Гадалка увидела в моём будущем только пламя. Оказалось, это эхо кошмара, который я пережил в 12 лет
Последующие дни прошли в лихорадочных поисках и нервном ожидании. Каждый звук за дверью, каждый незнакомый силуэт на улице заставлял Васю вздрагивать. Угроза в смс висела над ним дамокловым мечом. Он понимал, что в одиночку ему не справиться. Но кому довериться? Копам? С какой стати? «Мне приснился сон и цыганка нагадала»? Нет. Нужны были факты. Твёрдые, неопровержимые.
Он нанял частного детектива. Не того, что рекламируется на столбах, а через три рукопожатия, по серьёзной рекомендации. Мужик лет пятидесяти, бывший оперативник с лицом, на котором было написано «видал виды», представился просто: «Олег». Вася, опуская мистику, изложил сухую канву: семейная трагедия, возможный поджог, его собственные провалы в памяти и угрозы. Олег слушал, не перебивая, изредка задавая уточняющие вопросы.
— Гордеев Игорь Владимирович, — повторил он, записывая в блокнот. — И твои слова из бреда: «дядя с канистрой». Работаем. Будь на связи. И будь осторожен. Если это правда месть, а не просто запугивание, то парень, который пишет смс, может быть не тот, кто их посылает.
Олег ушёл, оставив Васю в ещё большем напряжении. Параллельно он сам рылся в архивах. Упор делал на личность Игоря Гордеева. Соцсети того были пусты. Но через старые форумы по рыбалке (увлечение Гордеева, как выяснилось) Вася вышел на его знакомого. Позвонил, представился старым товарищем из Зареченска. Мужик на том конце, не подозревая подвоха, разговорился.
— Игорь? Да, мы с ним лет пять как не общались. После всей той истории… он сломался. Пил горькую, потом вроде завязал. Уехал, кажется, в область, к родне жены. Работал где-то в охране, что ли. А потом, года три назад, встретил его случайно в городе. Выглядел… собранным. Но глаза — мёртвые. Сказал, что «закрывает все старые счета». Я думал, про долги. А он… — голос приятеля понизился, — он сказал странную вещь: «Правда всегда всплывает. И когда всплывёт, я буду там». И всё.
«Закрывает старые счета». Фраза обожгла. Это могло быть про что угодно. Но в контексте угроз Василию она звучала зловеще.
Тем временем начали приходить результаты поисков Олега. Игорь Гордеев действительно работал в частном охранном предприятии «Щит», которое обслуживало в том числе несколько автосервисов и складов на окраине. Олег прислал адрес. И ещё одну находку: в деле о пожаре, которое формально было закрыто, фигурировал свидетель — некий Алексей Сомов, дальний родственник Гордеевых, который в ночь пожара гостил у них, но ушёл рано, в десять вечера, и потому не пострадал. В показаниях он сказал, что никого подозрительного не видел, а ссору Петрова и Гордеева слышал, но не придал значения. После пожара Сомов уехал из Зареченска почти одновременно с Петровыми. Сейчас проживал в соседнем районе, работал механиком.
Сомов. Ещё одно новое имя. Свидетель, который «ничего не видел». Вася почувствовал зудящее ощущение — как будто пазл начал щёлкать, но картинка была всё ещё перевёрнута.
Он решил ехать к Сомову. Без Олега. Лично. Найти его было несложно — тот работал в небольшом, грязном автосервисе на промзоне. Вася подъехал, увидел через открытые ворота коренастого мужика в замасленном комбинезоне, копошащегося под капотом старой иномарки. Сердце заколотилось. Он вышел из машины.
— Алексей? Можно на минуту?
Мужик вылез из-под капота, вытер руки тряпкой, посмотрел на Васю настороженно.
— Я. Вы кто?
— Меня зовут Вася. Я… сын Петра Петрова. С Зареченска.
Эффект был мгновенным и сокрушительным. Лицо Сомова, уже не молодое, обветренное, стало абсолютно белым. Он отшатнулся, будто увидел призрак. В его глазах вспыхнула паника, а затем — ярость.
— Ты… Ты как смеешь сюда приходить?! Убирайся! — он зашипел, оглядываясь по сторонам.
— Мне нужно поговорить. О пожаре.
