История Австралии, если присмотреться, — это готовый сценарий для черной комедии. Континент, изначально задуманный как огромная тюрьма под открытым небом, управлялся людьми, чьи методы больше напоминали пиратский кодекс, чем британское право. А валютой в этой странной стране служили не фунты и не шиллинги, а старый добрый ром.
26 января 1808 года в Сиднее произошло событие, которое вошло в историю под романтическим названием «Ромовый бунт». Хотя, если быть честным, романтики там было мало. Это был классический военный переворот, единственный в истории Австралии. Группа офицеров, больше похожих на мафиозный клан, свергла законного губернатора.
Ирония судьбы заключалась в личности губернатора. Им был Уильям Блай. Тот самый капитан Блай, которого за 19 лет до этого выкинули за борт взбунтовавшиеся матросы корабля «Баунти». Человек-катастрофа, человек-магнит для мятежей. Казалось, Вселенная просто издевалась над ним, проверяя, сколько раз можно свергнуть одного и того же офицера, прежде чем он сойдет с ума.
Давайте разберемся, как алкоголь, шерсть и скверный характер одного капитана привели к тому, что британскую колонию захватила хунта торговцев спиртным.
Страна каторжников и «Ромовый корпус»
Чтобы понять суть конфликта, нужно погрузиться в атмосферу Нового Южного Уэльса начала XIX века. Это было не самое приятное место для жизни. Жара, пыль, мухи и тысячи каторжников, сосланных сюда за кражу носовых платков или буханки хлеба.
Порядок в этом хаосе должен был поддерживать Корпус Нового Южного Уэльса. Но офицеры этого подразделения быстро поняли: зарплата маленькая, служба скучная, а возможности безграничны. Они превратились в местную олигархию.
Офицеры монополизировали торговлю. И главным товаром был ром. В условиях дефицита монет (их просто не чеканили и не завозили в достаточном количестве) спиртное стало универсальной валютой. Ромом платили зарплату, за ром покупали земли, ромом давали взятки. Корпус получил меткое прозвище «Ромовый корпус», а его офицеры стали богатейшими людьми колонии.
Они держали цены высокими, душили конкурентов и фактически управляли экономикой. Любой губернатор, присланный из Лондона, либо входил с ними в долю, либо уезжал домой с нервным срывом. Пока не приехал Блай.
Уильям Блай: Герой или тиран?
Уильям Блай — фигура трагическая и неоднозначная. Голливуд и литература создали ему репутацию садиста и тирана, который порол матросов ради удовольствия. В реальности он был блестящим навигатором (учеником самого Кука!), храбрым офицером и... человеком с абсолютно невыносимым характером.
Блай не был жестоким в физическом смысле (статистика наказаний на его кораблях была ниже средней по флоту). Его проблема была в другом: он был перфекционистом с острым языком. Он умел унизить человека словом так, что тот хватался за нож. Блай не терпел некомпетентности, коррупции и разгильдяйства. А именно из этого состояла элита Сиднея.
Лондон отправил Блая в Австралию с четкой задачей: навести порядок. «Ромовый корпус» совсем отбился от рук, и корона хотела приструнить зарвавшихся торговцев в погонах. Блай взялся за дело с грацией бульдозера.
Он запретил использовать спиртное как валюту. Он начал проверять законность земельных наделов, розданных офицерами самим себе. Он стал защищать мелких фермеров, которых «ромовая мафия» загоняла в долги. Простые поселенцы его боготворили. Элита — ненавидела лютой ненавистью.
Джон Макартур: Серый кардинал
Главным антагонистом Блая стал Джон Макартур. Если Блай был бульдозером, то Макартур — ядовитой змеей. Бывший офицер «Ромового корпуса», он стал богатейшим человеком колонии и отцом австралийского овцеводства (именно он завез мериносов, на шерсти которых потом поднимется вся страна).
Макартур был гением интриги. Он умел делать деньги из воздуха и врагов из друзей. Блай, едва сойдя на берег, сразу же нажил себе врага в лице Макартура.
— У вас слишком много земли, сэр! — заявил губернатор.
— Вся эта земля пожалована мне за развитие овцеводства! — парировал Макартур.
— К черту ваших овец и вашу шерсть! — рявкнул Блай.
Это была ошибка. В Австралии нельзя посылать к черту овец. И уж тем более нельзя трогать кошелек Джона Макартура.
Искры перед взрывом
Ситуация накалялась два года. Блай методично давил на хвост «Ромовому корпусу». Он отменил сомнительные сделки, уволил коррумпированных чиновников и вел себя так, будто он на палубе своего корабля, а вокруг — матросы, обязанные подчиняться.
Последней каплей стала история с перегонным кубом. Макартур заказал из Англии аппарат для дистилляции (официально — для лекарств, реально — понятно для чего). Блай приказал конфисковать «адскую машину» и вывезти её из колонии.
Макартур в ответ устроил судебное шоу. Когда его попытались судить за неподчинение, он превратил заседание в фарс, заявив, что судья (друг Блая) предвзят, а сам губернатор — тиран, попирающий свободы свободных британцев.
Офицеры корпуса, сидевшие в жюри присяжных, встали на сторону Макартура. Блай, рассвирепев, решил обвинить самих офицеров в государственной измене. Это было объявление войны.
День переворота: 26 января 1808 года
Вечером 26 января (символично, что сейчас это День Австралии) майор Джордж Джонстон, командующий корпусом, принял решение действовать. Подстрекаемый Макартуром, он объявил Блая сумасшедшим тираном, которого нужно сместить ради блага колонии.
400 солдат с примкнутыми штыками, под бой барабанов и с развернутыми знаменами, двинулись к Дому правительства. За ними шла толпа, подогретая бесплатным ромом.
Блай в этот момент ужинал. Услышав шум, он понял: опять. Опять бунт. Опять его свергают.
То, что произошло дальше, стало предметом ожесточенных споров и насмешек на столетия. Согласно версии мятежников, «храбрый» капитан Блай спрятался... под кроватью.
Майор Джонстон в своем рапорте писал с нескрываемым злорадством: «Мы нашли губернатора в дальней комнате, он был в полной парадной форме, но при этом пытался втиснуться под кровать, прикрываясь периной, и был весь в пыли и паутине».
Эта картинка — суровый морской волк, чья задница торчит из-под кровати, — стала главным мемом того времени. Карикатуры с подписью «Герой Баунти ищет укрытие» разошлись по всему миру.
Сам Блай, разумеется, отрицал трусость. Он утверждал, что прятался, чтобы уничтожить секретные документы (которые он якобы засунул за жилет), и планировал бежать к лояльным поселенцам на реке Хоксбери, чтобы поднять контрвосстание. Зная характер Блая (человека, который проплыл 6000 км в открытой шлюпке после мятежа на «Баунти»), версия с кроватью кажется сомнительной. Скорее всего, это был пиар-ход Макартура, чтобы окончательно уничтожить репутацию врага.
Два года беззакония
Блая арестовали. Следующие два года Австралией правила военная хунта. Сначала Джонстон, потом другие офицеры сменяли друг друга на посту «администратора».
Для друзей Макартура настал золотой век. Земли раздавались направо и налево, ром тек рекой, законы писались под конкретные бизнес-интересы. Макартур, формально занимая скромную должность «колониального секретаря», фактически был диктатором Нового Южного Уэльса.
Блай тем временем сидел под домашним арестом, бомбардируя Лондон гневными письмами. Потом его перевели на корабль «Porpoise» («Морская свинья»), взяв слово, что он уплывет в Англию. Блай слово дал, но, как только ступил на палубу, заявил, что обещание, данное мятежникам, не считается, и приказал капитану (своему зятю) блокировать гавань Сиднея.
Это была патовая ситуация. Губернатор в изгнании болтался на корабле у берегов Тасмании, мятежники пили ром в Сиднее, а Лондон был слишком занят войной с Наполеоном, чтобы обращать внимание на колониальные разборки на краю света.
