Третью ночь подряд Тимоша просыпался ровно в два часа. Не плакал сразу - сначала начинал возиться, потом всхлипывал, потом заходился криком. Ольга вскакивала, бежала в детскую, брала сына на руки. Он затихал. Она укладывала его обратно. Через час всё повторялось.
– Может, зубы? – спросил Денис утром, наливая кофе.
– Зубы уже три месяца режутся. Раньше так не орал.
Денис пожал плечами. Ему на работу, не до разборов. Ольга осталась одна - если не считать Степана, который сидел в коридоре и смотрел на неё жёлтыми глазами.
Степан появился у них четыре года назад - подобрали котёнком у подъезда. Вырос в крупного дымчатого кота с белым пятном на груди, будто кто-то приложил ладонь и оставил отпечаток. Характер у него был невозмутимый. Степан не бегал за фантиками, не орал по ночам, не драл мебель. Просто жил рядом - спокойный, надёжный, свой.
Но после переезда что-то изменилось.
***
Квартиру в новостройке они ждали два года. Дом сдали в декабре, под Новый год въехали. Праздники прошли в суете. А потом начались странности.
Степан отказывался заходить в детскую.
Сначала Ольга не обратила внимания. Мало ли - новое место, коту нужно привыкнуть. Но прошла неделя, вторая. Степан освоил всю квартиру: спал на диване в гостиной, сидел на подоконнике в спальне, даже в ванную заглядывал. Но к детской не приближался.
Точнее - приближался. Доходил до порога. Садился там, как часовой. И сидел. Час, два. Смотрел внутрь, но не переступал. Только раз Ольга видела, как он быстро выбегает из комнаты рано утром.
– Смотри, твой охранник на посту, – смеялся Денис, проходя мимо.
Ольга тоже улыбалась. Потом перестала.
Потому что Тимоша начал кашлять.
Сначала редко - покашливал ночью, когда просыпался. Ольга решила: сопли стекают по задней стенке, обычное дело зимой. Капала в нос, поила ромашкой. Не помогало.
Странным было другое. Днём, в гостиной, Тимоша спал как убитый. Ольга укладывала его на диван, подпирала подушками - и он отключался. Без кашля, без возни. Но стоило перенести в детскую - начиналось.
«Может, он просто перестал любить свою кроватку», – думала Ольга. Звучало глупо даже в голове.
***
В субботу приехала свекровь.
Галина Фёдоровна была женщиной практичной. Тридцать лет отработала инженером на заводе, вырастила двоих сыновей, не верила в гороскопы, порчу и кошачьи капризы. Но на Степана посмотрела внимательно.
– Давно он так сидит?
– Да с переезда, – Ольга махнула рукой. – Не хочет в детскую заходить. Только раз его ночью видела выходящим из комнаты. А так боится чего-то.
– Боится, – повторила Галина Фёдоровна. Подошла к порогу, встала рядом со Степаном. Кот не шелохнулся. Сидел и смотрел в комнату.
– Кошки просто так не боятся.
– Мам, ну что он там может чувствовать? Комната как комната. Кресло, кроватка, комод.
Свекровь не ответила. Прошлась по детской.
– Не знаю. Но Тимошка в гостиной спит нормально, а тут кашляет - ты сама говоришь. И кот не заходит. Это не совпадение.
Денис, который слушал из коридора, хмыкнул.
– Мам, ты ещё скажи - энергетика плохая.
– Я сказала то, что сказала. Камеру поставьте ночную - посмотрите, что происходит.
– Камеру? – переспросила Ольга.
– Да, камеру. И посмотрите, что он делает в комнате ночью.
Подходящая камера действительно была. Денис привёз её с работы год назад. Но она так и не пригодилась, лежала где-то.
***
Вечером Денис нашел и установил её на комоде, направил на кроватку.
– Ну вот, – сказал он, глядя на экран ноутбука. Картинка была зеленоватая, с ночным режимом, но видно всё: кроватка, спящий Тимоша, край окна. – Посмотрим, что там Стёпа караулит.
Степан сидел на пороге. Смотрел в камеру - или просто в комнату, не понять.
Ольга легла спать с тяжёлым чувством. Что-то было не так. Что-то, чего она не понимала.
Ночью Тимоша проснулся дважды. Оба раза кашлял. Ольга брала его на руки, укачивала, клала обратно. Смотрела на порог. Степан был там - дымчатый силуэт в темноте. Не спал. Караулил.
«Что ты чувствуешь?» – подумала она. – «Что там такое?»
Утром она открыла запись на ноутбуке.
***
Поможет ли запись с камеры раскрыть тайну?
Узнаем во второй части: