В истории полно странных войн. Война с эму в Австралии, «Футбольная война» в Латинской Америке, война из-за ведра в средневековой Италии. Но есть один конфликт, который стоит особняком. Он длился 98 лет, в нем не было сделано ни одного выстрела, и закончился он полной и безоговорочной... дружбой.
Это история о том, как маленькая испанская деревушка с населением в 300 человек объявила войну могущественной Франции. И не просто объявила, а держала марку почти век, заставляя дипломатов (тех, кто знал об этом) нервно хихикать.
Забудьте о Наполеоне и Веллингтоне. Забудьте о масштабных битвах и стратегических маневрах. Здесь, в пыльных горах Сьерра-де-лос-Филабрес, царят другие законы. Законы чести, гордости и андалузского упрямства, которое крепче любой брони.
Король-миротворец и парижская грязь
Чтобы понять, с чего все началось, нам нужно перенестись в сентябрь 1883 года. Испанией правит Альфонсо XII. Его называют «Миротворцем», потому что он, наконец, принес стране покой после череды гражданских войн (Карлистских войн). Альфонсо молод, умен и, как многие Бурбоны, немного несчастен в личной жизни (его первая жена, Мария де лас Мерседес, умерла через полгода после свадьбы, что разбило сердце не только королю, но и всей нации).
Осенью 1883 года Альфонсо отправляется в большое европейское турне. Маршрут стандартный: Германия, Австрия, Бельгия... и Франция.
Но был один нюанс. Франция в то время — это Третья Республика, которая все еще зализывает раны после унизительного поражения в Франко-прусской войне 1870 года. Французы ненавидят немцев с такой страстью, что это чувство можно резать ножом. А Альфонсо, перед тем как поехать в Париж, заглянул в Берлин к кайзеру Вильгельму I.
И не просто заглянул. Кайзер, старый лис, назначил испанского короля почетным полковником 15-го Уланского полка. Полк этот квартировался в Страсбурге — городе, который немцы отняли у Франции.
Это была дипломатическая пощечина, звонкая и обидная. Французская пресса взвыла. «Испанский король — немецкий улан!» — кричали заголовки. Атмосфера в Париже накалилась до предела.
29 сентября поезд с Альфонсо прибывает на Северный вокзал Парижа (Gare du Nord). Король, возможно, не подумав или просто проявив беспечность, выходит к толпе. Толпа настроена недружелюбно.
— Долой улана! Смерть улану! — ревет толпа.
В карету короля летят камни, гнилые овощи и проклятия. Некоторые источники утверждают, что Альфонсо вел себя с поистине королевским достоинством, просто улыбаясь и кланяясь, как будто его осыпают цветами. Но факт остается фактом: главу дружественного государства публично унизили. Президент Франции Жюль Греви был вынужден приносить извинения, но осадок, как говорится, остался.
Гнев в горах Альмерии
Новости в XIX веке распространялись не так быстро, как сейчас, но когда они дошли до юга Испании, эффект был подобен взрыву пороховой бочки.
В провинции Альмерия, в горах, притаился городок Лихар. Это место, где время течет медленно, где оливковые деревья растут на камнях, а люди знают цену слову. Мэром Лихара был Дон Мигель Гарсия Саэс.
Дон Мигель был человеком чести. Настоящим идальго, хоть и провинциального разлива. Узнав о том, как парижская чернь обошлась с его королем, он пришел в ярость. Для него это было не просто дипломатическим инцидентом. Это было личным оскорблением. Оскорблением Испании, оскорблением короны, оскорблением каждого честного испанца.
Он собрал городской совет. На площади перед мэрией (которая, вероятно, была и главной площадью, и рынком, и местом для сиесты) собрались жители. 300 суровых мужчин, привыкших к тяжелому труду и палящему солнцу.
Дон Мигель произнес речь. И это была не речь, а песня. Он вспомнил все. Карла V, который заставлял трепетать Францию. Битву при Павии, где французского короля Франциска I взяли в плен. Войну за независимость против Наполеона.
— Неужели мы позволим этим трусам безнаказанно оскорблять нашего монарха? — гремел мэр. — Никогда!
«Ужас Сьерры»: Документ эпохи
14 октября 1883 года городской совет Лихара принял документ, который должен войти в золотой фонд мировой дипломатии. Это была Декларация войны Франции.
Текст этого документа великолепен в своем пафосе и наивности. Вот лишь некоторые выдержки (в свободном пересказе, но сохраняя суть):
«Принимая во внимание, что наш Король Альфонсо, проезжая через Париж, был оскорблен и забросан камнями трусливой ордой французской нации...
Принимая во внимание, что наше правительство не потребовало должной сатисфакции...
Городской совет Лихара, верный традициям наших предков, объявляет войну Франции».
Но самое прекрасное — это оценка собственных сил. Дон Мигель с гордостью заявил:
«У нас есть шестьсот пригодных мужчин (видимо, он посчитал всех, включая стариков и подростков, или просто приукрасил статистику). Каждый из них стоит десяти тысяч французских солдат. Таким образом, наша армия эквивалентна шести миллионам французов».
Математика — наука точная. Если один испанец стоит десяти тысяч французов (а в этом Дон Мигель не сомневался ни секунды), то шансов у Третьей Республики просто нет. Мэра Лихара тут же прозвали «Ужасом Сьерры» (Terror de la Sierra). Звучит грозно, не правда ли?
Война без фронта
Война была объявлена. Что дальше?
А дальше... ничего.
Лихар находится примерно в 800 километрах от французской границы. У города не было армии, не было флота, не было даже нормальной дороги до ближайшего крупного города. Французы, скорее всего, даже не узнали о том, что находятся в состоянии войны с этой грозной державой. В Париже никто не перестал есть круассаны и пить абсент.
Жители Лихара, выпустив пар и прокричав «Смерть Франции!», вернулись к своим делам. Оливки сами себя не соберут, козы сами себя не выпасут. Но юридически состояние войны сохранялось.
Шли годы. Умер Дон Мигель. Умер король Альфонсо XII. Испания пережила потерю последних колоний в 1898 году, диктатуру Примо де Риверы, Вторую Республику, ужасную Гражданскую войну, диктатуру Франко. Европа пережила две мировые войны. Франция была оккупирована, освобождена, потеряла империю, сменила несколько республик.
А Лихар все воевал.
Где-то в пыльных архивах мэрии лежал тот самый протокол 1883 года. И формально, любой француз, ступивший на землю Лихара, мог считаться вражеским комбатантом. К счастью, французские туристы в те годы редко забирались в такую глушь, так что международных инцидентов удалось избежать.
Сто лет одиночества (и войны)
В 1970-х годах в Испании восстановилась демократия. Королем стал Хуан Карлос I (правнук того самого Альфонсо XII). Страна открывалась миру. И тут кто-то в Лихаре вспомнил: «Эй, а мы ведь до сих пор воюем с Францией!».
Это стало местной байкой, туристической фишкой. Жители гордились своей непримиримостью. «Мы — единственный город в мире, который воюет с ядерной державой и не сдается», — шутили они.
Но к 1980-м годам стало понятно, что пора заканчивать этот затянувшийся анекдот. В 1983 году исполнялось 100 лет с момента начала «боевых действий». Отличный повод для праздника.
Мэром Лихара тогда был Диего Санчес Кортес. Человек, судя по всему, тоже не лишенный чувства юмора и понимания пиара. Он решил: нужен мир. Но мир достойный. Мир, который не посрамит память Дона Мигеля.
Мирный договор века
30 октября 1983 года (дата варьируется в источниках, но это было именно столетие конфликта) в Лихаре состоялось грандиозное событие. В город прибыли представители Франции.
Это не были президент Миттеран или премьер-министр. Франция прислала консула из Малаги и вице-консула из Альмерии. Но для Лихара это был уровень саммита «Большой семерки».
Площадь, где сто лет назад Дон Мигель призывал к оружию, была украшена флагами — испанскими и, впервые за век, французскими. Играл оркестр. Жители надели лучшие костюмы.
Мэр Диего Санчес и французский консул подписали «Договор о мире, дружбе и братстве». Текст договора был выдержан в том же высоком штиле, что и объявление войны:
«Спустя сто лет войны, в которой не было пролито ни капли крови... Городской совет Лихара и народ Франции решают прекратить вражду...»
Мэр Санчес произнес фразу, которая стала легендарной и идеально подытожила этот сюрреалистический конфликт:
«Мы простили их. Это первый раз за два века, когда Франция воевала и не проиграла».
(Тут мэр, конечно, немного слукавил и подколол соседей, намекая на Наполеона, Франко-прусскую войну и 1940 год. Но в день праздника ему простили эту шпильку).
Французский консул, дипломатично улыбаясь, принял мир. «Война» закончилась.
Самая гуманная война в истории
«Война» Лихара против Франции — это прекрасный пример того, как история, которая начинается как фарс (камни в короля), может превратиться в красивую легенду.
За 98 лет (или 100, если считать до официальной церемонии) не погиб ни один человек. Не было разрушено ни одного дома. Единственным пострадавшим было, пожалуй, самолюбие французских дипломатов, которым пришлось ехать в горы и подписывать мир с деревней.
Сегодня в мэрии Лихара висит в рамке копия того самого объявления войны. Туристы, которые все-таки добираются до этих мест, с удовольствием фотографируются на фоне «города, который не испугался Франции».
Этот случай показывает уникальный характер испанцев, и особенно андалузцев. Гордость, доведенная до абсурда, но при этом совершенно беззлобная. Дон Мигель Гарсия Саэс, «Ужас Сьерры», хотел защитить честь своего короля. И он сделал это самым безопасным способом — объявив войну, на которую никто не пришел.
А мы можем извлечь из этого урок: иногда лучший способ разрешить международный конфликт — это просто подождать сто лет, а потом устроить вечеринку с вином и музыкой.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также просим вас подписаться на другие наши каналы:
Майндхакер - психология для жизни: как противостоять манипуляциям, строить здоровые отношения и лучше понимать свои эмоции.
Вкус веков и дней - от древних рецептов до современных хитов. Мы не только расскажем, что ели великие завоеватели или пассажиры «Титаника», но и дадим подробные рецепты этих блюд, чтобы вы смогли приготовить их на своей кухне.
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера