Мой муж сейчас живёт у своих родителей и с гордым видом со мной не разговаривает. Уже неделю.
Причина, если честно, звучит по‑детски, но давайте обо всем по порядку.
* * * * *
Меня зовут Марина, мне тридцать четыре. С мужем, Андреем, мы вместе пятый год, из них три года в браке. Живём в своём доме за городом: стройку закончили два года назад, въехали с радостью — воздух, просторно, мангал, беседка.
Дом получился хороший, и у Андрея сразу открылось второе дыхание гостеприимства.
— Ну всё, теперь мы центр Вселенной, — смеялся он. — Будем всех звать!
Сначала мне даже нравилось: новая кухня, можно раз в пару месяцев посидеть с друзьями, пожарить мясо. Но очень быстро роль «хозяйки большого дома» из красивой картинки превратилась в тяжёлую работу без выходных.
Потому что Андрей всегда ограничения видел только на картинках. В жизни его подход простой:
— Позвал — значит, накормим. А как именно — «ну это ты же у меня мастерица».
Первый тревожный звоночек был ещё на позапрошлый новый год.
— Давай у нас встречу сделаем, — предложил тогда Андрей. — И таскаться никуда не надо, у нас места много. Человек десять максимум, что там.
В итоге «максимум» оказался десять вместе с нами, но поработала я так, будто на корпоративе на двадцать пять человек.
Два дня перед праздником я практически жила на кухне:
оливье, шуба, горячее, закуски, бутерброды, запеканки…
Андрей ездил в магазин, один раз помог нарезать сыр, а остальное время у него находились «важные дела» по дому.
Помню, как в 23:30 я стояла у плиты, доделывала горячее, а гости уже сидели за столом, смеялись, наливали шампанское. Я хотела только одного — чтобы все ушли и меня оставили в покое.
Андрей тогда, обняв меня под бой курантов, сказал:
— Какой классный Новый год получился, правда?
А я в ответ только кивнула и уткнулась в бокал, потому что праздник у меня так и не начался.
Пара подобных посиделок — и я уже стала относиться к идее любых «массовых сборищ» очень настороженно.
Но Андрей упрямый. Ему нравятся шумные компании, анекдоты, тосты, мужские разговоры на кухне под ночь. Тот факт, что для всего этого понадобится чей‑то труд, его мало волновал.
Я пыталась говорить:
— Давай звать поменьше, или пусть все что‑то привозят. Ну не тянуть же одной весь стол.
Он отмахивался:
— Да ладно, Мариш, ты же любишь готовить. Да и не каждый день это происходит, можно и перетерпеть. Зато как посидим!
Любить готовить и готовить на пятнадцать человек — это, как выяснилось, два разных вида спорта.
Так мы и жили: он — «хлебосольный хозяин», я — в вечном марафоне между плитой и раковиной.
* * * * *
И вот подходит день рождения Андрея. Круглая дата — сорок пять.
Как‑то вечером он садится за стол с листочком и калькулятором:
— Марина, а давай в этом году отметим по‑серьёзному. Всех позовём. И моих, и твоих, и друзей.
— В ресторане? — наивно уточняю я.
— Ну ты тоже скажешь, — хмыкает он. — В ресторан такую толпу вести…
Он зашуршал бумажками:
— Я узнавал. Если собрать человек тридцать… Даже без особых изысков, только «стандартное меню», получается приличная сумма.
Он называл цифру, у меня внутри ёкнуло: да, дорого.
Но я уже знала, что значит «тридцать человек дома». И мне было страшнее не за кошелёк.
— Соглашусь с рестораном, — спокойно говорю. — Я не потяну дома. Накрыть на тридцать человек — это не посидеть, это работа полноценная! Я после твоих прошлых праздников потом два дня отлеживаюсь.
Андрей поморщился:
— Да что ты всё преувеличиваешь. Ну да, побегаешь, зато обойдётся в разы дешевле.
И добавил как окончательный аргумент:
— Зато все увидят, какой у нас дом и как ты умеешь столы накрыть…
Вот на этой фразе меня и переклинило.
— Вот именно, — говорю. — Увидят, как я умею. Ни слова про то, как ты умеешь. Дом твой, праздник твой, а пахать я должна?
Он отмахнулся:
— Ой, начинается. Жена должна поддержать мужа. Это же не просто день рождение, а юбилей!
— Для меня это не один день, — парировала я. — Это минимум два дня готовки, сам праздник на ногах и ещё день уборки. Для тебя — посидел, повеселился. Для меня — работа.
Андрей занервничал:
— Ну а что ты предлагаешь? В ресторан я не хочу, дорого. Дома — нормально. Всегда так делали.
Я вдохнула и, наверное, впервые за долгое время сказала жёстко:
— Предлагаю: или ресторан, или скромный домашний ужин без толпы. Максимум четыре‑пять человек, и готовим вместе.
Он фыркнул:
— Четыре‑пять человек — это не праздник, а так, посиделка.
Разговор на этом не закончился, но и договориться мы не смогли.
Через пару дней Андрей радостно заявил:
— Я решил вопрос! Отмечаем дома. Я всё посчитал: если купить продукты в оптовом, выйдет раза в два дешевле ресторана. Я уже всем написал, сказали, придут.
— А готовить кто будет? — спросила я.
Он посмотрел на меня как на странную:
— В смысле кто? Мы же всегда так делали. Ты же у меня хозяйка…
Тут я поняла: если прямо сейчас не остановлю этот поезд, он опять наедет на меня.
— Слушай внимательно, — сказала я. — В этот раз я не готова брать всё на себя. Не буду и точка! Ни готовить, ни потом драить дом! Это слишком много!
Андрей махнул рукой:
— Да, да, знаю я твои угрозы. Каждый раз так говоришь, а потом всё равно всё делаешь. Не смеши.
И, видя мое лицо, добавил:
— Ну не дуйся, Марин. Я чем‑то помогу, ладно? В магазин съезжу, шашлык пожарю.
Это был тот момент, когда мне надоело, что меня не слышат.
— Нет, ты не понял, — повторила я. — Я не угрожаю. Я предупреждаю. Я не буду в этот раз устраивать тебе банкет. Хоть обзвонись, хоть обдумайся — рассчитывай только на себя!
Он взглянул, усмехнулся:
— Ну да, конечно. Посмотрим.
Я не стала больше возвращаться к теме.
* * * * *
За две недели до праздника он начал активно обзванивать родственников, друзей, обсуждать, кто что принесёт, каких напитков купить.
Со мной тему кухни почти не поднимал — как будто надеялся, что «само рассосётся».
За три дня до намеченной даты Андрей вечером заходит на кухню с ручкой и блокнотом:
— Так, давай составим список продуктов. Что нам нужно? Майонез, мясо, рыба, салаты какие будешь делать?
Я, наливая себе чай, ответила:
— Я ничего не буду делать.
Он не понял:
— В смысле — ничего? Ты же не всерьёз тогда говорила?
— Вполне всерьёз, — спокойно повторила я. — Это твой праздник, твой список гостей, твои идеи сэкономить на ресторане. Я своими руками этот «эконом» больше тянуть не хочу. Устала.
Андрей нахмурился:
— Марина, ну хватит детский сад устраивать. Я на тебя рассчитывал!
— А я на тебя каждый раз рассчитывала, что ты мне поможешь, — не выдержала я. — И каждый раз всё сваливалось на меня. Я уже один раз в Новый год так «праздновала», что под утро просто сидела и держалась, чтобы не заснуть за столом.
Он взорвался:
— Так, хватит! Давай без истерик! Гости уже приглашены! Ты жена или кто? Ты не можешь взять и отказаться за два дня до праздника!
— Могу, — ответила я. — Потому что я тебя заранее предупреждала. Ты не услышал — это твоя проблема. Моя — своё здоровье и силы. Я не домработница.
Он встал из‑за стола, стукнул кулаком по спинке стула:
— Значит, ты меня подставляешь?! Перед родственниками, перед друзьями! Все придут, а у нас — пустой стол?
— Или закажешь еду, или будешь готовить сам, — пожала плечами. — Других вариантов не вижу.
Эта ночь прошла в криках.
Он называл меня эгоисткой, плохой хозяйкой, говорил, что я испортилась, «раньше другой была». Я в ответ только повторяла:
— Я не лошадь. Я не обязана одна тащить твоё желание «праздновать с размахом».
В какой‑то момент он сорвался на оскорбления:
— Никчемная жена! Даже на день рождения мужа не можешь напрячься!
Я тогда просто ушла спать в другую комнату и закрыла дверь.
Утром было тихо. Андрей демонстративно молчал.
К вечеру следующего дня (это был как раз день до праздника) он снова зашёл на кухню:
— Ладно. Давай так: ты просто скажи, что приготовить, а я помогу. Мне реально нужна твоя помощь, Марин.
Видно было, что он нервничает — звонки от родственников, последние договорённости.
Я смотрела на него и понимала: если я сейчас «сломаюсь», всё повторится.
Он нафотографируется на фоне «богатого стола», а я снова буду головой падать в салат.
— Нет, — сказала я. — Я своё слово держу. Ты меня не услышал тогда, когда я говорила спокойно. Сейчас поздно.
Тут его будто прорвало.
Он начал кричать так, что, кажется, слышали соседи:
— Да как ты можешь! Ты меня подставила! Я на тебя рассчитывал! Ты что, специально хотела мне праздник испортить?!
