Вес утром: 99,0
Меню:
10:00 шакшука
12:00 пп-брауни без сахара (готовлю на 2 дня)
14:00 рассольник без картофеля
18:00 индейка запечённая, овощи
Рецепты с точным количеством ингредиентов и кбжу в telegram :
99,0. Ровно. Красиво. Как будто жизнь решила: “ладно, дам тебе этот кадр!”
Я фотографирую весы. Не для соцсетей — для себя. Чтобы в плохой день открыть и сказать: “Это было. Значит, может быть снова”.
30 дней назад я была человеком, который всё время обещает себе начать “с понедельника” и живёт в режиме “потом”.
Потом похудею.
Потом разберусь с мужем.
Потом перестану терпеть.
Потом начну уважать себя.
А сегодня у меня нет этого “потом”. Есть “сейчас”.
Вес — это, вроде бы, про тело, но по факту, оказалось, про голос внутри. Про позвоночник. Про то, как ты держишься, когда никто не аплодирует.
Я не стала феей. Не стала идеальной. И я не “победила” ни булки, ни свою слабость. Я просто перестала себя предавать каждый день. Вот и всё.
Я решаю написать об этом отдельно. Чтоб запомнить. Чтобы в трудную минуту открыть и прочитать.
В выходные без Ани я могу себе позволить подольше поспать. Встаю после девяти.
Шакшука шипит на сковороде. Запах помидоров и специй разносится по дому.
Я беру красивую тарелку, выкладываю на нее шакшуку, неспеша ем и ловлю себя на мысли: я не “на диете”. Я как будто заново учусь жить.
И даже спина держится иначе. И лицо — тоже. Как будто я перестала извиняться за своё существование.
Сегодня я не поехала к маме.
Раньше я бы уехала. Спряталась бы в её кухне, в её “я же говорила”, в её одеяле и чае с лимоном, в её привычной власти надо мной.
Я бы сделала вид, что просто “погостить”. А на самом деле — забыться. Чтобы не думать, не решать, что делать дальше.
Аня, всё-таки, уехала к бабушке, решив, что раз обещала приехать, то подводить нельзя. Семнадцать лет, взрослая, умная. Ей там хорошо. Там друзья детства. Она любит туда ездить.
И мне… даже легче от того, что завтра дома не будет свидетеля. Не будет ребёнка, который слышит “взрослые разговоры” через стенку и потом делает вид, что всё нормально.
Завтра мы будем вдвоём. Я и Илья.
Я смотрю на телефон, как на дверь, которую нужно открыть. И так смешно: я могу спокойно отказаться от сахара, могу выдержать вечер без перекусов, могу пройти мимо булочной — а позвонить собственному мужу, который живёт у мамы, — это, будто прыгнуть в холодный бассейн. Ты знаешь, что надо. Но тело сопротивляется.
Я набираю.
Гудок… второй… третий…
И вот его голос. Чуть хриплый. Будто он только что курил или долго молчал.
— Привет, — говорит он осторожно. Не ласково. Не тепло. Осторожно, как с чужой.
Я почему-то улыбаюсь. Не потому что приятно. А потому что я чувствую — я смогу!
— Привет. Ты можешь говорить? — спрашиваю я.
— Могу. Что случилось? — и в этом “что случилось” слышится: “Опять начнётся”.
Раньше бы у меня заколотилось сердце, и я бы начала оправдываться. Типа “ничего, просто хотела…”, “не бери в голову…”, “я потом…”.
А сейчас я делаю вдох. Спокойно, как перед приседом.
— Ничего не случилось. Я хочу поговорить. Нормально, спокойно. Завтра. У нас дома.
Тишина на линии такая, что я слышу, как где-то у него хлопает дверь. И — да, мне это режет внутри: я понимаю, что он не один. Или может быть один, но там всегда кто-то есть — его мама, её комментарии, её “сынок, не надо”, её невидимая рука на его плече.
— Завтра? — переспрашивает он. — Аня дома?
— Нет. Она у моей мамы на выходные. Поэтому завтра. В час. Дома.
Он долго молчит. Я знаю этот его стиль — “затянуть паузу, чтобы я сама начала суетиться”. Чтобы я заполнила тишину словами, извинениями, слезами.
Но тишину сегодня заполняю я… спокойствием.
— Я не уверен, что это хорошая идея, — говорит он наконец.
— Это лучшая идея, — отвечаю я тихо. — Мы взрослые люди. И я не собираюсь устраивать сцен. Я хочу ясности.
Снова пауза. И я слышу, как он выдыхает, будто у него внутри что-то сжимается.
— Ясности… — повторяет он, как будто пробует слово на вкус.
— Да. Ясности. Илья, я устала жить в подвешенном состоянии. Ты живёшь у мамы уже… сколько? — я почти не считаю, мне не хочется превращать разговор в бухгалтерию боли. — Мы как будто семья, но по факту — нет. И мне надо понимать: ты с нами или нет. - Думаю, тебе есть, что сказать.
Он шумно втягивает воздух.
— Ты думаешь, мне легко? — резко говорит он. — Ты думаешь, я тут кайфую?
Мне хочется сказать: “Конечно, тебе легко. Ты сбежал. И ты не один. Тебя видели...”.
Но я не говорю. Я не хочу победить. Я хочу правду.
— Я не знаю, как тебе, — отвечаю я. - Я знаю, как мне. И мне — тяжело. Но я не в претензии. Я просто хочу перестать ждать и гадать.
Он молчит. А потом вдруг, как будто через зубы:
— Ты из-за чего звонишь? Из-за слухов?
У меня внутри холодеет. Значит, не просто так. Значит, кто-то что-то сказал. Или он сам уже знает, что про него ходят разговоры.
— Каких слухов? — спрашиваю я, хотя понимаю.
Он делает вид, что не слышит.
— Ты с кем-то говорила?
— Илья, — я говорю очень ровно, но голос всё равно дрожит на одном месте, предательски. — Я не собираюсь играть в “кто кому что сказал”. Я спрашиваю прямо: у тебя другая женщина?
На том конце — такая тишина, что мне становится жарко. Я смотрю на свои пальцы: они белые, я слишком сильно сжала телефон.
— Ты серьёзно сейчас? — наконец произносит он.
— Абсолютно.
Он смеётся коротко. Неприятно. Не злорадно — нервно.
— Ты изменилась, — говорит он.
— Да, — отвечаю я. — Я изменилась. И именно поэтому я спрашиваю без истерик. Мне нужен честный ответ.
Ещё одна пауза.
— Не по телефону, — выдавливает он. И я слышу, как он сглатывает.
Вот оно. Вот этот “не по телефону”, от которого у меня внутри всё падает, как лифт. Потому что если бы ответ был “нет”, он бы сказал “нет”. Сразу. С облегчением.
А он прячет ответ в упаковку “потом”.
Я закрываю глаза. И вдруг понимаю: у меня есть опора. Не он. Я!
— Хорошо, — говорю я. — Тогда завтра. В час. Я тебя жду. Илья, это важно: без мамы. Без звонков. Без “я заеду на пять минут”. Мы поговорим нормально.
— Я приду, — отвечает он тихо. И добавляет, будто защищается: — И я не хочу скандалов.
— И я не хочу, — говорю я. — Я хочу уважения. И к себе тоже.
Я сбрасываю вызов и остаюсь с этим звоном в ушах. Сердце колотится, но я… не разрушена. Я не бегу за валерьянкой, не открываю холодильник. Я просто стою у окна и смотрю, как во дворе кто-то ведёт собаку, как свет в соседнем доме загорается и гаснет. Обычная жизнь. Мир не рухнул.
Итог 30 дней: я умею выбирать себя!
Я не знаю, что будет завтра.
Я не знаю, окажется ли “другая женщина” правдой или просто моими догадками, которыми так легко себя мучить.
Я не знаю, захочет ли он вернуться.
Я не знаю, хочу ли я, чтобы он вернулся — вот это, честно, самое страшное признание.
Но я знаю другое: я больше не готова жить, как-будто я на паузе.
Я не буду ждать, пока мужчина определится, любит ли он меня.
Я не буду просить, уговаривать, “сохранить семью” любой ценой!
Семья — это не “любой ценой”. Семья — это когда тебя выбирают. И когда ты выбираешь тоже.
И да, мне больно. Больно до щелчка в груди.
Потому что я помню, каким Илья был. Потому что я помню наши домашние вечера, наши смешные разговоры, то, как он держал меня за руку в очереди в магазине, как будто я — самое важное.
И, потому что я вижу, как легко всё может развалиться, если один человек в паре решает “пожить отдельно” и “подумать”.
Но я уже не та, которая “подождёт”.
Я та, которая нальет горячей воды, приготовит индейку на вечер, погладит белье — не потому что “надо”, а потому что мне нравится порядок.
Я та, которая поставит будильник, выйдет на прогулку, выберет еду без истерик и выберет разговор без унижения.
Я смотрю на цифру 99,0 ещё раз.
Это просто цифра. Но для меня она — как дверь.
Я чувствую, что начинаю жить по-другому. Не громко. Не показательно. Просто по-настоящему.
И почему-то кажется: большие перемены уже стоят где-то рядом, в коридоре. Снимают обувь. И вот-вот войдут....
Продолжение следует. Подпишись!
Вы читаете книгу "365 дней интервального голодания. Я учусь не заедать жизнь", автором которой является автор данного блога Татьяна К. Все персонажи вымышленные. Книга написана после похудения автором на 41 кг. на интервальном голодании. Данная статья является объектом интеллектуальных (авторских) прав в силу ст. 1255 Гражданского кодекса РФ и не может использоваться третьими лицами без указания ссылки на автора и источник заимствования."
Подарок автору к Дню рождения!
От Автора:
Без рекламы никуда! Но обещаю, что она, действительно, полезная!
Большие покупки до 120 кг можно делать не выходя из дома, с ГЛОБУСОМ.
В ассортименте гипермаркета есть все, начиная от готовой еды и завершая зоотоварами.
Промокоды для выгодных покупок:
✔️ p14frov - скидка 12% на первых два заказа от 5500 ₽ (максимальная скидка 1000₽);
✔️ p15f70b – скидка 10% на первый или один повторный заказ от 6200 ₽ (максимальная скидка 1000 ₽);
Скидки не распространяются на алкоголь, бытовую технику и электронику, не суммируются с акциями.
Действует в Москве и области, Твери.
Реклама. ООО "Гиперглобус", ОГРН 1047796876489, 141109, Московская обл., г. Щёлково, Пролетарский пр-кт, д. 18, подробности на online.globus.ru