Родители Кати не были маргиналами, транжирами или людьми, бездумно растрачивающими деньги направо и налево.
Их заставляла вечно подтягивать поясок собственная судьба — да ещё и патологическое невезение. Отец, инженер на заводе, из тех, кто никогда не умел хватать звёзды с неба. Плюс матушка у него была такой болезненной, что ему вечно было некогда отдавать работе все знания и умения.
Как-то они с женой, матерью Катей, посчитали: ухаживали за хворающей старушкой, родившей сына в возрасте далеко за сорок, в общей сложности около двадцати лет. Ей постоянно требовались дорогостоящие лекарства, поездки в санатории и профилактории, диспансеризация в платных клиниках. Зарплата отца Катерины до дома обычно не доходила — вся тратилась на поддержание здоровья почтенной Матроны.
Со стороны матери Кати всё было ещё похлеще. Она работала в собственной пекарне, отвечала за тесто в булочной. Любила пробу снимать — все ли хорошо с мукой и сахаром.
Сахарный диабет после этого контроля нашёл её довольно быстро, со всеми вытекающими последствиями: диеты, лекарства, постоянные наблюдения в больницах. Увидев, что булочек в доме всё меньше, а лекарств всё больше, бравый Катин дедушка нашёл себе молодую и здоровую жену. Все тяготы по уходу за матерью легли на Катину маму.
Им с мужем впору было соревнования устраивать — кто больше времени проведёт с захворавшими бабушками. Они и не роптали. Деньги вот только все заработанные, как в трубу, вылетали. Пенсий старушек на «поддержание штанов», как они выражались, катастрофически не хватало, хотя мать Кати работала бухгалтером в маленькой частной фирме.
Стать удачливым финансистом в своей семье ей так и не довелось. Катя и родители были очень добрыми и очень простыми людьми. Всё, что всё-таки оставалось после покрытия нужд двух вечно болеющих бабушек, они тратили на Катюшку свою.
Последний кусок хлеба доедали, но никаких излишеств себе никогда позволить не смогли. Французы бы проворчали: «Селя ви» — такова жизнь.
Соседи только плечами пожимали, обсуждали на лавочке:
— Вот два непутёвых создания. Ни ремонт в квартире, который год сделать не могут, ни дочку одеть как следует. Всё за матерью, платье перешитое донашивает. Не любят этих людей деньги. Что ж, и так, как говорится, бывает, дело житейское.
Перед свадьбой Ивана и Кати не было ни традиционной помолвки, ни предварительного знакомства двух семей. Фёдор Иванович всё никак не мог найти свободного вечера в своём деловом графике. Ирина Арнольдовна никакого старомодного сватовства не признавала.
— Подарил Ванечка невесте колечко с россыпью бриллиантов, пусть этим довольствуется, — отрезала она.
Что касается родителей Катюши, то им хотелось бы, конечно, чтобы дочка вышла замуж по их понятиям — честь по чести, с многолюдной свадьбой, весёлыми гостями, красивым платьем и фатой, множеством подарков. Только не они на этом празднике музыку заказывали, так что покорились воле дочери и будущего зятя.
Шикарным сюрпризом для молодожёнов стал подарок со стороны четы Тумановых — путёвка в круиз по рекам Европы.
Увлекательный вояж должен был длиться целых две недели. Катерина и на море-то за свою жизнь всего один раз была — когда отцу на заводе бесплатную путёвку дали от профсоюза в детский лагерь.
А тут они посетят несколько европейских столиц, увидят континент в сиянии рождественских огней. Регистрацию брака решили назначить на последнюю субботу декабря. Иван ни в какую не соглашался ждать ни весну, ни тем более лето.
За несколько дней до регистрации младший Туманов устроил для приятелей отходную — мальчишник. Он тысячу раз порадовался, что назначил зажигательную гулянку не за день до свадьбы или поездки в свадебное путешествие.
На вечеринке жених познакомился с хорошенькой блондинкой Анютой. Аннет, как она себя называла, была настоящей горячей штучкой. Два дня они потом провели вместе в загородном доме Тумановых. Мать на проделки сына всегда охотно закрывала глаза. Отец появлялся в дальних хоромах нечасто.
Доверчивой Кате Иван рассказал на ходу выдуманную историю — что ему надо уехать в другой город, чтобы помочь другу. Невеста ему верила, проглотила и байку о забытом домашнем телефоне, и о проколотой в дороге шине. Она боготворила своего Ванечку. Через три дня она станет его законной женой. Господи, какое это счастье!
В один из предсвадебных дней, когда она побежала в магазин за хлебом, встретила там Колю — бывшего одноклассника и компьютерного бога. Она его только по ярко-красной куртке с синими полосами узнала. Как же он шумел, когда его мать это китайское чудо в интернете заказала и оплатила заранее!
Такой он с его полнотой был в этой куртке забавный — как яркий надувной шар, который виден издали. Но обижать мать не стал. Ему, по большому счёту, всегда было наплевать, как он выглядит.
За восемь месяцев, что Николай пробыл на службе, он разительно изменился внешне. От былой полноты не осталось и следа. Теперь куртка на его крепких плечах сидела весьма ладно. Он как-то подрос, вытянулся, превратился в груду стальных мышц. По-хозяйски сгрёб Катерину в охапку, чмокнул в щёку и прогудел басом:
— Рассказывай свои новости, боевая подруга!
Катя зарделась.
— Я такая счастливая, Коленька. Через три дня выхожу замуж за Ивана Туманова. Ты наверняка слышал эту фамилию в городе.
Николай помрачнел.
— Не дождалась, значит, друга, Катюха. Что ж, я рад за тебя. В субботу утром уже обратно в часть уезжаю.
Они ещё поболтали немного, вспомнили общих знакомых, обменялись новостями. Катя помчалась домой, размахивая двумя батонами в пакете, а Николай всё задумчиво смотрел ей вслед. У него почему-то было неспокойно на душе.
Поэтому, вернувшись домой, он надолго уселся возле компьютера. Не нравилась ему эта история с Катиным замужеством.
Это была необычная ревность. Какое-то смутное воспоминание бередило душу. Он решил выяснить, что же его так беспокоит.
До регистрации брака Ивана и Екатерины, как было говорено заранее, никого не пригласили, кроме родителей. Руководила процессом Ирина Арнольдовна. Важная персона в лице Туманова Фёдора Ивановича не задавала ни единого ненужного вопроса.
Раз у свадьбы сына такой формат, значит, это для чего-то нужно. Он давно уже передал все бразды правления семьёй и домом жене — пока ни одного прокола с её стороны не наблюдалось.
Перед свадьбой Ваня и Катя целый день провели в магазинах. Мужчина довольно неплохо заработал на поставках экзотических ликёров с романтическим уклоном.
Под Новый год бутылки с полок супермаркетов разлетались как горячие пирожки. Теперь он пускал пыль в глаза своей невесте, тратил прибыль на её наряды. Катерина смеялась, вспоминая сценку из фильма «Красотка» с Ричардом Гиром и Джулией Робертс.
Было что-то в тех кадрах схожее с их визитами в бутики.
Иван тоже собирал вокруг избранницы толпу продавцов. Везде бросал одну и ту же фразу:
— Одеть с головы до ног, от белья до обуви и головных уборов. Аксессуары подобрать в соответствии с общим стилем одежды. Учесть, что мы с моей будущей женой через пару дней отправляемся в речной круиз по Европе. Она должна чувствовать себя в путешествии комфортно в плане гардероба. Стоимость товаров не имеет значения.
После такого многообещающего — в денежном выражении — задания персонал модных магазинов из кожи лез вон, чтобы угодить богатому клиенту. Катя преображалась на глазах. Последний штрих в её новый образ внесли стилисты и визажисты в салоне красоты. Если бы девушку сейчас увидели скептически настроенные коллеги, они бы просто не узнали её в первый момент.
Был серый мышонок, гадкий утёнок — получилась царевна-лебедь. Душа только осталась прежней: очень добрая, доверчивая, наивная. Иван результатом был доволен. Будет не стыдно показать жену кому-то из сливок городского общества. Встречи со знакомыми людьми, коих у него здесь было немало, неизбежны. На его без пяти минут жену теперь было любо-дорого смотреть.
Даже Ирина Арнольдовна не поджимала губы во дворце бракосочетаний. Показала сыну издалека большой палец, подмигнула — мол, зная наших и силу денег.
Вечер в ресторане удался на славу. Ирина Арнольдовна даже удивилась, что сваты пришли на свадьбу дочери такие разодетые. Где ей было знать, что близкая подруга матери Катерины работала костюмером в местном музыкальном театре и одевала опереточных и оперных див на сцену. Что ж, она и для своих на один вечер с вкусом подберёт костюмы.
Посидели вшестером душевно. Каждый оставил за порогом свои правила, принципы, представления о жизни. Сегодня у детей праздник — остальное пустое. Да и с публикой в ресторане повезло: знакомых лиц не оказалось. Музыка звучала приглушённо, даже приятная. Иван с Катей много танцевали, и мать невесты всё любовалась дочерью.
Постаралась отодвинуть в сторону все сомнения. Может, в том старом сериале не зря показали, что богатые тоже плачут — и умеют любить своих детей. Вроде никто Катюшу обижать не собирается. Ни свекровь, ни свёкр, ни муж-мажор — так и в сказке о принцах на белом коне начнёшь верить.
Иван считал часы, минуты до того момента, ради которого всё поставил на кон. Большой круиз по Дунаю из Вены в Амстердам должен был внести дополнительные сентиментальные нотки в их отношения с молодой женой. Иван не стал торопить немного испуганную массой новых впечатлений Катю с исполнением супружеского долга.
Они побродили по центру австрийской столицы, попробовали в одном из ресторанчиков знаменитый венский шницель, полакомились в маленькой уютной кондитерской легендарным кулинарным наследием Франца Захера — тем самым шоколадным тортом, о котором знали на всех континентах, восхищаясь его непревзойдённым сладостным вкусом.
продолжение