― Ты же не пострадала нисколько. Немного простудилась, но господин вылечил тебя в два счёта. Ну, может быть, слегка испугалась. Получается, что Тео наказан ни за что, а страдает гораздо сильнее тебя. Он же терпеть не может господина Джана. Для него всего один час в обществе этого болтливого духа равен десяти годам…
Мин-Мин задумалась о том, с чем бы таким ужасным можно было сравнить страдания демона-кота, но теперь Мирена доподлинно знала, что ни Тео, ни эту болтливую бабочку Дин Лин никогда не наказывал соразмерно их вине. Демоны, о которых он заботится, не знают, каковы на вкус настоящие страдания. В Лунной Долине немного законов, каждый из которых направлен на безопасность подданных владыки и их благополучие. Самая суровая кара, которую когда-либо видели эти существа ― это укор и разочарование в глазах их господина. Демоны почитают Дина Лина как бога, друга и наставника. Боятся обидеть его или оскорбить. Соблюдают правила не потому, что осознают их важность, а из-за того, что их установил владыка. Тео сейчас наказан и правда очень сурово ― как пёс, которого всё время только гладили по голове, а потом вдруг посадили на цепь и лишили хозяйской любви. Он страдает и наверняка очень сильно злится ― на Мирену, потому что господин разгневался из-за неё. Не осознаёт причин, но уже ищет виноватых. Он всегда был таким.
― Мин-Мин, помнишь, ты говорила мне о портрете в кабинете господина и о том, что я похожа на ту барышню? ― спросила принцесса, наслаждаясь теплом и мягкостью воды в целебном источнике.
― Я уже поняла, что эта барышня была женой господина, а ты её перерождение, ― обиженно сообщила бабочка. ― Но какое отношение это имеет к наказанию Тео? Ты ведь не она, а всего лишь новое вместилище её души. Господин любит её, а не тебя.
― Верно, ― согласилась Мирена. ― Господин её любит. Но в трудный час, когда встал на путь перерождения и не знал, сколько дней человеческой жизни у него осталось, твой господин убил свою возлюбленную, потому что не мог доверить её жизнь своему личному стражу. Тогда, в той жизни, Тео всех вокруг считал врагами своего господина, как и сейчас. Он называл барышню Джун причиной всех бед Дина Лина, презирал её, часто подвергал опасности и желал ей смерти. Рядом с ним, оставшись без поддержки и защиты господина, эта девушка не прожила бы и пары часов. Ваш владыка мог без сомнений доверить своему стражу собственную жизнь, но не жизнь своей возлюбленной. Я ― её перерождение. А Тео снова ведёт себя точно так же, как и тогда.
― Но он же прав! Нашего господина весь мир ненавидит! Вокруг одни только враги, а ты родилась в семье самых худших из них! Конечно, Тео будет относиться к тебе предвзято. Ты же Яо!
― Ты сейчас противоречишь самой себе, ― заметила принцесса. ― Я, значит, переродилась совсем другим человеком и не имею никакого отношения к той барышне, которую любил ваш господин, а Тео после перерождения так и остался верным Тео. Память только потерял и хвостом обзавёлся, да?
― Ну да, ― ответила Мин-Мин, не утруждая себя размышлениями по данному поводу. ― И сама подумай сейчас над тем, что сказала. В трудный час господин выбрал дружбу, а не любовь. Убил возлюбленную, но сохранил жизнь Тео. Владыка всегда дорожил им больше, чем кем-либо ещё, а из-за тебя наказывает. Это несправедливо. Просто скажи ему, чтобы он отменил наказание.
― Сама скажи, ― предложила Мирена.
― Меня он не послушает, а к тебе относится по-особенному, ― возразила демоница.
― Но это ведь ты считаешь, что Тео не провинился. Я думаю иначе, ― поставила принцесса точку в этом бесполезном, надоевшем уже разговоре и с головой погрузилась в тёплую, почти горячую воду, чтобы промыть волосы.
Этот источник расположен в пещере неподалёку от старой крепости. Раньше им пользовались воины охранного гарнизона, каторжники и рабы, но он не единственный. Владыка не уточнил, куда именно Мин-Мин должна доставить гостью для купания, а бабочка выбрала именно это место, потому что оно находится очень близко к обители господина Джана. Она уже даже успела наведаться туда, чтобы навестить своего наказанного друга, и с тех пор не умолкала ни на минуту, требуя для него справедливости. Ей бесполезно что-либо объяснять ― никого ведь не слышит, кроме себя. И если хорошенько подумать, то на самом деле от наказания Тео вреда будет гораздо больше, чем пользы. Демоны живут инстинктами. Они не люди. Этот кот никогда не поймёт, в чём был не прав. Он безоговорочно предан своему хозяину, как и тогда, когда был человеком. Но в той жизни у него был другой разум. Сейчас он ― зверь, которого любили и ценили за безграничную преданность, а теперь за неё же и наказали. Это вызовет у него лишь обиду и недоверие по отношению к владыке, но не осознание вины. Но и вмешиваться в их личные дела Мирена тоже не собиралась ― сами разберутся, без её участия. Дин Лин никогда не был дураком. Если принял такое решение, значит, у него есть на то причины.
Когда принцесса вынырнула и стёрла с лица воду, Мин-Мин в пещере уже не было ― снова помчалась к своему лучшему другу, пока есть такая возможность. Мирена только вздохнула с облегчением, ведь общество назойливой бабочки-демоницы приносило лишь головную боль, а её непрестанная болтовня мешала думать.
Что ни говори, а осмыслить и осознать нужно было очень многое. Первая бурная реакция на неприемлемую волю богов уже миновала. Разум немного успокоился. Чувства хоть и не пришли пока в полный порядок, но уже не мешали трезво оценивать реальность. Великие Боги всё знают о злодеяниях бессмертного Бай Фэна. Они давно остановили бы его и наказали по заслугам, но в Небесных Пределах должно быть девять полубогов, несущих в себе те божественные силы, которые когда-то столкнулись и породили этот мир. Нельзя убрать одного бесценного небожителя, никем его не заменив. Нужен другой полубог с божественной силой бога ветров и стужи. У Бай Фэна много потомков среди людей, но никто из них не годится на роль его преемника. Дин Лин ― тоже его потомок. Магия в династии Лин изначально пошла именно от Бай Фэна, хотя и была ограничена наличием лишь духовного корня без ветвей. Именно поэтому Лины и стали вместилищем для тёмного дара ― их духовная суть была такой же, какую имел и злой дух Дун Фэн. Позже появилась ветвь Яо ― наследники той же самой магии, однажды с подачи Бай Фэна усиленной незаконным присвоением чужой магической силы. Лины и Яо ― кровные родственники, что давно уже ни для кого не является секретом, но о том, что именно это родство способно предотвратить грядущую катастрофу, известно лишь Великим Богам и их избраннице. У Мирены нет магии, но её кровь способна передать магическое наследие следующему поколению. В жилах Дина Лина течёт такая же кровь, но он, в отличие от простой смертной принцессы, является божеством, хотя даже не подозревает об этом. Демоническая энергия уже стала частью этого мира и входит в его основу, поэтому и полубогов теперь должно быть не девять, а десять. Но Дин Лин ― ещё и частично зверь. Дракон. В нём сочетается несовместимое, что делает его существом уникальным, но, увы, не имеющим права занять достойное место среди тех, кто живёт в Небесных Пределах. Он слишком сильно любит людей, чтобы забыть об их нуждах и сосредоточиться лишь на прямых обязанностях бессмертных. В нём слишком много сострадательности. Именно поэтому Великие Боги хотят, чтобы Мирена родила ребёнка от владыки демонов. Это дитя будет сочетать в себе две божественные силы ― демоническую и ту, которая принадлежит богу ветров и стужи. Как только такой младенец появится, его сразу же заберут в Небесные Пределы и воспитают там согласно законам бессмертных, а Бай Фэн наконец-то будет сурово наказан. Дух этого ужасного полубога будет разрушен, а вся его божественная сила будет передана основе мира.
Проще говоря, замысел Великих Богов Занебесья заключается в том, чтобы ребёнком Мирены Яо и Дина Лина заменить полубога Бай Фэна. Если они считают такую замену достойной и возможной, то кто Мирена такая, чтобы сомневаться? Её не устраивал лишь выбор матери для этого божественного наследника. Почему именно она? Мало в династии Яо других бесполезных женщин? Фанни, например. Она уже старая, да, но ведь раньше была молодой. Ответ на этот вопрос, конечно же, очевиден ― Мирена Яо является реинкарнаций Юалэ Тай Джун, поэтому Дин Лин не сможет от неё отказаться. Ну вздор ведь. Его с детства учили подавлять все человеческие чувства, потому что они причиняли боль. Из-за этого любовь Дина Лина к барышне Джун была уродливой, неполноценной и заведомо обречённой только лишь на страдания для обоих. И любимым он тоже никогда не был. Сам всех отталкивал, боясь навредить и защищая собственное сердце. К тому же он никогда не хотел иметь детей. Что теперь изменилось? Да, сейчас он не страдает от физической боли, зато душевной в нём хоть отбавляй. Демон, изгой, чудовище, воплощение зла… Да он сам себя ненавидит! С чего боги взяли, что до его сердца можно достучаться? И почему решили, что у Мирены это получится? Она ещё даже брачного возраста не достигла, не говоря уже о том, чтобы пытаться кого-то соблазнить.
Невозможно. Немыслимо. Да просто отвратительно! Если бы голос, озвучивший небесный указ, не пояснил, что старания и самопожертвование будут вознаграждены, Мирена отказалась бы сразу же, пусть бы небеса и покарали её за это. Но ей было обещано, что ребёнок, родившись, заберёт себе всю демоническую силу Дина Лина. Владыка демонов станет простым смертным. Утратит даже свою драконью суть. Если и будет прятаться в Лунной Долине от тех, кто желает ему смерти, то спустя полвека всё равно умрёт ― от старости. Нужно лишь убедить его в том, что до появления младенца на свет убивать никого нельзя. Проявить понимание и согласиться с тем, что все Яо заслуживают наказания, но удержать от возмездия любой ценой, а потом, когда малыш родится, Дин Лин уже не сможет кому-либо отомстить. Подчинившись небесному указу, Мирена Яо спасёт не только весь мир, но и оградит от большой беды своих близких. А если откажется, то сама же себя этим и накажет, ведь ей придётся наблюдать за тем, как Яо гибнут один за другим, и жить потом с сожалениями о том, что ничего для них не сделала, хотя могла.
Боги сказали, что в этом был смысл её появления на свет в знаменательный для империи и династии Яо день. Она ― действительно благословение, а не проклятие. Но ей, возможно, придётся умереть, выполняя своё предназначение, ведь Дин Лин прав ― тело Мирены не годится для рождения детей. Она должна поступиться своей гордостью, отдать себя демону и потом, вероятнее всего, погибнуть, но чего стоит одна её жизнь по сравнению с обещанной наградой? Матушка, Натан, братья, отец… Оуран ― её отец. С ума сойти можно.
― Нет. Пожалуй, я всё ещё не готова мыслить здраво и принимать взвешенные решения, ― пришла к выводу принцесса.
Выбралась из воды на каменный пол большой пещеры, освещённой слабым магическим светом, и громко позвала Мин-Мин, но бабочка, похоже, о значении слов «обязанности» и «ответственность» имела весьма поверхностное представление. О том, что Мирене нужна сменная одежда, демоница благополучно забыла, поэтому одеваться девушке пришлось в то же самое испачканное и порванное розовое платье. Ещё нужно было как-то вернуться во дворец владыки Лина ― его издалека видно, не заблудишься, но здесь, внизу, лес кишит демонами. Не факт, что миролюбивыми. Дождаться возвращения Мин-Мин ― более безопасное решение, но сколько придётся ждать? В лесу хотя бы можно поискать какие-нибудь фрукты. Те же самые вишни, например. Ими голод не утолишь, но в желудке со вчерашнего утра вообще никакой еды не было. И если Великие Боги возложили на эту смертную столь важную миссию, то должны защищать её, верно?
Опасливо озираясь по сторонам, Мирена вышла из влажного полумрака пещеры под лучи яркого летнего солнца и взглядом отыскала дворец бессмертного демона ― величественное многоярусное строение, прилепившееся к склону горы так высоко над землёй, что человеку туда и не взобраться, наверное. Есть там тропа или нет ― прежде, чем выяснить это, нужно пройти очень большое расстояние. Даже дня не хватит, чтобы добраться, а по ночам в Лунной Долине наверняка ещё опаснее, чем днём. На первый взгляд местный пейзаж ничем не отличается от обычного, и птички даже щебечут, но знание о том, кто обитает в этих чащах, как-то не располагает к увеселительным прогулкам.
― Мин-Мин! ― снова позвала Мирена.
Ответом ей был глухое угрожающее рычание ― справа, из высоких кустов. Мгновением позже за сочной зелёной листвой сгустилась чёрная тень. Принцесса испуганно попятилась обратно в пещеру с источником, но вовремя осознала, что другого выхода оттуда нет, и так она точно окажется в западне. Пока выбирала направление для бегства, сгусток демонической энергии взмыл вверх и стремительно атаковал свою добычу, но был внезапно отброшен в сторону властной рукой повелителя демонов как раз в тот момент, когда Мирена уже зажмурилась и приготовилась к неминуемой смерти. Тёмная аура нападавшего развеялась. Костлявый молодой волк с визгом прокатился по камням, встал на тонкие лапы и, скуля, заковылял прочь.