— Я ничего не знаю! Я всё сказал тогда! Уходи, пока цел! — Сомов сделал шаг вперёд, угрожающе сжимая в руке большой гаечный ключ.
— Вы видели того дядю с канистрой, — не отступал Вася, хотя ноги его подкашивались. — Вы видели! И вы солгали в показаниях!
— Молчи! — крик Сомова был полон такого животного страха, что Вася понял — он попал в точку. — Ты не понимаешь, во что лезешь! Он убьёт! Он убьёт нас обоих!
— Кто? Игорь?
— Нет! — Сомов дико замотал головой, снова озираясь. — Не Игорь… Другой. Тот, кому Гордеев был должен. Крупно. А там… там были не только деньги. Игорь что-то про него знал. Что-то такое, за что можно было сесть. И этот человек пришёл той ночью… чтобы поговорить. А Игоря не было дома! Он уехал по делам! В доме были только Анна с ребёнком. И он… — Сомов задыхался, — он был пьян, злой. Увидел меня, я запаниковал, выскочил в окно и убежал. А потом… потом уже горело. Я думал, он просто запугивал… я не думал, что он…
— Кто он? Имя!
— Не знаю имени! Знаю, что его звали «Хозяин». Он был из города, из криминала тогдашнего. Я боялся! Я сказал, что ничего не видел, и свалил, чтобы меня не нашли! А теперь… теперь он вернулся. Или никогда не уходил. И если узнает, что ты копаешь…
— А Игорь? Он что, думает, что это мой отец?
— Он хотел верить в это! — выкрикнул Сомов. — Ему было проще ненавидеть вашего отца, живого, чем какого-то призрака из прошлого, которого не достать! Но потом… потом он, кажется, что-то сам начал подозревать. Искал этого «Хозяина». Говорил, «закрою все счета». Я боялся, что он найдёт и погибнет. А теперь… теперь ты появился. Он тебя найдёт первым. Он подумает, что ты помогаешь отцу скрыть правду. Или что ты следующий свидетель, которого нужно заткнуть. Уезжай, парень. Прячься.
В этот момент со стороны въезда в сервис резко затормозил чёрный внедорожник без номеров. Из него вышли двое крепких парней в спортивных костюмах. Их лица были непроницаемы. Они шли прямо к ним.
Сомов ахнул.
— Это они… Охранники «Хозяина»… с «Щита»… Беги!
Вася инстинктивно рванулся к своей машине. Один из парней ускорился. Сомов, видимо отчаявшись, загородил ему путь, размахивая ключом.
— Вася, беги! В полицию! Скажи, что «Хозяин» из «Щита»! Это…
Его слова оборвал глухой удар. Второй парень, подкравшись сбоку, ударил Сомова чем-то тяжёлым по голове. Тот рухнул на бетон, не издав звука.
Вася, в ужасе увидев это, вскочил в машину, ударил по газам. Колёса взвыли. Он вылетел с территории сервиса, чуть не врезавшись в столб. В зеркало заднего вида он видел, как один из парней пытается преследовать его бегом, а второй склоняется над неподвижным телом Сомова.
Он мчался по проселочной дороге, не зная куда. Руки тряслись на руле. Он только что стал свидетелем нападения. Возможно, убийства. И узнал главное: виновник — не его отец. И не Игорь Гордеев. А какой-то «Хозяин» из криминального прошлого, связанный с охранным предприятием «Щит». И Игорь, оказывается, искал его. И, судя по всему, нашёл… или близок к этому.
Теперь он понимал всё. Цыганка увидела «чёрное прошлое» — не только его личную трагедию, но и тень настоящего преступления, покрытого ложью. А «кровь и пламя» будущего… Это была расплата, которая настигала всех причастных. Сомова уже настигла. Его могла настичь. Игоря… того, кто «закрывает счета».
Он не поехал в полицию. Слова Сомова «скажи, что «Хозяин» из «Щита»» были слишком расплывчаты. Без доказательств, с его историей про шестнадцатилетний пожар и мифического «Хозяина», его посчитают параноиком. Тем более, что «Щит» — легальная фирма. Нужно было найти Игоря Гордеева. Предупредить? Или столкнуться с его ненавистью лицом к лицу?
Олег помог. Он вышел на текущий адрес Гордеева — заброшенный гаражный кооператив на самой окраине города. «Он там появляется, — сказал детектив. — Живёт, похоже, в гараже. Будь осторожен. Мужик на взводе. И, Вася… я копнул «Щит». Там чисто на бумаге. Но бенефициар — подставное лицо. Реальные хозяева в тени. Один из них, ходят слухи, как раз отмотал срок за поджог в девяностых. Кличка «Кочегар». Совпадение?»
Это было не совпадение. Это был «Хозяин».
Вечером Вася стоял перед ржавыми воротами гаражного кооператива «Восход». Место было гиблым, заброшенным. Он нашёл нужный бокс — №43. Из-под ворот слабо сочился свет. Он глубоко вздохнул и постучал.
Сначала тишина. Потом скрип щеколды. Дверь гаража приоткрылась на цепочку. В щели блеснул глаз — мутный, измученный, полный недоверия и той самой мёртвой хватки, о которой говорил его знакомый.
— Чего?
— Игорь Владимирович? Я Вася Петров.
Дверь захлопнулась. Потом раздался звук снимаемой цепи. Дверь распахнулась. На пороге стоял Игорь Гордеев. Он постарел не по годам, осунулся, но в его фигуре чувствовалась пружинистая, звериная сила. В руке он сжимал монтировку.
— Петров… — прошипел он. — Сынишка. Пришёл за чем? Попросить прощения за папочку?
— Мой отец не поджигал ваш дом, — твёрдо сказал Вася, хотя внутри всё дрожало.
— Ага, конечно. И свидетель Сомов, которого сегодня в больницу с черепно-мозговой доставили — он тоже случайно упал? — в голосе Игоря была язвительная злоба.
— На Сомова напали люди из «Щита». Охранники «Хозяина». Того, кто на самом деле это сделал.
Игорь замер. Его глаза сузились.
— Что ты знаешь про «Хозяина»?
— Всё, что знал Сомов. Что ваш должник пришёл той ночью, вас не застал, была ссора… и потом пожар. Мой отец просто оказался удобным козлом отпущения. А вы… вы предпочли верить в это, потому что так проще.
Лицо Игоря исказилось. В нём боролись ненависть, боль и какое-то новое, страшное понимание.
— Докажи, — хрипло сказал он.
— У меня нет доказательств. Только слова Сомова. И моя память, которая начинает возвращаться. Я помню… не лицо. Помню канистру. И запах бензина, смешанный с дорогим одеколоном. И голос… хриплый, с хрипотцой.
Игорь отступил вглубь гаража, опустив монтировку. Его плечи ссутулились.
— «Кочегар»… — прошептал он. — У него после тюрьмы голос сел. И он душился этой парфюмерией, чтобы перебить запах перегара… Я узнал это недавно. Слишком поздно.
— Что вы собираетесь делать? — спросил Вася.
— Что? — Игорь горько усмехнулся. — Ты думаешь, я приду к нему с монтировкой? Он теперь не просто бандит. Он «бизнесмен». Его охраняют. У него связи. Я собирался… собрать доказательства. Вытащить его на чистую воду. Но он почуял. И теперь убирает свидетелей. Сомова. Возможно, меня. И тебя, — он посмотрел на Васю. — Ты теперь тоже в списке. Ты видел Сомова. Ты говорил со мной.
В этот момент снаружи, в конце ряда, резко захлопали двери машин. Голоса. Шаги по гравию. Не один человек.
— Сюда, — резко сказал Игорь, хватая Васю за руку и затягивая в дальний угол гаража, за старый разобранный «Москвич». — Молчи.
Шаги приблизились. Кто-то грубо постучал в дверь гаража.
— Гордеев! Открывай! Разборка!
Игорь прошептал:
— Это не полиция. Это его люди. Их двое. Я узнаю голос — один из тех, что приходил к Сомову днём.
— Что будем делать?
— У меня один выход, — Игорь потянулся к верстаку, где среди хлама лежала канистра с бензином для паяльной лампы. Его глаза горели тем самым «мёртвым» огнём. — Я ждал этого шестнадцать лет. Пламя забрало мою семью. Оно же и отомстит.
Вася с ужасом понял его план. Он хотел устроить пожар. Самосожжение вместе с убийцами.
— Нет! — вырвалось у Васи. — Это безумие! Тогда правда никогда не всплывёт! И он, «Хозяин», останется чист!
Дверь снаружи затрещала от ударов.
— Есть другой выход? — быстро спросил Вася.
Игорь показал на небольшую, почти незаметную дверь в задней стенке гаража, заваленную ящиками. — В соседний бокс. Он пустой. Но они нас окружат.
Вася действовал на чистом адреналине. Он схватил со стола зажигалку и банку с краской.
— Отвлекай их! — прошипел он и, пока Игорь, сжав монтировку, медленно шёл к основной двери, отодвинул ящики и протиснулся в чёрный провал задней двери.
Он оказался в соседнем, пыльном и пустом гараже. Через тонкую стену он слышал, как Игорь распахнул свою дверь, голоса:
— Ну что, Гордеев, решил спрятаться? «Хозяин» передаёт привет. Просит больше не рыскать в прошлом.
— А где тот мальчик-то? Петров? Мы к нему с визитом собрались.
Вася, дрожа, плеснул краску из банки на пол у задней стены своего гаража, где валялась куча тряпья. Поджёг. Огонь вспыхнул яростно, но это было не пламя бензина — это был густой, едкий, ЧЁРНЫЙ дым от горящей краски и тряпок. Дым повалил мгновенно, заполняя пространство.
Он выбежал на улицу через свою калитку и закричал что есть мочи:
— ПОЖАР! В КООПЕРАТИВЕ ПОЖАР! ГАРАЖ № 44 ГОРИТ!
Его крик, усиленный адреналином, разнёсся по тихому кооперативу. Послышались хлопающие двери, крики. Чёрный дым валил уже из-под крыши. Двое громил у гаража Игоря засуетились. Их задача была тихой, а не публичной. Увидев бегущих соседей с огнетушителями, они метнулись к своему внедорожнику.
В этот момент Игорь, воспользовавшись суматохой, выскочил из гаража не через свою дверь, а через ту самую заднюю, вслед за Васей. Они вдвоем, закашлявшись от дыма, побежали вглубь территории, скрываясь за постройками.
Пожар быстро потушили. Ущерб — минимум. Но главное было сделано: нападение сорвано. И главное — у Васи и Игоря появились… не союзники. Но общая цель и общая угроза.
Они отдышались в заброшенной будке сторожа на краю кооператива.
— Зачем? — хрипло спросил Игорь. — Зачем ты это сделал? Для меня?
— Для правды, — честно ответил Вася. — Чтобы её кто-то сказал. Не в огне, а в суде. Вы хотели отомстить. Я хочу, чтобы виновный сел. И чтобы все знали, что мой отец не виноват.
Игорь долго смотрел на него, и постепенно мёртвая хватка в его глазах стала сменяться усталой, бесконечной усталостью.
— «Кочегар»… его настоящее имя Виктор Шмаков. У него сейчас легальный бизнес, он отмывается. Доказательств нет. Сомов в коме. Я один.
— Не один, — сказал Вася. — Есть я. И мои воспоминания, которые возвращаются. Есть Олег, детектив. И есть эта угроза, которую мы можем использовать против него. Он испугался, что правда всплывёт. Значит, боится. Надо заставить его ошибиться.
Они составили план. Не геройский, а тихий, юридический. Олег через свои старые связи начал осторожно поднимать архивные дела, связанные с Шмаковым. Вася, с подачи психолога, работавшего с посттравматическим синдромом, начал сеансы гипнорегрессии, чтобы вытащить из глубин памяти детали: татуировку на руке «дяди» (змея, обвивающая кинжал), часть номера машины (буквы «КТ»), обрывок разговора по телефону того человека: «Да, я в Зареченске, у этого хама Гордеева… денег не дал… сейчас будет жарко…».
Эти детали, словно ключи, стали подходить к замкам прошлого. Олег нашёл старых оперативников, помнивших «Кочегара» и его татуировку. Нашёлся и владелец машины с такими буквами в те годы — подручный Шмакова.
Но Шмаков почуял опасность. Угрозы становились конкретнее: «Прекратишь — останешься жив. Нет — найдёшь в реке». Охрана у Васи появилась — тот же Олег и его напарник. Игорь, ставший неожиданным союзником, прятался, но вёл свою партию, выходя на старых друзей Шмакова с «предложением» — молчание в обмен на компромат на шефа.
