Потом уже в машине, когда они поехали, Илья спросил её:
— О чём они там с матерью шептались?
— Да так, — пожала она плечами. — Мама твоя не такая уж и плохая, просто несчастная женщина, которая сломалась из-за предательства мужа.
— Предательство, — усмехнулся Илья. — В таком случае полстраны должно пить по-чёрному. Сколько мужей от жён уходит, но ты же не уйдёшь от меня? — задумчиво спросила Аня.
— С чего ты это взяла? — засмеялся Илья. — У нас с тобой всё нормально вроде. Только вот ребёнка не могу тебе родить. С этими детьми одни проблемы, — резко заметил он. — Вот сейчас с этой девчонкой надо всё решить.
— Настя, её зовут Настя, — напомнила Аня, обняв малышку, которая доверчиво уткнулась ей в бок.
Да, Настя. Связался на свою голову. Надо было сразу в опеку позвонить и всё.
— Илья, ты же не хочешь сказать, что хочешь её отдать в приют?
— Но тебя же попросили по-человечески за ней просто присмотреть.
— А ты сама видела, в каких условиях ребёнок живёт? Но ты же отец.
— Илья, давай пока не рубить с плеча. Пусть она у нас поживёт немного, а потом решим, что делать.
— Но в опеку-то надо ехать, сама говорила, а то нас ещё в похищении обвинят. Мы сейчас съездим, попытаемся объяснить всё, договориться. Они нам, может быть, какую бумагу дадут?
Илья только кивнул в ответ. Если честно, ему хотелось просто сдать ребёнка в приют и всё. Зачем он во всё это ввязался? Но Аня так на него смотрела, что он решил поиграть в благородного мужа и отца.
Ладно. Несколько недель, ну, месяцев крайний срок. Он продержится.
В райцентре они быстро нашли нужный им отдел в администрации и всё объяснили. Миловидная молодая женщина выслушала и тяжело вздохнула.
— Эта Светлана у нас уже год как под пристальным наблюдением. Пока не вмешиваемся, потому что считаем, что ребёнку всё равно с родной матерью лучше. Значит, вы отец? Плохо, что в документах ребёнка о вас нет записи. Давайте поступим так: я оформлю нужную справку, что ребёнок будет жить месяц с вами. Органы опеки в вашем городе свяжутся с вами, и вы будете на контроле.
— Не переживайте, просто такой порядок. Конечно, это не совсем правильно, но не хочется ребёнка отправлять в приют при живых родителях. Вы согласны?
Анна закивала в ответ, кивнул и Илья.
— Вот и хорошо, — улыбнулась сотрудница опеки. — Пусть девочка с вами месяц поживёт. Может быть, Светлана за ум возьмётся, а нет — так вы к девочке присмотритесь. Может быть, она у вас и останется. Не чужая же.
— Не чужая, — ответила за мужа Анна. — Можете быть уверены, Насте у нас хорошо будет.
Сотрудница ободряюще кивнула в ответ, после выдала им справку о том, что Настя будет жить по месту жительства отца, и они уехали.
А уже в машине Илья возмущался:
— Какая-то глупая эта сотрудница! По сути, чужим людям отдала ребёнка. А вдруг мы её обманули?
— Нет, долго она там не проработает, — Илья, я не понимаю тебя, — покачала головой Аня. — Девушка сделала доброе дело, или ты рассчитывал на другой вариант?
Илья только рукой махнул и уставился на дорогу. И почти весь остаток пути они проехали в молчании.
Домой вернулись к ночи. Аня на руках занесла сонную Настю в квартиру и уложила спать на диван в гостиной.
— Слушай, она так на тебя похожа, — с улыбкой заметила Анна, зайдя после на кухню, где Илья мрачно пил чай.
— Да, я и не замечал, — ответил он. — Аня, не привыкай к этой девчонке. Всё равно она временно у нас живёт.
— И что ты решила с ней делать завтра?
— Я? — удивилась Анна. — А есть варианты? Она ещё маленькая. Её одну в квартире не оставишь. С утра пойду на работу и возьму отпуск за свой счёт. А потом придумаем, что делать.
— Потом? Аня, потом не будет! — резко ответил Илья.
— Ладно, я спать.
Анна в растерянности смотрела вслед мужу. Почему он так реагирует на собственную дочь? Ведь сам поехал забирать, а теперь вдруг чем-то недоволен? Анна решила, что Илья просто в растерянности. Он привыкнет к девочке.
А потом Анна думала, что, может быть, у них получится оставить Настю у себя. Если у них не может быть своих детей, то хоть так она сможет стать матерью, раз Светлане Настя не нужна.
А она не нужна. В этом Аня сама убедилась.
Утром Анна проснулась, а Ильи уже не было. Уехал на работу раньше времени, даже её не разбудил. Муж вёл себя вообще непонятно. Вот на кого он дуется? На себя в первую очередь обижаться надо.
Анна заглянула в гостиную. Настя спала, свернувшись калачиком на диване. Анна невольно улыбнулась.
Господи, какая она маленькая и милая.
Анна спохватилась. Ей ведь тоже надо на работу. Она рассчитывала, что Илья немного посидит с утра с ребёнком, пока она съездит к начальнику и попросит у него отпуск за свой счёт. Но муж уехал. Придётся будить Настю и ехать с ней, решила Анна.
Она прошла на кухню, приготовила на скорую руку завтрак и отправилась будить девочку.
— Солнышко, просыпайся, — ласково сказала Анна и погладила Настю по голове.
Малышка вдруг вздрогнула и в испуге открыла глаза, потом резко села на диване, поджала под себя ноги и, не мигая, продолжала смотреть на Анну.
— Маленькая, ты чего? — с удивлением произнесла женщина. — Я тётя Аня. Ты забыла? Мы вчера с тобой приехали к нам. И пока ты будешь жить со мной и папой.
— Папой, — повторила Настя. — А мама?
— К маме мы тебя отвезём, когда у тебя родится братик или сестричка.
— Нет, нет, не надо! — заплакала девочка. — Не отвозите меня к ней. Она плохая, ругается и пьёт, вот так-так.
И Настя взмахнула ладошкой несколько раз в воздухе.
У Анны сжалось сердце при виде всего этого. Она обняла девочку и поцеловала её в макушку.
— Маленькая, не плачь, я постараюсь что-нибудь придумать, — тихо произнесла женщина.
А сама думала:
Вот что она может сделать? Светлану никто не лишил родительских прав, Илья — родной отец, чуть ли не шарахается от дочери, она, Анна, — кто этой девочке? Никто. А девочка такая хорошая, смышлёная. Ей только три года, а она так чётко говорит. И вряд ли с ней кто-то специально занимался. Ведь если отдать Настю Светлане, то задурит она её, запугает. Что же делать?
Анна решила, что об этом она будет думать чуть позже, а пока надо собираться на работу.
— Настя, а ты ездила когда-нибудь на метро? — улыбнулась Анна.
— А что это? — удивилась крошка.
— Это такой поезд под землёй.
Малышка задумчиво сморщила лобик. Анна поняла, что девочка вряд ли в своей маленькой жизни поезд видела, да ещё под землёй.
— Ладно, скоро сама всё увидишь. А пока пошли в ванную умываться, а потом завтракать.
В ванной Анна вручила пушистое полотенце Насте, детскую зубную щётку в виде зайца, клубничную зубную пасту и мыло в форме дельфинчика. Девочка всё это вначале взяла с настороженностью, а потом с восторгом неумело чистила зубы, умывалась, вытирала довольное личико полотенцем. Анна, не скрывая, любовалась ею.
На кухне Анна поставила перед Настей тарелку с двумя сырниками и сметаной. Девочка с удовольствием покушала, не забыв в конце поблагодарить.
— Вкусные лепёшечки, — сказала она.
— Эти лепёшечки называются сырниками, — улыбнулась Анна.
— А где в них сыр? — удивилась Настя.
— Потому что в них творог, из которого делают сыр, — засмеялась Аня. — Так, дорогая, давай собираться. Сейчас мы поедем на метро, ко мне на работу.
Только вот во что одеть девочку? Анна пересмотрела вещи, которые кинула в сумку Светлана для Насти, и поняла, что ничего приличного нет — всё старое, застиранное. Анна покачала головой. Вот на что тратились деньги Ильи? Пропивались, получается.
В итоге она всё же выбрала более-менее нормальные джинсы, кофточку, одела девочку, заплела ей волосы. Как же давно она этого не делала — не расчёсывала волосы малышки. Вспоминала, как в детстве то же самое делала мама. Казалось, она до сих пор чувствовала прикосновение маминых рук. Потом, когда её не стало, пыталась сама заплетать себе косички. Плохо получалось поначалу, но потом приноровилась. А когда в доме появилась Зинаида Андреевна, то изредка и она заплетала Аню. Но как-то не чувствовала девочка особой любви при этом. Казалось, мачеха дёргает волосы специально. Или это только казалось? Вообще, Зинаида Андреевна не такая уж и плохая.
Анна вздохнула. Последние манипуляции — и косичка готова. Она полюбовалась. А ведь неплохо получилось. Маленькая Настя, довольная, крутилась у зеркала.
А вскоре они ехали на метро.
Малышка, прижавшись к Анне, с интересом поглядывала вокруг. Да, немного боялась всего нового и неизвестного, а потому всё доверчивее прижималась к Анне, а она, в свою очередь, чувствуя рядом тепло девочки, биение её сердца, ощущала, что в душе рождается что-то новое. Неизведанное.
Зайдя в офис с девочкой, Анна сразу направилась к начальнику.
Юля, коллега по кабинету, увидев её, приподняла брови.
— Привет, дорогая. А ты сегодня прогуливаешь что ли?
— Привет. Да, что-то вроде. Вот к начальству иду.
— На ковёр что ли? Нет, отпуск хочу взять.
— Аня, скоро квартальный сдавать.
— До квартального я успею. Да?
— Ну ладно. И кто это у нас тут такой?
Юля наклонилась к малышке и погладила её по голове, а потом выпрямилась, спросила Аню, понизив голос:
— Это и есть дочка Ильи Александровича?
Анна молча кивнула и пошла дальше под пристальным взглядом коллеги. Теперь она знала: не успеет выйти из кабинета начальника, как весь офис будет знать, что Анна пришла с дочкой от любовницы мужа в офис.
Впрочем, она сама была виновата. Как-то излила душу этой Юле, рассказала и про Светлану, и про девочку, и про то, что хотят забрать к себе малышку на время. Не ожидала, что Юля такая сплетница, но та разнесла по офису всё, что Анна ей рассказала.
Секретарша в приёмной у начальника тоже удивлённо посмотрела на вошедших.
— Анна Борисовна, а что это за ребёнок? Вы же знаете, что детям не следует здесь находиться.
— Я знаю, — мягко объяснила Анна. — Но девочку не с кем было оставить, мне срочно надо поговорить на эту тему с Дмитрием Юрьевичем.
— Не знаю, примет ли он вас, — скептически скривила секретарша. — Ему через час надо быть в больнице. Сейчас уже выезжать будет.
— Шеф заболел? — забеспокоилась Анна.
— Не могу знать, — ответила секретарша. — Ладно, попробуйте спросить, может быть, и найдётся для вас минуточка.
продолжение