Глава 4
Анастасия Петровна была уверена. что на этот раз ее все же услышат. Они вместе с Корнеевым принесли в прокуратуру все, что у них было на тот момент.
Прокурор внимательно изучил содержимое флэшки:
– Ну что, это будет грандиозное событие, – сказал он, выключая экран монитора. – Спасибо, что не остались равнодушны, Анастасия Петровна и вы, Николай Сергеевич. Пока есть такие люди, как вы, можно надеяться на справедливость.
Он улыбнулся. Встал из-за большого стола, подошёл к ним и крепко пожал руки.
– Еще раз спасибо, господа… Нет, можно по-простому – товарищи?
Прокурор был человеком не молодым, помнил еще старые времена. И от этого казался еще более добродушным и справедливым. Впрочем, почему казался? Он и был таким.
Через неделю следственная группа начала работу на детской площадке во дворе дома на Народной. Анастасия Петровна стояла в стороне и наблюда. Десять лет Наталья Крымова лежала в земле, а дети играли над этим местом ее последнего пристанища. Но справедливость, пусть и с опозданием, восторжествовала.
Останки нашли именно там, где указывал Слава. Экспертиза подтвердила личность – Наталья Крымова, двадцать четыре года, пропала без вести десять лет назад.
Марину и Славу арестовали как соучастников сокрытия преступления. Музыкант дал подробные показания. Дело получило широкий резонанс в прессе – «Преступление десятилетней давности раскрыто благодаря настойчивости бывшего следователя».
Анастасия Петровна читала газеты с двойственными чувствами. С одной стороны, справедливость восторжествовала. С другой – сколько жизней было разрушено, сколько лет прошло в страхе и безнаказанности.
– Мам, ты стала знаменитой, – сказала Светлана, показывая статью в интернете. – «Пенсионерка-детектив раскрыла дело десятилетней давности». Звучит как заголовок дешёвого детектива.
– Не нравятся мне эта слава, – призналась она. – Журналисты звонят с утра до вечера, соседи на улице пальцами показывают. Хочется покоя.
– А чего ты ждала? – Светлана обняла мать за плечи. – Ты же настоящий подвиг совершила. Не каждый в твоём возрасте решится против таких людей пойти.
– В моём возрасте многого уже не боишься, – усмехнулась она. – Что мне сделают? Я и так не вечная.
– Мам, не говори так! – Светлана поморщилась. – У тебя впереди ещё много лет. Может, теперь займёшься чем-то более мирным? Вяжи, например. Или на дачу переезжай.
Анастасия Петровна представила себя за вязанием носков и рассмеялась. Нет, это точно не для неё.
Людмила позвонила на следующий день:
– Настя, я не знаю, как тебя благодарить. Верочку похоронили достойно, дело раскрыли... Ты настоящий друг.
– Мила, мне самой было важно докопаться до истины. Десять лет это дело меня мучило.
– А теперь что? Будешь частным детективом?
Анастасия Петровна задумалась. А почему бы и нет? Опыт есть, совесть чиста, а главное – есть потребность в справедливости.
Через месяц шум утих. Журналисты переключились на новые сенсации, соседи привыкли к её славе. Жизнь входила в привычную колею.
В один из февральских вечеров, когда Анастасия Петровна сидела с книгой у окна, в дверь позвонили. Светлана доделывала свои дела в городе. На следующей неделе должна ехать домой.
За дверью стоял мужчина лет пятидесяти пяти, в дорогом пальто, с букетом белых роз. Лицо показалось знакомым, но она не могла вспомнить, где его видела.
– Анастасия Петровна? – голос был мягкий, интеллигентный. – Меня зовут Алексей Михайлович Крымов. Я отец Натальи.
Сердце её ёкнуло. Отец Натальи... Десять лет назад она много раз с ним беседовала. Тогда он был моложе, волосы тёмными, а глаза не такими усталыми.
– Алексей Михайлович! Проходите, пожалуйста.
– Спасибо. – Он протянул ей цветы. – Это вам. Наташа очень любила белые розы.
Они сели в гостиной. Анастасия Петровна поставила цветы в вазу, заварила чай. Мужчина молчал и смотрел на свои руки.
