На карте стали вспыхивать точки. Первая загорелась в Якутии.
В динамиках послышался ритмичный низкий гул.
— Это бубен, — определил Игорь. — Шаманский бубен.
На экране открылось окно видеосвязи. На фоне заснеженной юрты сидел старик в оленьей парке. Он бил в бубен и смотрел в камеру узкими мудрыми глазами.
— Слышу Зов, — проскрипел он. — Север с вами.
Вторая точка вспыхнула в Петербурге.
В кадре появился молодой парень с дредами на крыше многоэтажки. Вокруг него в воздухе парили игральные карты.
— Ребят, что за прикол? — спросил он весело. — У меня смартфон раскалился. Но энергетика ваша — огонь. Я в деле.
Точки множились. Урал, Кавказ, затем Европа. Одинокая ведьма из Бретани с ядовитым садом. Подростки-телепаты из берлинского сквота. Алхимик-затворник из Карпат.
Счётчик подключений перевалил за сотню.
— Получается… — прошептала Анна, глядя на карту со слезами. — Мы создаём армию.
— Мы создаём семью, — поправила Мама Люся.
Но радость была короткой.
Внезапно карту залила красная рябь. Окна с союзниками стали сворачиваться. На их месте возник чёрный герб: ворон с переломанной костью в лапах.
Князь Воронецкий. Он не заставил ждать.
— Обнаружил вас, — синтезированный голос зазвучал из всех колонок. — Трогательная самодеятельность. Вы сами подсветили мне все цели.
— Света, руби канал! — крикнул Михаил.
— Не могу! — пальцы Светланы мелькали по клавишам. — Это магический DDoS! Он посылает вирус-проклятие по нашему сигналу. Хочет заразить всех, кто подключился! Если вырублю сервер, вирус застрянет в их устройствах и сожжёт мозги!
На экране шаман схватился за сердце, питерский фокусник упал на крыше, зажимая уши.
Варя в кресле выгнулась дугой и закричала. Вирус бил и по ней, как по центральному узлу.
— Варя! — Зоя бросилась к дочери, но её отшвырнуло разрядом статики.
— Надо заземлить! — крикнул Игорь. — Энергии нужен выход!
— В землю нельзя, там корни! — возразила Анна.
— В воду! — осенило Дмитрия. — Вода смоет!
Михаил сорвал с пожарного щита топор.
— Варя! — перекрывая вой сирен, заорал он. — Перенаправь поток на меня!
— Ты сгоришь, папа! — прохрипела она.
— Я не один! Домовой! Хозяин! Помогайте!
Он рубанул топором по главному кабелю, не перерубая, а вонзив лезвие в оплетку. Другой рукой вцепился в чугунную заслонку печи.
— Прими, матушка-печь! — взревел он.
Домовой выскочил из-за печки, вскарабкался Михаилу на плечи, усиливая его защиту.
Снаружи Хозяин Мхов ударил гигантской лапой по дымоходу.
Варя поняла замысел. Она собрала всю ядовитую жижу вируса в себе и швырнула её в сторону отца.
Разряд прошёл через Михаила, через Домового, ушёл в печь и вырвался через трубу столбом чёрного дыма.
Дым поднялся высоко и встретился с грозовой тучей, которую пригнал Леший.
Громыхнуло так, что в соседней деревне зазвенели стёкла.
Молния ударила в чёрное облако, и оно осыпалось дождём. Но не простым — капли были чёрными, как чернила.
Они падали на землю, и где касались почвы — мгновенно вырастали поганки. Миллионы поганок вокруг избушки.
В комнате стихло. Мониторы погасли, затем зажглись вновь.
Карта была чиста. Герб Воронецкого исчез.
Окна союзников стали открываться.
— Вы живы? — спросил шаман. — Духи говорят, была великая битва.
— Живы, — выдохнула Светлана, сползая под стол. — Отфильтровали трафик через русскую печь и грозу. Расскажи кому — в дурку заберут.
Михаил сидел на полу, прислонившись к печи. Его волосы дымились.
— Зоя, — хрипло сказал он. — Налей сто грамм. И огурец. Срочно.
Варя сняла шлем. Бледная, но с сияющими глазами.
— Мы не просто отбили атаку, — сказала она. — Мы теперь знаем его цифровую подпись. Света, записала код вируса?
— До последнего бита, — кивнула программистка. — Теперь у нас есть образец его магии. Можно сделать вакцину. Или оружие.
Мама Люся подошла к окну. Весь двор был усеян чёрными поганками.
— Землю чистить долго, — покачала она головой. — Но теперь каждый на карте знает: мы готовы умирать за своих. А Воронецкий — убивать своих ради власти. Выбор очевиден.
На экране всплыло новое сообщение. Текст на латыни, переводчик справился мгновенно:
«От Библиотекаря Ватикана. Наблюдали за вашей защитой. Впечатляет. Есть архивы по роду Бестужевых, которые князь считал уничтоженными. Готовы поделиться. Ждите курьера.»
— Ватикан? — переспросил Игорь, протирая очки. — Теперь точно начинается большая игра.
— Пусть начинается, — Варя встала, пошатываясь, но уверенно. — У нас есть печь, интернет и батя с топором. Мы непобедимы.
В ту ночь праздновали второе рождение «Ковена Свободной Воли». А в лесу ежи и белки обходили поляны с чёрными грибами, которые к утру, стараниями Хозяина Мхов, превратились в труху, удобрив землю.
***
Лето перевалило за середину, когда на пороге появился обещанный гость.
Ждали его с напряжением. Михаил почистил ружьё, Домовой спрятал ложки, Светлана настроила сканеры.
Но курьер удивил.
К избушке, ловко перепрыгивая лужи в элегантных резиновых сапогах, подошёл невысокий круглолицый человечек в очках и с потертым портфелем.
— Buongiorno! — радостно воскликнул он. — Или… Zdorovo? Меня зовут отец Маттео. Библиотекарь, архивариус и экзорцист третьего ранга. Но не пугайтесь, я с миром и с… — он похлопал по портфелю, — …бумагами.
В доме он отказался от чая, но с удовольствием выпил кваса.
— Итак, — он извлёк толстую папку, перевязанную лентой с печатями. — Копии допросов и дневников прадеда Варвары, графа Бестужева. Хранились в Секретном Архиве с 1920 года.
Игорь с трепетом принял документы.
— Почему вы отдаёте их нам? Ватикан ничего не делает просто так.
— О, вы правы, — Маттео посерьёзнел. — Но князь перешёл черту. Техномагия, чтобы порабощать души — это ересь. Враг моего врага — мой друг, capisco?
Пока Игорь и Светлана изучали рукописи, отец Маттео подошёл к Варе.
— Ты очень сильная, bambina. Но ты — открытая дверь. Тебе нужен Якорь.
— Якорь?
— Предмет, который свяжет твою силу с этим миром, чтобы тебя не унесло, когда используешь полную мощь. Твои родители стали Замком, ты — Ключ. Но кто будет держать Ключ?
Ответ нашли к вечеру.
— Слушайте! — воскликнул Игорь. — Тут сказано: «Сила рода не в крови только, но в земле. Чтобы закрыть Разлом, Наследница должна соединить три стихии: Живую (лес), Мертвую (технологии) и Вечную (веру). Только тогда выкует Якорь».
— Живая — это Леший, — начала загибать пальцы Анна. — Мертвая — наши сервера. А Вечная?
Все посмотрели на отца Маттео.
— Вера не обязательно религиозная, — мягко сказал он. — Это может быть вера в любовь, в дружбу. Чистая воля.
Договорить не успели.
Датчики взвыли. Но не было ни красных точек, ни чёрного дыма.
— Что происходит? — крикнул Михаил.
— Не понимаю! — Светлана стучала по клавишам. — Система видит… исчезновение данных.
— Каких данных?
— Данных о реальности!
Варя бросилась к окну и ахнула.
Лес менялся. Деревья не сохли — они пикселизировались. Старая ель у калитки задрожала, пошла квадратами и исчезла, оставив серую пустоту.
Следом начал «глючить» куст смородины.
— Это последствия вируса! — догадалась Светлана. — Те чёрные грибы успели внести ошибку в код местности! Реальность «битая». Матрица сыплется!
— И приближается к дому! — крикнула Зоя. — Крыльцо рябит!
Отец Маттео схватился за крестик.
— Mamma mia! Распад материи! Тут нужен… системный администратор Господа Бога!
Ситуация была критической. Обычная магия не работала — природа разрушалась на уровне информации. Леший выбежал из леса, но его ветви проходили сквозь пустоту.
— Варя! — скомандовала Светлана. — Садись в кресло! Будем патчить реальность!
— Что делать?
— Я пишу код восстановления, использую слепок памяти места. Но нет энергии, чтобы «распечатать» его в материю. Ты должна стать 3D-принтером! Прогони программу через свою силу!
Варя закрыла глаза. Представила избушку, каждое бревно.
— Анна, Дима! — крикнул Игорь. — Помогайте визуализировать! Держите образ!
Дмитрий и Анна встали за её спиной, посылая ментальные картинки.
— Михаил, отец Маттео! — распорядилась Мама Люся. — Нужна энергия для запуска. Вера и Воля!
Михаил положил руки на одно плечо Вари, итальянец — на другое.
— Credo in unum Deum… — зашептал Маттео.
— Стоять насмерть, русские не сдаются… — зарычал Михаил.
Светлана ударила по клавише.
— Загрузка обновления!
Варя закричала. Через неё прошёл поток цифр, молитвы и ярости. Она чувствовала, как серый туман пытается стереть её. Но Якорь — руки друзей — держал.
Фиолетовый свет вырвался из избушки, но теперь он был структурированным — как золотая сетка, наброшенная на мир.
Там, где сетка касалась пустоты, реальность возвращалась. Ель стала елью, смородина налилась соком. «Битые пиксели» на траве затягивались зеленью.
Волна восстановления прокатилась по поляне, ушла в лес.
Спустя десять минут всё было кончено.
Тишина. Только кулеры гудели на пределе, пахло палёной проводкой и ладаном.
Отец Маттео вытер пот платком.
— Miracolo… Вы переписали Творение. Если в Риме узнают, меня сожгут. Или канонизируют. Но скорее первое.
Варя сняла шлем. В руке она что-то сжимала.
— Что это? — спросила Зоя.
Варя разжала ладонь. На ней лежал кристалл. Идеально ровный, прозрачный, а внутри — маленькая светящаяся микросхема.
— Это Якорь, — сказала Варя. — Он сам создался. Из магии, веры и кода жизни.
Светлана присвистнула.
— Девочки, мы создали первый в мире Техно-Магический Философский Камень.
Отец Маттео гостил неделю. Учил Варю латыни, а сам учился печь пирожки и пить самогон (исключительно в медицинских целях).
Уезжая, оставил прямой номер на старенькой Nokia.
— Если Воронецкий сунется — звоните. У Ватикана есть свои… особые отряды. Швейцарская гвардия — для туристов. А для таких, как князь, у нас кое-то посерьёзнее.
Теперь у «Ковена Свободной Воли» была прямая линия с Римом. А у Вари на шее, рядом с медальоном родителей, висел новый амулет — Кристалл-Чип, позволяющий управлять реальностью, не растворяясь в ней.
Избушка стояла крепко. И даже кукушка в часах, кажется, начала куковать с лёгким итальянским акцентом.
Жизнь продолжалась, и она была удивительной.
Продолжение https://dzen.ru/a/aXzKM_-Vg1Cf7b2Y