— Ирочка, миленькая, выручи! Дай ключи от квартиры всего на денёк!
— Дядь Коль, а зачем?
— Да дедушке твоему нужно мебель старую перевезти. Мы быстренько, туда-сюда, даже не заметишь!
Ира Семёнова сидела в своей однокомнатной квартире на Проспекте Мира и смотрела на телефон с недоумением. За окном моросил октябрьский дождь, на плите закипал чайник, а на диване лежала раскрытая книга — идеальный вечер среды рушился от одного звонка.
Дядя Коля был старшим братом её покойного отца, мужчиной энергичным и обаятельным. Он всегда умел выкрутиться из любой ситуации, всегда знал «нужных людей» и был душой компании на семейных праздниках.
Но ещё у него была особенность — использовать родственные связи для решения своих задач. «Ты же племянница, не посмеешь отказать родному дяде», «Мы же семья, поможем друг другу» — его коронные фразы.
— Дядь Коль, а почему именно моя квартира? — осторожно спросила Ира, наливая чай. — У дедушки же свой дом есть.
— Ну, понимаешь, там ремонт сейчас идёт, всё в пыли. Нам просто вещи на время поставить надо, пока не вывезем на дачу. Один день, Ирочка! Завтра утром привезём, вечером заберём. Даже в квартиру не войдём особо, только в прихожую.
Ира почувствовала, как внутри зарождается сомнение. Что-то в этой просьбе было неправильным. Но как отказать?
Дядя Коля недавно помог ей с документами на регистрацию автомобиля, провёл «по знакомству» без очередей. Отказать сейчас — показаться неблагодарной и жадной. Да и для дедушки ведь, не для чужих людей.
— Хорошо, — выдохнула она. — Но правда только на один день?
— Золотая ты моя! Завтра вечером ключи получишь обратно!
Повесив трубку, Ира ещё долго сидела с чашкой в руках, глядя в окно. Где-то в глубине души тревожный голос шептал: «Не надо было соглашаться». Но она заглушила его. Семья есть семья.
***
В четверг Ира уехала на работу рано, оставив ключи в почтовом ящике, как договорились. Весь день она нервничала, несколько раз порывалась позвонить дяде и проверить, как дела, но останавливала себя. «Не будь параноиком, всё нормально».
В пятницу отпустили с работы пораньше — клиент перенёс встречу. Ира ехала домой в хорошем настроении, планируя устроить себе ленивый вечер с пиццей и новым сезоном любимого сериала.
Подъезжая к дому, она заметила у подъезда старый белый микроавтобус «Газель» с ржавыми боками. Из открытых дверей торчали какие-то металлические трубы, а рядом курил мужчина в оранжевом жилете.
«Наверное, соседям ремонт делают», — подумала Ира, поднимаясь на свой третий этаж.
Но уже у двери её насторожил звук голосов изнутри квартиры. Мужских голосов. Нескольких. Ира замерла с ключом в руке, потом решительно открыла дверь.
Картина, которая предстала перед ней, не укладывалась в голове.
В её прихожей стояли грязные рабочие ботинки — три пары. В гостиной за её обеденным столом сидели четверо мужчин в строительной одежде и ели бутерброды. На её любимой бежевой скатерти расплылись кофейные пятна.
Пахло табаком — кто-то явно курил на балконе. На диване валялись чьи-то куртки. А на журнальном столике стояли три грязные кружки и пепельница, которой у Иры отродясь не было.
— Ой, хозяйка пришла! — весело сказал один из мужчин, вставая. — Мы к Коле. Тут обедаем, извините за беспорядок!
Ира стояла как вкопанная, не в силах произнести ни слова. Её квартира превратилась в... столовую для строительной бригады?
— Где дядя Коля? — выдавила она наконец.
— На объекте, — ответил другой мужчина, допивая кофе. — Сказал, тут можно перекусить и отдохнуть часок. Удобно же, рядом работаем.
— Удобно… — эхом повторила Ира.
***
Мужчины, не чувствуя подвоха, продолжили есть. Один из них открыл её холодильник и достал йогурт.
— Можно? — спросил он уже с полным ртом.
Ира молча развернулась и вышла в подъезд. Руки тряслись. Она набрала номер дяди Коли.
— Дядь Коль, у меня дома сидят четыре чужих мужика!
— А, ребята зашли, — беззаботно ответил он. — Не переживай, они аккуратные. Просто рядом объект, удобно заскочить.
— Вы говорили — просто вещи на один день занесётё! Для дедушки!
— Ну да, для дедушки тоже. Слушай, Ир, не психуй, им же надо где-то обедать. Это ж не надолго, у нас сроки горят. Через пару дней освободим квартиру.
— Пару дней?! — голос Иры сорвался на крик. — Вы сказали — один день!
— Ирочка, ну будь человеком. Мы же родня. Это же для работы.
— Но это моя квартира!
— Не жадничай. Ладно, мне некогда, созвонимся вечером.
Гудки.
***
Ира смотрела на телефон, чувствуя, как внутри всё кипит.
Вернувшись в квартиру, она попросила «гостей» закончить обед и уйти. Те, хоть и удивлённо переглянулись, собрались минут за десять и ушли, оставив за собой грязную посуду и окурки на балконе.
Следующие два часа Ира драила квартиру, отмывая следы чужого присутствия. В ванной она обнаружила чужую бритву и тюбик крема для бритья. На кухне — чужие пакеты с продуктами в холодильнике. В углу гостиной — свёрнутый спальный мешок.
Спальный мешок. В её квартире.
Вечером позвонила соседка тётя Валя.
— Ирочка, у тебя всё в порядке? Просто вчера вечером музыка громкая была, а сегодня с утра какие-то мужчины ходили.
— Спасибо, тёть Валь, я разберусь, — пробормотала Ира, чувствуя, как щёки горят от стыда.
В субботу она встретилась с подругой Леной в кафе. За капучино выговорилась.
— Лен, я чувствую себя идиоткой. Как так получилось? Я же дала ключи на день, а меня превратили в... в бесплатную базу для рабочих!
— А ты что, не можешь просто забрать ключи? — Лена недоумённо посмотрела на неё.
— Не могу, — Ира опустила глаза. — Он же дядя. Обидится, скажет всей семье, что я жадная...
— Ир, тебе тридцать лет. Ты взрослая женщина с собственной квартирой. Какая жадность? Это твоя квартира. Твоя!
— Я знаю, но... так неловко. Вдруг я преувеличиваю?
Лена покачала головой, но промолчала.
В воскресенье Ира решилась позвонить дяде снова.
— Дядь Коль, когда вы вернёте ключи?
— Скоро, Ирочка, скоро. Работы ещё на недельку, потом сразу освободим.
— Но вы же говорили...
— Ир, ну не мешай работать. Сроки горят, заказчик на хвосте сидит. Потерпи чуть-чуть.
И снова гудки.
***
Неделя превратилась в кошмар.
Каждый день Ира возвращалась домой, боясь застать там кого-то. Дважды её «ожидания» оправдывались — в понедельник в квартире оказалось двое рабочих, которые пили пиво на её балконе. Во вторник — один молодой парень дремал на её диване. Квартира пахла чужими людьми, чужими сигаретами, чужой жизнью.
В среду она заметила на кухонном столе разложенные строительные чертежи и распечатки каких-то смет. В углу стояла коробка с инструментами. В шкафу в прихожей висела чужая куртка.
Её квартира превратилась в офис строительной бригады дяди Коли.
В четверг Ира вышла с работы ровно в шесть и помчалась домой. По дороге она повторяла про себя: «Скажу твёрдо. Верну ключи. Это моя квартира».
Открыв дверь, она услышала громкий смех и звон посуды. В гостиной за накрытым столом сидело человек пять — ели, пили, обсуждали какой-то проект. На её диване развалился мужчина с планшетом. На полу лежали рабочие комбинезоны. По квартире разносился запах жареной картошки — кто-то готовил на её плите.
Но последней каплей стал звук воды в ванной. Ира распахнула дверь — у раковины стоял незнакомый молодой парень и брился её бритвой. Её. Бритвой.
Что-то внутри неё щёлкнуло.
— Всем выйти! — её голос прозвучал так громко и резко, что парень в ванной чуть не порезался. — Прямо сейчас! Все!
Мужчины в гостиной замолчали, уставившись на неё.
— Девушка, мы же просто...
— Я не девушка, я хозяйка этой квартиры! — Ира почувствовала, как внутри бушует ураган. — Это моя квартира! Мой дом! Какое право вы вообще имеете здесь обедать, спать, бриться?!
— Коля же сказал...
— Мне всё равно, что сказал Коля! Собирайте вещи и уходите! Немедленно!
***
Она схватила телефон и набрала номер дяди, не дожидаясь, пока мужчины начнут собираться.
— Дядь Коль, приезжайте прямо сейчас и заберите свою бригаду из моей квартиры!
— Ир, ты чего психуешь...
— Я не психую! Я требую вернуть мои ключи и освободить мою квартиру!
— Но нам ещё работать...
— Не в моей квартире! — Ира почувствовала, как дрожит голос, но продолжила: — Вы обманули меня! Говорили — один день для дедушки, а устроили тут офис для строителей! Вы превратили моё жильё в проходной двор!
Повисла тишина.
— Я... не думал, что это тебе так мешает, — впервые за весь конфликт голос дяди Коли прозвучал неуверенно.
— Мешает! Это мой дом! Я не могу спокойно жить в собственной квартире! Здесь чужие люди и чужие вещи!
— Ладно. Сейчас приеду.
Пока ждала дядю, Ира стояла у окна, скрестив руки на груди. Мужчины молча собирали свои вещи, избегая смотреть на неё. Кто-то пробормотал: «Извините». Она даже не ответила.
***
Дядя Коля приехал через двадцать минут.
Вошёл в квартиру, оглядел притихших рабочих, потом посмотрел на Иру. Впервые за долгие годы она увидела в его глазах стыд.
— Ир...
— Ключи, — протянула она руку.
Он полез в карман, достал её ключи на брелоке с деревянной совой. Она забрала их, сжав в кулаке.
— Не подумал, что так получится, — пробормотал он. — Правда думал, что на денёк... А потом завертелось.
— Вы считали мою квартиру проходным двором. Потому что я не смогла вовремя сказать «нет».
— Прости.
Рабочие один за другим вышли, забирая свои вещи. Последним ушёл дядя Коля. В дверях он обернулся.
— Я правда не хотел...
— Знаю, — устало сказала Ира. — Просто уйдите, пожалуйста.
Дверь закрылась. Тишина.
Ира опустилась на диван и заплакала. Не от обиды, а от облегчения. Она сделала это. Сказала «нет». Вернула ключи. Отстояла своё пространство.
***
Час спустя она позвонила маме.
— Мам, я дяде Коле отказала.
— Наконец-то, — мама вздохнула. — Он уже всем жаловался, что ты выгнала его бригаду.
— И что все говорят?
— А что говорить? Твоя квартира, твоё право. Даже бабушка сказала, что Коля перегнул палку.
— Мне так страшно было...
— Знаешь, Ирочка, нет ничего страшного в том, чтобы сказать «нет», даже старшему родственнику. Это не грубость, это самоуважение.
Следующие дни Ира занималась восстановлением квартиры. Отмывала, проветривала, возвращала каждой вещи её место. Купила новые шторы взамен тех, которые безнадёжно впитали запах табака. Бежевая скатерть так и не отстиралась — пришлось выбросить. Но это было как очищение, символическое возвращение себе своего пространства.
***
Прошёл месяц.
Ира сидела на диване с чашкой кофе и листала журнал по дизайну интерьеров. Телефон зазвонил — дядя Коля.
Она замерла, глядя на экран. Потом взяла трубку.
— Алло?
— Ирочка, привет. Не сердишься?
— Нет уже.
— Слушай, у меня к тебе просьба. Только не пугайся! Мне нужно кое-что на твоей машине перевезти. Можно одолжить её на субботу, с десяти до часу дня? Я сам заеду, заберу, верну с полным баком.
Ира задумалась. В его голосе не было той давящей уверенности. Он спрашивал конкретно, называл время, обещал вернуть с компенсацией.
— Что перевозить?
— Инструменты. Две коробки, всё чистое, упакованное.
— Хорошо. Но ровно до часу.
— Договорились. Спасибо, Ир. Правда спасибо. И... извини ещё раз за ту историю.
— Ладно, дядь Коль. Но больше так не надо.
— Не надо, понял.
Повесив трубку, Ира улыбнулась. Может, он действительно понял. А может, просто научился правильно просить. Но главное — она научилась правильно отказывать и правильно соглашаться.
В субботу дядя Коля действительно приехал ровно в десять, забрал машину, вернул в час дня с полным баком и коробкой конфет на переднем сиденье. Записка гласила: «Спасибо. Извини».
Ира убрала записку в ящик стола. Не выбросила — оставила как напоминание. О том, что даже самые добрые дела требуют конкретики, границ и взаимного уважения. О том, что семья — это не повод использовать друг друга, а причина уважать друг друга ещё больше.
Ключи от квартиры снова висели на крючке у двери — её ключи, в её доме.
_____________________________
Подписывайтесь и читайте ещё интересные истории:
© Copyright 2026 Свидетельство о публикации
КОПИРОВАНИЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ТЕКСТА БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРА ЗАПРЕЩЕНО!