Все главы здесь
Глава 10
Шли они медленно. Между деревьями мелькали странные отблески — ни свет, ни тень, а словно остатки сновидения с образами. Один миг — и исчезли.
— Варь… — Коля тихо позвал. — А ты видишь вот это? Или у меня галлюцинации начинаются?
— Вижу, — призналась она. — Но бояться нечего. Бабушка говорит, это просто болотный свет… он домой провожает.
— Варь, а почему я его вижу? Я что… тоже?
Варвара улыбнулась и покачала головой:
— Нет, Коль. Ты не бойся. Его все видят.
Николай вздохнул облегченно, хотя по лицу было видно — верит наполовину, а остальное держится на чистой симпатии к Варе.
В этот момент дорога вдруг расширилась, как будто сама распахнулась перед ними, открыв знакомый поворот. Домов еще не было видно, но запах дымка, доносившийся из села, был таким родным, что у Вари защипало глаза.
— Смотри, — сказала она. — Сосенки. Мы почти вышли.
Коля оглянулся назад. Там, где только что бушевал густой туман, теперь виднелась обычная тропинка. Никаких духов, никакого шепота, никаких светящихся отблесков.
— Слушай… — он понизил голос. — Если бы не ты, я бы туда и нос не сунул. Там же… ну… страшно же.
— А мне тоже было страшно, — призналась она. — Просто… доверилась.
— Кому?
Варя чуть улыбнулась:
— Тем, кто меня бережет. Бабушке и… тебе!
Варя прижалась к Коле, губы их нашли друг друга и слились в первом долгом, горячем поцелуе.
Коля хотел что-то ответить, но не успел — туман позади вдруг легко дрогнул, будто им кто-то помахал на прощание. Еле заметно, едва уловимо.
«Домой», — шепнула бабушка.
И тут дорога стала тверже, суше. Со всех сторон начали доноситься обычные звуки — лай собак, далекий стук топора, визг велосипеда, на котором какой-то мальчишка носился по деревне, как угорелый.
Обычная жизнь — простая, теплая, привычная.
Они вышли к окраине, оба чуть растрепанные, пахнущие болотом, но с чувством, что вернулись не просто с прогулки — а из места, в которое пускают не каждого.
Коля остановился:
— Варя… а если это все повторится? Ты же понимаешь… у тебя ведь теперь жизнь как… как в страшной книге.
— Может и так, — сказала она. — Скорее всего, что так. Но бабушка рядом.
Он кивнул. И в этом кивке было что-то новое — уважение, восхищение и тихое решение держаться рядом, несмотря ни на какие туманы.
— Варь, и я рядом буду. Всегда. Веришь?
Она кивнула, и влюбленные снова целовались. Долго, нежно.
…Деревня встретила Варвару и Николая тихо. Сразу стало тепло — будто сама земля обняла. Трава под ногами уже не шуршала болотной сыростью, а солнце, пробиваясь сквозь облака, согревало спину. Варя вдохнула полной грудью — запах хлеба, свежескошенной травы и дыма из печки тут же вернул ощущение дома.
— Смотри, Колька, — прошептала она, указывая на дома, дорогу, колодец. — Наш маленький мир.
— Да, Варя! Такой славный. И только наш.
Они снова принялись целоваться, но Варя вдруг легонько оттолкнула парня, тепло рассмеялась.
— Коль, мы так сроду домой не дойдем.
…Он проводил ее до самой калитки, но заходить не стал.
— Я домой, Варь. И ты устала. Давай в баньку, и отдыхай. А завтра увидимся. Или вечером забегу.
Он с надеждой посмотрел на нее, будто спрашивая разрешения.
— Коль, забегай, конечно. Буду ждать.
Женя уже была дома, отец пока не приехал.
— Варька, ну ты как в детстве. Где была? Ну нельзя же так! Ну хоть бы записку оставила.
Варвара обняла мать и усадила на лавку около бревенчатой стены. Сама тоже присела.
— Мам, — шепнула, — ты привыкай. Я теперь другая. Сама пока не привыкла.
Варя едва заметно подала плечами, будто извиняясь.
Мать тревожно посмотрела на дочь.
— Я утром в библиотеку зашла, а там бабушка, — продолжила Варвара.
Женя вздрогнула.
— Говорит, на болота надо. Сегодня последний день, когда голубицу можно собрать.
