В первой половине 70-х годов они регулярно гастролировали по Великобритании, Европе и США и в этот период были одной из самых кассовых концертных групп. Сейчас о них как о бэнде, конечно, вспоминают реже, но выходцы из этой рок-группы получили в дальнейшем статус суперзвёзд. Faces исполняли довольно жёсткий, хаотичный, но в целом жизнерадостный рок-н-ролл с элементами хард-рока, блюз-рока и ритм-энд-блюза, главенствующую роль в котором играл незабываемый голос их вокалиста.
Сформировавшись на останках мод-рокеров 60-х – Small Faces, «Фэйсис» были идеальной группой для хорошего времяпровождения. К оставшимся участникам прежнего состава – басисту Ронни Лейну, клавишнику Иэну Маклэгану и барабанщику Кенни Джонсу – добавился Рони Вуд из The Jeff Beck Group. Если у Бека он заведовал бас-гитарой, то в Faces Рони пришёл в качестве гитариста, что не удивительно, учитывая его прежнюю карьеру. К тому же, и параллельно с The Jeff Beck Group Вуд в качестве гитариста выступал и с группой The Creation.
Итак, начало лета 1969-го. Четверо молодых музыкантов прячутся в подвале репетиционного зала The Rolling Stones в южном Лондоне. В течение последних нескольких недель Рони Вуд, Иэн Маклэган, Ронни Лейн и Кенни Джонс здесь джемовали, исполняя каверы на записи таких американских соул-групп, как The Meters и Bar-Kays, и сочиняя несколько собственных инструментальных композиций. Но чего-то не хватает, очевидно, харизматичного певца. Лэйн и Вуд по очереди подходили к микрофону, но им кажется, что это не совсем то, что надо. Гитарист Вуд уже предложил своего коллегу по группе Джеффа Бека – Рода Стюарта, но остальные не в восторге.
Лэйн, Маклаган и Джонс всё еще не оправились от внезапного распада Small Faces, когда их вокалист Стив Марриотт покинул их в начале года, чтобы сформировать Humble Pie. Марриотт был мощным, харизматичным вокалистом, но также и доминирующей силой. Остальные не хотят, чтобы их снова обожгло чьё-то раздутое самолюбие. Вуд уверяет их, что Род не такой. Они осторожно приглашают его с собой.
Стюарт поначалу был слишком застенчив и предпочитал слушать, стоя на верхней площадке лестницы. Затем он целыми днями молча сидел у усилителей, наблюдая за тем, как квартет отрабатывает свои действия. «Мы знали Рода ещё со времён его работы на лейбле «Immediate», – вспоминает Джонс, – поэтому знали, какой у него великолепный голос. Сначала он садился у усилителя и просто ждал, пока мы закончим играть. И каждый раз, когда у нас был перерыв, мы отправлялись в паб на Бермондси-стрит, чтобы немного выпить и посмеяться. Затем мы возвращались в репетиционный зал и играли ещё. Так продолжалось несколько недель».
Действительно, первое сотрудничество будущих участников Faces состоялось на лейбле «Immediate» в составе недолговечного проекта Quiet Melon, в который ещё входили старший брат Вуда – Арт Вуд, а также Ким Гарднер. Они записали четыре песни и отыграли несколько концертов в мае 1969-го, во время перерыва в работе Ронни Вуда и Рода Стюарта с The Jeff Beck Group.
Джонс продолжает вспоминать: «И вот однажды я сидел там и играл, смотрел на Рода и думал, что это просто бессмысленно. В следующий раз, когда мы пошли в паб, я спросил, не хочет ли он выпить с нами. Затем я спросил, не хочет ли он присоединиться к группе. Он посмотрел на меня и сказал: «Как ты думаешь, другие бы мне позволили?»»
Маклэган припоминал, как Стюарт пришел на репетицию и попробовал что-то из «Live At Newport sing» Мадди Уотерса. В тот вечер в квартире Элвина Ли за углом была вечеринка. Джонс высказал идею о том, чтобы Род стал постоянным членом их молодой группы. «Они опасались, не получат ли ещё одного Стива Марриотта, и не хотели, чтобы кто-то нас подвёл», – вспоминает он. – «Я полностью понимал, о чём они говорили, но, на мой взгляд, для нас настал решающий момент, и я чувствовал, что это было необходимо сделать. Так что появляется Род, наступает безумие! И как только он начал петь с нами, он стал недостающим звеном. Он был именно тем, кто был нам нужен. Дальше было очень весело. И много алкоголя».
Faces, как их стали называть позже в том же году, были самой что ни на есть «группой чудиков», тусовщиков. Банда неряшливых парней с павлиньими волосами, шикарными атласными одеждами и соответствующими мелодиями. Они расхаживали по сцене с важным видом, как ни одна другая группа начала 70-х, словно кучка бродяг, забредших в «свою забегаловку». Не зря же их бокс-сет 2004 года назывался «Five Guys Walk Into A Bar». Концерты неизменно заканчивались пьяным исполнением «We'll Meet Again» или «When Irish Eyes Are Smiling», когда они впятером собирались вокруг одного микрофона, а затем в унисон валились на пол.
«Это было не только на концертах», – вспоминал Джонс. – «Где бы мы ни были, мы падали на пол – в аэропортах, ресторанах, отелях, барах. Мы говорили людям, что не нужно воспринимать рок-н-ролл слишком серьёзно. Каждое выступление было похоже на вечеринку. Faces, несомненно, были самой тусовочной группой, в которой я когда-либо играл».
Но дело было не только в пиве и бренди. Faces тоже умели играть по-настоящему. Их физическим домом, возможно, и была ближайшая пивная, но их духовным связующим звеном была Америка, особенно Детройт и Мемфис – соответственно, цитадели лейблов «Motown» и «Stax». Наряду с неутолимой тягой к южному блюзу и фолку, группа играла особую уникальную смесь. На пике своего успеха они пользовались в Америке большей популярностью, чем даже «Роллинги». Если бы они были менее бесцеремонны и более целеустремлёнными, то вполне могли бы полностью обогнать их. Но с другой стороны, именно такая напускная расслабленность изначально придавала Faces большую часть их плутоватого очарования.
Слэш, один из их ярых почитателей на всю жизнь, утверждает: «Ни одна группа не была таким ярким примером «тусовочной группы», как Faces, и ни одна группа с тех пор не стала им. Они писали пьяные, блюзовые, пропитанные тестостероном рок-н-ролльные песни и исполняли их в стиле «намекни и подмигни»… Это одна из самых культовых групп всех времён».
Это патент, которому с тех пор с разной степенью успеха пытались подражать многие другие группы – от Sex Pistols и Guns N’ Roses до Black Crowes и The Replacements. «В Faces было несколько классических песен, но это было больше для того, чтобы передать настроение группы, чем что-либо ещё», – замечает гитарист Quireboys Гай Гриффин. – «Многие группы пытались повторить это. Многие люди обвиняли нас в том, что мы делаем это. И я поднимаю руку, потому что они оказали на меня большое влияние. Я играю на такой же гитаре «Zematis», что и Ронни Вуд, так что я с радостью признаю это».
Faces вызывали зависть и у их сверстников. Одна из самых близких связей у них была с группой Free. «Гастроли с Faces были замечательными», – вспоминает тогдашний барабанщик Free Саймон Кирк. – «Они были на пике, и пел Род Стюарт. Боже, он тогда так хорошо пел. Он похож на Пола Роджерса (вокалист Free – прим.), на самом деле. Он никогда не делал плохого шоу, у него были только вариации «блистательного». Они всегда так весело проводили время на сцене. Напитков было в изобилии, и Вуди был там, вынимая сигарету из рта и пряча её на грифе гитары. Иэн улыбался от уха до уха. И они были одеты так пышно – все в шелках, атласах и клешах. Мне они очень понравились. Они просто отлично провели время, а Free были немного серьёзны».
Басист Free Энди Фрейзер вспоминает Faces как «заядлых пьяниц. Мы жили в одном отеле, и Род, в частности, всегда говорил: «Давайте, ребята, пропустим по паре стаканчиков». Что, по сути, означало, что мы были совершенно пьяны. Наблюдать за выступлением Faces было немного похоже на выступление в пабе масштаба арены. Это не значит сбрасывать со счетов невероятные певческие и исполнительские способности Рода или музыкальность группы, которую я оцениваю очень высоко. Эта грубоватая, немного небрежная композиция сработала очень хорошо. Из того, что они все сделали по отдельности, вы можете видеть, насколько они квалифицированны».
Британия не сразу прониклась к ним симпатией. Их первые концерты, по словам Джонса, были похожи на «выдёргивание зубов». Как и в случае с Led Zeppelin до них, именно в Америке они создали свою репутацию. В марте 1970-го группа отправилась в турне из 28 концертов. Толпа мгновенно откликнулась на этих неисправимых распутников, которые, в отличие от любителей шугаринга, таких как Grateful Dead или целые легионы «заумников-нравоучителей», явно собирались отлично провести время и увлечь за собой публику. К тому же, как отмечает Вуд, «мы продавали им их собственную музыку. Они понимали, что мы из себя представляем».
Именно в Детройте Faces впервые привлекли к себе внимание в крошечном заведении в самом сердце чернокожего сообщества города под названием «East Town Theatre». Это было началом симбиотических отношений, которым суждено было продлиться всю жизнь группы, даже когда их популярность была такова, что они заполняли залы вместимостью 17 000 человек, такие как «Cobo Hall». «После того, как Faces впервые появились в Детройте, – вспоминал Джонс, – популярность распространилась как лесной пожар. К тому времени, как мы добрались до следующего города, слухи уже пошли повсюду. Сила сарафанного радио была фантастической».
Их американские туры стали легендой. Группа убивала часы простоя между концертами, разбивая и портя гостиничные номера, учиняя хаос в коридорах, устраивая вечеринки у бассейна, запасаясь «белым порошком» и выпивкой, которые были в свободном доступе, и в полной мере пользуясь тем, что очередь из желающих поклонниц казалась бесконечной. Их репутация разрушителей всех устоев росла с такой скоростью, что вскоре Faces были запрещены во всей сети отелей «Holiday Inn.» Они обошли это, просто регистрировавшись как Fleetwood Mac.
«Мы были первыми, кто начал делать многое», – вспоминал Джонс. – «У нас была белая сцена, и мы настаивали на том, чтобы Чач Маги, который был нашим роуди, носил чёрные брюки, белую рубашку и жилет, так что он был похож на бармена. Так что он работал за баром, потом быстро занимался гитарой Вуди и другими делами. И с нами на сцене были пальмы. Это было очень чрезмерно. Мы издевались над собой, больше всего на свете».
В другом туре по США, который был объявлен как рок-н-ролльный цирк, участвовали жонглеры, акробаты, клоун Блинко и китайская стриптизерша по имени Минг Вунг. Можно было бы поспорить, что все это каким-то образом соответствовало энергичному настрою Faces, которые прыгали по сцене, обменивались микрофонами, перешептывались и запускали футбольные мячи в толпу. Они даже создали на сцене свой собственный бар.
Все это создавало шумную атмосферу в коллективе. На нескольких выдающихся кадрах в Faces тех лет видно, как группа осаждается незваными гостями, но счастливо продолжает играть под бдительным присмотром местной полиции. «Это была невероятная атмосфера», – подтверждает Маклаган. Некоторые люди в Америке ходили за нами с концерта на концерт». Джонс вспоминает, что «это было так, как будто мы были в зале, а зрители – на сцене. Толпа окружала тебя».
Свой первый полноценный альбом, «First Step», группа выпустила всего через несколько месяцев после создания – 27 марта 1970 года. При этом в американских изданиях название группы было указано как Small Faces. Этот альбом не имел большого успеха ни у широкой публики, ни у музыкальных критиков: самый продолжительный оригинальный релиз группы был хоть и многообещающим, но растянутым и несбалансированным. Последовавший за ним второй альбом «Long Player» (февраль 1971) также не снискал серьезного коммерческого успеха.
Взлёт популярности группы произошёл в 1971-72 годах, прежде всего благодаря их третьему альбому «A Nod Is As Good As a Wink... to a Blind Horse», выпущенном в ноябре 1971-го. Он достиг 6-го места в американском «Billboard 200» и 2-го в «UK Albums Chart», в 1972 году получил статус золотого), а также синглам «Stay with Me» (№6 в Великобритании), «Cindy Incidentally» (№ 2) и «Pool Hall Richard» (№ 8).
