Её уже и не звали почти никогда — знали, что не выйдет ничего. Но в тот раз подружки всё же совершили попытку вытащить затворницу из дома.
Алёна чувствовала себя не в своей тарелке после разговора с Верой. Подруга назвала Юру мамонтом и патриархом. Если раньше Алёна спорила по этому поводу с девчонками, то в этот раз даже возражать не стала.
В растрепанных чувствах присела Алёна на диван, начала щёлкать кнопками пульта. Предстоял ещё один длинный, пустой вечер. Будто бы ей не двадцать с небольшим, а около пятидесяти. И они с Юрием давно вырастили парочку детей.
Юра подошёл к ней с загадочным видом, присел на диван, взял из её рук пульт, выключил телевизор.
Алёна вопросительно посмотрела на него. Тот улыбнулся:
— Пришло время. Я так долго ждал этого момента, и теперь он настал.
Мужчина протянул ошарашенной Алёне открытую коробочку с кольцом.
— Можно было сделать это и поромантичнее, но не хочу тянуть. Меня перевели на другую должность — теперь самое время для создания семьи. Выходи за меня. Ты согласна?
Алёна улыбнулась. Ответ был очевиден — вроде как. Но что‑то мешало ей сказать «да».
Вспомнился вдруг презрительный взгляд Юры на недавно приготовленный ею пирог. Потом всплыло в памяти замечание по поводу плохо промытых полов — замечание‑то было сделано в весьма деликатной форме, но всё же…
А потом память услужливо предложила ещё один недавний эпизод. Алёна хотела надеть на прогулку мини‑юбку, на что Юрий разразился нудной проповедью о том, что женщина должна демонстрировать достоинства фигуры исключительно своему мужчине.
И потом — это ведь из‑за него она сейчас сидит дома, хотя могла веселиться с подружками. «И что, провести так всю жизнь?»
Алёна и сама не ожидала от себя такой смелости и решительности.
— Знаешь, я не хочу быть твоей женой.
— Что? — удивился Юра. — Ты, наверное, ошарашена этим предложением, не ожидала, да? Я виноват. Нужно было как‑то подготовить.
— Нет, — покачала головой Алёна. — Знаешь, я пойду, пожалуй.
Не дожидаясь дальнейших расспросов, Алёна схватила с тумбочки свою сумочку, бросила на ходу в неё телефон и… вылетела из квартиры.
Она знала, куда отправиться.
В тот самый бар — к подружкам. А потом, под утро, домой. Не в квартиру Юры, а к матери. То‑то она удивится! С ней ещё предстоит объясниться, но это будет потом.
Алёна провела весёлый вечер и ночь с подружками. Они танцевали, пили вкусное пиво, заигрывали с парнями — делали всё то, что было под запретом для Алёны во время жизни с Юрой.
Как же она соскучилась по таким вот посиделкам с девчонками! Юра же запрещал ей с ними общаться, считал, что подруги на неё плохо влияют. В крайнем случае готов был сопровождать её. Но что бы это были за встречи? Все бы только неловко себя чувствовали.
Юрий звонил, писал. Алёна не брала трубку, но сообщение его читала. Он просил объяснений, спрашивал, что сделал не так.
Девушек даже жаль его немного было. И вину Алёна свою ощущала. Надо было сразу говорить о том, что её не устраивает. К слову, она и пыталась иногда — только Юрий не хотел её слышать. Он слышал только себя.
«Между нами всё кончено», — написала под утро Алёна. И сразу же вдруг почувствовала себя свободной и счастливой, будто гора с плеч упала.
Он пытался её вернуть и вёл себя в этот период совсем не так, как обычно: умолял, признавался в любви, обещал измениться. Но Алёна уже поняла, что не нужны ей эти отношения.
Потом у неё были и другие романы, но девушка больше не сближалась с людьми так, как с Юрой, — не пускала их в своё сердце, в свою душу. Просто развлекалась, наслаждалась молодостью и свободой — без горьких разочарований, без планов на совместное будущее.
До поры до времени Алёну это вполне устраивало. А потом оказалось вдруг, что все подруги замужем, многие из них даже уже детей растят. Как‑то тоже этого захотелось — тепла, душевной близости.
Созрела, наверное, наконец. И в этот момент ей встретился Сергей.
Они познакомились банально — в баре. У Алёны в тот вечер был корпоратив: скучное мероприятие с ведущим и дурацкими конкурсами. Алёна в сопровождении двух подруг из соседних отделов сбежала из ресторана, где проходило мероприятие, в любимый бар. А Сергей в тот же вечер зашёл туда ненадолго — к друзьям. Что‑то ему надо было кому‑то передать. Ну и задержался, чтобы пообщаться немного.
А тут — Алёна.
Сергей потом признавался, что обратил на неё внимание сразу же, как только она появилась в зале. И, по его собственному выражению, вечер сразу перестал быть томным. Сергей понял: он не уйдёт отсюда без телефона этой незнакомки с роскошной улыбкой.
Так и вышло.
Сергей просто дождался, когда Алёна останется за столиком одна. Её спутницы отправились в курилку, а вот сама Алёна не имела этой вредной привычки. Она сидела за столиком, наслаждалась живой музыкой. На сцене выступала местная рок‑группа. Девушка никогда этих ребят раньше не слышала, но песни их ей явно нравились.
Сергей появился будто бы из ниоткуда. Спросил разрешения присесть за столик. Алёна не возражала. Здесь вообще обстановка такая царила — дружелюбная, тёплая. Совершенно незнакомые люди могли заговорить друг с другом, и это было в порядке вещей.
Сергей представился. Алёна — тоже. Они начали обсуждать музыку, потом плавно перешли на кино. Выяснилось, что им нравится одно и то же.
Оба не заметили, как вовлеклись в захватывающую беседу о проблемах современного кинематографа. Тут и спутницы Алёны вернулись. Они в дискуссии особенно не участвовали, о чём‑то своём болтали. Так что никто никому не мешал.
К концу вечера Алёна поняла, что не хочет расставаться с Сергеем. Он, похоже, чувствовал то же самое.
Молодые люди обменялись телефонами и договорились встретиться позже. Сергей обещал выбрать интересное место.
Алёна, честно говоря, тревожилась о том, что он не перезвонит. «Ну, мало ли… Всё, что было в Вегасе, остаётся в Вегасе. Очарование рассеялось, приятное общение с памятью выветрилось. Может, у него вообще кто‑то есть?» — думала она. Они ведь не обсуждали этот вопрос.
Но Сергей позвонил. И позвал её на прогулку по реке — на маленьком туристическом катере. Это было очень мило. Тем более Алёна обожала такие вот мини‑путешествия. Сергей будто бы угадал её желание.
Там, на катере, Сергей впервые её обнял и поцеловал. Алёна так ждала этого! А он, похоже, не решался сделать первый шаг — пришлось его подтолкнуть, дать парню несколько довольно‑таки явных намеков.
Они начали встречаться, и это было совсем не похоже на отношения с Юрием. Это вообще не напоминало ничего из того, что Алёна испытывала раньше. Сергей был заботливый, любящий, внимательный — и при этом лёгкий, простой, ненавязчивый.
С ним Алёна могла быть самой собой — ничего из себя не изображая и не пытаясь во всём угодить своей второй половинке. Никакой «конструктивной критики», как это было с Юрой. Сергей принимал Алёну полностью — со всеми её недостатками и несовершенствами. Его искренне восхищало в ней всё, и он понимал её. Чувствовал настроение Алёны, предугадывал её желания — даже мысли девушки будто бы читал.
Удивительно. Алёна была уже достаточно мудрой для того, чтобы оценить по достоинству эти чувства и эти отношения. Она благодарила судьбу за ту случайную встречу в баре. Ей‑то казалось, такого не бывает. Она привыкла считать, что отношения — это компромисс: всегда приходится в чём‑то себя ущемлять, чтобы угодить своей второй половине. Но нет — с Сергеем такого и близко не было.
С ним жизнь стала ярче, полнее, приятнее, наконец. У Алёны появился свой человек — родной и любимый. При этом она ощущала себя свободной, а не скованной по рукам и ногам какими‑то надуманными обязательствами.
Сергей много работал. У него не было богатых влиятельных родственников — парню с самых юных лет пришлось пробиваться самому.
Родом Сергей был из небольшого провинциального городка. Жил с матерью и отцом в старом бараке, учился в обшарпанной школе — правда, на одни пятёрки.
Причём особенных усилий мальчишке прилагать не приходилось: знания как‑то сами собой укладывались в его голове и сортировались там по полочкам. Учителя пророчили способному ученику блестящее будущее. А вот отец с матерью сомневались.
Им казалось, что ехать на учёбу в Москву после школы — отчаянный и рискованный шаг.
— Опасность молодому человеку одному в Москве, — качала головой мать. — Там опасности на каждом шагу, а таких звёзд, как ты, — вагон и маленькая тележка: со всей страны туда тащатся. Пропадёшь ты там.
— Поступай в наш вуз, сюда тебя точно возьмут, — настаивал отец.