Витан Сорен был самым сильным артефактором из всех, какие только были в Сентре. Яр фон Литтен по силе превосходил и многих заморских колдунов. Впрочем, сейчас пользы от всей этой силы не было вовсе. Они задержали Акулину Сар. Та сказала, что во всем виновата Анит Канская. Им удалось найти и задержать Анит Канскую – та обвинила Акулину Сар.
А вот единственную, чье присутствие для Витана было действительно важным, Йовилу, они пока найти не могли.
- Она же эльфийка! - крикнула Анит, указывая на Акулину. Обе они сидели в глубоких креслах в гостиной леди Сар. - Это же она убила ее! Это она отрезала голову Селестии!
Акулина смотрела на Витана и Яра грустно. Казалось, она мало чего понимает в том, что вообще происходит.
- Где Йовила? - вместо этого спросила она. - Она исчезла, почему вы ее не ищете?
За окном начало наконец темнеть и даже появилась первая звезда. Витан потер лоб, раздраженно и нервно вздыхая.
- Потому что у нас есть серьезные подозрения, что в ее похищении виноваты и в самом деле вы, леди Сар. А вы не радуйтесь, леди Канская – с вами мы еще тоже не закончили. Вы же не думаете, что ваше исчезновение из покоев на целый час – вообще не подозрительное? Лучше бы вам признаться сейчас.
Он старался говорить спокойно и не скатываться в панику. Йовиле, где бы та сейчас ни была, это совсем не нужно. Ради нее он должен оставаться спокойным и стараться решить дело как можно скорее. И спасти ее.
Анит и Акулина сидели перед ним молча. Казалось, ни одна из них не спешила признаваться ни в одном преступлении.
– Я же вам уже говорила, - устало, но испуганно продолжила Акулина. - Йовила пришла ко мне перед балом и сказала держаться подальше от Анит. Это она во всем виновата, как вы не понимаете?
Эльфийка умела убеждать. Витану хотелось ей поверить - это был самый простой путь и способ. Но от Акулины расходились невидимые волны магии – той, которой обладали эльфы и той, что влияла на убеждения. Возможно, Сар делала это неосознанно. Возможно. Или, может быть, это была часть ее извилистого и сложного плана, и тогда Витана просто поймали бы на крючок.
А он не мог этого допустить. Не сейчас.
- Где были вы, леди Канская? - спросил Яр. Он только недавно зашел в комнату, а перед тем осматривал покои Йовилы. И по его разъяренному, недовольному лицу становилось ясно - ничего он там не нашел. Похитительница, кем бы она ни была, сработала чисто.
А где-то там сидела Йовила, запертая, возможно без сознания. От одной мысли об этом внутри Витана закипала кровь. О других возможностях он старался не думать вообще. Представить Йовилу мертвой было почти невозможно.
Анит Канская продолжала молчать.
- Я повторяю вопрос, где вы были? - с каждым словом температура в комнате словно падала, а глаза его друга наоборот – начинали гореть огнем. Очень настоящим колдовским огнем, который по неосторожности мог бы перекинуться на мебель и людей вокруг. Витан похлопал Яра по плечу, приводя его в чувство.
Анит перед ними сидела гордо выпрямившись, как будто она была королевой, и сейчас проводили не допрос, а обращались с самыми нижайшими просьбами.
- Общалась с бароном Лассеном, спрашивала, как дела у моих родителей. Вы можете поговорить с ним и проверить мои слова.
Витан бы ударил кулаком о стену, если бы только был в комнате один. Акулина Сар как будто сидела все время в своих покоях и ждала, пока ее поведут к принцу – вот только этого никто не видел, кроме горничной, которая ушла довольно быстро. Алиби герцогини мог подтвердить барон Лассен, возможно, самый ненадежный человек во всем королевстве. Витан не знал, что было хуже.
- Но почему? - вдруг спросил он, склоняя голову набок. Что-то в этой истории откровенно не клеилось. - Вот представим ситуацию. Вас троих провожают в покои переодеться перед ужином с принцем, где он должен объявить свою невесту. И камердинер может прийти за вами с минуты на минуту. И что же вы делаете - идете говорить с бароном?
Анит отвела взгляд, но это длилось всего мгновение, к тому же настолько короткое, что он даже не был уверен, что это ему не показалось.
- Видите ли, у меня нет возможности выбирать, когда я могу встретиться с бароном. Так что я должна использовать каждый шанс.
- И где же вы встретились? - спросил Витан. Найти барона было нетрудно. Нетрудно было и спросить у него, правду ли говорит Анит. И он очень, очень надеялся, что она лжет. Часы продолжали отбивать минуты одна за другой.
– В парке дворца, - отозвалась она через мгновение.
- Конкретнее, - надавил Яр, склоняясь над герцогиней. Он держать свой гнев под контролем не умел никогда. Вот только сейчас это был не яркий пылкий гнев, который затуманивает ум и мешает мыслить трезво. Нет, это была ярость острая, как лезвие меча и точная, как игла в руках у умелой вышивальщицы.
Витан сделал незаметный сигнал Арею, своему аспиранту, стоявшему у двери комнаты. Тот только кивнул и выскользнул наружу, и Витан знал, что дело будет сделано как следует. Людей Яра в покоях Акулины не было; они обыскивали дворец, надеясь, что наткнутся на что-то просто случайно. А аспиранты Витана были теми, кто им был нужен – возможно, он не относился к ним слишком мягко, но они знали, что такое точность, ответственность и дисциплина. А еще они умели работать очень быстро.
- Мы шли от дворцовых дверей к беседке за общежитием невест, а потом вернулись обратно. Я услышала шум и начала искать Йовилу и Акулину, а уж когда нашла, поняла, что это она во всем виновата! - Анит снова обвиняюще указала пальцем на эльфийку. Это начинало раздражать.
- Молчать! - рявкнул Яр, и это подействовало не хуже заклинания. Анит замолчала и не стала ничего говорить, а Акулина, которая перед тем также открыла рот, чтобы что-то сказать, также закрыла его.
- Всего через несколько минут вернется мой помощник, - размеренно начал Витан, меряя комнату шагами. - Он сейчас ищет барона Лассена и спросит у него, где тот был в течение всего вечера. И что-то подсказывает мне, герцогиня, что он с вами не говорил.
Это была только догадка. Догадка, основанная на одном быстро отведенном взгляде и полном недоверии Йовилы, когда он обвинил Акулину. Он очень надеялся, что не ошибается.
А на Анит его слова действовали не так, как обычно. Она уже вернулась какой-то возбужденной и расхристанной, хотя и пыталась поспешно привести себя в порядок. А сейчас, кажется, ее нервы и злость наконец вырвались на волю.
- Ты что, глупый? Какая разница, где я была! Это она, она убила всех троих! Неужели неясно?
Анит встала с кресла, обвиняя Акулину. Прежде чем она успела сделать еще хоть что-то, он толкнул ее назад легким импульсом магии. Ладони сложились в нужном жесте сами, и Анит Канскую окутало заклятие волшебных пут.
- Что?!.. Что вы делаете? Отпустите меня!
Витан повернулся к Акулине.
- Простите, что сразу не поверил вам. С вас сняты подозрения. Только, пожалуйста, подождите в другом месте - мы должны поговорить наедине с Леди Канской.
Акулина испуганно и мелко кивнула и со всех ног бросилась к выходу. Там ее уже перехватили слуги и повели куда-то, возможно, к принцу, возможно, к королеве. Витана это уже не волновало – перед ним сидела убийца трех девушек, и она знала, где была Йовила. Все остальное было неважно.
- По какому праву? Отпустите меня!
Витан покачал головой. Яр просто буравил герцогиню злым, раскаленным взглядом.
- Откуда вы знаете о том, что смертей было три, леди Канская? Мы сделали все, чтобы скрыть это от общественности. Об этом знали только несколько человек, и вы точно не входили в их число. Конечно, должен был об этом знать еще и человек, совершивший эти преступления…
Анит молчала. Она оглядывалась по сторонам, словно искала что-то, что могло бы ей помочь, но тщетно. Заклинание пут, особенно в его исполнении, действительно было крепким.
- Вы проиграли, Анит. Стоит это признать.
Герцогиня, казалось, не собиралась ничего признавать. За спиной он почувствовал какую-то тень движения, но когда оглянулся, комната была пустой. Вероятно, прошла одна из горничных. Анит Канская неожиданно начала смеяться. Ее смех отражался от стен роскошной комнаты и все продолжался и продолжался.
Витан ожидал, что он в конце концов перейдет в слезы и Анит начнет задыхаться в рыданиях и просить прощения, однако этого не происходило. Она просто смеялась и смеялась.
А время истекало. Часы доползали до полуночи, и Йовилу никто не видел уже больше, чем три часа.
Яр подошел к Анит и, не сдерживая руки, дал ей пощечину. При любых других обстоятельствах он бы этого не делал – но сейчас, когда его сестра была в плену у сумасшедшей герцогини, а та только смеялась им в лицо – сейчас он не видел другого выхода.
- Где она? - прошипел он, хватая Анит за плечо. Та молчала и улыбалась. Она уже не смеялась так громко, но и не умолкла – ее смех словно эхом откатывался по всей комнате и все еще звучал у Витана в ушах.
- Где она?! - повторил Яр, встряхивая герцогиню, как грушу. - Витан, неси инструменты. Если кто-то не заговорит, мне придется отсекать этому кому-то по пальцу.
Яр блефовал. Конечно, он говорил неправду, он никогда в жизни не отсекал пальцев и вряд ли бы начал сегодня. Обоим им приходилось убивать, но это было убийство в бою, а не хладнокровное умерщвление связанной перед ними женщины.
Он не был уверен, что сам бы решился на такое, даже когда уже знал, что та сделала и к чему была причастна.
Но Витан медленно дошел до двери и подал знак другому помощнику. Он повторил ему приказ, и парень побежал его выполнять на всей скорости своих длинных нескладных ног.
Пока они ждали, Анит еще несколько раз разражалась смехом без всякой видимой причины. Вернулся Арей и подтвердил, что барон Лассен на протяжении всего бала только пил в тронном зале и ни разу ее не покидал. После этих слов Анит нахмурилась, но ничего не сказала.
Когда принесли инструменты - тяжелый ящик с щипцами, ножами и скальпелями, которые Витан обычно использовал для работы с металлами и другими составляющими артефактов, настроение Анит Канской уже не было таким радостным.
Яр неспешным и уверенным движением достал нож и разглядел его лезвие на свет.
- Кажется, подойдет. Хотя, возможно, стоит взять что-то потупее, чтобы этот процесс немного затянулся. Мы же так любим здесь затягивать время. Что думаешь, Вит? - спросил Яр, снова начиная ковыряться в ящике с инструментами.
- Можешь посмотреть на нож номер шесть, я его как раз для таких случаев и использую.
Ножом номер шесть был обычный серебряный ножик для намазывания масла. Он брал его с собой на случай непредвиденных ситуаций, когда нужен очень и очень тупой предмет. Отсекать им кому-то пальцы было просто невозможно.
Впрочем, Анит об этом не знала.
- Вы все равно не успеете! - взвизгнула она. Яр отложил нож на мгновение и прислушался. - Можете бежать хоть сейчас, а все равно она уже мертва!
Сердце Витана остановилось на несколько мгновений. После этого он начал ругаться так быстро и громко, что ему было трудно расслышать слова герцогини за этим звуком.
- А возможно, она догорает прямо сейчас. Можете сходить и посмотреть на ее останки.
Анит снова засмеялась. Яр, не колеблясь, снова ударил ее по лицу открытой ладонью. Даже не сильно, только так, чтобы Анит наконец замолчала.
- Где? - проревел он, склоняясь над ней.
- Подвал под тронным залом. И лучше бы вам поспешить…
Она говорила еще что-то, но ни Витан, ни Яр уже не слушали. Они выбежали за дверь один за другим, и Витан только бросил беглый взгляд на аспирантов-артефакторов. Он знал, что они за всем проследят.
Когда он спускался кое-где по пыльным коридорам и узким лестницам, в его голове на повторе билась только одна мысль.
Это неправда.
Он молился на нее так, как никогда не делал этого в храмах. Йовила не могла погибнуть. Просто не могла. У них еще было столько всего, что они не успели сделать. Их история лишь начиналась и не могла она закончиться вот так, оставив ему только тело любимого человека.
Он же даже не сказал ей как следует, что чувствует. И он не ... Не, не, не. Много “не”. Он ничего не успел сделать. Яр бежал прямо за ним. Витан и представить не мог, о чем тот думал. Взгляд колдуна застыл, как мутное стекло, и он, кажется, даже не моргал, а только шел к своей цели, как таран.
Они услышали запах дыма еще в нескольких коридорах к той двери, которая им была нужна. Ошибки быть не могло. Что-то в подвалах и впрямь горело. Яр за его спиной выругался и ускорил бег, поэтому Витану пришлось теперь спешить за ним.
Дверь колдун выломал, даже не останавливаясь. Вот только зайти в подземный зал сразу ему не удалось. Как только дверь распахнулась настежь, из них повалил такой густой дым, что его невозможно было вдыхать. Витан отступил на шаг. Предательская мысль о том, что выжить в таком густом дыму просто невозможно, прошила его мозг, но он пытался отогнать ее как можно дальше. Пока он не увидит тела Йовилы, он в это не поверит. И даже после этого... Витан не знал, как он должен был в это поверить.
Они вступили в зал почти синхронно, как только дым превратился из непрозрачной черной завесы в темный туман, в котором можно было хоть что-то видеть.
Зал на первый взгляд был пустым. В нем не было вообще ничего – кроме сажи и огромных куч пепла, которые остались от всего, что там когда-то стояло. Самая большая куча лежала прямо посреди комнаты.
- Где она? - тихо спросил Яр.
Витан не знал, что ответить.
- Надо посмотреть в закоулках, – наконец отозвался он, заглядывая за ближайшую колонну. Он не знал, что именно искал. И боялся того, что мог увидеть. Но зал был пуст. В нем не было ничего, что указывало бы на присутствие Йовилы. Может быть, Анит их обманула? Может быть, Йовилы здесь и не было никогда, и она держала ее закрытой в какой-то другой комнате?
Он заглядывал за каждую колонну, иногда даже касался камней, словно ожидал, что там откроется какой-то тайный проход или сработает какая-то магия, и Йовила появится прямо перед ним. Конечно же, ничего такого не происходило. Яр смотрел на стены с другой стороны. Все они были одинаковыми, и в какой-то миг каждому из них показалось, что все это не имеет никакого смысла.
Яр оторвался от стены и пошел к Витану. Надо было провести ритуал, а это было больше по артефакторской части, сам он не слишком хорошо с ними был знаком. Если бы они могли отследить, где была Йовила, это значительно упростило бы дело. Конечно, он занимал уйму времени и еще большую пропасть магии, но, кажется, у них уже не оставалось другого выхода.
По дороге он обо что-то зацепился. Это было почти невозможно – в зале не оставалось ничего, кроме кучек пепла и каких-то обгоревших до неузнаваемости угольков. Он даже не сразу опустил взгляд; сделал это только тогда, когда услышал странный звон, как будто что-то металлическое проехалось по каменным плитам пола.
Яр посмотрел вниз. Из груды пепла у него испуганно всматривалось его собственное лицо.
Догадка заползла в его голову быстрее, чем он хотел. И эта догадка ему не нравилась настолько, что он медленно осел на пол, не решаясь трогать предмет в пепле.
Только тогда он заметил, что вокруг него выгоревшее пятно гораздо меньше – как будто что-то защищало пространство вокруг, но в конце концов все-таки не справилось и все же упало под нашествием огня.
Яр протянул руку и взял с пола зеркало.
Оно уже и не выглядело как зеркало, на самом деле. Оправа полностью обгорела, и от медных завитков остались одни воспоминания. А вот само стекло уцелело, как напоминание о том, каким ужасным человеком он был.