Он потом долго ещё возмущался:
— Ты подтвердила мою теорию! — кричал в трубку. — Женщины с высокой зарплатой к отношениям непригодны!
* * * * *
Кире было сорок два. Главный бухгалтер в крупной сети автосервисов. Пять лет института, два года стажировки за копейки, ночи с отчётами. Сейчас зарплата позволяла: жить нормально. Машина - «Лексус», вместо пуховика - шуба. Раз в год — поездка: то по России, то в Европу.
— Меркантильная будешь, — смеялась подруга. — Мужика спугнёшь.
— Я ничего ни у кого не прошу, — пожимала плечами Кира. — На шубы и Мальдивы сама заработаю, если очень надо. От мужчины мне не деньги нужны.
И это была правда. От мужчины она хотела просто нормальной жизни: чтобы не чувствовать себя виноватой за каждую потраченную копейку.
С Михаилом её познакомила приятельница Анька.
— Он нормальный, — уверяла. — Не алкаш, работает, один. Такой… простой.
На дне рождения Ани Миша действительно понравился Кире: высокий, аккуратный, без золотых цепей. Поговорили о кино, о пробках, о ценах. Посмеялись. Он попросил номер.
На следующий день написал:
— Можно пригласить вас на свидание?
— Конечно, — ответила Кира. — Сможете забрать меня после работы?
На том конце повисла пауза.
— Ну… — замялся Миша, — я с машиной сейчас никак. На метро, наверное. Давайте лучше встретимся где‑нибудь в центре. Или… в парке у вас рядом с домом.
Кира добродушно засмеялась:
— Ладно, давайте по‑другому. Я приеду на работу на машине, а потом заберу вас откуда вам удобно.
Этот вариант Михаилу не понравился ещё больше.
— Нет, — насторожился он. — Вы тогда после работы сразу домой. Поешьте, переоденьтесь. И до парка два шага. Зачем нам машина?
Кира мысленно отмахнулась от этой странной фразы: «Мужчина просто стесняется».
* * * * *
Они встретились в парке. Сначала всё было мило. Миша шутил, рассказывал, как работал на складе, как «начальство оборзело».
Кира, чтобы разрядить обстановку, предложила:
— Может, всё‑таки поужинаем где‑то? Я японскую кухню люблю. Тут недалеко нормальное кафе есть.
Миша скривился.
— Японскую? — переспросил. — Это эти ваши роллы? Понты одни.
Помялся и выдал:
— Есть там одна забегаловка с кофе. Давайте туда.
В кафе он угрюмо позвал официанта и заказал два кофе. Всё.
— И всё? — переспросила Кира.
Официант тоже удивился.
— Нет, молодой человек, не уходите, — остановила его Кира. — Ещё роллы “Калифорния” и креветки темпура, пожалуйста.
Миша посмотрел так, будто она только что потребовала лобстера за его счёт.
— Я заплачу сама, — спокойно сказала Кира. — И вас угощу, если хотите.
Улыбнулась:
— Я просто голодная. С работы сразу к вам.
Миша сжал губы.
— Меня пугают даже не меркантильные, — выдал вдруг. — А чересчур самостоятельные.
— Это как? — не поняла она.
— Ненавижу женщин, которые хорошо зарабатывают, — честно признался он. — Они всегда всё решают сами. Не слушают мужчину.
«Оригинально», — подумала Кира. Но вслух спросила спокойно:
— А разве это плохо?
— Потому что такая женщина не будет идти туда, куда мужчина скажет, — объяснил он. — Девушки без денег слушаются. Говоришь: “сидим дома, курицу жарим” — они и рады. А у вас сразу “суши”, “конный спорт”, “базы отдыха”.
Кира могла бы встать и уйти уже тогда. Но ей вдруг захотелось… доказать. Себе, ему и вообще всем вокруг, что ничего плохого в этом нет.
— Хорошо, — сказала она. — Давайте так. Сегодня я угощу вас ужином.
Улыбнулась:
— А дальше попробуем по‑вашему. Решать всё будете вы. Куда, когда, на сколько. Я — не спорю.
Миша просиял.
— Вот! — оживился. — Совсем другое дело. А то привыкли, понимаешь, сами рулить. Будем из вас нормальную женщину делать.
Он с аппетитом съел и роллы, и креветки, и даже десерт заказал, когда она предложила. Кира заплатила — ей было не жалко. Внутри тихо скреблось: «Посмотрим, что будет дальше».
А дальше было «по‑его».
* * * * *
В обед Кира обычно шла на бизнес-ланч с девчонками из бухгалтерии в кафе напротив офиса: суп, салат, компот. Могла себе позволить.
— Я приеду к тебе на обед, — обрадовал Миша. — По времени как раз успею.
Она обрадовалась: «Ну вот, человек старается».
На улице он протянул ей пакет.
— Вот, — сказал. — Шаурма. Две штуки. Я по акции взял.
Шаурма была холодная, а соус пах неприятной кислинкой.
— Миш, — аккуратно заметила Кира, — я после этого до вечера в офисе. Мне бы лучше горячее.
Улыбнулась:
— Пойдём в столовую, там недорого.
Он сразу вытянулся.
— Вот! — с обидой. — Я же говорил. Женщина с деньгами всегда нос воротит. Тебе шаурма — фу, давай “горяченькое в кафешке”.
Поджал губы:
— Нормальная баба рада, что мужик ей хоть что‑то привёз. У неё денег нет — она не привередничает.
— У меня есть деньги, — спокойно напомнила Кира. — И я могу съесть суп за свои. Это не делает вас меньше мужчиной.
— Для меня — делает! — отрезал Миша. — Если ты сама за себя платишь, значит, и решать сама будешь. А я тогда кто?
Кира вздохнула и проглотила шаурму. «Ладно, — подумала. — Может, правда мужику нужно чуть больше довериться, чтобы чувствовать себя важным».
На выходных она предложила:
— У нас за городом база отдыха есть, в двадцати километрах. Лошадки, воздух. Давайте туда сгоняем? Я за бензин заплачу.
Миша чуть не в депрессию впал, когда услышал цены.
— Ты с ума сошла? — возмутился. — Столько денег за то, чтобы на коня посмотреть?
Сжал кулаки:
— Вот я и говорю: как только у женщины есть деньги, ей сразу подавай “лошадок”, “белое вино” и прочую ерунду. А когда нет — она рада домашним выходным и еде из "Ашана".
— То есть вы хотите дома, — уточнила Кира. — Телек с макаронами посмотреть?
— А что, плохо? — удивился он. — Уютно. Дёшево. Не надо выпендриваться.
Она наступила на горло своим желаниям.
— Ладно, — сказала. — Давайте дома.
Так прошёл месяц. Потом второй. Из её жизни исчезли кафе с подругами, вылазки за город, спонтанное «пошли поужинаем, я угощаю».
Появились его «домашние» выходные, его «фильмец» и его «курочка». И его вечное: «куда тебе столько зарабатывать, женщина должна жить проще».
* * * * *
Она сидела вечером на кухне в халате, с очередной тарелкой жареной курицы. В телевизоре — шоу, которое любил Миша. Он звал:
— Кира, иди, тут интересно! Девка какая‑то с деньгами говорит, что ей мужик не нужен. Смешная такая!
А у неё в голове вертелось: «Ради чего я тогда пыхтела пять лет в институте, два года на стажировке, ночевала с отчётами? Ради того, чтобы смотреть телевизор и бесконечно есть эту курицу?»
На работе она поймала себя на том, что завидует девчонкам, которые после смены идут в кафе.
— Ты с нами? — позвали.
— Не, — отмахнулась. — Меня Миша ждёт.
И вдруг поняла: она говорит ровно как те, кого сама жалела. «Меня ждёт» — только чтобы кормить и слушать чужие жалобы.
Решение созрело в один момент.
Очередной вечер, очередная курица.
— Кира, — говорил Миша с довольным видом, — вот видишь, нормально живём. Никуда не бегаем, денег не транжирим. Я ж говорил: женщинам с деньгами надо голову лечить. Как только мужик появляется, она должна слушаться, а не “я привыкла так, я привыкла сяк”.
— То есть я должна была отказаться от всего, что сама себе заработала? — уточнила она. — От ресторанов, поездок, даже от супа в обед?
— Конечно, — кивнул он. — Если хочешь нормальных отношений.
Прищурился:
— А иначе ты не женщина, а мужик в юбке. Я таких не перевариваю.
«Вот это да», — подумала Кира. — «Он всерьёз считает, что я должна урезать свою жизнь до его возможностей».
Она вдруг очень спокойно сказала:
— Тогда давайте это закончим.
Он поперхнулся.
— Чего? Что “закончим”? Ты что несёшь?
— Отношения, — пояснила Кира. — Я с начальством могу спорить. С цифрами могу спорить. А с собой — уже нет.
Поставила тарелку в раковину:
— Вы хотите женщину без денег и без желаний. Я такой быть не собираюсь.
Миша вскочил.
— Значит, так? — закричал. — Я был прав! Ты непригодна! Все вы, бабы с зарплатой, только для себя живут!
С ухмылкой:
— Я всем буду говорить: вот, пример, как женщина с деньгами семью разрушает!
— Мы, слава Богу, семьёй так и не стали, — спокойно ответила Кира.
Он хлопнул дверью. Ушёл громко, демонстративно.
Она села за стол, налила себе чай из чайника и… почувствовала облегчение. Страшное, стыдное, но настоящее.
Подруги разделились.
— Правильно, — одни хлопали в ладоши. — Лучше одной, чем вот так.
— Ну не знаю, — сомневались другие. — Мужики нормальные на дороге не валяются. Может, надо было потерпеть, подстроиться. Ты же уже не девочка.
Мама по телефону вздыхала:
— Кира, тебе лет то сколько? Кому ты с этими своими сушами нужна будешь? С телевизором всю жизнь просидеть — радости мало.
Но вспоминая холодную шаурму в обед, его обиженное лицо, когда она предлагала заплатить сама, его фразу: «женщине с деньгами надо голову лечить» — и понимала:
"Непригодна к отношениям и непригодна к жизни под чужие комплексы - это разные вещи."
Пишите, что думаете про эту историю.
Если вам нравятся такие житейские рассказы — подписывайтесь на “Бабку на лавке”. Здесь такого добра много, и новые драмы появляются каждый день!
Приятного прочтения...