― Почему ты одна? ― строго спросил Дин Лин, хмурясь при этом так, что его чёрные брови слились над переносицей в одну сплошную линию.
― Вы у меня об этом спрашиваете? ― удивилась Мирена, всё ещё дрожа от только что пережитого страха.
Он прошёлся коротким пристальным взглядом по её мокрым волосам и грязному платью, недовольно поджал губы и осведомился:
― Если ты здесь одна, то у кого ещё я должен об этом спросить?
― У ветра, у гор, у бешеных волков, ― предложила девушка, чувствуя, что начинает злиться. ― Можете снова извиниться за ваших друзей, которые постоянно подвергают меня опасности, а потом опять препоручить их нежной заботе в надежде, что в следующий раз всё будет хорошо. Владыка Лин, они демоны, если вы не заметили. Безответственные, злобные, глупые и…
― Достаточно, ― сердито оборвал он её фразу на полуслове и напомнил: ― Я тоже демон, если ты не заметила. Самый глупый, злобный и безответственный из всех.
Взмахнул рукой, будто намереваясь ударить, поэтому Мирена испуганно сжалась, но этим жестом он лишь создал магический всплеск, который в мгновение ока перенёс обоих во дворец ― в ту самую чёрно-золотую комнату, в которой до сих пор царил беспорядок, учинённый принцессой чуть раньше. Даже осколки разбитой вазы всё ещё лежали на полу, и девушка, отпрянув от своего мучителя, неловко наступила на один из них. От боли на глаза предательски навернулись слёзы, но она лишь стиснула зубы, чтобы не выдать, что поранилась. Но демон всё равно заметил ― наверное, почувствовал запах крови. Он же частично дракон. Метнулся к ней, подхватил на руки, усадил на кровать и снял с пострадавшей ноги обувь так быстро, что Мирена даже охнуть не успела.
― Это неприлично! ― возмутилась она, вновь обретя дар речи, и попыталась освободить свою ногу из его горячих рук.
Ответом ей был насмешливый взгляд.
― Правда? А настойчиво просить мужчину о браке и ребёнке, по-твоему, прилично? Не двигайся и помолчи. Рана глубокая.
― Да я и без вашей помощи могу обойтись! ― заявила Мирена раздражённо и всё-таки выдернула раненую ступню из его ладоней.
Откатилась на кровати подальше, подняла юбки, внимательно осмотрела порез и решительно оторвала от своего платья ещё одну полосу ткани, чтобы использовать её в качестве бинта. Демон не вмешивался. Просто выпрямился во весь свой немалый рост, скрестил на груди руки и хмуро наблюдал за тем, как его гостья, ворча себе под нос проклятия, накладывает на рану повязку. Когда она закончила перевязку и победно вздёрнула подбородок, он лишь невозмутимо повёл бровью и материализовал прямо из воздуха щётку с длинной ручкой, корзину для мусора, ведро с водой и целую гору тряпок.
― Раз ты такая самостоятельная, приберись здесь. Когда закончишь, позволю тебе поужинать, ― сообщил надменно.
― Вы же говорили, что я ваша гостья, ― напомнила ему Мирена, разозлившись ещё сильнее.
― Я также говорил, что прислуги в этом дворце нет, ― парировал он, отвернулся и пошёл к выходу.
Когда за ним закрылась дверь, принцесса отправила вслед одну из подушек и тоже скрестила руки на груди, обдумывая своё нынешнее положение. Что-то изменилось. Во взгляде этого противного Лина появилась насмешка, которой раньше не было. Он словно понял, что небесный указ не сулит ему ничего хорошего, потому и издевается теперь над своей пленницей, наказывая её за то, чего она ещё даже не сделала. Плохо, если так. Боги сказали, что он не должен знать об их планах. Если узнает, то непременно воспротивится, ведь сейчас у него есть бессмертие и могущество, от которых никто не захотел бы отказываться даже во имя спасения мира.
«Нужно выяснить, что у него на уме. Уборкой решил меня напугать? Не на ту напал», ― решила девушка и, болезненно морщась на каждом шагу, приступила к выполнению поставленной задачи. Не для того, чтобы что-то кому-то доказать, а потому, что ей был обещан ужин.