных визитов Глеб сделал ей предложение, сформулировав его с особой оригинальностью.
— Эльвира Викторовна, как вы смотрите на то, чтобы в скором времени стать госпожой Волошиной?
Она ждала этих слов и ответила сразу, без тени сомнения.
— Я не против.
Их семейная жизнь в первые годы складывалась вполне счастливо и благополучно. По настоянию супруга Эльвира получила второе, экономическое образование. Благодаря активной помощи родителей мужа, особенно Таисии Павловны, а также поддержке собственных родителей, ей удавалось успешно совмещать учёбу, работу и материнство. Родители Эльвиры также помогали молодой семье, чем могли. Тогда казалось, что этой размеренной, наполненной смыслом и любовью жизни не будет конца. Так и текли годы, заполненные общими планами, ростом бизнеса, воспитанием Артёма.
Но первые тревожные сигналы, первые сомнения начали подкрадываться после двенадцати лет брака. Эльвира стала замечать странности в поведении супруга. Он стал часто задерживаться на работе, а на её осторожные расспросы отвечал с плохо скрываемым раздражением.
— Кому, как не тебе, Эльвира Викторовна, знать, что серьёзный бизнес требует постоянных жертв, — говорил он, раздражённо похлопывая по папке с документами. — Стоит лишь на секунду отвлечься, и конкуренты тут же вырвут у тебя из-под носа самый жирный кусок. А я не намерен допускать, чтобы на моей собственной поляне начали хозяйничать чужаки.
Глеб вообще любил яркие, образные выражения. Как выяснилось позже, он питал слабость не только к эффектным метафорам, но и к эффектным женщинам. Эльвира Викторовна, хоть и догадывалась о возможных изменах мужа, предпочитала не подавать вида. Она даже пыталась самостоятельно вычислить разлучницу среди сотрудников компании, которую Глеб унаследовал от отца и где она сама занимала должность финансового директора. Под подозрение ревнивой жены попали две молодые привлекательные сотрудницы, однако неожиданно вскрывшаяся правда показала, насколько глубоко она заблуждалась. Её супруг тайно встречался с женщиной, которая также состояла в браке и воспитывала маленькую дочь.
Этот роман оборвался трагически и внезапно. Любовники погибли одновременно, попав в страшную автомобильную аварию. Они возвращались из дачного посёлка после очередного тайного свидания. Как позже выяснилось, Глеб использовал для этих встреч старую родительскую дачу на протяжении почти двух лет. Эльвиру Викторовну поразила не столько сама смерть мужа, сколько тот жуткий факт, что он разделил свою участь с другой женщиной. Было невыносимо горько и обидно чувствовать себя обманутой все эти годы, и в душе она не раз мысленно проклинала неверного супруга. «Ты получил по заслугам. Столько лет водил меня за нос, строил из себя идеального семьянина, а я, глупая, верила всем твоим нелепым отговоркам про работу».
На кладбище во время похорон она не проронила ни единой слезинки, чем вызвала открытое осуждение со стороны родни мужа и его деловых знакомых. Тётка Глеба, Таисия Павловна, подойдя близко, прошипела ей с нескрываемой злобой на ухо.
— Хоть для приличия всплакни, сделай вид. Подумай, что люди подумают! На нас же все смотрят.
Эльвира Викторовна резко, не поворачивая головы, ответила родственнице.
— Люди подумают ровно то, что и так все знают. Будут показывать на меня пальцем и шептаться: «Вот та самая дура, у которой муж разбился вместе со своей любовницей». И в этих пересудах не будет ни капли хорошего.
Таисия Павловна лишь плотно сжала губы и отошла в сторону. Мать Глеба из-за тяжёлой болезни не смогла присутствовать на похоронах. Его отец скончался от обширного инфаркта всего за полгода до этой трагедии, так что смерть единственного сына окончательно подкосила несчастную женщина.
Когда Эльвира Викторовна вместе с Артёмом уже покидали кладбище, мальчик тихо потянул её за рукав.
— Мам, смотри, там вон тоже кого-то хоронят, — указал он в сторону другой свежей могилы.
Эльвира Викторовна бросила равнодушный взгляд в том направлении и сказала сухо, без интонации.
— Да, сынок. К сожалению, так бывает. Жизнь и смерть всегда рядом.
Они не успели дойти до кладбищенской ограды, как их окликнул мужчина, отделившийся от небольшой группы людей у той самой свежей могилы.
— Подождите, пожалуйста, минутку!
Эльвира Викторовна напряглась и обернулась, глядя на незнакомца с явным недоброжелательством.
— Вам что-то нужно от меня?
Мужчина смутился под её тяжёлым взглядом.
— Да нет, ничего особенного… Просто я хотел выразить вам свои искренние соболезнования. Понимаю, как вам сейчас тяжело.
Женщина чуть слышно промолвила в ответ.
— Взаимно. Ведь вы тоже сегодня прощаетесь с кем-то близким.
Из груди мужчины вырвался тяжёлый, надломленный вздох.
— Да… Я сегодня похоронил свою жену.
Он помолчал несколько секунд, словно собираясь с духом, а затем неожиданно высказал то, что, видимо, долго носил в себе.
— Ваш супруг… он встречался с моей женой. Она устроилась в вашу компанию два года назад, и это стало для нашей семьи роковым решением. За несколько дней до аварии она сказала мне, что собирается подать на развод, но судьба распорядилась иначе. Теперь мы с дочерью остались одни, и я… я просто в полной растерянности. Не представляю, что делать дальше и как жить.
Продолжение :