Анна постучала в кабинет начальника, заглянула. Дмитрий Юрьевич, увидев её в дверях, махнул рукой — мол, заходите.
Анна зашла вместе с Настей, которая робко жалась к ноге женщины. Дмитрий Юрьевич сидел за столом. Анна отметила, что вид у начальника какой-то неважный. Она его не видела, наверное, с неделю, и сейчас показалось, что он немного похудел, осунулся.
— Анна Борисовна, здравствуйте. У вас что-то срочное? — спросил начальник.
— Дмитрий Юрьевич, да. Мне нужен отпуск за свой счёт. Извините, что я к вам сразу обращаюсь, а не к главбуху. Но она всё равно к вам отправит. А мне срочно надо. У меня вот ребёнок.
— Ребёнок? — повторил Дмитрий Юрьевич удивлённо. — Ах да, слышал о вашей истории.
— Юля постаралась, — грустно улыбнулась Анна.
Начальник ничего не ответил, он задумчиво крутил шариковую ручку в руках. Анна напряжённо ждала.
— Да, хорошо, идите всё оформляйте, и я подпишу ваше заявление. Но вы же помните, что скоро сдавать квартальный отчёт.
— До отчёта, я думаю, всё устроится. У меня же отец есть, он потом за девочкой присмотрит.
— То есть вы с Ильёй ребёнка в семье оставляете навсегда?
Анна только плечами пожала. Конечно, ей хотелось сказать, что да. Но всё было так туманно.
Из кабинета начальника Анна с девочкой пошла в бухгалтерию, где оформила все документы. Главный бухгалтер Валентина, конечно, губы поджала, но согласилась отпустить подчинённую — раз уж главный разрешил.
— А слышала, что с Дмитрием Юрьевичем? — шепнула Ане Юля. — Говорят, он серьёзно болен. Его секретарша проболталась. Наверное, скоро у нас будет смена руководства.
— Да что ты такое говоришь? — ахнула Аня. — И кто?
— Да жена его. Наплачемся мы ещё с ней.
Анна ничего не ответила. Жену Дмитрия Юрьевича она видела всего пару раз. Помнила, что такая крупная, неприятная дама, вроде бы старше начальника. Да, не дай Бог, если она станет у руля компании. Хотя это действительно было ожидаемо. Ведь бизнес по сути принадлежал ей — от отца достался, а муж просто управлял всем.
Начальник был замечательным. Анне нравилось, что он всегда справедлив, никогда не повышает голос и по-человечески очень добрый.
Хоть бы у Дмитрия Юрьевича ничего серьёзного.
Аня попрощалась со всеми в бухгалтерии и, подхватив Настю на руки, пошла в кабинет к мужу. Девочка сидела на руках довольная — ей тётеньки в бухгалтерии шоколадку дали, и яблоко, а ещё подарили блокнотик.
Они заглянули в кабинет к Илье, он как раз изучал какой-то документ.
— Аня? — увидев жену, удивился Илья. — Ты зачем сюда девочку привела?
— А с кем бы я её оставила? Она ещё маленькая. Вот написала заявление на отпуск, сейчас с Настей в магазин поедем. Вещей Насте купим.
— Аня, зачем деньги тратить? — недовольно сморщил нос Илья. — Я и так её матери помогаю. Но ты бы видел, какое старьё она передала с девочкой.
— Надо малышку приодеть. Она же у нас такая красавица.
Анна улыбнулась Насте и поцеловала её в мягкую щёчку. Девочка робко улыбнулась и настороженно посмотрела на Илью. Немного побаивалась она его, не знала ещё. Впрочем, Илья не стремился проявлять какие-то знаки внимания дочери. Он вновь нахмурился.
— Сказал, что у него много дел.
— Хорошо, — миролюбиво улыбнулась Анна и посмотрела на малышку. — Ну что, Настя, поехали в магазин? Не будем папе мешать?
— Не будем папе мешать, — повторила Настя.
Анна вновь подхватила девочку на руки и вышла из кабинета, а Илья даже ничего не сказал им на прощанье. Весь был поглощён своей работой.
В магазине детской одежды Анна накупила много красивых нарядов Насте: и платье, и кофточки, и штанишки. А ещё они накупили много всяких заколочек, резиночек, бантиков. Кроме этого, Аня взяла куклу ростом чуть пониже самой Насти — просто заметила, как девочка на неё смотрит, но не решается попросить.
Вообще Аня заметила, что Настя ничего не просила — очень стеснительная, видимо, не привыкла, что ей вообще могут что-то покупать.
И только когда они уже выходили из магазина, малышка прошептала:
— Тётя Аня, а это всё мне?
— Тебе, милая, тебе!
Засмеялась Анна. Ей было так хорошо — она и не подозревала, что покупать детские вещи такое увлекательное занятие. А ещё очень приятно их дарить.
Настя, услышав ответ, радостно заулыбалась. Да, ей всё больше и больше нравилась эта красивая тётя, которая совсем не была похожа на её маму, которая вечно кричала.
Из магазина они вернулись домой и уже у подъезда встретились с Борисом Сергеевичем и Зинаидой Андреевной. Они уже знали, что дочь с зятем поехали за ребёнком.
Вот решили сами приехать, посмотреть, кого они там привезли. Борису Сергеевичу сама идея не нравилась — чтобы его дочь временно заботилась о чужой девочке. Но разве его кто-то слушал? А вот Зинаида Андреевна очень хотела познакомиться с малышкой. Она уже её даже внучкой называла.
— Разве она тебе внучка? — сердился Борис Сергеевич. — Совершенно посторонний нам ребёнок.
Но Зинаида Андреевна только отмахивалась:
— Ребёнок-то в чём виноват?
И вот, увидев девочку у дома, и Борис Сергеевич, и Зинаида невольно заулыбались — как ангелочек была Настя.
— Привет, внучка, — первым сказал Борис Сергеевич и протянул девочке плюшевого зайца. — Вот поймали по дороге.
Настя захлопала глазками, прижала к себе игрушку и робко улыбнулась в ответ. А Зинаида только усмехнулась: вот чего Борис сердился, первой девочку признал.
А потом в квартире Борис Сергеевич с упоением играл с Настей. Они и домики, и стулья строили, и в прятки играли, и пирамиду из книжек соорудили. Зинаида им с удовольствием помогала. А Анна готовила обед, изредка заглядывала в комнату и улыбалась — так играют, как будто давно друг друга знают.
Да, видимо, Борис Сергеевич просто мечтает стать дедом, но не могла осчастливить его дочка. А тут вот так сложилось.
После обеда Настя начала капризничать, и Аня её уложила спать. Отец с Зинаидой засобирались домой.
— Дочка, ты привози её к нам почаще, — сказал уже на пороге отец. — Замечательная девчушка.
А вечером с работы вернулся Илья. И хотя Аня сложила разбросанные игрушки, всё равно в доме не было идеального порядка, который был у них раньше. И это Илье сразу не понравилось.
— Что за бардак? — начал он высказывать Анне чуть ли не с порога. — Ногу некуда поставить. Что это валяется? Ой, пирамидка.
— Не заметили мы с Настей, — миролюбиво улыбнулась Анна.
— Не заметили, — проворчал Илья. — Устроили хлев из квартиры. Хоть ужин приготовила.
— Конечно, дорогой. У нас сегодня котлеты и картошка.
— Как в столовой. Котлеты явно покупные, — вновь проворчал муж. — Могла бы и отбивные приготовить.
— Или курицу зажарить? Извини, не успела. Пойми, мы ведь с Настей первый день вместе. Родители приезжали, день как-то махом прошёл. А котлеты, правда, магазинные, но они вкусные. Мы с Настей уже пробовали.
— То есть поели, не дожидаясь хозяина?
— Илья, я не понимаю, чего ты злишься?
У Анны тоже стало кончаться терпение. И вообще, чего это он её во всём обвиняет? Она смотрит за ребёнком, а в ответ одни претензии.
Ничего ей Илья не ответил, пошёл на кухню, сделал себе бутерброд и ушёл в комнату, переоборудованную под кабинет.
Через минуту оттуда раздался его дикий крик:
— Аня! Аня, ты посмотри, что эта мерзавка сделала!
Настя, услышав крик, вздрогнула и забилась в угол дивана. Она ведь думала, что здесь не могут так страшно кричать.
Аня в это время как раз гладила вещи.
— Не бойся, малышка, — ласково улыбнулась она Насте и только хотела выйти из комнаты, сказать Илье, что нельзя так орать — он же пугает собственную дочь, — как муж сам ворвался в гостиную.
— Вот! Вот что она сделала! — кричал он, размахивая каким-то листом бумаги перед носом Анны.
— Это что? — спокойно спросила она, встав навстречу и загородив собой девочку.
— Это договор с поставщиками! Я оставил его дома. Он уже несколько дней лежал себе спокойно на столе. Я сегодня хотел его изучить как следует, а она что сделала?
Он повернул договор обратной стороной — на нём красовались красивые кляксы от гуаши. Гуашь, кстати, они тоже купили в детском магазине сегодня. И кисточки. И когда Настя успела побывать в кабинете Ильи — видимо, когда Аня на кухню ушла хозяйничать.
— Ты зачем это сделала? — грозно навис над девочкой Илья.
— Не кричи на неё, — вступилась за неё Анна. — Ты сам виноват. Знал, что в доме появился ребёнок, и разбрасываешь везде свои документы.
— Ты оставалась с ней дома и должна следить.
— А я и следила. И ты ещё не забыл, что Настя — твоя дочь, и ей всего лишь три года. Илья, что страшного произошло? Распечатаешь новый документ — и всё.
— Ты ещё будешь мне указывать в моём же доме?
— Эта квартира такая же твоя, как и моя. Если ты забыл, то напомню: это мой отец дал нам денег на первоначальный взнос для ипотеки.
— И теперь я должен по гроб жизни ему быть обязан? А кто платит каждый месяц кредит?
— Ты или твой папа?
— Илья, я не понимаю тебя, ты чего завёлся? Всё подряд уже собираешь.
Он хотел что-то ещё сказать, но удержался, только фыркнул и ушёл опять в кабинет.
— Напугалась, — Анна присела на диван и обняла Настю. — Не бойся, маленькая, всё будет хорошо. Просто у папы плохое настроение. Так бывает. И ещё, прости, я забыла тебе сказать: ты не ходи в его кабинет и никогда не бери бумаги со стола. Если надо для рисования, спроси у меня, хорошо?
— Хорошо, — кивнула Настя и кинулась к Анне на шею, а потом жарко прошептала ей почти в ухо:
— Тётя Аня, а ты можешь быть моей мамой?
Анна растерянно посмотрела на девочку, ничего ей не ответила, только крепче обняла.
Прошла неделя. За это время Илья более-менее привык к дочери, уже не так бурно реагировал на её присутствие и даже вечерами иногда играл с Настей.
— Вот видишь, какая славная девочка, — говорила Анна, когда они, уложив девочку, сидели на кухне и пили чай.
— Илья, давай со Светланой договоримся, чтобы Настя жила у нас, оформим все документы, как положено. Насте ведь пора уже в садик ходить.
— И зачем тебе эта головная боль? — удивился Илья. — С ребёнком столько проблем! Ты же сама это сейчас видишь. Кормить, гулять, спать — и этот вечный бардак. Я согласился взять ребёнка на время и точка.
У Анны от этих слов даже в сердце кольнуло. Она ведь уже привыкла к мысли, что Настя живёт с ними.
А потом прилетела из деревни страшная весть. Позвонила Екатерина Ивановна и заплетающимся языком — то ли от горя, то ли от горячительных напитков — сказала, что Светлана со своим мужем погибли. Повёз он её в роддом на мотоцикле, а мотоцикл старый, ненадёжный. Да и муж Светланы явно подшофе был. Слетели они в кювет — и всё.
Илья, услышав всё это, крепко задумался:
— А куда теперь девчонку-то девать?
Анна же всю эту ситуацию восприняла по-другому. Теперь Илья точно согласится забрать Настю, и будет у них полная семья. Конечно, предстояло ещё походить в опеку, собрать кучу документов. Но Анна уже была готова на это и даже про себя начала Настю называть доченькой.
продолжение