Финал наступил через месяц. Шмаков, загнанный в угол слухами о возобновившемся расследовании старого пожара и утечкой информации из своего ближнего круга, совершил ошибку. Он попытался устранить главного, как ему казалось, инициатора — Игоря. Заказ был отдан тем же двоим. Но Игорь был готов. Встреча была подстроена, а разговор записан на диктофон, который транслировался в режиме реального времени на телефон Олега и в отдел полиции, с которым детектив к тому времени наладил контакт. Шмаков в ярости, думая, что говорит с обречённым человеком, проговорился: «Да, я был в том доме! Да, твоя стерва жена плеснула мне в лицо керосином, когда я ей канистрой пригрозил! От неё же и вспыхнуло всё! А потом этот мальчишка-соседский в окно полез… ему тоже мало не показалось!»
Этого было достаточно. Задержание. Допрос. Прессе, осторожно, без упоминания Васи и Игоря как главных двигателей, слили информацию: «В рамках расследования старого нераскрытого преступления задержан подозреваемый». Дальше работали следователи. Находились свидетели, всплывали старые долговые расписки, давление на Сомова.
Виктор «Кочегар» Шмаков пошёл под суд. За убийство по неосторожности, поджог, угрозы. Не пожизненное, но надолго.
Суд стал финальной точкой. Вася сидел в зале, наблюдая, как уводят того самого «дядьку», чей образ мучил его шестнадцать лет. Никакого торжества он не чувствовал. Только пустоту. Пустоту и горечь.
После суда он встретился с Игорем в последний раз. Тот выглядел постаревшим на десяток лет, но в его глазах появилось что-то, кроме ненависти. Непрощенность, но… принятие.
— Спасибо, — хрипло сказал Игорь. — Не за меня. За то, что расставил точки. Моя месть оказалась бы бессмысленной. А теперь… теперь хоть знаю, на кого злиться.
— Простите ли вы моего отца? — спросил Вася.
Игорь покачал головой.
— Не знаю. Злость на него была смыслом моей жизни слишком долго. Но теперь… теперь в ней нет нужды. Может, когда-нибудь. Прощайте, Вася.
Они разошлись. Не друзьями. Но и не врагами. Просто двумя людьми, которых чудовищным образом связала одна трагедия, и которые нашли в себе силы не довести её до ещё большей.
Вася вернулся к своей жизни. Но это была уже не прежняя жизнь. Прошлое перестало быть чёрной дырой. Оно стало чёткой, страшной, но законченной историей. Память полностью не вернулась, но кошмары о горящем окне прекратились. Он понял, что плач, который он слышал, был плачем маленького Дениса, которого он не смог спасти. Чувство вины никуда не делось, но теперь он мог с ним жить. Он помогал родителям, отношения с которыми, надломленные, начали медленно залечиваться. Они больше не боялись прошлого.
Однажды, осенью, он шёл по той же улице, где встретил цыганку. Он уже не вздрагивал от теней. И вдруг увидел её. Ту самую. Она сидела на лавочке, не предлагая погадать, просто грелась на последнем солнце. Их взгляды встретились. В её глазах не было прежнего ужаса. Была усталая печаль и… что-то вроде уважения.
Она молча кивнула ему. Он кивнул в ответ и прошёл мимо.
Пророчество сбылось, но не буквально. «Кровь» — это была кровь правды, пролившаяся сквозь годы лжи. «Пламя» — это был огонь, который он сам разжег, чтобы осветить тьму прошлого, и который едва не спалил его самого. Будущее не стало радужным. Оно стало просто будущим. Без зловещих предсказаний. Со шрамами, с памятью, с тихой грустью. Но с возможностью идти вперёд, не оглядываясь через плечо на призраков.
Василий больше не был парнем с «чёрным прошлым». Он стал человеком, который прошёл сквозь своё пламя и вышел по ту сторону. Опалённым, но живым. И теперь только ему решать, что будет в его будущем
Конец!
Начало истории по ссылке ниже
Нравится рассказ? Тогда порадуйте автора! Поблагодарите ДОНАТОМ за труд! Для этого нажмите на черный баннер ниже:
Пожалуйста, оставьте пару слов нашему автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Виктория будет вне себя от счастья и внимания!
Можете скинуть ДОНАТ, нажав на кнопку ПОДДЕРЖАТЬ - это ей для вдохновения. Благодарим, желаем приятного дня или вечера, крепкого здоровья и счастья, наши друзья!)