– Десять лет, – тихо произнёс он. – Десять лет я не знал, где моя дочь и что с ней произошло.
Каждый день думал – может, жива где-то, может, ещё увижу...
Голос его дрожал. Анастасия Петровна видела, как он борется со слезами.
– Я хотел лично вас поблагодарить. За то, что не сдались тогда. За то, что сейчас нашли в себе силы всё раскрыть.
– Алексей Михайлович, мне стыдно. Я должна была тогда настоять, бороться до конца...
– Нет, – он покачал головой. – Вы сделали всё, что могли. Против такой машины одному человеку не устоять. Но время всё расставило по местам.
Он медленно достал фотографию, с которой смотрела большими голубыми глазами молодая девушка – блондинка. Она безмятежно улыбалась, глядя прямо перед собой.
– Это Наташа на последний день рождения. Ей исполнилось двадцать четыре. Она мечтала выйти замуж, детей рожать... – голос его сорвался. – А теперь я наконец-то могу её похоронить по-человечески.
Анастасия Петровна взяла фотографию. Девушка действительно была очень похожа на Веру. Тот же тип лица, та же открытая улыбка.
– Вы знаете, – продолжал Крымов, – когда я узнал, что преступники найдены, первой мыслью было – отомстить. Найти этих людей, сделать им то же, что они сделали с Наташей. Но потом понял – это не то, чего бы она хотела. Наташа была доброй девочкой, зла не держала ни на кого.
Они сидели в тишине, каждый думая о своём. За окном спускались сумерки, во дворе включились фонари.
– А что теперь? – спросил Крымов. – Будете продолжать заниматься такими делами?
– Думаю, да. Оказывается, даже на пенсии можно найти применение своим навыкам.
– Это хорошо. Справедливость нужна в любом возрасте.
Он поднялся, собираясь уходить.
– Алексей Михайлович, а как вы меня нашли?
– По телевизору увидел. Дали сюжет про раскрытие дела. Вы почти не изменились за эти годы – всё такая же решительная, всё так же в глазах огонёк горит.
Проводив гостя, Анастасия Петровна долго стояла у окна. Во дворе Михалыч подметал дорожки – привычка, ставшая смыслом. У каждого человека свои привычки, своё предназначение.
Её предназначение, как оказалось, не закончилось с выходом на пенсию. Просто теперь она могла выбирать дела сама, без оглядки на начальство и показатели.
На следующий день она повесила на дверь небольшую табличку: «Анастасия Петровна Кравцова. Частные расследования. Помощь в поиске истины».
Светлана, увидев табличку, только покачала головой:
– Мам, ты неисправима.
– А ты хотела бы, чтобы у тебя была исправимая мать?
– Нет, – улыбнулась она. – Мне нравится моя неугомонная мама-детектив.
Первый клиент появился уже через неделю. Пожилая женщина думала, что её мужа отравили родственники ради наследства. Дело было простым, но требовало внимательности. Анастасия Петровна села за стол, положила перед собой блокнот, взяла ручку. Ей было спокойно. Она в который раз убедилась, что пенсия — это не конец, а новый этап жизни. Теперь есть время заниматься тем, что по-настоящему важно. Не ради галочки, не ради отчёта — а ради людей, которым нужна справедливость и честность.
За окном падал снег, но дома было тепло и уютно. Анастасия Петровна открыла блокнот, нашла чистую страницу и крупно написала: «Дело о гибели Василия Петровича Громова».
Жизнь шла дальше. И всегда найдутся те, кто не готов оставаться равнодушным к несправедливости.
Предыдущая глава 3:
Читайте продолжение историй с Анастасией Петровной Кравцовой сегодня:
Оставляйте свои комментарии и ставьте лайки, дорогие мои читатели!🙏💖 Не забывайте подписываться на канал!✍
И еще одно хорошее известие: на днях возобновим новый канал. Пока не знаю, что там будем публиковать. Может Вы мне подскажете, какие темы раскрывать, какой жанр? Здесь мы читаем про Кравцову и небольшие короткие рассказы. В Телеграм читаем про Алексея Злобина и Григория Малышева. А в новом канале что будем читать?