Я стояла у плиты, мыла кружку и чувствовала, как по спине бегут мурашки.
В какой‑то момент я просто вытерла руки, сняла с крючка ключи и сказала:
— Я уеду к родителям на пару дней. Ты взрослый мужчина, сам решай, что тебе делать.
И ушла собирать сумку.
Он ещё что‑то кричал мне вслед, но я уже не слушала.
У родителей я рассказала всё честно.
Мама сначала всплеснула руками:
— Мусь, ну как же так, праздник же…
Но потом вспомнила, как сама одна тянула все семейные застолья, и смягчилась:
— С другой стороны, я тебя понимаю. Ты ведь не бесплатно там работаешь.
Папа, услышав, только покачал головой:
— Мужик, который зовёт гостей, должен понимать, что это не только «сидеть за столом». Если ему важнее «подешевле», пусть сам и крутится.
В день рождения Андрея я отключила звук на телефоне.
Не хотела слушать его претензии или уговаривающие звонки родственников.
В итоге позвонила… его мама.
— Марина, — голос напряжённый, — ты вообще осознаёшь, что ты делаешь? У Андрюшеньки сегодня день рождения, а ты где‑то шляешься! Мы сейчас с сестрой уже вторые сутки в кухне стоим, всё готовим, потому что ты отказалась!
Я глубоко вздохнула:
— Елена Вячеславовна, я Андрея дважды предупреждала, что не буду готовить на такую толпу. Он меня не услышал. Мне жаль, что вам с сестрой приходится сейчас всё тянуть, но я не обязана это делать.
— Ты жена! — взорвалась она. — На тебя же он рассчитывал! А мы думали, что ты хозяйственная, а ты…
Дальше пошли обидные слова, я просто ответила:
— До свидания, я не буду продолжать разговор в таком тоне.
И отключила.
На сам праздник я не поехала.
Сидела у родителей, ела мамин суп и ловила себя на странном чувстве: мне и стыдно, и одновременно… спокойно.
Я знала, что в этот момент не режу сто килограммов салата и не стою у плиты с чувством вины, что мне «нельзя устать».
Через два дня я вернулась домой.
Дверь открыла своим ключом, зашла — в доме стоял запах выдохшегося алкоголя и застоявшейся еды. На столе ещё оставались тарелки, в раковине — гора посуды, повсюду стаканчики, салфетки, крошки.
— Ну да, — усмехнулась я вслух, — уборка у нас же сама собой происходит.
Я сняла куртку, поставила сумку и… ничего не стала трогать. Села на стул и просто смотрела по сторонам.
Андрея дома не было.
На тумбочке — записка от свекрови:
«Андрей пока у нас. Подумайте оба над своим поведением».
Телефон Андрея был вне зоны доступа. В мессенджерах — тишина.
У свекрови он поселился, как оказалось потом, ещё в ночь после праздника и до сих пор оттуда не возвращался.
Общих знакомых он заверил, что я «кинула его в важный день», и он «обдумывает, нужен ли ему такой брак».
Первые пару дней я злилась не на шутку.
— Обидели мышку, — ворчала я себе под нос, ходя по дому. — Это он меня годами использовал как бесплатный кейтеринг, а теперь дуться будет?
Потом злость немного отпустила, пришла какая‑то холодная ясность.
Взяла пару пакетов, сложила мусор, проветрила дом. Глобально убирать не стала — честно говоря, ждала, что он всё‑таки появится и увидит последствия своего банкета.
Но прошло уже больше недели. Он у мамы, трубку не берёт, пишет общие фразы в духе:
«Мне надо всё осмыслить»,
«Я не хочу сейчас разговаривать».
Мне тоже, честно говоря, всё стало понятно.
Я села вечером на кровать, включила настольную лампу, достала блокнот и начала накидывать список: что мне нужно забрать, если я всё-таки решусь уйти. Документы, часть посуды, техника, вещи.
Мама, когда я ей позвонила, только сказала:
— Дочка, подумай хорошо.
* * * * *
Андрей у родителей третью неделю находится и демонстративно молчит. Его мама, судя по редким сообщениям, считает меня «предательницей праздников».
Я же впервые за долгое время чувствую, что у меня есть выбор.
И этот выбор — не между «устать, но всех накормить» и «устать, но ещё и чувствовать себя виноватой».
А между жизнью с человеком, который видит во мне партнёра, и жизнью с человеком, который воспринимает меня как бесплатный обслуживающий персонал с кольцом на пальце.
Не знаю, окончательно ли я готова ставить точку. Но мысль о разводе уже не кажется ужасной. Скорее — логичной.
Пишите, что думаете про эту историю.
Если вам нравятся такие житейские рассказы — подписывайтесь на “Бабку на лавке”. Здесь такого добра много, и новые драмы появляются каждый день!
Приятного прочтения...