Знакомая многим картина: вечер, кухонный стол, открытый учебник математики и заплаканный ребенок. Родитель, теряя терпение, в пятый раз читает условие задачи: «Из пункта А в пункт Б выехал велосипедист...». А ребенок смотрит в книгу пустыми глазами, будто текст написан на китайском языке. При этом он прекрасно считает в уме, знает таблицу умножения и ловко управляется со сложными гаджетами. В чем же парадокс? Почему элементарная текстовая задача ставит в тупик поколение, которое мы привыкли считать «цифровыми гениями»?
Многие педагоги и психологи сходятся во мнении: корень проблемы лежит вовсе не в математике. Наши дети не разучились считать — они разучились представлять.
Вспомните, как мы решали задачи в детстве. Когда мы читали про землекопов или корзины с грибами, у нас в голове мгновенно включалось «внутреннее кино». Мы буквально видели этих землекопов, воображали, как наполняются корзины. Это происходило автоматически, потому что наше поколение росло на книгах без картинок и радиоспектаклях. Нам приходилось постоянно тренировать мышцу воображения, дорисовывать миры в собственной голове.
Современный ребенок живет в мире готовых образов. Ему не нужно представлять дракона — дракон в деталях нарисован в компьютерной игре. Не нужно воображать, как выглядит пустыня — видеоролик покажет её во всех красках. В результате функция «внутреннего экрана» атрофируется за ненадобностью. Когда такой школьник читает сухой текст задачи: «На складе было три ящика...», — он видит просто набор букв. Картинка в голове не возникает. А без визуализации условия понять логику решения невозможно. Математика — это ведь не про цифры, это про реальные процессы, описанные языком цифр.
Вторая беда, вытекающая из первой, — это так называемая «функциональная неграмотность». Ребенок механически прочитывает текст, озвучивает слова, но смысл от него ускользает. Он привык к коротким сообщениям в мессенджерах, к ярким заголовкам, к эмодзи, которые заменяют чувства. Длинное предложение с деепричастным оборотом и двумя условиями для него — как сложный лабиринт, в котором он теряется на середине пути. Он выхватывает цифры — 5 и 10 — и сразу пытается их сложить или умножить, просто чтобы что-то сделать. Он не ищет смысл, он ищет быстрый рецепт избавления от дискомфорта.
К тому же, цифровая среда приучила детей к мгновенному результату. В игре, если ты ошибся, можно тут же начать заново или купить «жизнь». В задаче же нужно сесть, подумать, построить цепочку рассуждений, возможно, зайти в тупик и вернуться обратно. Это требует терпения и усилия воли, а именно эти качества сейчас в большом дефиците. Страх ошибки парализует: «Я не знаю, как решать», — говорит ученик, даже не дочитав условие до конца.
Что же делать нам, взрослым? Ответ прост, но требует времени: возвращать детей в реальность. Перестать быть просто «помощниками с домашкой» и стать «тренерами воображения».
Попробуйте просить ребенка не решать задачу сразу, а нарисовать её. Не схематично, а художественно: вот этот поезд, вот эта труба. Обсуждайте бытовые ситуации языком математики: «Мы едем на дачу, скорость 60 км/ч, сколько нам осталось, если до поворота 30 км?». И, конечно, чтение. Не беглый просмотр постов в соцсетях, а вдумчивое чтение длинных историй, где нужно удерживать в памяти сюжет и героев. Только так можно заново «запустить» то самое внутреннее кино, без которого невозможно ни полноценное мышление, ни успешная учеба.
А вы замечали, что вашим детям или внукам трудно представить то, о чем написано в задаче? Как вы справляетесь с этим «ступором»?