Когда муж в очередной раз поставил меня перед фактом:
— Мама просила ещё денег… теперь на колодец...
Я закрыла ноутбук, открыла наш накопительный счёт и поняла, что ещё один её «запрос» — и наш летний отпуск можно смело отменять.
А ведь три месяца назад эта дача казалась безобидной пенсионерской игрушкой.
* * * * *
Мы с мужем Сашей вместе уже больше десяти лет, у нас двое детей школьного возраста. Живём, как многие: ипотека, работа, вечное жонглирование между «надо» и «хочется».
Есть ещё свекровь — Нина Петровна. Женщина активная, всю жизнь проработала бухгалтером, к пенсии подошла с неплохими накоплениями и твёрдым убеждением, что без дачи старость не считай старостью.
Однажды зимой она объявила за чаем:
— Дети, я решила: куплю себе дачу. Чего деньгам лежать? С них толку в банке никакого, а так хоть воздухом дышать буду и помидоры свои есть.
Я тут же насторожилась. В голове промелькнули картинки: мы с Сашей по выходным копаем грядки, дети полют сорняки вместо лагеря, я варю суп в старом домике без удобств.
Нина Петровна, будто читая мои мысли, улыбнулась:
— Не бойтесь, батрачить вас не заставлю. Я знаю, как вы устаете. Для меня это будет и работа, и отдых. Всю жизнь в бумагах просидела, хочется уже землю руками потрогать.
Я даже расслабилась:
— Ну, если вам это в удовольствие, почему нет. Главное, чтобы вам было не тяжело.
Мы с Сашей переглянулись — вроде звучало разумно.
Через пару недель она позвонила:
— Всё, нашла вариант! Недорого, домик старенький, но крепкий. Одноэтажный, участок хороший. Оформлю на Сашу, — добавила как будто между делом. — Так надёжнее, с наследством потом не надо будет бегать.
Меня эта фраза зацепила.
Когда Саша вечером вернулся, я спросила:
— Это правда, что дача будет оформлена на тебя?
Он пожал плечами:
— Да. Мама так решила. Говорит, ты моя семья, всё равно это нам потом останется.
С одной стороны, логично: чтобы потом не ходить по нотариусам.
С другой — у меня в голове сразу скользнула мысль: «Если оформлено на тебя, значит, и отвечать будешь ты. В том числе и своим кошельком».
Но вслух я только сказала:
— Ладно. Дело ваше. Только давай сразу договоримся: это её проект. Мы помогаем по возможности, но не превращаемся в бесплатную рабочую силу.
Саша кивнул:
— Конечно. Она сама говорила, что всё сделает. Ты же знаешь маму, она упрямая.
Я тогда ещё не понимала, насколько.
* * * * *
Ближе к маю Нина Петровна буквально переехала на дачу.
— Домик нормальный, — радостно докладывала по телефону. — Печка есть, кровать есть, стол есть. Только забор совсем старый, скоро развалится. Но я вас напрягать не буду, наняла бригаду. Правда, с деньгами самой туговато, придётся у вас занять.
Саша вечером сообщил:
— Мама просит помочь с забором. Там не космос, я ей переведу.
Тогда не придала этому значения. Во‑первых, действительно, хорошо, что никто не заставляет нас в выходные вкапывать столбы. Во‑вторых, один забор мир не обрушит.
— Ладно, помоги, — сказала я. — Всё‑таки это ваша общая собственность.
Забор поставили, свекровь была довольна:
— Красота! Как в журнале, а не деревня.
Недели через две — новый звонок.
Саша, положив трубку, вздохнул:
— Мама решила внутри домик «облагородить». Там стены кривые, пол скрипит. Опять нашла рабочих, опять не тянет сама.
Я насторожилась:
— Сколько на этот раз?
Он назвал сумму. Уже побольше, чем забор. Я посидела, покрутила в голове наш бюджет: мы с весны откладываем на море, оба собирались в летний отпуск,
плюс у нас с Сашей дни рождения с разницей в месяц — тоже расходы.