Империя наносит ответный удар
Но бесконечно так продолжаться не могло. В 1809 году до Лондона наконец дошел полный масштаб катастрофы. Британское правительство было в ярости. Свержение королевского губернатора — это не шутки. Это бунт.
В Австралию отправили нового губернатора — Лаклана Маккуори. И, чтобы два раза не вставать, ему дали с собой 73-й шотландский полк. Приказ был прост: восстановить законную власть, арестовать зачинщиков, а пресловутый «Ромовый корпус» расформировать и отправить домой.
Маккуори прибыл в начале 1810 года. Он действовал мудро. Первым делом он официально восстановил Блая в должности губернатора... ровно на 24 часа. Это был символический жест: показать, что законность торжествует. После этого Блай сдал полномочия и отплыл в Англию, чтобы требовать крови своих обидчиков в суде.
Суд и последствия
Судебный процесс в Лондоне стал финалом этой трагикомедии. Майор Джонстон предстал перед трибуналом. Ему грозила смертная казнь за мятеж. Но... суд проявил удивительную мягкость.
Джонстона разжаловали и уволили из армии. И всё. Ни виселицы, ни тюрьмы. Он вернулся в Австралию как частное лицо и спокойно дожил свой век на ферме, выращивая лошадей.
Макартур, как главный кукловод, понимал, что ему в Австралии пока лучше не появляться. Он просидел в добровольном изгнании в Англии восемь лет, боясь ареста за долги и бунт. Но его шерстяной бизнес процветал без него (спасибо жене Элизабет, которая, по общему мнению, была куда лучшим менеджером, чем её склочный муж). В конце концов, ему разрешили вернуться, при условии, что он не будет лезть в политику. Он умер богатейшим человеком континента.
А что же Блай? «Невезучий» капитан снова вышел сухим из воды. Адмиралтейство решило, что, хоть он и несносный человек, но офицер честный. Его повысили до контр-адмирала, а потом и до вице-адмирала. Он умер в 1817 году в своей постели в Лондоне, окруженный дочерьми. На его надгробии изображен плод хлебного дерева — напоминание о «Баунти», но ни слова о роме и кроватях.
Наследие «Ромового бунта»
«Ромовый бунт» имел огромные последствия для Австралии. Губернатор Маккуори, пришедший разгребать авгиевы конюшни после мятежа, стал отцом-основателем современной Австралии. Он начал строить дороги, открыл первый банк, ввел свою валюту (знаменитый «дырявый доллар»), чтобы покончить с ромовой экономикой. Он превратил исправительную колонию в цивилизованное общество.
«Ромовый корпус» уплыл в историю, оставив после себя смешанную память. С одной стороны — коррупционеры и пьяницы. С другой — именно эти люди заложили экономический фундамент страны.
История с Блаем учит нас тому, что даже если ты прав на 100%, но ведешь себя как высокомерный сноб, тебя могут свергнуть даже собственные подчиненные. А еще тому, что нельзя недооценивать силу алкоголя как экономической модели.
Сегодня австралийцы вспоминают эти события с улыбкой. День 26 января — это национальный праздник, День Австралии (в честь прибытия Первого флота в 1788 году, а не бунта, конечно). Но ирония даты сохраняется. В этот день принято жарить барбекю и, разумеется, пить. Может быть, даже ром. В память о тех временах, когда за бочонок крепкого напитка можно было купить свободу, а за попытку его отобрать — лишиться власти.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также просим вас подписаться на другие наши каналы:
Майндхакер - психология для жизни: как противостоять манипуляциям, строить здоровые отношения и лучше понимать свои эмоции.
Вкус веков и дней - от древних рецептов до современных хитов. Мы не только расскажем, что ели великие завоеватели или пассажиры «Титаника», но и дадим подробные рецепты этих блюд, чтобы вы смогли приготовить их на своей кухне.
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера