Часть 1. МОЙ СВЕТ
Лена сидела на замёрзшей лавочке в парке, грела руки о бумажный стаканчик и смотрела, как мамочки с колясками обходят гололёд. Ей тоже когда-то хотелось кого-то защитить, укутать. Пятнадцать лет назад она укутывала маленькую Катю, которой тогда было всего два.
Ее Саша уехал из-за дурацкой ссоры. Из-за его мамы, которая шептала: «Она тебе не пара, она тебе на шею села». Из-за гордости, которая у обоих была размером с эту лавочку. Он хлопнул дверью, укатил в другой город, звонил три дня, а потом Лена перестала брать трубку. Обида душила сильнее, чем нежность.
Осталась только дочка. И книга.
«Мастер и Маргарита» в старом, ещё советском издании. Корешок выцвел, страницы пожелтели по краям. На первой странице шариковой ручкой, мелко, почти боязливо: «Лена, ты — мой свет». Дальше — больше. На полях, между абзацами, в пустотах перед оглавлением. Он писал ей признания, когда думал, что она не видит. Записывал стихи, цитаты, обещания.
«Когда-нибудь мы будем старыми и будем сидеть на кухне, и я напомню тебе, как писал в твоей книге. А ты скажешь, что не помнишь».
Книга так и осталась единственным, что у неё было от него. Она не перечитывала её, просто хранила. Как засохший цветок.
А сегодня Лена застала Катю с этой книгой в руках.
— Мам, — дочь подняла глаза, и в них было что-то странное. — Это писал папа?
Лена молчала долго. Потом кивнула. Катя ничего не сказала. Только закрыла книгу, обняла её и ушла в свою комнату.
Часть 2. НОВАЯ КНИГА
А вечером Лена сидела в парке и вспоминала, как Саша смеялся над моментом, когда Маргарита летела над Арбатом. Ей вдруг захотелось услышать этот смех. Так сильно, что заболело в груди.
Она достала телефон, открыла ленту. Бесконечные советы, как пережить кризис среднего возраста, и фото котов. И вдруг — пост. Конкурс от Союза писателей России ко Дню книгодарения 14 февраля.
Лена замерла. Чтобы принять участие, необходимо быть подписанным на канал Союза писателей России в Telegram, рассказать в комментариях, кому бы вы хотели подарить книгу и почему именно этому человеку, что вас связывает, что он любит. 16 февраля подведут итоги и выберут 5 лучших комментариев, самых искренних и теплых, и подберут для этих людей 5 книг из «Книжной лавки писателей». Произведения подберут персонально, с учётом ассортимента магазина и интересов человека. Комментарии можно оставлять до 14 февраля 12:00 включительно.
Она смотрела на экран и чувствовала, как внутри что-то щёлкает. И пальцы уже набирали текст.
«Я хочу подарить книгу мужчине, которого не видела 15 лет. Его зовут Саша. Когда-то мы расстались из-за глупости, и я осталась одна с дочкой. Всё, что у меня есть от него — старая потрёпанная книга “Мастер и Маргарита„, на полях которой он писал мне признания. В той книге, что у меня есть, закончилось место для его слов. Нужна новая. Мне хочется верить, что чудеса случаются».
Отправила. Она уже хотела убрать телефон, но он вдруг завибрировал. Незнакомый номер.
— Алло?
— Лена…
Голос был хриплым, будто у человека болит горло. Или будто он не спал всю ночь.
— Это я, Саша, — сказал он. — Я приехал. Я в парке у центрального входа. Можно я подойду?
Она не спросила, как он узнал, где она сидит. Как нашёл её номер. Откуда вообще взялся в их городе.
Она подняла голову и увидела мужчину в тёмном пальто, который стоял в пяти метрах и держал телефон у уха. Так близко, что слышно было дыхание.
Он выглядел старше. Седина на висках, морщины. Но глаза — те же. Светлые, растерянные, смотрящие так, будто он боится, что она сейчас исчезнет.
— Катя мне написала, — сказал он, делая шаг. — Прислала фото страниц. Там, где я писал… Господи, Лена, ты хранила это пятнадцать лет?
Она не ответила. Смотрела, как он подходит ближе, садится рядом на лавку, осторожно, будто стеклянный.
— Прости меня, — выдохнул он. — Я дурак. Я должен был вернуться на следующий же день. А уехал на пятнадцать лет.
Лена молчала, сжимая стаканчик так, что бумага промокла.
— Я всё это время думал о тебе, — продолжал Саша. — У меня была другая жизнь, но в ней всё время не хватало воздуха.
Она повернула голову.
— У тебя есть новая книга? — спросила вдруг.
Он не понял. Нахмурился.
— Для признаний, — пояснила она. — В той, что у меня, уже нет места. Или ты разучился?
Саша смотрел на неё долго. А потом улыбнулся. Так, как улыбался когда-то — растерянно и счастливо.
— Научусь заново, — сказал он. — Если ты дашь мне шанс.
Она посмотрела на него, на седину в волосах, на руки, которые он так и не решился положить на лавку рядом с её рукой.
— Хорошо, — ответила она.
Он засмеялся. И этот смех был точно таким же, как пятнадцать лет назад.
Где-то в кармане лежал билет на обратный поезд, но Саша уже знал, что не уедет. А Лена смотрела на серое февральское небо и впервые за долгие годы не хотела, чтобы зима заканчивалась.