Тамара Ивановна стояла у окна и смотрела, как по деревенской улице проехал редкий автобус, подняв облако пыли. Чемодан стоял у двери уже два часа, а она всё никак не могла решиться позвонить дочери и сказать, что передумала.
– Чего застыла? – спросила соседка Нина, заглянув в калитку. – Поезд через три часа, а ты ещё тут топчешься.
– Да вот думаю, может, не стоит? – Тамара Ивановна отошла от окна и вышла на крыльцо.
– Как это не стоит? Оля сама просила приехать, помочь с ремонтом. Или ты опять придумываешь, что не нужна там?
– Не придумываю. Просто в городе у них своя жизнь, а я со своими деревенскими привычками только мешать буду.
Нина махнула рукой и прошла в огород. Тамара Ивановна посмотрела на часы, вздохнула и решительно взяла в руки телефон.
– Мам, ты выезжаешь? – сразу спросила Оля.
– Да, на электричке в два.
– Отлично! Мы тебя встретим. Только ты не волнуйся там, ладно? У нас всё хорошо, просто с ремонтом правда нужна помощь. Игорь вечно на работе, Настя экзамены сдаёт, а я одна не справляюсь.
– Справитесь, – буркнула Тамара Ивановна. – Хорошо, выезжаю.
В электричке она устроилась у окна и достала из сумки пирожки, которые напекла с утра. Для внучки Насти, она любила с капустой. Напротив села молодая женщина с ребёнком, мальчик тут же уставился на сумку с едой.
– Возьми, угощайся, – Тамара Ивановна протянула пирожок мальчику.
– Спасибо большое, – улыбнулась мать. – Скажи спасибо бабушке.
– Спасибо, – пробубнил мальчик и тут же вгрызся в пирожок.
– В город едете? – спросила женщина.
– К дочке. Она попросила приехать, ремонт у них.
– Хорошо, когда помочь есть кому. А мы от свекрови едем, в гости ходили. Она у нас в деревне живёт, одна совсем. Всё переживаю за неё, но она к нам наотрез отказывается переезжать.
Тамара Ивановна кивнула и отвернулась к окну. Ей не хотелось рассказывать, что она сама не очень-то рвалась ехать, но Оля настояла. Три года назад после развода дочь с внучкой переехала в город, нашла там работу, устроила Настю в хорошую школу. Потом познакомилась с Игорем, вышла замуж. Живут в двухкомнатной квартире, недавно начали ремонт делать. Тамара Ивановна приезжала на свадьбу, но это было всего на два дня, и особо пообщаться не успела.
На вокзале дочь встретила её одна.
– Настя где? – спросила Тамара Ивановна, целуя Олю.
– Дома, уроки делает. Она сейчас в девятый класс переходит, у них подготовка к экзаменам серьёзная. Представляешь, хочет в медицинский колледж поступать.
– Врачом? Молодец какая! – обрадовалась Тамара Ивановна.
В квартире пахло свежей краской. Коридор был заставлен коробками, мебель сдвинута в центр комнат и накрыта плёнкой.
– Мам, извини за бардак. Мы думали закончить до твоего приезда, но не успели. Ты располагайся в Настиной комнате, она пока в нашей спит.
– Да я вообще могу на раскладушке, не страшно.
– Что ты говоришь! Ты наш гость.
Тамара Ивановна зашла в комнату внучки. Настя сидела за столом, уткнувшись в учебники. При виде бабушки она подняла голову и улыбнулась.
– Привет, бабуль!
– Здравствуй, внученька. Как дела? Я тебе пирожков привезла, твои любимые, с капустой.
– О, класс! Спасибо! – Настя вскочила и обняла бабушку.
Тамара Ивановна обрадовалась такой встрече. Девочка выросла, похорошела, в маму пошла. Высокая, стройная, волосы тёмные, до плеч. Только глаза немного грустные.
– Ты училась хорошо?
– Нормально. По математике немного хромаю, но репетитор помогает.
– Ой, какие вы все молодцы! В наше время о репетиторах и не слышали.
Вечером пришёл Игорь. Крепкий мужчина лет сорока, простое открытое лицо. Он дружелюбно поздоровался с Тамарой Ивановной, спросил, как доехала, потом ушёл в душ.
За ужином все сидели на кухне, единственной комнате, которая пока не пострадала от ремонта.
– Тамара Ивановна, вы уж извините, что в такой бардак вас пригласили, – сказал Игорь. – Но нам правда нужна помощь. Я работаю почти до девяти вечера, Оля тоже допоздна. Настя на учёбе. А строители приходят, им надо показать, объяснить, проконтролировать.
– Я понимаю. Сделаю всё, что смогу.
– Спасибо вам большое! – Оля сжала руку матери. – Ты даже не представляешь, как ты нас выручаешь.
После ужина Настя ушла к себе, а Тамара Ивановна помогла дочери помыть посуду.
– Мам, не обижайся, пожалуйста, но Настя сейчас в переходном возрасте. Она может быть немного... ну, резкой что ли. Не принимай близко к сердцу, ладно?
– Да что ты! Она же хорошая девочка, я вижу.
– Хорошая. Просто иногда бывает колючей. Знаешь, в этом возрасте дети такие.
Тамара Ивановна кивнула, хотя немного встревожилась. О каких колючках говорит дочь?
Утром она проснулась рано по привычке. Все ещё спали. Тамара Ивановна тихо прошла на кухню, поставила чайник, достала из сумки варенье, которое привезла. Потом услышала, как в коридоре зазвонил телефон Насти. Девочка выскочила из комнаты родителей, схватила телефон и быстро прошла к себе, прикрыв дверь.
– Привет! Да, нормально. Слушай, ты представляешь, бабушка приехала, теперь целый месяц торчать будет. – В голосе Насти слышалось недовольство.
Тамара Ивановна замерла с чашкой в руках.
– Да ну её, говорю! Бабушка нам не нужна, пусть сидит в своей деревне! Мама сама позвала, теперь придётся весь месяц делать вид, что всё окей. А она такая... деревенская вся. Вчера пришла, сразу начала пирожками кормить. Я вообще на диете, мне нельзя мучное!
Тамара Ивановна поставила чашку на стол и присела на стул. В горле встал комок. Сердце сжалось так, что стало трудно дышать. Она просидела так несколько минут, потом встала, вытерла выступившие слёзы и стала накрывать на стол к завтраку.
Когда все собрались на кухне, Тамара Ивановна делала вид, что ничего не случилось. Настя жизнерадостно болтала о школе, о предстоящей контрольной по химии. Оля торопилась на работу. Игорь читал новости в телефоне.
– Мам, сегодня в десять приедут рабочие. Им нужно показать, где будут розетки в гостиной. Я тебе на листочке нарисовала схему. – Оля достала бумажку и положила на стол.
– Хорошо, разберусь.
После завтрака все разошлись, и Тамара Ивановна осталась одна. Она медленно прошла по квартире, посмотрела на ободранные стены, на плёнку, которой было закрыто всё вокруг. Села на диван в гостиной и вдруг расплакалась. Тихо, чтобы никто не услышал, хотя в квартире никого не было.
«Не нужна им я. Зачем Оля звала, если Настя против? Девочка права, конечно. Я действительно деревенская. Городскую жизнь не понимаю, всё у них не так, как у нас. И говорю, наверное, как-то не так. И одеваюсь старомодно. Им молодым с такой бабушкой стыдно».
Она вытерла слёзы и встала. Рабочие должны приехать скоро, нужно собраться. Тамара Ивановна умылась холодной водой, поправила волосы и стала разбираться со схемой, которую оставила Оля.
Бригадир оказался толковым мужиком. Быстро всё понял, показал, где будут штробить стены. Тамара Ивановна кивала, соглашалась, хотя половины слов не понимала. После обеда, когда рабочие ушли на перерыв, она позвонила дочери.
– Всё в порядке? – спросила Оля.
– Да, рабочие пришли. Мы разобрались.
– Мам, спасибо тебе огромное! Ты так нас выручаешь. Я не знаю, что бы мы без тебя делали.
Тамара Ивановна хотела сказать, что справились бы и без неё, что она тут не нужна, как сказала Настя. Но промолчала.
– Ладно, мне работать надо. Вечером увидимся.
Она положила телефон и снова присела на диван. За окном шумел город. Машины, люди, спешка. Так не похоже на её деревню, где тихо, спокойно. Где у неё свой дом, огород, соседи. Где она знает каждый угол, каждое дерево.
«Может, правда уехать? Сказать, что плохо себя чувствую, и вернуться домой? Не буду мешать им жить».
Но потом подумала об Оле. Дочь и так устаёт, работает много. После развода было трудно, пришлось всё начинать заново. Тамара Ивановна тогда приезжала, помогала с Настей, пока Оля работу искала. А теперь вот Игорь появился, жизнь наладилась. Как же уехать и оставить их?
Вечером за ужином Оля рассказывала о работе, Игорь шутил про своего начальника. Настя молчала, ковыряла вилкой картошку.
– Настюш, ты что такая грустная? – спросила мама.
– Да так. Устала просто.
– Может, чаю с вареньем? Бабушка привезла малиновое, – предложила Оля.
– Нет, спасибо. Я лучше пойду уроки доделаю.
Настя встала и ушла к себе. Тамара Ивановна проводила внучку взглядом. Сердце снова больно сжалось.
На следующий день рабочие пришли рано. Они принесли какие-то трубы, инструменты. Тамара Ивановна старалась не мешать, сидела на кухне. В обед приготовила борщ, испекла пирог с яблоками. Когда все вернулись, на кухне вкусно пахло.
– О, мам, ты что, весь день готовила? – удивилась Оля.
– Да так, немного. Решила порадовать вас.
За столом все ели молча. Настя взяла маленький кусок пирога и принялась его крошить вилкой.
– Настя, ты почему не ешь? – спросил Игорь.
– Не хочется.
– Девочка, ты совсем худая стала. Надо кушать, – не удержалась Тамара Ивановна.
– Бабушка, я не худая. Это нормально. – В голосе Насти прозвучала резкость.
– Ладно, не ругайтесь, – быстро вмешалась Оля. – Настя, иди уроки делай, если не голодна.
Настя встала и ушла, громко хлопнув дверью. Тамара Ивановна опустила глаза.
– Мам, не обращай внимания. Она просто устала, – тихо сказала Оля.
– Я понимаю.
Но на самом деле Тамара Ивановна не понимала. Почему внучка так себя ведёт? Раньше они хорошо общались, Настя была ласковой, открытой. А теперь словно чужая.
Ночью Тамара Ивановна долго не могла уснуть. Лежала и думала, как же быть. Может, правда уехать? Чтобы не портить отношения, не раздражать Настю своим присутствием.
Утром за завтраком Оля вдруг сказала:
– Мам, сегодня суббота. Может, погуляем вместе? Покажу тебе город, кафе какое-нибудь найдём.
– Давай, – согласилась Тамара Ивановна, хотя особого желания не было.
– Настя, пойдёшь с нами? – спросила Оля у дочери.
– Нет, мне к подруге надо. Мы вместе готовимся к контрольной.
Оля вздохнула, но спорить не стала.
Они с матерью гуляли по центру города. Оля показывала красивые здания, рассказывала историю. Зашли в кафе, выпили кофе с пирожными. Тамара Ивановна слушала дочь и думала о своём.
– Мам, что с тобой? Ты какая-то грустная, – наконец заметила Оля.
– Да так, устала немного.
– Тебе тяжело с рабочими? Я понимаю, шум, пыль. Может, тебе лучше отдохнуть, а мы как-нибудь сами справимся?
– Нет, дело не в этом. – Тамара Ивановна посмотрела на дочь. – Оль, а Насте я не мешаю?
– Что? О чём ты?
– Ну, просто мне кажется, что я... лишняя тут. Городские вы, современные, а я со своими деревенскими привычками.
Оля взяла мать за руку.
– Мам, что за глупости? Ты нам очень помогаешь! Я не знаю, как бы мы без тебя справились.
– Но Настя... Она избегает меня. Я вижу.
– Настя переходный возраст переживает. Она вообще сейчас от всех отдалилась, не только от тебя. С нами тоже почти не разговаривает. Знаешь, психолог говорит, что это нормально для подростков.
– К психологу ходите?
– Да, школьный психолог. После того как мы переехали, Насте было трудно адаптироваться. Новая школа, новые друзья. Потом Игорь появился. Она его приняла, но всё равно внутри какие-то переживания остались.
Тамара Ивановна кивнула. Значит, дело не только в ней. Но от этого не легче.
Когда они вернулись домой, Насти не было. Оля сказала, что она у подруги и вернётся поздно. Тамара Ивановна прошла в комнату внучки, присела на кровать. На столе лежали учебники, тетради. На стене висели фотографии: Настя с мамой, с подругами, с Игорем. А вот и та самая фотография, которую Тамара Ивановна сама делала три года назад. Настя тогда приезжала в деревню на каникулы. Они вместе ходили в лес за грибами, купались в реке. Девочка была счастливая, смеялась.
«Что случилось за эти годы? Почему она так изменилась?»
Тамара Ивановна вышла из комнаты и пошла на кухню. Достала из холодильника продукты и принялась готовить ужин. Готовка всегда успокаивала, помогала думать.
Настя вернулась поздно вечером. Поздоровалась, прошла к себе. Тамара Ивановна вышла в коридор.
– Настенька, ты ужинать будешь?
– Нет, спасибо. Я у Маши ела.
– Тогда, может, чаю попьёшь? Я пирог испекла.
Настя замялась, потом кивнула.
– Ладно, давай.
Они сели на кухне вдвоём. Настя молча пила чай, смотрела в окно.
– Настюш, а расскажи, как у тебя дела в школе? Мама говорила, ты в медицинский колледж хочешь?
– Да. Хочу стать медсестрой. Потом, может, в медицинский институт пойду.
– Какая ты молодец! Благородная профессия. Помогать людям.
Настя пожала плечами.
– Просто нравится. Мне интересно, как устроен организм, как лечить болезни.
– А у тебя хорошо с учёбой получается?
– Нормально. По химии и биологии хорошо, а вот математика тяжело даётся.
Они помолчали. Тамара Ивановна решилась:
– Настенька, если я тебе мешаю, скажи честно. Я могу уехать. Не хочу быть обузой.
Настя удивлённо посмотрела на бабушку.
– Почему мешаешь?
– Ну, я же вижу, что ты меня избегаешь. И вообще... я услышала, как ты по телефону говорила. Что бабушка вам не нужна.
Настя покраснела. Опустила глаза.
– Ты слышала?
– Да. И я понимаю. Действительно, молодым с такой деревенской бабушкой неловко.
– Нет! Это не так! – Настя подняла голову. – Я не это имела в виду. Ну то есть... Бабушка, прости, пожалуйста. Я дура. Просто сболтнула подруге всякую ерунду. Я не хотела тебя обидеть.
– Но ты же сказала, что я не нужна.
Настя замолчала. Потом вздохнула.
– Бабушка, я правда дура. Знаешь, у меня сейчас такой период... Мне кажется, что я никому не нужна. Что я лишняя. Мама с Игорем счастливы, у них своя жизнь. А я как будто мешаю. Мама работает много, устаёт. Я боюсь, что из-за меня у неё проблемы. Что я ей в тягость.
– Настя, что ты говоришь! Мама тебя обожает!
– Знаю. Но всё равно... А потом ты приехала, и я подумала, что теперь вы с мамой будете вместе, а я буду совсем лишней. Что вы найдёте общий язык, а я останусь в стороне.
Тамара Ивановна встала и обняла внучку. Настя прижалась к ней и тихо заплакала.
– Глупенькая ты моя. Как ты можешь быть лишней? Ты самая главная для мамы. И для меня тоже. Я по тебе скучала всё это время. Помнишь, как мы с тобой в деревне вместе время проводили? Ты мне всегда рассказывала всё, что у тебя на душе. А теперь отдалилась.
– Прости, баб. Я просто... запуталась во всём. В школе трудно, экзамены скоро. Подруги постоянно говорят о мальчиках, а мне это неинтересно. Мама с Игорем счастливы, и я рада за неё, правда. Но иногда мне кажется, что я им мешаю.
– Никому ты не мешаешь. Игорь хороший человек, он тебя любит как дочку. А мама... Настенька, для мамы ты самое главное в жизни. Она из-за тебя в город переехала, чтобы у тебя была хорошая школа, чтобы ты могла поступить в колледж.
Настя вытерла слёзы.
– Я знаю. Просто иногда накатывает такая тоска. А я не знаю, как с этим справляться. И вместо того, чтобы поговорить, я грублю всем.
– Ты не грубишь. Ты просто растёшь. Это трудно, я понимаю. Но знаешь, что тебе нужно? Поговорить с мамой. Честно, открыто. Она поймёт, я уверена.
Настя кивнула.
– Ты права. Я поговорю.
Они ещё посидели на кухне, пили чай, разговаривали. Тамара Ивановна рассказывала про деревню, про соседей, про свой огород. Настя слушала, улыбалась. А потом вдруг спросила:
– Баб, а можно я летом к тебе приеду? Соскучилась по деревне.
– Конечно, приезжай! Я буду рада. Будем вместе в лес ходить, на речку.
– Здорово! Я так давно не была на природе. А тут одни городские джунгли.
Они засмеялись.
На следующий день Тамара Ивановна проснулась с лёгким сердцем. Разговор с Настей многое прояснил. Девочка не плохая, просто запуталась в себе. Бывает в этом возрасте.
За завтраком Настя была оживлённой, рассказывала какую-то смешную историю из школы. Оля удивлённо переглядывалась с мужем, но молчала.
После завтрака, когда Игорь ушёл, Настя подошла к маме.
– Мам, можно мне с тобой поговорить?
– Конечно. Пойдём в комнату.
Они ушли, и Тамара Ивановна осталась на кухне. Она убирала посуду и думала о том, как хорошо, что вчера решилась на откровенный разговор.
Минут через двадцать Оля вышла из комнаты с заплаканными глазами. Увидев мать, она кинулась к ней и обняла.
– Мам, спасибо тебе! Настя мне всё рассказала. Как она переживала, как боялась быть лишней. А я и не знала. Думала, просто возраст. А оказывается, у неё столько на душе накопилось.
– Всё будет хорошо. Главное, что вы поговорили.
– Да. Мы с ней договорились, что я буду меньше работать, больше времени проводить дома. И ещё к психологу снова сходим, нормальному, чтобы помог разобраться.
Тамара Ивановна кивнула.
Вечером они все сидели на кухне, пили чай. Настя рассказывала про свою подругу Машу, которая влюбилась в одноклассника. Оля смеялась. Игорь шутил. Тамара Ивановна сидела и радовалась, что в доме снова стало тепло и уютно.
Ремонт закончился через три недели. Квартира преобразилась: светлые стены, новые окна, красивая мебель. Тамара Ивановна помогала, как могла: встречала рабочих, контролировала, готовила обеды. А вечерами они все вместе собирались на кухне и обсуждали, как дальше обустроить дом.
Перед отъездом Настя попросила бабушку:
– Баб, а можно я тебе письмо буду писать? Ну, в смысле, сообщения. Буду рассказывать, как у меня дела.
– Конечно, внученька. Я буду ждать.
На вокзале все пришли провожать Тамару Ивановну. Оля обняла мать и сказала:
– Мам, спасибо тебе огромное. Ты нас спасла. И не только с ремонтом. Ты Настю вернула мне.
– Глупости. Она сама разобралась.
– Нет, это ты с ней поговорила. Она мне рассказала. Спасибо.
Настя подошла и крепко обняла бабушку.
– Я буду скучать. И обязательно приеду летом. Договорились?
– Договорились, милая.
В электричке Тамара Ивановна сидела у окна и смотрела, как мелькают за окном поля, деревья. Сердце было спокойным и радостным. Она вспомнила ту фразу, которую услышала в первый день. «Бабушка нам не нужна». Тогда ей показалось, что это правда. Что она лишняя, мешает. А оказалось, что Настя просто не умела выражать свои чувства, боялась быть отвергнутой.
Дома её встретила соседка Нина.
– Ну что, как съездила?
– Хорошо. Помогла с ремонтом.
– И всё? По тебе не скажешь, что просто ремонт делала. Светишься вся.
Тамара Ивановна улыбнулась.
– Просто поняла, что нужна им. Что не мешаю, а помогаю. И это главное.
Вечером, когда стемнело, телефон запищал. Сообщение от Насти: «Баб, я уже скучаю. Приезжай к нам ещё. Мы тебя любим!» Тамара Ивановна прочитала и заплакала. Но это были слёзы счастья.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто подпишитесь на канал 💖
Самые обсуждаемые рассказы:
https://dzen.ru/a/aTsCBCffaCKURPsC
https://dzen.ru/a/aUuRnncITiBwQr5V
https://dzen.ru/a/aT1fqGVHpAJVPtwq