— Светик, ты где? Можешь заскочить ко мне? Мне надо в поликлинику, а машина что-то барахлит, — голос дяди Жени в трубке звучал таким беспомощным, что отказать было невозможно.
Светлана посмотрела на часы. Половина одиннадцатого утра субботы. Она планировала съездить в торговый центр, купить новые шторы, а потом заехать к подруге. Но дядя Женя — это дядя Женя. Брат мамы, который в детстве катал её на своих плечах, учил кататься на велосипеде, привозил мороженое.
— Хорошо, дядь Жень. Буду через двадцать минут.
Она села в свою новенькую белую «Киа Рио» и улыбнулась. Три года она копила на эту машину. Откладывала с каждой зарплаты, отказывала себе в отпусках и новой одежде. В сорок лет она наконец стала автомобилисткой — самостоятельной, независимой женщиной, у которой есть собственные колёса.
Дядя Женя жил в соседнем районе, в старой хрущёвке. Ему было шестьдесят два, он вышел на пенсию год назад. Но продолжал активно жить — рынок, друзья, дача, рыбалка. У него была своя машина — древняя «восьмёрка», которой было лет двадцать пять. Она периодически ломалась, но дядя упрямо продолжал на ней ездить, экономя на ремонте.
Светлана помнила, как вся семья радовалась её покупке. Мама гордилась, сестра завидовала, дядя Женя хлопал по плечу: «Молодец, Светка! Теперь ты настоящая автомобилистка!»
Она подъехала к его подъезду. Дядя Женя уже стоял на крыльце с сумкой.
— Вот спасибо, что выручила! — он сел в машину, тяжело дыша. — А то моя старушка совсем сдохла. То ли аккумулятор, то ли ещё что-то. Некогда разбираться.
— В поликлинику на Первомайскую?
— Да-да, туда. Слушай, а ты не против после заехать на рынок? Мне картошки надо купить. Килограммов десять. Ты же всё равно по городу ездишь!
Светлана хотела возразить, но промолчала. Ну что ж такого — заехать на рынок? Помочь родному человеку.
***
Следующий звонок поступил через неделю.
— Светик, деточка, можешь меня в банк подбросить? Мне пенсию надо получить, а машина всё ещё не заведена.
— Дядь Жень, а что с машиной? Может, в сервис отвезти?
— Да некогда мне! Потом разберусь. Ты сейчас сможешь?
Светлана согласилась. Потом был рынок снова. Потом друзья дяди Жени в другом конце города. Потом строительный магазин за краской. Каждый раз он звонил с лёгким тоном, словно само собой разумелось, что Света его отвезёт.
— Ты же на машине! Тебе не сложно!
Светлана начала замечать, что её планы рушатся.
Суббота, которую она хотела провести за покупками — превратилась в развозку дяди по делам. Воскресенье, когда собиралась на природу с подругами — отменилось, потому что дядя Женя попросил отвезти его на дачу «срочно, рассаду сажать».
Однажды он пришёл с огромной коробкой рассады помидоров, в грязных резиновых сапогах. Светлана смотрела, как он грузит всё это в её почти новую машину, не снимая обувь, не застилая сиденья.
— Дядь Жень, может, ботинки снимешь?
— Да ладно, Светка! Чего там, машина же для дела, а не на выставку! — он рассмеялся, усаживаясь с коробкой на коленях.
По дороге на дачу дядя Женя вспоминал старые времена.
— Помнишь, как я тебя на море возил? В девяносто пятом году, ты тогда маленькая была. Вот это были поездки! Родственники для того и нужны, чтобы помогать друг другу. Семья — это святое.
Светлана молча вела машину. Да, она помнила ту поездку. Ей было десять лет, дядя Женя действительно взял её с собой к морю, когда мама была в больнице. Светлана была благодарна. Но сейчас ситуация была другой.
На даче дядя провозился три часа. Светлана сидела в машине, читала новости в телефоне, ждала. Когда он наконец вышел, на часах было уже шесть вечера.
— Всё, поехали! — бодро сказал он, снова усаживаясь в грязных ботинках.
***
Дома Светлана провела час, отмывая салон от земли и грязи.
Внутри копилось раздражение. Она не могла понять — почему дядя Женя решил, что теперь она его личный водитель? У него есть своя машина. Да, старая, но на ходу. Если сломалась — можно починить или вызвать такси.
Она позвонила подруге Ире и выговорилась.
— Света, ты что, серьёзно? — возмутилась Ира. — У него своя машина есть, но зачем ей пользоваться, если племянница бесплатно возит?
— Но он же помогал мне в детстве...
— И что? Это не значит, что ты теперь пожизненно обязана возить его по делам! Объясни по-человечески, что тебе это неудобно. Нормальный человек поймёт.
— А если обидится?
— Значит, он не настолько нормальный, как ты думаешь.
Светлана задумалась. Ира была права. Но как объяснить дяде, что она устала? Что её машина — это её свобода, а не семейное такси?
Она решила, что в следующий раз скажет твёрдо.
Но через три дня снова раздался звонок.
— Светик, выручай! Мне надо к Петровичу съездить, он живёт за городом. Часа на два, не больше. Ты же свободна в субботу?
— Дядь Жень, а твоя машина?
— Да всё то же самое! Не заводится. Света, ну ты же понимаешь, мне без машины никак!
— А ты в сервис отвозил?
— Дорого там! Да и некогда мне. Светка, ну помоги, а?
Светлана сжала кулаки. Некогда. Дорого. Но время племянницы — бесплатное и бесконечное, да?
— Дядь Жень, извини, но у меня планы на субботу.
— Какие планы? Отложи! Мне правда надо!
— Не могу отложить.
— Светка, ты чего? Я же дядя твой! Неужели так сложно помочь родному человеку?
Она почувствовала, как внутри растёт гнев. Семья. Родной человек. А её время, её планы, её бензин — это ничто?
— Дядя Женя, — голос стал твёрдым, — если тебе сложно на своей машине, вызови такси. Или почини машину. Но я не могу каждую неделю возить тебя по делам. У меня своя жизнь.
Пауза. Тяжёлая, звенящая пауза.
— Понятно, — холодно сказал дядя. — Значит, машину купила — и забыла про родню. Неблагодарность.
— Дядь Жень, это не про благодарность...
— Всё понятно. Не буду больше тебя беспокоить.
Он повесил трубку.
***
Прошла неделя молчания. Потом две.
Светлана несколько раз порывалась позвонить, но останавливала себя. Она ничего плохого не сделала. Просто защитила свои границы.
Мама звонила с упрёками.
— Света, как ты могла так с дядей Женей? Он обижен! Говорит, что ты отказала помочь.
— Мам, я не отказала помочь. Я отказалась быть его личным водителем каждую неделю. У него есть своя машина.
— Но она сломана!
— Тогда пусть починит. Или вызовет такси.
— Такси? Ты хочешь, чтобы пожилой человек платил за такси, когда у него есть племянница с машиной?
— Мам, а я почему должна тратить своё время и бензин бесплатно? Я работаю, у меня свои дела. Дядя Женя на пенсии, у него времени больше.
Мама вздохнула, но промолчала. Светлана знала — в семье теперь обсуждают её как жлобиху и эгоистку. Но что поделать? Если не защитить себя сейчас, это продолжится вечно.
Однажды вечером, когда Светлана возвращалась с работы, она увидела дядю Женю возле своего подъезда. Он стоял с сумкой, словно случайно.
— О, Светик! — обрадованно сказал он. — Как дела?
— Нормально, дядь Жень.
— Слушай, ты не могла бы меня на рынок подбросить? Мне картошки купить надо.
Светлана покачала головой.
— Дядь Жень, вызови такси. Или поезжай на своей машине.
— Она же не работает!
— Тогда почини её. Или продолжай пользоваться такси.
— Светка, ты чего? Я же не чужой!
— Именно потому, что не чужой, я прошу тебя понять. Моя машина — не семейное такси. Если тебе нужна помощь в экстренной ситуации — я помогу. Но возить каждую неделю по делам — неудобно и неправильно.
Дядя Женя нахмурился.
— Значит, отказываешь?
— Предлагаю альтернативу. Такси стоит недорого. А автобус ещё дешевле.
Он развернулся и ушёл, не попрощавшись.
Светлана вздохнула. Но внутри почувствовала облегчение. Она сказала. Защитила свои границы. И больше не чувствовала вины.
***
Прошло полгода.
Светлана снова ехала по проспекту — тот же путь, где полгода назад она сжимала руль до побелевших пальцев, еле сдерживая раздражение от очередной просьбы дяди. Но теперь настроение было другое: лёгкое, ровное. В салоне пахло кофе из термокружки и новой ароматной вишнёвой подвеской. Солнечный луч ложился на приборную панель, будто напоминая: это её машина, её время и её маршрут.
Субботним утром она выбиралась в торговый центр — купить подарок подруге, заехать потом к родителям, а вечером встретиться с друзьями. Всё просто. Без звонков с неожиданными просьбами, без чувства вины, без внутреннего долга, который когда-то тянул сильнее любых обязательств.
Когда-то она думала, что помощь — это доказательство любви. Что если человек близкий, то отказ — почти предательство. Но оказалось, любовь не измеряется количеством поездок и потраченных литров бензина. Настоящая близость начинается с уважения — взаимного и честного.
Дядя Женя со временем действительно изменился. В сервис он тогда всё-таки поехал, хотя ворчал. Вскоре старенькая «восьмёрка» завелась с первого раза, и дядя, словно мальчишка, перезвонил, хвастаясь:
Светик, слышишь? Ровно работает, как часы!
Она тогда улыбнулась:
— Вот видишь? А говорил, некогда.
С тех пор он звонил не просить, а просто поговорить — спросить, как дела, рассказать, где был и что видел. Несколько раз даже предлагал её подвести. И это, пожалуй, было лучшим извинением.
В тот вечер Светлана заехала к родителям. Они сидели на кухне, пахло куриным бульоном и свежей зеленью. За столом уже был дядя Женя — в чистой рубашке, с довольной улыбкой.
— Светик, привет! Смотри, каких щучек поймал! — он показал фото на телефоне. — Сам доехал, сам вернулся. И ни разу не заглох, представляешь?
Светлана рассмеялась, чувствуя, как исчезает остаток прежнего напряжения.
— Вот это да! Значит, машина всё-таки снова в строю?
— Ага. Теперь я её берегу как сокровище. И знаешь... я понял одну вещь. Когда сам справляешься — чувствуешь себя молодцом. А когда постоянно просишь — вроде и удобно, но внутри как будто скукоживаешься.
Он замолчал, потом добавил с легкой улыбкой:
— Ты хорошо сделала, что тогда сказала “нет”. Не ожидал от тебя такой твёрдости, но теперь понимаю — это было правильно.
Светлана встретилась с ним взглядом. Тёплым, спокойным.
— Я просто устала быть всё время “удобной”, дядь Жень. Но не хотела ссориться.
— И не поссорились же. Просто каждый понял, где кто. Я — что не имею права навязываться. А ты — что можно отказать и при этом не стать плохим человеком.
Они засмеялись. Мама улыбнулась, глядя на них поверх чашки чая. В комнате царил уют: тикали часы, за окном падал мягкий вечерний снег.
Перед тем как уйти, дядя Женя сказал, надевая куртку:
— Вот теперь у нас отношения правильные. Не «ты мне должна», а «если сможешь — помоги». Это честно. Для всех.
Светлана кивнула. Было приятно слышать эти слова.
По дороге домой она подумала, как странно всё устроено: иногда, чтобы сохранить близость, нужно отстоять дистанцию. Настоящая доброта не в том, чтобы всегда соглашаться, а в том, чтобы быть искренним.
Она припарковала «Киа» у дома, выключила двигатель и пару минут посидела в тишине. Вечер был прозрачный, на стекло падал медленный снег. Светлана улыбалась.
_____________________________
Подписывайтесь и читайте ещё интересные истории:
© Copyright 2026 Свидетельство о публикации
КОПИРОВАНИЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ТЕКСТА БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРА ЗАПРЕЩЕНО!