Но вслух опять сказала:
— Ладно, давай поможем. Но давай на этом пока и остановимся. Нам самим ещё худо‑бедно квартиру доделывать.
Саша кивнул:
— Я скажу, что больше не потянем.
Ремонт в домике закончился.
Свекровь прислала фотки: свежие обои, линолеум без дырок, новые занавески.
Я порадовалась за неё искренне: видно было, что человеку приятно. Думала, на этом пауза.
Но, через какое‑то время мне в рабочий день пришло от Саши сообщение: «Мама опять звонит насчёт дачи. Вечером расскажу».
Вечером он сел на кухне и сказал:
— Теперь очередь сарая. Крыша течёт, стены гнилые. Мама боится, что зимой развалится. Бригаду уже нашла, но денег опять не хватает.
— Саш, — осторожно начала я, — мы уже оплатили забор и ремонт дома. Считаешь, мало?
Он замялся:
— Я понимаю. Но она же не в ресторан просит, не на шубу. Это всё по делу.
Я глубоко вдохнула, чтобы не сорваться:
— По делу — это когда ты сам решаешь, сколько можешь вложить. А сейчас выходит, что любая её идея автоматически становится нашей проблемой.
Он попытался шутить:
— Дача‑то на меня оформлена, не забывай.
Шутка меня не развеселила.
Дальше был сарай, потом — теплица.
— Хочу огурчики свои, — мечтательно говорила свекровь. — Парничок надо поставить. Нашла недорогой вариант.
«Недорогой» опять означало, что нужно перевести ей приличную сумму.
Каждый раз, когда на экране высвечивалось «Мама», Саша напрягался.
Каждый раз после разговора мы заново пересчитывали: сколько остаётся на море; потянем ли хоть небольшой подарок детям на окончание учебного года;
сможем ли сами себе хоть что‑то позволить ко дню рождения..?
Я всё это время молчала, уговаривала себя: «Нина Петровна не гуляет, не шикует, вкладывает в дело. Второй дачи у нас не будет». Но в какой‑то момент терпение лопнуло.
И добил меня тот самый колодец.
* * * * *
Вечер, Саша приходит с работы уставший, снимает ботинки, говорит:
— Мама говорит, что вода в старом колодце грязная, стенки осыпаются. Хочет сделать новый, с кольцами и крышкой. Там уже не копейки. Попросила у нас занять, говорит, потом вернёт… когда‑нибудь.
Я открыла ноутбук, зашла в интернет‑банк, вывела на экран наш накопительный. Цифра, которую я увидела, была уже на грани наших «отпускных планов».
— Саша, — спокойно сказала я, хотя внутри всё кипело, — садись.
Он послушно сел на стул.
— Ты давно смотрел на этот счёт? — повернула к нему экран.
Он нахмурился:
— Ну… примерно представляю.
— Вот это, — показала я, — наши деньги на лето. Отпуск, дорога, жильё, подарки на наши дни рождения, немножко запас на непредвиденное.
И тут же, мысленно, перечислила: «забор, ремонт, сарай, теплица».
— А теперь скажи, — продолжила я, — после колодца куда мы поедем? В лучшем случае — на дачу к твоей маме полоть морковку.
Саша пытался сгладить:
— Ну, может, не всё так плохо. Можно найти что‑то подешевле…
Я перебила:
— Вопрос не только в отпуске. Вопрос в том, что каждая новая идея твоей мамы автоматически оплачивается из нашего бюджета. Мы даже не обсуждаем: «можем/не можем», мы просто достаём кошелёк. И это при том, что изначально она говорила: «всё сама, вам не надо».
Он вздохнул:
— А что я должен сделать? Сказать: «мама, разбирайся сама»? Она же одна, кроме меня никого нет.
— Но должен быть предел, — возразила я. — Можно помочь с чем‑то необходимым. Но строить ей «резиденцию» — перебор. Мы и так уже достаточно вложились.
Я увидела, что он действительно зажат.
— Ты же знаешь, — тихо сказал он, — мама всю жизнь меня одна тянула. Пока отец по командировкам мотался, она и за нас, и за него. Теперь я один сын, ей больше помочь некому. Я обязан.
— И я это понимаю, — ответила я. — Поэтому молчала про забор, дом, сарай, теплицу. Но сейчас — грань. Если мы ещё и колодец оплатим, летом сидеть нам дома. Или в лучшем случае ездить к ней на огород вместо моря. Саша, — добавила я мягче, — ты же не только сын. Ты ещё и муж, и отец. И у тебя есть ответственность не только перед ней, но и перед нами.
Он опустил глаза:
— Значит, что? Запретить ей?
— Не запретить, — сказала я. — А сказать: «Мам, мы уже помогли с тем‑то и тем‑то. Сейчас у нас нет возможности дать ещё. Хотим отложить на свой отдых». Всё. Она взрослая, найдёт вариант попроще.
Он помолчал, потом спросил:
— А если я всё равно дам на колодец?
Я посмотрела прямо:
— Тогда мы серьёзно поссоримся. Потому что это будет уже не «помочь маме», а «пожертвовать интересами своей семьи ради очередной её хотелки». И да, я буду очень злиться.
Честно говоря, мне было жалко его: ибо был он между молотом и наковальней. С одной стороны — мама, с которой у него всегда были тёплые отношения.
С другой — я и дети, тоже не последние люди в его жизни.
* * * * *
На следующий день он позвонил маме при мне, на громкой связи.
— Мам, — начал осторожно, — насчёт колодца. Мы с Ирой посмотрели бюджет, в этом году не сможем тебе помочь. У нас отпуск на носу, деньги ограничены.
В трубке повисла пауза.
Потом Нина Петровна обиженно сказала:
— Понятно. Значит, маме помочь некому. Ладно, как‑нибудь сама.
Я влезать не стала.
Саша после разговора сидел мрачный:
— Слыхала? Обиделась...
— Слыхала.., — кивнула я. — Но ты сделал правильно. Если бы она просила на лекарства или что‑то жизненно важное — я бы первая сказала «отдай». Но дачный колодец — это уже уровень комфорта, а не выживания.
Он вздохнул:
— Посмотрим, как дальше будет.
Прошло пару недель.
Свекровь сама нашла более дешёвый вариант: не новый колодец, а чистку старого. Нас больше не трогала. Общение, правда, стало чуть прохладнее:
вместо «заезжайте с детьми, помидоры поспели» — сухое «как дела, как учёба у внуков».
Но мы с Сашей хоть начали дышать свободнее: перестали ежиться от каждого её звонка, перестали считать каждую копейку с мыслью: «а если она опять попросит».
Сейчас ситуация такая: на ту дачу мы всё ещё не ездим каждый выходной, как я сначала боялась — разве что заехать один раз в сезон, показать детям «бабушкин огород».
Нина Петровна продолжает обустраивать своё владение, но, кажется, усвоила, что кошелёк сына не бездонный.
Мы с Сашей съездили на море, пусть не на две недели, как мечтали, а на десять дней, но всё же — без огорода и лопат.
Иногда свекровь вкидывает фразы:
— Вот, если б вы не жалели денег на нормальный колодец, мне бы легче было...
Я делаю вид, что не слышу.
А Саша стал увереннее отстаивать нашу сторону:
— Мам, мы помогли, чем могли. Остальное — уже твой выбор.
Я не считаю себя святой. Да, я могу быть жёсткой, когда речь идёт о наших детях и нашем общем бюджете .Но ещё меньше мне хочется оказаться в ситуации, когда: свекровь живёт в отремонтированной «дачной резиденции»,
а мы с мужем и детьми сидим летом в душной квартире и не можем позволить себе даже выезд к морю, потому что «всё ушло на фешенебельный сарай».
Пишите, что думаете про эту историю.
Если вам нравятся такие житейские рассказы — подписывайтесь на “Бабку на лавке”. Здесь такого добра много, и новые драмы появляются каждый день!
Приятного прочтения...