Если первые два альбома Faces были какими-то отрывочными и не сфокусированными, то после третьего релиза, тщательно проработанного группой в студии с продюсером Глином Джонсом, ситуация стала кардинально другой. Альбом стал квинтэссенцией Faces: громкий, непринужденный и напичканный всем – от полу-фарсовых шуток («Miss Judy's Farm», «That's All You Need») до тоскливо-элегических песен, таких как «Debris» Ронни Лейна, в которых подробно рассказывается о скрытых шрамах его любимого Лондона, и «убойных сцен в стиле буги», таких как «Stay with Me».
В это же самое время Род Стюарт выпустил свой третий сольник «Every Picture Tells A Story» с его хитом «Maggie May». В какой-то момент они одновременно возглавляли чарты синглов и альбомов по обе стороны Атлантики. Его следующий альбом 1972 года «Never A Dull Moment», в котором была «You Wear It Well», закрепил его новый статус суперзвезды. Ходили слухи и обвинения в том, что Стюарт приберегает свои лучшие песни для себя, что ещё больше усилилось из-за того, что в его последний альбом вошла песня «True Blue», записанная на сессии Faces.
Четвертый альбом The Faces «Ooh La La», выпущенный в апреле 1973-го, казалось, ещё больше обострил отношения в группе. Поскольку группа уже неохотно играла вторую скрипку в постоянно прогрессирующей сольной карьере Рода Стюарта, «Ooh La La» стала лебединой песней оригинального состава. Вокалист всё больше отдалялся от своих товарищей по группе, которые были разочарованы тем, что к этому моменту они стали восприниматься публикой как немногим большее, чем группа поддержки Стюарта. Несмотря на сложные обстоятельства записи, продюсер Глин Джонс всё же как-то сплотил группу, помогая успокоить внутреннюю напряженность. Его усилия позволили Faces записать сбалансированный, краткий альбом в манере своего предшественника.
Род казался незаинтересованным, не проявляя интереса в течение первых нескольких недель записи, и Вуд взял на себя ведущую роль в заглавном треке. В интервью прессе Стюарт назвал альбом «кровавым месивом». Маклэган назвал его работой Ронни Лейна, который написал или соавторствовал более половины из композиций. В результате, в целом, это был многогранный (хотя и характерно необработанный) драгоценный камень, с богатым драматизмом истинного блюз-рока «My Fault», кантри-роком «Flags and Banners», прог-роком «Fly in the Ointment», сиротским рэгги «Ooh La La» и чистым, рваным глэмом «Borstal Boys». И, конечно, «Cindy Incidentally», которая в феврале заняла 2-е место в чарте синглов.
Благодаря своему разнообразию, многие критики считают альбом «Ooh La La» лучшим в карьере Faces. Да и сами музыканты полагали, что на нем нет «проходных» песен. В апреле он «добрался» до первого места в британском хит-параде.
Но такой интенсивный образ жизни, постоянные гастроли и растущие трения в группе начали сказываться на микроклимате. В мае 1973-го Ронни Лейн объявил, что уходит из группы. Это было началом конца. «Это было похоже на неудачную шутку», – вспоминает Вуд, – потому что мы все обычно дурачились и говорили: «Я ухожу из группы!» Это было похоже на обычную поговорку, когда что-то шло не так, как надо. И вот однажды Ронни действительно пришёл и сказал, что уходит. Я сказал: «Да, конечно, возьмём другого. Но он сказал: «Нет, правда». К тому же я ухожу с женой моего лучшего друга». Это была жена Майка Макиннерни, который делал обложку для нашего первого альбома «First Step». Мы все ему говорили: «Что ты делаешь? Как вы можете это делать?» И он сказал нам, что собирается жить в фургоне, стать путешественником и создать свою собственную группу».
Лэйн сдержал свое слово, отправившись в турне со своей новой группой Slim Chance. Остальным оставалось только взвесить свои варианты. «Род очень хорошо подытожил это», – вспоминал Джонс. «Он сказал мне, что как только Ронни Лэйн покинул группу, дух Faces тоже ушел. Ронни был неотъемлемой частью группы. Когда он был там, это был полный состав. Впоследствии мы уже никогда не чувствовали себя так, как раньше».
В попытке заполнить образовавшуюся пустоту они пригласили японского басиста Тэцу Ямагути, который заменял Энди Фрейзера в Free. «С Тэцу мы действительно совершили ошибку», – признается Маклэган. – «Это была не его вина, но он был тусовщиком и думал, что ему можно много пить и немного играть, в то время как мы хотели больше творить и поменьше пьянствовать».
Но Ронни было не заменить. Он был не только автором, но и связующим звеном в группе. Он был таким милым человеком и таким замечательным автором песен. И когда его не стало, его авторский колорит пропал. Группа просуществовала ещё 18 месяцев, хотя всё, что они успели показать, – это пара синглов (хотя и отличных, «Pool Hall Richard» и «You Can Make Me Dance, Sing Or Anything») и плохой, наспех сведенный концертный альбом «Сoast to Coast: Overture and Beginners» (1974).
В январе 1975 года Ронни Вуду предложили занять место гитариста Мика Тейлора в The Rolling Stones, первоначально на время гастролей. «Мы все сказали: «Да, Вуди, давай, без проблем. Просто держитесь вместе, потому что наш тур начинается сразу после них», – вспоминал Джонс. – «Но когда Вуд вернулся, он действительно стал «Роллингом». А Род переезжал жить в Америку, так что у нас был большой трансатлантический разрыв. Произошёл огромный раскол, и уход Рони стал последней каплей». К декабрю это стало официально: Faces закончились.
Ронни Лейн, у которого в конце 70-х диагностировали рассеянный склероз, скончался в июне 1997 года. На протяжении многих лет ходили слухи о воссоединении оставшихся в живых Faces, но это всегда казалось маловероятным, учитывая комфортную сольную карьеру Стюарта и закрепления Вуда в The Rolling Stones, а также Кенни Джонса, заменившего Кита Муна в The Who, затем создавшего The Jones Gang вместе с бывшими участниками Bad Company и Foreigner.
А Иэн Маклэган погружался в сессионную работу и собственную группу Bump Band. Были редкие встречи на церемонии «Brit Awards» или на одном из шоу Рода на Уэмбли, но ничего долгосрочного.
Затем, в 2008 году, Стюарт рассказал прессе, что они поговаривали о том, чтобы снова играть вместе. Четвёрка вновь собралась на однодневную репетицию в Лондоне, но затем всё зловеще стихло. К началу следующего года представитель Рода опроверг сообщения о полноценном воссоединении Faces: выяснилось, что предыдущие гастрольные обязательства просто не позволяли этого сделать.
Но остальные продолжали настаивать. В октябре 2009 года Вуд, Маклэган и Джонс отыграли благотворительный концерт в Королевском Альберт-холле, на котором Мик Хакнолл из Simply Red и бывший «Ролллинг» Билл Уайман заменили соответственно Стюарта и Лейна. Это был огромный, если не сказать неожиданный, успех.
В мае 2010 года было, наконец, объявлено об официальном воссоединении, и Глен Мэтлок из Sex Pistol заменил уже Уаймена в качестве штатного басиста. А 3 декабря 2014 года, клавишник группы Иэн Маклэган скончался от инсульта в возрасте 69 лет. Следующий краткосрочный реюнион случился сентябре 2015 года, когда оставшиеся в живых музыканты воссоединились с Родом Стюартом.
Ещё одно воссоединение произошло в 2019-м на частном мероприятии. В 2020 году Род Стюарт воссоединился с Ронни Вудом и Кенни Джонсом, чтобы исполнить «Stay With Me» в качестве финала церемонии вручения наград «Brit Awards» того года.
Faces были введены в «Зал славы рок-н-ролла» в 2012 году. Заслуженно. Хотя они пользовались скромным успехом по сравнению с такими современниками, как The Who и The Rolling Stones, Faces оказали значительное влияние на современный рок. Тут уже не поспоришь.
«Жаль, что нам пришлось так распасться», – печалится Джонс. – «Нам следовало продержаться дольше. И это одна из причин, по которой мы хотели снова собраться вместе – чтобы закончить работу должным образом. Потому что Faces всегда казались незаконченным делом. А когда у тебя происходит что-то особенное, подобное этому, это всегда ноет в голове. Мы по-прежнему отличные друзья, и просто приятно снова играть вместе».
Наконец, 19 июля 2021 года стало известно, что Джонс, Стюарт и Вуд воссоединились в студии для записи новой музыки. С тех пор они продолжают работать вместе над треками для альбома, релиз которого запланирован на 2026 год. Ждём!
☑ Если понравилась статья, не стесняйтесь ставить лайк и делать комментарии!
➤ Чтобы не пропустить новое, подписывайтесь на канал
☢️ Другие статьи этой тематики: