Катя не могла дышать, не соображала, что он у неё спрашивает.
Щёки сделались пунцовыми, но симпатичный парень будто не замечал этого. Подвинул к ней поближе игрушечного медвежонка и терпеливо начал диктовать сведения о себе и образцах.
— Куманов Иван Фёдорович, индивидуальный предприниматель. Зарегистрирован в городе по такому-то адресу. Партия ликёров опытная. Общий размер поставки — тысяча бутылок. По сто единиц каждого ассортиментного наименования.
Иван прервал свою речь и поинтересовался:
— Девушка, а вы какой ликёр согласились бы вместе со мной попробовать? Из маракуйи, манго, может, апельсиновый или шоколадный? Мы планируем завозить в наш город, да и по всей России, оптовые большие партии этого товара. Мне было бы важно узнать мнение такой красивой барышни, как вы.
Катя не могла ему признаться, что никогда в жизни ничего, кроме шампанского на Новый год, ещё не пила. А Иван, видя сумятицу, которую внёс в голову приёмщицы образцов, развлекался. Превосходно зная, какое потрясающее впечатление способен произвести на неискушённую в романтических делах девушку. Он любил быть охотником, добытчиком, первооткрывателем девичьих сердец. Считал это своим хобби, а вовсе не подлостью.
Разве он не потомок первобытного мужчины, однажды принесшего в свою пещеру к костру необычную добычу — первобытную женщину?
Вырвавшись из грёз, Екатерина всё-таки оформила документы для Ивана и распрощалась с ним. Когда за парнем закрылась дверь, предела её грусти не было.
«Такой мужчина в жизни на меня внимания не обратит», — думала девушка, сжимая в руках медвежонка. Плюшевое свидетельство их знакомства смотрело на неё глазами-пуговками, будто подтверждая её мысли.
Из задумчивости её вывел окрик второго лаборанта:
— Катя, домой собираешься? Ну и денёк нам сегодня достался! Но мы справились, спасибо за помощь.
Обе с удовольствием стянули с себя белые халаты — приметы их должности, — обсуждая завал с поступившими пробами, поднялись наверх.
Катя всячески старалась забыть своё видение принца, внезапно вспыхнувшие в сердце чувства, но равнодушие к происходящему давалось ей с трудом. Из здания солидного учреждения она вышла как в тумане и чуть не споткнулась о последнюю ступеньку на крыльце.
Напротив офиса, с букетом цветов в руках, стоял возле дорогой машины улыбающийся Ваня.
Жестом указал ей на дверь автомобиля:
— Карета подана, мадемуазель. Куда вас домчать с ветерком?
У Кати подкосились ноги. Её сказка продолжалась. В машину она села без сомнений. В присутствии Ивана была как под гипнозом — не задумывалась, куда едут, не задавала вопросов. Её кумир рядом, остальное пусть подождёт.
Она даже не комплексовала, не волновалась, хорошо ли выглядит, что на ней надето. Иван умел так с одобрением на неё смотреть, что в душе гасли любые сомнения. Она почувствовала: нравится ему такая, какая есть.
Иван играл роль безумно влюблённого с блеском. Ему ли привыкать охмурять молоденьких глупышек? Но в этот раз роман никак не хотел протекать по выработанному опытом руслу. Новая пассия не заглядывала зазывно в глаза, обещая чувственные наслаждения, не надувала обиженных губок, если подарок был не по душе, не измеряла подношения их стоимостью.
Его даже тронул тот факт, что маленького игрушечного медвежонка Катя постоянно таскает в своей женской сумочке.
Но что делать с этой излишней инфантильностью на любовном фронте? — думал пораженный ловелас и бабник. Изображать из себя ангелочка Херувима? Девушке уже скоро стукнет двадцать три, а чувственного опыта — ноль. Старая дева — и себя не считает. Более того, нисколько не боится выглядеть инопланетянкой с такими старосветскими взглядами.
Катя, влюблённая в Ивана по уши, мигом переводила все разговоры об уединении в квартире друга, поездке с ночёвкой в загородный дом, снятии номера в гостинице на другие рельсы. Поцеловать себя она разрешила через пару недель знакомства. А вот попытку расстегнуть блузку пресекла на корню. Ивану даже показалось, что она взмахнула рукой, чуть ли не намереваясь влепить ему пощёчину.
Он тогда замер. В голове промелькнуло:
«Она не женщина, она древнее полезное ископаемое с такими замашками. И ведь не похоже, что холодна, как лёд. На мои поцелуи ответила так жарко, что у меня всё перед глазами поплыло».
Мужчина понял: такой добычи в его капкане ещё не было.
Сломать Катю становилось делом мужской чести, делом принципа. Так его ещё никто не динамил. Иван всё больше наполнялся азартом, пытался торопить события. Всё было бесполезно. Что характерно, раньше он любил обсуждать с приятелями свои победы. Теперь молчал, как воды в рот набрал. Хвастаться пока было нечем. Другой бы на его месте уже бросил затею, но Иван не привык никому уступать.
Решил подобраться к девушке другим способом — намеками на скорую свадьбу и словами о своей первой в жизни неземной любви.
Катерина не ходила по земле, она порхала, витала в облаках. И ведь вовсе не была глупой, но вбила же себе в голову идею: если Иван всё чаще заговаривает о том, что они поженятся, их первый брак будет самой настоящей. Они узнают друг друга близко только после штампа в паспорте.
Она ему все уши прожужжала на этот счёт, не замечая, что у него при этих словах глаза наполняются зловещим блеском, не предвещающим ничего хорошего. Она уже сказала родителям и коллегам, что скоро выходит замуж за сына бизнесмена Туманова. Фамилия в городе была известна, как говорят, на слуху.
Все микрорайоны а-ля Черемушки, так называемые спальные кварталы, возвёл этот столп рынка — владелец крупной строительной компании Фёдор Иванович Туманов. Строил старые здания в центре его отец, был каменщиком в давние годы дед. В строительной династии даже имена отцов и сыновей чередовали: Иван, Фёдор, опять Иван — и чтобы непременно Туманов.
Породниться с этой семьёй дорогого стоило. Кто же знал, что наследник фамилии перед тем, как нырнуть в бизнес отца с головой, решит на мелкие расходы на поставках польского ликёра подзаработать? Дальше всё было сплошной цепочкой удачных для Катерины совпадений: просьба начальства помочь с приёмом проб, знакомство с Иваном, его неожиданное увлечение...
За спиной девушки шептались:
— Надо же было ей умудриться поймать госпожу Удачу за пушистый хвост! Ведь ничем особенным не примечательная — пусть и миловидная внешность, но в целом облик как у серого мышонка. Не умея ни одеться с иголочки, ни себя подать, а запала в сердце такого завидного жениха. Вот и не верь потом поговорке: не родись красивой, а родись счастливой.
Иван впервые в жизни не мог понять себя самого. Надерзил матери, которая, узнав о его возможной женитьбе, как с цепи сорвалась.
— Ванечка, где ты нашел эту голь перекатную? Я думала, что твой брак сможет еще больше укрепить благосостояние нашей семьи. У партнеров твоего отца столько дочурок на выданье. Я тебе, конечно, не мачеха-золушка из сказки. Загонять тебя в женитьбу по расчету не собираюсь, но эта твоя химичка, пусть даже из лаборатории самого Роспотребнадзора, — какой нашей семье от нее толк?
Ивану, естественно, ничуть не хотелось раскрывать матери карты, почему он вдруг засобирался так срочно жениться. Истинные причины не узнает никто и никогда.
Поэтому его аргументы выглядели примерно так:
— Не смей ни словом, ни жестом даже задеть мою будущую жену. Я люблю ее. Мне не важен уровень доходов ее родителей. Тебе придется смириться с тем, что жить с Катей мы намереваемся у нас дома. Это не обсуждается, мам. Помоги мне с моим желанием стать счастливым.
Ирина Арнольдовна была женщиной-хваткой, аристократкой до мозга костей — утонченной, грациозной, стильной, обладающей тем самым шармом, про который говорят: «про него».
Она уже родилась истинной леди. Все ее привычки — признаки настоящей породы. В доме все на высоте: подобрать мебель и аксессуары к великолепному дизайну — не вопрос. Людей принять, вечеринку еще долго будут обсуждать в городе. Наряды — будто икона стиля сошла с живописного портрета.
Ирина Арнольдовна была безупречна. И тут вдруг такой казус. Она сходила с ума от раздумий: что сказать подругам, как объяснить обществу такой мезальянс? Эту светскую новость теперь будут передавать из уст в уста. Не может же она выдать эту странную Катю за домработницу... Или может. Но что тогда делать со свадьбой?
«Не устраивать пир на весь мир? Лучше отправить молодоженов с глаз долой в путешествие под прикрытием медового месяца?»
Ирина Арнольдовна решила обсудить эту тему с сыном и неожиданно нашла в нем полное понимание. Младший Туманов тоже не хотел лишней огласки по поводу своего скоропалительного брака. Сказал матери странную фразу:
— Как женюсь, так же я быстро могу и развестись потом. Мы же можем не сойтись характерами. Давай сведем праздничное торжество к застолью в узком кругу: вы с отцом, мы с невестой, родители Кати. Не морщи лоб, мама, морщины появятся.
Он глумился, оскалившись.
— Один вечер выдержишь с новой родней. У тебя же отменное воспитание, высокий уровень культуры и интеллигентности. Ты справишься.
Ирина Арнольдовна стиснула зубы. Согласилась с доводами сына. Если надо, она и впрямь умела вести себя изумительно — тихо и добродушно в любой компании. В жизни бывают моменты, которые просто надо пережить.
Катерина новость о том, что пышной гулянки не предвидится, встретила с пониманием. Она уже обсуждала с родителями тот факт, что они не смогут принять материального участия в торжественном бракосочетании. Такой выход из положения показался Катиному старшему поколению наиболее подходящим.
продолжение