— Варька! — глаза Жени наполнились теплом и тревогой одновременно. — На болота? Одна?
— Мам, ну что ты?! Разве бабушка отправит в опасность. Она с нами была.
— С кем это — с вами?
— Со мной Коля ходил.
Женя задумчиво посмотрела вдаль:
— А ты знаешь, дочка, а я ведь вспомнила сейчас. Да так ясно! Бабушка ходила на болота. Моя бабушка… а твоя прабабушка… Агриппина… я ее плохо помню. Но кое-что всплывает. Варька! Господи. Это ж не дар! Это ж крест!
— Мам, нужно сушить траву, — Варя мягко перевела разговор. — Голубица уже почти высохла, а я сейчас приготовлю отвар… для жены Прохора Ильича. Завтра он готов будет.
— Варенька, я тебе во всем помогать буду. Всю черновую работу, ту, что мама позволит, — мне давай. И папа поможет. А Коля поможет? — тихо спросила Женя. — Варенька, я так хочу тебе счастья.
— Конечно, — кивнул Варя, улыбаясь и обнимая мать. — Не страшно мне теперь. Вон какая у меня команда. Не одна я. Бригадный подряд.
Мать и дочь рассмеялись.
А потом Женя словно погрузилась в свои мысли. Глаза ее были устремлены куда-то в даль, а голос звучал тихо, почти шепотом.
— Варя… я вспомнила… — начала она, дрожащей рукой поглаживая складки платья, — как моя бабушка, твоя прабабушка Агриппина… Она… она готовила отвар из этой самой голубицы. Тоже на болотах ее собирала. Каждый листик она перебирала с таким вниманием, будто разговаривала с ним. И когда трава была готова, она клала ее в медный котел, на огонь — совсем маленький…
Варя слушала, затаив дыхание.
— И вот… помню, к ней как-то вечером пришли с больным ребенком. Мальчишка весь день лежал, лицо его было белое, глаза большие и пустые, как будто свет внутри угас… Она смотрела на него, тихо шептала какие-то слова, смешивала травы… Я тогда подумала: «Да что это за чудо такое?» А потом… мальчик будто открыл глаза, хотя они у него были открыты. В них жизнь появилась, свет возник. Такой свет, что мурашки пробежали по мне.
Женя вздохнула, крепко сжав руки матери.
— И тогда я поняла, Варя… твоя прабабушка знала что-то такое, чего мы не понимали. Она могла лечить, спасать… не только тело, но и душу. И я чувствую… сейчас, когда ты рядом, этот же свет — он внутри тебя. Он идет от нее, через тебя… И я его чувствую, — твердо повторила мать.
Варя сжала мешочек с голубицей, закрыла глаза и ощутила, как тепло проходит по ее рукам. Казалось, сама прабабушка тихо стоит рядом, над душой, улыбается и подсказывает: «Смелее, Варенька… все правильно».
— Мама… — прошептала Варя, — и я чувствую… я понимаю…
Женя дрожащей рукой взяла листок травы и положила его на подол платья, словно боясь потревожить невидимую магию.
— Варя… — тихо сказала Женя, — кажется, чудеса действительно рядом. И мы… мы можем их увидеть, если захотим.
И в этот момент дом, солнечный и теплый, наполнился тихим светом, словно сама история рода тихо шептала: «Вы не одни. Мы всегда рядом».
…Варя аккуратно разложила голубицу на полотенце, чтобы трава просохла. Каждый листик — будто маленькое волшебство, наполненное силой природы.
— Знаешь, — сказала Женя, наблюдая за ней, — иногда мне кажется, что это проклятие, а не дар. Но сейчас смотрю на тебя. Варя, ты светишься вся.
— Так и есть, — улыбнулась Варя. — У меня сейчас внутри этот свет голубой мягко светит.
— Варя, я верю, что рядом всегда есть кто-то, кто поможет, даже если не видишь его.
— Да, мамочка.
Бабушка в этот миг прошептала: «Приготовь отвар и отдыхай, Варенька. Дальше будет легче. Но помни: чудеса всегда рядом, просто надо уметь их заметить».
Варя закрыла глаза на мгновение, впитывая теплую атмосферу дома. Впервые за много дней ей не нужно было бояться. Она знала: завтра будет новый день, новые заботы, но теперь она не одна. Рядом мама с папой, Коля. И бабушка.
Татьяна Алимова