Колумнист Sputnik Грузия, политолог Арчил Сихарулидзе, в рубрике «Реакция» рассуждает о том, почему Грузинская православная церковь "пророссийская" для радикальных прозападников, и чем она мешает европейской идеологии.
Уже многие годы Грузинская православная церковь играет ключевую роль в истории Грузии. В 2026 году будет отмечаться 1700-летие со дня начала формирования православной церкви как фундамента грузинской идентичности. Ни у кого не вызывает сомнений, что христианство, и, в частности, православие, – это не просто культура и история, а форма существования предков грузин, та опора, на которой держалась их жизнь.
Сегодня встает принципиально важный вопрос: сможет ли Грузинская православная церковь пережить переход власти. Всеми любимый, чрезвычайно влиятельный и популярный патриарх Илия II уже не в той форме, в которой он находился ранее. Очевидно, что его эпоха подходит к завершению. Его наместник, митрополит Шио Муджири, который, по логике, должен возглавить церковь, не обладает сопоставимым влиянием и авторитетом.
На этом фоне все чаще наблюдаются попытки со стороны радикально прозападно ориентированной части грузинского политического поля вычленить из церкви тех, кто, по их мнению, противоречит «официальной» позиции православной церкви и лично патриарху Илии II.
Более того, церковь неоднократно обвиняли в педофилии, гомосексуализме и других, мягко говоря, неприемлемых вещах. Из года в год мы видим попытки формирования альтернативных церковных центров, под руководством «опальных» священнослужителей, которые по своей роли и замыслу должны быть прозападными, а их идеи и ценности – соответствовать установкам Вашингтона и Брюсселя. Разумеется, обязательным элементом в таком проекте выступает и антироссийская составляющая. Одним из таких видных представителей опального движения является архимандрит Дороте (Курашвили), которому приостановили право священнослужения.
Наглядным примером того, какой, по замыслу этих сил, должна быть подобная церковь, является Православная церковь Украины, получившая томос от Константинополя и активно используемая Киевом для формирования радикально антироссийской и проукраинской идентичности. Грузинская православная церковь в этом смысле всегда была более сдержанной, более сбалансированной и политически опытной, поэтому традиционно избегала подобных радикальных шагов.
Именно поэтому Грузинская православная церковь мешает и западным игрокам, поскольку остается препятствием на пути запуска реального процесса интеграции Грузии в так называемый западный мир. Когда речь заходит о «западном мире», многие считают, что такие вопросы, как семья, традиции и гендер, являются лишь навязанными темами. Однако на деле церковь выступает опорой семьи как строго сформировавшейся общественной единицы. Если исчезает церковь, семья перестает быть фундаментальным институтом.
Без семьи становится возможным расшатывание идеи гендерных ролей, формирование у мужчин и женщин новых идентичностей, как это произошло на Западе. В конечном итоге это ведет к тем требованиям, которые Брюссель выдвигает ко всем государствам: свободному переходу из одного пола в другой на законодательном уровне, отказу от понятий «муж» и «жена» в пользу «партнера один» и «партнера два», а также продвижению других инициатив, ориентированных на сексуальные меньшинства.
Церковь – это не просто Бог и молитвы, но и целая социальная структура, которую Запад хотел бы в Грузии с удовольствием разрушить. Это не плохо и не хорошо, такая сегодня идеология, ей мешает Бог, его идеи из Библии.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Читайте также: