Предыдущая часть:
Постепенно Вероника начинала привыкать. А через две недели её навестила бабушка. Этот день врезался в память навсегда, потому что стал их последней встречей.
Тамара Филипповна говорила с трудом, дыхание её было тяжёлым и прерывистым.
— Думала, не переживу, Вероника, — призналась она, крепко держа внучку за руки. — Лариса Евгеньевна рассказала, как тебя прямо с урока увели. Я слегла сразу. Спасибо Асе, она от меня тогда не отходила. Это она и машину выхлопотала, чтобы я к тебе приехала. Как ты тут, родная? Не обижают?
— Да что ты, бабуль, здесь всё хорошо, и ребята, и воспитатели. Просто домой очень хочется.
— Что поделаешь, милая, — вздохнула старушка. — Не всё в нашей власти. Придётся потерпеть. Потерпишь, даст Бог, снова будем вместе.
Но этой возможности судьба им не дала. Через месяц Веронику навестила тётя Ася. Кроме гостинцев, она принесла страшную весть.
— Не перенесла твоя бабушка разлуки с тобой, — тихо сказала женщина. — Как вернулась от тебя, так и слегла. Больше уже не поднялась.
— Тётя Ася, почему вы мне сразу не сказали? — чуть не крикнула Вероника.
— Прости, девочка, виновата. Решила, что так будет лучше. Слишком много горя на твои плечи свалилось, можно и сломаться. Боялась за тебя, ты ж мне как родная.
На последнюю фразу Вероника тогда не обратила внимания. Известие о смерти бабушки подкосило её окончательно.
— Теперь я и правда круглая сирота. Беспризорница, — прошептала она, и слёзы покатились сами собой.
Тётя Ася обняла её, гладя по волосам.
— Не говори так. У тебя есть близкий человек. Всегда можешь ко мне обратиться. Я с твоей бабушкой одним воздухом дышала. И есть ещё кое-что…
Вероника снова пропустила этот намёк мимо ушей. Прощаясь, соседка протянула ей маленькую коробочку.
— Чуть не забыла. Прибиралась у вас после похорон, нашла твой телефон. Кажется, мама с бабушкой на двенадцать лет дарили? Звони когда захочешь.
— Спасибо, — кивнула Вероника. — Да, мне на двенадцать лет. За несколько дней до того, как мама…
В коробке, кроме телефона, лежала ещё одна вещь — небольшая фотография, где она с мамой смеялись, обнявшись. Девочка прижала снимок к груди и снова заплакала.
После того визита тётя Ася долго не появлялась. Но она регулярно звонила и Веронике, и заведующей. Эти короткие разговоры согревали, хотя девочка уже втянулась в новый ритм жизни. Воспоминания о прошлом теперь вызывали скорее тихую, смиренную грусть, чем острое горе. И всё же соседка не забывала. Она приехала без предупреждения прямо перед Новым годом.
— Вероника, я мимоходом, можно сказать, — заторопилась она объяснять. — Решила на тебя взглянуть. Как же ты выросла, девочка моя, похорошела просто!
Тётя Ася несколько минут не могла нарадоваться, разглядывая действительно изменившуюся, повзрослевшую девушку.
— Ну прямо сказка про гадкого утёнка, ей-богу.
Вероника смущённо краснела, но ей было приятно. В последнее время она и сама замечала заинтересованные взгляды некоторых старшеклассников, но даже Эльвире об этом не говорила, боясь, что та сразу увидит всё в чёрном свете.
Неожиданно для себя Вероника спросила то, что давно крутилось в голове:
— В прошлый раз вы что-то хотели сказать важное. Тётя Ася, я чувствую, вы знаете о моём отце. Я имею право узнать правду.
Женщина заметно засуетилась.
— Ой, Вероника, мне правда некогда, я…
— Нет, — твёрдо перебила её девушка. — Я вас не отпущу, пока не расскажете.
Тётя Ася тяжело вздохнула и снова опустилась в кресло в гостевой комнате.
— Рассказывать-то особо нечего. Макар появился у нас в посёлке неожиданно. Работал он на нашем маленьком заводе, где делали какие-то важные детали. Инженером, кажется. А Галина там экономистом трудилась. Ну и сошлись два одиночества, Вероника. Ничего удивительного, если бы не разница. Галя-то была лет на пятнадцать его старше.
Тётя Ася замолчала, собираясь с мыслями. Вероника не спускала с неё глаз.
— И что же случилось?
— Видишь ли, детка, мир устроен так, что всем приходится оглядываться на условности. А ещё есть на свете люди, которые любят посплетничать. Не знаю точно, что между ними произошло, не в чужие души лезу, но поговаривали, что злые языки их и разлучили. Нашептали парню про Галину всякого, а он, видно, поверил. А может, и другая причина была. Слышала краем уха, что отец Макара сам приезжал, угрожал твоей маме, а она гордая очень была. Вот и вся история. А любовь у них красивая была, прямо как в кино.
Тётя Ася быстро попрощалась, а Вероника после этого разговора несколько дней ходила сама не своя.
Незаметно подкралась весна. Однажды Маргарита Степановна влетела в комнату девочек, заметно взволнованная.
— Девчата, выручайте! К нам едут шефы, то бишь спонсоры. Надо их удивить, поразить, произвести впечатление. Вы у меня мастерицы на выдумки, помогите!
Эльвира тут же взяла инициативу в свои руки.
— Не волнуйтесь, Маргарита Степановна. Мы с Вероникой малышей соберём, устроим гостям тёплую встречу. Спонсоров надо любить, тогда и они щедрыми будут.
Заведующая радостно всплеснула руками.
— Правильно мыслишь, Эльвира! Какое у нас золотое пополнение растёт! Окончишь школу — возвращайся к нам, с распростёртыми объятиями примем.
Девушка пробормотала себе под нос:
— Ещё чего, у меня планы другие на жизнь.
Заметив удивлённый взгляд Вероники, она тут же подмигнула:
— Потом, когда вся эта суета закончится, поговорим в тишине.
Заинтригованная Вероника с нетерпением ждала этого разговора, поэтому почти не придала значения предстоящему мероприятию. Гости здесь бывали часто, и дети всегда были готовы к приёму. На этот раз старшим девочкам хватило получаса, чтобы собрать и подготовить малышей — те всегда действовали на взрослых безотказно.
В делегации было человек пятнадцать, почти все мужчины, и лишь одна женщина. Гостей встретили у входа приветственными речёвками, затем устроили небольшой, но трогательный концерт. Программа, судя по улыбкам гостей, произвела нужное впечатление. После концерта началась главная часть — вручение подарков.
Воспитанники знали, что обычно все дары поступают в общий фонд, но в этот раз всё пошло иначе. Один представительный мужчина из делегации начал лично вручать каждому ребёнку по планшету в нарядной коробке. Такой же подарок оказался и в руках у Вероники. В момент, когда он передавал ей коробку, их пальчики едва коснулись, а взгляды встретились. В этом человеке было что-то неуловимо, до боли знакомое. Мужчина тоже замер, пристально всматриваясь в её лицо, пока его не окликнули:
— Макар Сергеевич, здесь ещё планшеты остались.
Мужчина медленно отпустил руку Вероники.
— Хорошо, оставшиеся планшеты мы передадим Маргарите Степановне, — сказал он, чуть повысив голос, чтобы слышала заведующая. — Она сможет вручить их в качестве поощрения за особые успехи в учёбе или спорте.
Маргарита Степановна деловито согласилась:
— Всё будет сделано в точности, как вы указали, Макар Сергеевич.
**Часть 2**
Прошло несколько лет. Вероника с тревогой и надеждой думала о будущем. Она очень хотела учиться дальше, о чём как-то призналась Маргарите Степановне. Лицо заведующей, обычно доброжелательное, странно дрогнуло, и она быстро, почти сухо, перевела разговор:
— Мы, конечно, стараемся помочь нашим выпускникам, но надо понимать, что мест в хороших вузах на всех не хватит. И потом, обществу нужны не только академики, но и те, кто печёт хлеб, строит дома, наводит порядок. Все профессии важны.
Вероника слышала эти слова много раз, но её мечта была иной.
— Маргарита Степановна, но у меня хорошие оценки, у меня есть шансы!
Заведующая заёрзала на стуле.
— Шансы есть, но будем откровенны: для бюджета одних оценок мало. А даже если поступишь, кто будет оплачивать общежитие, питание, учебники?
Слёзы обиды и бессилия выступили на глазах у Вероники.
— И что же мне делать?
Маргарита Степановна, не глядя на неё, стала перебирать бумаги на столе и наконец протянула один листок.
— Вот список доступных вариантов. Можешь выбрать.
Вероника пробежала глазами по строчкам: «Маляр-штукатур», «Кондитер», «Младший помощник медсестры».
— Младший помощник… это кто?
— Ну, это, по сути, санитарка, — смущённо пояснила заведующая. — Но звучит современнее.
— Но я не хочу быть санитаркой! И красить стены тоже не хочу!
Терпение Маргариты Степановны, казалось, лопнуло.
— Других вариантов у меня для тебя нет, Вероника. Наша обязанность — дать тебе образование и воспитание до совершеннолетия. А дальше — все дороги открыты. Если предложенное тебя не устраивает — ищи сама. У меня на ответственности сотни таких же судеб, как твоя.
Перед Вероникой была уже не добрая наставница, а холодный, уставший администратор. Отчаяние подступило к горлу.
— Вы… вы лицемерка, Маргарита Степановна. А я вам верила.
Через несколько дней Вероника навсегда покинула детский дом. Эльвира приняла её с радостью в своей съёмной квартире.
— Живи, сколько потребуется. Я оплатила за полгода вперёд. С работой тоже что-нибудь придумаем.
