Я покупала эту икру специально на день рождения. Красная, отборная, за восемь тысяч. Заказывала заранее в рыбном магазине.
Через неделю мне исполнялось тридцать пять. Хотела накрыть стол как надо. Салаты, горячее, бутерброды с икрой. Пригласить подруг.
Спрятала банку на верхнюю полку холодильника. За пакетами с заморозкой. Мужу Игорю сказала — не трогать. Сыну Илье объяснила — это маме на праздник.
У свекрови Галины Ивановны были ключи от нашей квартиры. Мы дали на форс мажорный случай. Она жила в соседнем районе. Приезжала редко. Обычно звонила заранее.
В субботу я уехала к родителям на дачу. Игорь с Ильёй остались дома. Я планировала вернуться вечером воскресенья.
В субботу вечером позвонил муж.
— Мам у нас была. Взяла твою икру из холодильника.
Я замерла.
— Какую икру?
— Твою. Красную. Всю банку.
Меня накрыло. Руки сжались в кулаки.
— Как взяла? Зачем? Почему ты ей не сказал?
— Я был на балконе. Дрелью работал. Илья открыл дверь бабушке. Она зашла, взяла что-то из холодильника и ушла. Я не видел что. Только потом заметил — икры нет.
Тишина.
— Я сейчас приеду, — сказала я.
Я вернулась домой в девять вечера. Включила свет на кухне. Открыла холодильник. Посмотрела на верхнюю полку.
Икры не было. Пустое место.
Игорь сидел на диване. Виноватый.
— Я пытался сказать ей. Позвонил маме. Она ответила: «Всё равно лежала». И что ты купишь ещё. Сказала, что у неё сегодня вечером подруги. Вот и взяла икру на бутерброды.
На следующий день я поехала к свекрови. Позвонила в дверь.
— А, Юлечка! — радостно встретила она меня. — Заходи, заходи! Чайку попьём. Печенье есть.
Я вошла. Села на кухне. Руки сжала в кулаки под столом.
— Галина Ивановна, вы вчера съели мою икру.
— Ой, ну что ты! — махнула она рукой. — Всё равно лежала же. Купишь ещё. У тебя работа хорошая, зарплата большая. Можешь позволить. Зато я подружек угостила! Бутерброды с икрой сделала. Девочки были в восторге. Говорят, такую давно не ели.
Она улыбалась. Не понимала.
— Эта икра стоила восемь тысяч.
— И что? — она удивлённо посмотрела на меня. — Жалко что ли? Мы же семья. Родные люди. Тебе что, денег жалко на свекровь?
Меня взбесило. Жалко. Семья. Родные. Удобные слова. Когда нужно что-то взять.
— Хорошо, — сказала я спокойно. — Хорошо, Галина Ивановна.
Галина Ивановна пошла в комнату за телефоном. Хотела показать фото с подругами. Я встала. Тихо подошла к шкафчику. Открыла его. Там, на верхней полке стояла деревянная коробка.
Я знала, что там. Элитный китайский чай. Свекровь хвасталась им год назад. Говорила, что подруга привезла из Китая. Что она его бережёт на особый случай.
Я взяла коробку. Положила в сумку. Попрощалась и ушла.
В понедельник я принесла чай на работу. Поставила коробку на стол в переговорке. У нас в отделе десять человек. Девочки хорошие. Мы часто устраиваем чаепития по пятницам.
— Юль, что это? — спросила коллега Алиса, рассматривая коробку.
— Китайский чай. Элитный. Дорогой. Давайте попробуем сегодня.
Я заварила весь чай. Высыпала в большой заварник. Разлила по кружкам. Запах сильный. Девочки пили. Говорили, что никогда такого не пробовали. Что это лучший чай в их жизни.
К среде чая не осталось. Мы выпили всё до конца. Я достала телефон. Сфотографировала пустую коробку. Написала свекрови.
«Галина Ивановна, спасибо за чай! Девочки на работе всё выпили за три дня. Говорят, никогда такого не пробовали. Пустую коробку выброшу».
Ответ пришёл через минуту. Голосовое сообщение. Два сообщения подряд. Она кричала.
— Ты что наделала?! Это был коллекционный чай! За пятнадцать тысяч! Мне его из Китая везли специально! Я его хранила! Ждала особого случая! Ты украла! Воровка! Как ты посмела!
Я написала:
«Всё равно стоял же. Вы бы купили ещё. Жалко что ли? Мы же семья»
Она звонила. Я не брала трубку. Потом позвонил Игорь. Растерянный.
— Мама в истерике. Говорит, ты украла её чай. Что он был очень дорогой.
— Не украла. Взяла. Как она мою икру. Я его заварила коллегам.
— Но чай же стоил пятнадцать тысяч!
— А икра — восемь. Разница в семь тысяч. Пусть считает, что я ей должна. Верну когда-нибудь. Или она купит ещё. Жалко что ли?
Игорь молчал.
— Скажи матери: пусть чужие вещи не трогает. Даже если они «всё равно лежат».
Свекровь больше не звонит. В мой холодильник не лезет.
Я заварила себе обычный чай. Села на диван. Тот элитный был вкуснее, конечно. Но и этот сойдёт.
Икру съела — чай потеряла. Справедливый обмен. Я ничего не жалею. Чужое трогать теперь не будет. Урок вышел дорогим, но действенным.