Когда я вошла в квартиру матери с пакетами из супермаркета, первое, что бросилось в глаза — ее лицо. Такое выражение я видела только однажды, когда отец ушел к другой. Тетя Оля сидела на диване, скрестив руки на груди, а двоюродная сестра Лена нервно листала телефон, не поднимая глаз.
— Привет, — я поставила пакеты на стол. — Что случилось?
Мать медленно повернулась ко мне. В ее взгляде читалось что-то между разочарованием и презрением.
— Ты правда собираешься выходить за него замуж?
Я замерла. О господи, ну вот оно началось.
— Мам, мы уже обсуждали это...
— Обсуждали?! — голос матери поднялся на октаву выше. — Ты нам сообщила о свадьбе за две недели! Как факт!
Тетя Оля кивнула, не скрывая осуждения в глазах.
— Лизонька, ну посмотри правде в глаза. Грузчик на складе. Ты понимаешь, как это звучит? У тебя же высшее образование, приличная работа в банке...
— Он хороший человек, — я старалась сохранять спокойствие, хотя внутри все кипело. — Честный, порядочный. Любит меня.
Лена фыркнула, не отрываясь от экрана:
— Любовь, любовь... А на что жить будете? На одну твою зарплату?
Я сжала кулаки. Вот именно так они всегда и делали — судили, не зная. Никто даже не попытался узнать Артема поближе. После того единственного ужина в кафе, когда он пришел в своей рабочей толстовке и джинсах, они составили мнение раз и навсегда.
— Мы разберемся, — тихо сказала я.
Мать встала, подошла к окну, отвернувшись от меня.
— Я не приду на эту свадьбу. И тетя Оля тоже. Лена — сама решит, но думаю, ответ очевиден.
Удар был точным и болезненным. Я почувствовала, как комок подступил к горлу.
— Значит, так, — я взяла пакеты обратно. — Я люблю его. И выйду за него замуж. С вами или без вас.
Дверь за мной захлопнулась с глухим стуком.
Свадьба прошла тихо. Только мы двое, два свидетеля со стороны Артема — парни со склада, и моя подруга Ника, единственная, кто не отвернулся. В крошечном зале ЗАГСа было пусто и как-то грустно, хотя я старалась улыбаться. Артем держал меня за руку, и этого было достаточно.
Он снял для нас однокомнатную квартиру на окраине. Старый дом, скрипучий лифт, соседи за стенкой постоянно ругались. Но мне было хорошо. После работы я ехала домой и знала, что там меня ждут. Артем всегда приходил позже — склад работал допоздна. Он приносил с собой запах картонных коробок и усталость, но всегда находил силы обнять, спросить, как прошел день.
Мать не звонила. Тетя Оля тоже молчала. Лена иногда лайкала мои фотографии в соцсетях, но писать не писала. Я делала вид, что мне все равно, но ночами иногда плакала в подушку, пока Артем спал. Он понимал, но не давил. Просто был рядом.
Через месяц после свадьбы я случайно встретила мать возле торгового центра. Она шла с полными пакетами, увидела меня и резко свернула в другую сторону. Будто я прокаженная. Я стояла посреди тротуара, чувствуя себя брошенной собакой, которую выкинули на улицу.
— Все нормально? — Артем позвонил в обед. Он всегда чувствовал, когда мне плохо.
— Да, — соврала я. — Просто день тяжелый.
— Вечером куплю твое любимое мороженое.
Такие мелочи меня и спасали. Мороженое, неожиданные записки в сумке, смешные видео, которые он присылал в течение дня. Артем умел делать меня счастливой без громких слов и дорогих подарков.
Перелом случился внезапно.
Я сидела на работе, когда Лена прислала сообщение. Первое за два месяца.
«Слышала, твой муж теперь начальник склада? Повезло тебе».
Я нахмурилась. Начальник склада? Артем ничего не говорил. Вечером я спросила его прямо:
— Тебя повысили?
Он улыбнулся, наливая чай.
— Типа того. Старый управляющий ушел, меня попросили временно заменить. Ничего особенного.
— Почему не сказал?
Он пожал плечами:
— Забыл. Работы много, устаю. Да и не такая уж большая новость.
Но для моей семьи это была новость. Через неделю мать вдруг позвонила. Впервые за все это время.
— Лиза, — голос был натянутым, неестественным. — Как дела?
— Нормально.
— Мы тут подумали... может, приедешь в воскресенье? Поужинаем вместе. С Артемом, конечно.
Я молчала, переваривая сказанное.
— Мам, правда?
— Ну что ты... Мы соскучились. Правда.
Соскучились. После двух месяцев молчания. После того, как она отвернулась от меня возле торгового центра.
— Хорошо, — я не стала спорить. — Приедем.
Ужин был странным. Мать улыбалась, тетя Оля задавала вопросы про работу, Лена даже пошутила пару раз. Артем держался спокойно, отвечал на вопросы, но я видела, как он напряжен. Пальцы его крепко сжимали вилку.
— Значит, теперь ты управляющий складом, — тетя Оля наклонилась вперед. — Это же хорошая должность. Зарплата, наверное, приличная?
Артем кивнул:
— Достаточная.
— А перспективы есть? — мать резала салат на мелкие кусочки, не поднимая глаз. — Карьерный рост?
Я чувствовала, как внутри все закипает. Вот оно. Началось. Как только узнали про повышение, сразу нашлись. Не потому что соскучились. Не потому что захотели наладить отношения. А потому что теперь я была не так позорна для них.
— Мне пора, — я встала из-за стола. — Артем, пойдем.
— Лиза, подожди, — мать тоже поднялась. — Мы же просто разговариваем...
— Нет, — я взяла сумку. — Вы не разговариваете. Вы оцениваете. Как всегда.
Мы ушли под тяжелым молчанием.
В машине Артем долго не заводил мотор. Просто сидел, глядя в темноту.
— Прости, — сказал он наконец.
— За что?
— За то, что из-за меня у тебя проблемы с семьей.
Я взяла его руку.
— У меня нет проблем. У меня есть ты. И это главное.
Он посмотрел на меня, и в его глазах было что-то такое... Грусть? Сожаление? Я не поняла.
— Лиза, мне нужно тебе кое-что сказать...
Сердце ёкнуло. Когда мужчина начинает фразу с "мне нужно тебе кое-что сказать", это всегда что-то серьёзное.
— Что случилось?
Артём молчал, сжимая руль так, будто хотел его сломать. Потом выдохнул и завёл машину.
— Дома поговорим.
Всю дорогу я перебирала в голове варианты. Болезнь? Долги? Другая женщина? Каждая мысль была хуже предыдущей. Артём молчал, только скула ходила ходуном — верный признак того, что он нервничает.
Дома он снял куртку, прошёл на кухню, налил себе воды. Выпил залпом. Налил ещё. Я стояла в дверях, обхватив себя руками.
— Артём, ты меня пугаешь.
Он поставил стакан, обернулся. На его лице было столько эмоций, что я не могла разобрать ни одной.
— Я не управляющий складом.
Пауза. Я моргнула.
— Что?
— Я владелец. Всей логистической компании. Три склада в городе, филиал в соседнем регионе, штат сто пятьдесят человек.
Мир качнулся. Я схватилась за косяк двери.
— Ты... что?
— Я работал грузчиком восемь лет назад, — Артём говорил быстро, будто боялся, что не успеет. — Потом вложил все деньги, что накопил, в свой первый склад. Начал с нуля. Работал сам — и директором, и грузчиком, и водителем. Компания росла. Сейчас у меня годовой оборот... — он осёкся. — Неважно. Суть в том, что я не просто управляющий.
Я опустилась на стул. Ноги не держали.
— Почему ты мне не сказал?
— Потому что все так делают, — он сел напротив. — Знаешь, сколько женщин пытались со мной познакомиться, когда узнавали? Сколько фальшивых улыбок я видел? Мне хотелось, чтобы меня полюбили просто так. Не за деньги, не за статус. За меня.
Я смотрела на него и не узнавала. Мой Артём, который приходил домой уставший, в старой толстовке, который считал каждую копейку в супермаркете...
— А эта квартира? — я обвела рукой нашу съёмную однушку. — Почему мы живём здесь?
— Потому что ты так решила, — он развёл руками. — После свадьбы ты сказала, что снимем что-то скромное, пока не накопим. Я согласился.
— Но ты мог...
— Я мог много чего. Но не хотел, чтобы ты почувствовала себя обманутой. Хотел, чтобы мы строили всё вместе. Постепенно.
Тишина. Я переваривала информацию, и с каждой секундой становилось всё абсурднее.
— Значит, когда моя мать называла тебя нищим грузчиком, ты молчал?
— Молчал.
— Когда тетя Оля спрашивала, на что мы будем жить, ты молчал?
— Да.
— Почему?!
Артём встал, подошёл к окну.
— Потому что мне было важно, выберешь ли ты меня. Без денег, без статуса, без всего. Просто меня. И ты выбрала. Вышла замуж, несмотря на их протесты. Ты доказала, что любишь меня, а не то, что у меня есть.
Я закрыла лицо руками. Господи, что за бред творится.
— Но теперь-то зачем ты говоришь? Зачем сейчас?
Он повернулся, и я увидела его лицо. Усталое, измученное.
— Потому что увидел, как твоя семья к тебе относится. Как они отвернулись, когда решили, что я никто. А теперь, когда думают, что я стал управляющим, сразу позвали на ужин. Я не могу больше смотреть, как ты страдаешь из-за меня.
— Я не страдаю...
— Лиза, я видел, как ты плачешь по ночам. Слышал. Думаешь, я не понимаю, как тебе тяжело без семьи?
Комок в горле стал размером с кулак. Я встала, прошла к нему.
— И что ты предлагаешь?
Артём достал из кармана телефон, нашёл что-то, протянул мне.
На экране была фотография особняка. Двухэтажный дом с панорамными окнами, ухоженный сад, бассейн.
— Это моё. Я купил его три года назад. Хотел, чтобы мы переехали туда после того, как я тебе всё расскажу.
Я смотрела на фотографию и не понимала, что чувствую. Радость? Злость? Растерянность?
— Мне нужно время, — выдавила я. — Мне нужно всё осмыслить.
Он кивнул.
— Сколько хочешь.
Следующие два дня я провела в тумане. Ходила на работу, выполняла задачи на автомате, приходила домой и смотрела в стену. Артём не давил, не требовал ответов. Просто был рядом.
На третий день позвонила мать.
— Лиза, нам нужно поговорить. Серьёзно. Приезжай сегодня, только ты. Без Артёма.
В её голосе было что-то такое, что заставило меня насторожиться.
— О чём говорить?
— Приезжай, увидишь.
Я приехала вечером. Мать открыла дверь с таким лицом, будто её заставили съесть лимон.
— Проходи.
В гостиной сидела вся честная компания: тетя Оля, Лена, ещё какая-то женщина, которую я видела впервые.
— Это Валентина Сергеевна, — мать указала на незнакомку. — Она работает в администрации, занимается лицензированием бизнеса.
Валентина Сергеевна улыбнулась, но улыбка была холодной, как лёд в январе.
— Присаживайтесь, Елизавета. Мы хотим обсудить вашего мужа.
Я медленно опустилась в кресло.
— Слушаю вас.
Мать достала папку с документами, положила на стол.
— Мы навели справки. Твой Артём действительно владелец компании. Большой компании. Очень большой.
Пауза. Тетя Оля наклонилась вперёд:
— Вопрос в том, почему он скрывал это от тебя? Что ещё он скрывает? Мы проверили — у него был брак. Два года назад. Развод был скандальным.
Сердце ухнуло вниз. Брак? Артём был женат?
Я схватила папку, открыла. Там были распечатки каких-то документов, фотографии. Артём с какой-то женщиной. Свидетельство о разводе.
— Откуда это у вас?
Валентина Сергеевна пожала плечами:
— Связи. Публичная информация, между прочим. Ваш муж не просто скрывал своё состояние. Он скрывал прошлое.
Лена взяла слово:
— Лиз, мы переживаем за тебя. Понимаешь? Этот человек врал тебе с самого начала. Кто знает, что ещё он утаивает?
Мать положила руку мне на плечо:
— Доченька, ещё не поздно. Развод, раздел имущества — мы найдём тебе хорошего юриста. Ты получишь компенсацию и начнёшь новую жизнь.
Я смотрела на них всех и вдруг поняла. Поняла с такой ясностью, что даже удивилась, как раньше не замечала.
Им было всё равно на меня.
Два месяца назад, когда я нуждалась в поддержке, они отвернулись. Когда мать прошла мимо меня у торгового центра, ей было наплевать на мои чувства. Когда я вышла замуж за человека, которого любила, они объявили бойкот.
А теперь, когда узнали про деньги, вдруг появились. С заботой, с переживаниями. И даже успели накопать компромат.
— Зачем вы это сделали? — я закрыла папку.
— Что — зачем? — мать нахмурилась. — Мы хотим защитить тебя.
— Нет, — я встала. — Вы хотите контролировать. Как всегда. Когда я была удобной, послушной дочкой с правильным женихом-менеджером, вам всё нравилось. Помните Олега? Вы его обожали. А он изменял мне полтора года, и я молчала, потому что боялась вас разочаровать.
Мать побледнела:
— Лиза, о чём ты...
— Артём — первый человек, который любит меня по-настоящему. Не мой статус, не связи, не внешность. Меня. И да, он скрывал про деньги. Но знаете что? Я его понимаю. Потому что люди вроде вас видят в других только выгоду.
Тетя Оля возмутилась:
— Как ты смеешь! Мы твоя семья!
— Семья не отворачивается в трудную минуту, — я взяла сумку. — Семья не устраивает проверки и не копается в чужом прошлом. А вы именно этим и занялись.
Валентина Сергеевна поднялась:
— Девушка, вы не понимаете серьёзности...
— Я понимаю больше, чем вы думаете, — я направилась к выходу. — И да, насчёт развода — спасибо, что рассказали. Я обязательно поговорю с Артёмом. Но решать буду сама.
Дверь хлопнула за мной во второй раз за три месяца. И во второй раз мне было всё равно.
Дома Артём сидел на кухне с чашкой кофе. Увидел моё лицо и сразу насторожился.
— Что случилось?
Я села напротив, положила папку на стол.
— Ты был женат.
Он замер. Потом медленно кивнул.
— Да. Четыре года назад. Брак продлился полтора года.
— Почему не сказал?
Артём потер переносицу:
— Потому что это было больно. Она ушла к другому, когда узнала, что компания на грани банкротства. Забрала всё, что могла, через суд. Я потерял половину бизнеса, чуть не потерял всё остальное. Два года восстанавливался. Мне не хотелось вспоминать.
— И ты решил, что я такая же?
— Нет, — он посмотрел прямо в глаза. — Я боялся. Боялся снова ошибиться, снова довериться не тому человеку. Но с тобой было по-другому. Ты выбрала меня, когда думала, что я грузчик. Ты доказала, что ты — совсем другая.
Я молчала, переваривая информацию.
— Моя семья хочет, чтобы я с тобой развелась.
— Знаю, — он усмехнулся. — Ожидаемо.
— Я отказалась.
Артём поднял голову, в его глазах мелькнула надежда.
— Правда?
— Правда, — я взяла его руку. — Потому что за эти месяцы ты был рядом. Когда мне было плохо, когда я плакала, когда весь мир отвернулся. Ты остался. И это дороже любых денег.
Он притянул меня к себе, обнял так крепко, будто боялся отпустить.
— Прости меня. За всё.
— Прощаю, — я уткнулась ему в плечо. — Но больше никаких секретов. Договорились?
— Договорились.
Мы сидели на маленькой кухне съёмной квартиры, обнявшись, и мне было абсолютно всё равно, что где-то есть особняк с бассейном. Мне было хорошо здесь. С ним.
А семья... Семья со временем поймёт. Или не поймёт. Но это уже не так важно.
Важно было то, что я наконец-то выбрала себя. И человека, который выбрал меня.