Эльвира сдержала слово. Буквально через пару дней она влетела в квартиру с новостями.
— Собирайся, есть вариант! Зарплата скромная, но для начала сойдёт. Компания приличная, есть куда расти.
Она сыпала непонятными Веронике терминами, та смотрела на неё в растерянности. Эльвира нетерпеливо хлопнула в ладоши.
— Не мечтай! Вакансия горячая, желающих полно. Пора, подруга, бороться за свой кусок хлеба. Поверь, больше тебя никто за ручку водить не будет. Я помогаю по дружбе, но это ненадолго.
— Почему?
— Потому что я двигаюсь дальше. Намечается выгодный контракт, возможно, уеду работать за границу на пару лет.
Эльвира уверенно расправила плечи, и в её позе появилась новая, уверенная горделивость.
— Ты даже не представляешь, сколько сейчас может стоить такая внешность, как у меня, в модельном бизнесе. Нестандартная. Сейчас это в цене.
— Тебе везёт, — тихо сказала Вероника.
— Не в везении дело. Просто я не верю в сказки и умею хватать удачу. И сейчас чутьём понимаю — тебе нужно соглашаться.
С первого дня Веронике показалось, что с работой ей действительно повезло. Коллектив принял её хорошо, всё объяснили, помогали. Не прошло и месяца, как её начали хвалить за старательность. А вскоре появилась и другая причина с нетерпением ждать начала дня — внимание Дмитрия, начальника её отдела.
Раньше знаки внимания ей оказывали лишь мальчишки из детдома. Дмитрий Васильевич был другим — успешным, уверенным, занимал солидную должность. Его интерес льстил, но, как вскоре выяснилось, вызывал жгучую зависть и пересуды в курилке. О чём Вероника, конечно, не догадывалась. Даже Эльвире она пока не решалась рассказать про Дмитрия, боясь, что та сразу увидит всё в чёрном свете и отговорит её от этой «сказки».
Тем временем молодой человек вёл себя всё настойчивее. Как-то после работы он предложил:
— Не против, если приглашу тебя в кофейню? Говорят, там отменный эспрессо.
— Вообще-то, я кофе не люблю с детства. Не понимаю этого вкуса.
— О, промах! Но это поправимо. Надеюсь, мороженое ты любишь? По глазам вижу, что да.
После кафе они долго гуляли. Дмитрий много рассказывал о себе, о своём отце-бизнесмене, владевшем несколькими фирмами. Ему явно нравилось говорить о своих успехах. Вероника же в основном молчала. Что она могла рассказать о себе?
Их роман стремительно развивался на глазах у всего офиса. Вероника парила от счастья. Однажды её коллега по кабинету, Ксения, как бы между прочим бросила, проходя мимо:
— Опустись с небес на землю. Таких, как ты, у него было не меньше сотни. Погуляет и выбросит, как надоевшую игрушку. Не будь дурой.
Вероника встала на защиту своего избранника, её голос дрожал от обиды и неверия.
— Ты просто завидуешь, Ксения, и пытаешься всё испортить! Я тебе не верю.
Она и представить не могла, к чему приведёт её согласие на ужин при свечах в квартире Дмитрия. Молодой человек жил отдельно от родителей в просторной современной квартире.
— Отец приобрёл мне эти апартаменты, чтобы я не мозолил ему глаза и вёл самостоятельную жизнь, — небрежно пояснил он, открывая дверь.
Вероника с восхищением разглядывала дорогой ремонт, стильную мебель, панорамные окна. Её воображение уже рисовало идиллические картины будущего, где они с Дмитрием будут счастливы вместе. Иначе зачем бы он всё это затевал? Её колебания, когда после ужина он предложил остаться на ночь, длились не больше минуты.
Затем была вторая ночь, третья… Вероника полностью потеряла голову. Немного отрезвил её неожиданный визит Эльвиры. Подруга, выслушав сбивчивый рассказ, не стала церемониться.
— Наивная дурочка, что ты о себе возомнила? Почему молчала? Я бы сразу по роже этого франта видела, что он пройдоха!
Вероника пыталась вставить слово, но Эльвира говорила горячо и быстро, не давая ей опомниться.
— Молчи и слушай! Что между вами произошло? Всё, до последней мелочи!
Разговор происходил в сквере напротив офиса, и Эльвира могла не сдерживать эмоции. Она то и дело прерывала рассказ возмущёнными восклицаниями.
— Я думала, такие простушки уже не водятся! Как можно было так лохануться? А если забеременеешь?
Девушка сама боялась думать об этом, поэтому ответила неуверенно и тихо:
— Я уверена, Дмитрий сделает всё как надо. Он же серьёзный человек…
Но наивная провинциалка даже не подозревала, какой сюрприз ждёт её впереди. Вернувшись после разговора с Эльвирой в офис, она застала Дмитрия и Ксению в самом разгаре страстного поцелуя. Вероника замерла на пороге, не веря своим глазам.
— Дмитрий… Как ты мог?
Продолжение: