Запись шла восемь часов. Ольга перемотала на начало ночи и начала потихоньку мотать вперед, просматривая.
Первые часы - ничего. Тимоша спал, иногда ворочался. Всё тихо.
Потом в кадре появился Степан.
Кот не заходил в комнату - сидел на пороге, как обычно. Но на записи было хорошо видно то, чего Ольга не замечала раньше. Степан не просто сидел. Он смотрел в один угол комнаты. Туда, где стоял комод у наружной стены.
Ольга замедлила воспроизведение.
Степан поворачивал голову к кроватке - проверял ребёнка. Потом снова смотрел в угол. Через несколько минут поднялся, подошёл к самому порогу - лапы уже почти переступили - и замер. Принюхался. Отошёл назад. Сел.
Потом все же поднялся. Медленно и аккуратно сделал несколько шагов к комоду. А потом вернулся к порогу.
Ольга перемотала на время, когда Тимоша проснулся. На записи было видно: ребёнок заворочался, закашлял. Степан вскочил, шерсть на загривке поднялась. Но смотрел он в угол - не на кроватку, а именно в угол, к комоду.
«Что там такое?»
Ольга остановила запись. Посмотрела на экран. Обычный угол: комод, на нём стопка пелёнок, рядом корзина с игрушками. Обои с мишками. Ничего особенного.
Она встала и пошла в детскую.
Степан сидел на пороге. Увидел её - мяукнул коротко, будто предупреждал.
– Что там, Стёпа? – спросила Ольга тихо. – Что ты чуешь?
Кот не ответил. Смотрел в угол.
Ольга подошла к комоду. Отодвинула его от стены - тяжёлый, еле справилась. За комодом было чисто, только пыль по плинтусу. Она наклонилась, провела рукой по обоям.
Пальцы наткнулись на что-то.
Обои в углу, у самого пола, чуть отходили от стены. Совсем немного - если не трогать, не заметишь. Ольга поддела край ногтем, потянула.
Обои отошли легко. Слишком легко.
За ними стена была чёрной.
Не грязной - именно чёрной. Пятна расползались по штукатурке, как кляксы. Ольга отдёрнула руку, отступила. Запах ударил в нос - кислый, затхлый, тяжёлый. Тот самый, которого она не замечала. А Степан - замечал.
– Денис! – крикнула она. – Денис, иди сюда!
Денис примчался из кухни, увидел стену, выругался.
– Это что, плесень?
– Похоже на то.
Он присел, посмотрел ближе. Пятна шли от пола вверх, почти до подоконника. Сколько их было за обоями - непонятно.
– Чёрная плесень, – сказал Денис тихо. – Я читал про такое. Она может быть токсичной.
Ольга схватила его за руку.
– Тимоша. Он тут спал.
– Вызываем специалиста. Сейчас.
Тимошу перенесли в гостиную. Детскую закрыли, заткнули щель под дверью мокрым полотенцем. Степан сидел у закрытой двери и смотрел на них - спокойно, без упрёка. Будто говорил: «Я же предупреждал».
***
Специалист приехал к вечеру. Мужчина в респираторе, с чемоданчиком приборов. Осмотрел стену, взял соскоб, покачал головой.
– Аспергилл, – сказал он, снимая респиратор уже в коридоре. – Чёрная плесень. Токсичная. Споры летают по комнате, оседают в лёгких. Отсюда и кашель.
– Откуда она взялась? – спросил Денис. – Дом новый.
– Новый - не значит сухой. Стены не просохли после стройки, окна пластиковые - вентиляции нет, конденсат копится. Плюс наружная стена, зима, перепад температур. Классика для новостроек.
– Это опасно?
Специалист помолчал.
– Если бы ребёнок жил тут долго, то у него могла бы развиться хроническая аллергия. Или астма. Хорошо, что нашли вполне быстро. Но врачу я бы его на всякий случай показал.
Ольга посмотрела на Степана. Кот сидел у стены и умывался - спокойно, деловито. Будто ничего особенного не произошло.
***
Ремонт занял неделю. Плесень вывели, стену обработали антисептиком, обои переклеили. Поставили рекуператор на окно - чтобы влага не копилась. Детскую проветривали трое суток, пока не выветрился запах химии.
Тимоша всё это время спал в гостиной. Кашель прошёл на второй день. Врач тоже подтвердил, что ничего серьезного не успело развиться.
В пятницу вечером Ольга впервые уложила сына обратно в кроватку в его комнате. Долго стояла рядом, смотрела, как он засыпает. Дышит ровно, не кашляет. Щёки порозовели - раньше были бледные, она только сейчас заметила.
Степан сидел на пороге.
Ольга обернулась к нему.
– Ну что, Стёпа. Теперь зайдёшь?
Кот смотрел в комнату. Принюхался. Поднялся, переступил порог - впервые за два месяца. Прошёл мимо комода, обнюхал угол. Постоял, подумал.
И запрыгнул на кресло.
Свернулся клубком, подвернул лапы под себя. Закрыл глаза. Белое пятно на груди поднималось и опускалось - ровно, спокойно.
Ольга выключила верхний свет, оставила только ночник. Постояла в дверях.
Тимоша спал. Степан спал рядом - как и положено охраннику, который наконец-то убедился, что опасности больше нет.
Денис подошёл сзади, обнял её за плечи.
– Надо Стёпе вкусняшек купить, – сказал он тихо. – Заслужил.
– Заслужил, – согласилась Ольга.
Она смотрела на своих мальчиков - большого и маленького, светлого и дымчатого - и думала о том, как легко не заметить очевидного. Списать всё на капризы, совпадения, глупости. Кот неделями сидел на пороге, показывал: что-то не так. А они смеялись.
Галина Фёдоровна была права. Кошки просто так не боятся.
Они чувствуют то, чего мы не видим. И защищают - даже когда мы этого не понимаем.
***
Как вам история Степана и его семьи?
Подписывайтесь и читайте другие добрые истории о животных! Например, в этой кот тоже чувствовал, что что-то не то происходит с дочерью-подростком: