Рассказ "Любовь"
Глава 1
Глава 14/1
Клара, вернувшись домой несолоно хлебавши, не могла уснуть. Она всю ночь крутилась на ставшей неожиданно жесткой и неудобной кровати, вспоминая, как наглая невестка пригласила ее в квартиру, но ничего не предложила. Точнее, поставила чайник, а сама ушла принимать душ, пока Саша пропадал во дворе с этой треклятой коробкой. Дотащить на нужный этаж помогли соседские ребята, так что Кларе самой не пришлось надрываться. Но она хотела показать новоиспеченной невестке, что её слово и желание ничего не стоят, когда рядом находится свекровь. Только всё пошло не так, как хотелось.
Кларе стоило огромного труда сдержаться, чтобы не начать кричать во весь голос. И как только Саша мог додуматься до такого - угощать каких-то бездомных? Да они помои каждый день едят, и ничего, живее всех живых. Сами виноваты, что дошли до такого. Почему это их должны кормить приличные люди, которые за такую еду отдали немалые деньги?
— Олух… как есть олух, — Клара в ярости кусала губы и лупила рукой по подушке. — И когда эта зараза успела его так околдовать? Любиться, я им, видите ли, мешаю, можно подумать, впервые этим делом занимаются, вон какая лиса его завлекла. Куда я только смотрела раньше? Надо было Катьку окучить, пока он не уехал. Хоть как, но надо было, но если правильно подойти… может, получится, а?
На следующий день к Кларе завалилась вся честная компания бдительных бабулек во главе с Анной Мироновной, командиром немолодой гвардии.
— Ну что, Клар, накрывай нам – надо выпить за счастье молодых, — потребовала правая рука Мироновны – Татьяна Егоровна. В прошлом она работала парткомом и сохранила тогдашние замашки руководителя.
Клара растерянно развела руками:
— Так нечего выставлять на стол, дорогие мои. Угощения-то нема, невестка всё забрала, ничего не оставила.
— Погоди, не так быстро, — сориентировалась уже Мироновна. — Я же вчера видела, как тебе официанты большую коробку собрали и посадили в такси. Куда все делось?
— Ой, стыдоба…— притворно заревела Клара, — даже говорить об этом не могу. Ирма вчера у меня из рук вырвала и унесла в квартиру. А сама за дверь меня выставила, пока Саша куда-то выходил. Выгнала меня, как собаку, на улицу… ой, бабы, не могу я, чем же я так перед Богом провинилась?
Клара начала завывать, постепенно повышая не только громкость, но и общий накал страстей. Гостьи в недоумении смотрели на неё, не решаясь что-либо сказать. Потом Егоровна резко вскочила:
— Так, Клара, поехали с нами. Будем твою невестку уму-разуму учить. Это что такое – родную мать мужа за порог, а еду себе? Кто она такая?
— Остыньте, девочки, — насмешливо проговорила Мироновна. В отличие от остальных, она разговаривала с Сашей и знала, что произошло на самом деле. Женщина и раньше была не слишком высокого мнения о Кларе, но сегодняшнее представление лишь ухудшило его. —Куда вы там собрались? К Клариной невестке? Зачем?
— Воспитывать ее будем, — Егоровну прямо нельзя было удержать на месте.
— Как? Волосы ей повыдираете, дёгтем двери измажете? Лицо ногтями располосуете? —Мироновна откровенно смеялась над озадаченными приятельницами. Те переглядывались и обменивались непонимающими взглядами. Наконец, Анна Мироновна соизволила объясниться:
— Ну что, Кларочка, сама скажешь или мне народ просветить?
— О чем ты? — не поняла Клара, продолжая играть невинно оскорбленную и обиженную. Мироновна усмехнулась:
— Не было ничего. Не было коробки, и тебя никто за дверь не выставлял. Саша сам всё отнес бомжам, угостил, так сказать. А ты наплела, что у тебя потоп в доме, зачем, спрашивается?
— Кто тебе сказал? —на Кларе лица не было. Старушечий патруль начал понимать, что их только что попытались развести на расправу над невесткой Клары. Егоровна первая пошла к выходу:
— Идём, нам не стоит тут находиться. Задохнуться можно от вранья.
Остальные потянулись за ней, последней выходила Мироновна. На прощание она поманила Клару к себе и прошептала:
— Дура ты… и не лечишься. В один день так заврёшься, что сына потеряешь. И голову собственную.
— Да что же это такое, а? — Клара тяжело дышала, словно пробежала марафон с набитым камнями рюкзаком на спине. — Как мне общаться с этой змеёй, которая даже этих глупых старух на свою сторону перетащила? И ведь пальцем для этого не пошевелила.
Женщина села на стул. Перед глазами стояли улыбающаяся Ирма и Саша, смотревший на жену полными обожания глазами.
— А мой на меня никогда так не смотрел, — прошептала Клара, и из ее глаз покатились слёзы обиды. Через минуту в дверь позвонили. Клара мгновенно встряхнулась и шагнула в прихожую, стараясь придать своему лицу радостное выражение.
— Кто там? Иду-иду, — ласково заговорила женщина и открыла дверь. Перед ней стояла растрепанная Катя, по лицу которой было видно, что она не спала всю ночь. Под глазами девушки залегли темные круги, но она старалась сохранить улыбку.
— Здравствуйте, тетя Клара. Как вы? — спросила Катя, входя в прихожую и поглядывая на знакомую. Та громко вздохнула.
— Никак. Всю ночь не могла глаз сомкнуть, переживала за сына. Он ведь понятия не имеет, с кем связался, а я эту гадину видеть не хочу! — заскрежетала зубами Клара. Она поняла, что может не скрывать своего истинного отношения к Ирме перед наивной глупой девчонкой, которую так легко смогла обдурить мнимым расположением. — Проходи, Катюша. Вместе чаю попьем.
Девушка прошла в гостиную. Она с интересом оглядывалась по сторонам.
— Такое чувство, что здесь время остановилось, тетя Клара, — прошептала Катя. Клара подняла на нее затуманенные глаза.
— Так и есть. Сын вроде работает, да только помощи от него нет никакой. Всё своей змее отдает, про мать родную забыл.
Клара зарыдала. Ее ничуть не смущал тот факт, что сын исправно отправлял ей деньги всегда, как только уехал на стажировку. Даже обучаясь на очном отделении, он всё равно находил возможность заработать и отдать матери на ее нужды крупные суммы, которые женщина тратила по своему усмотрению. За неделю до приезда Саши с невестой Клара получила перевод на двести тысяч рублей и принялась шиковать, соря деньгами направо и налево. Подарила единственной подруге на день рождения украшения из белого золота, причем пришла в роскошном платье, при виде которого остальные гостьи только завистливо ахали. На вопросы Саши, почему мать до сих пор не купила мебель, о которой прожужжала ему все уши, Клара лишь процедила:
— Потратила, как посчитала нужным. На диван не осталось.
Зато теперь квартира напоминала склад сумасшедшего, где можно было найти всё, кроме действительно нужных вещей. Клара ныла, напоминая про то, что нужен большой вместительный шкаф, куда она может сложить все лишнее. Требовала диван и кресла, новый ковер в гостиную, не забывала, что нужны шторы и хрустальная люстра. Потом вдруг выяснилось, что стиральная машина скоро отправится на вечный покой и её нужно срочно заменять.
Тогда Саша предложил единственный выход - избавиться от хлама, который мать скопила.
— Мам, зачем тебе керамическая лампа, которой ты ни разу не пользовалась? А торшер, об который приходится постоянно спотыкаться, потому что другого места для него не нашлось. Или эта допотопная швейная машина, если ты никогда в жизни не брала иголку в руки?
— Ничего ты не понимаешь, сынок, — отчаянно защищалась Клара. — В доме должны быть вещи, которые создают особый уют.
Теперь она с тоской смотрела на создающие уют вещи, которых стало так много, что места для самой хозяйки не осталось. Сидевшая напротив Катя тоже с удивлением осматривала гостиную, заставленную всяким хламом.
— Здесь… очень мило, — с притворным восхищением сказала девушка.
— Не хочу, чтобы хоть что-то досталось этой стерве, — проговорила Клара. — Помоги всё это продать, Катюша. Да и денег прибавится, мне не прожить на пенсию.
Она усиленно строила из себя несчастную, брошенную всеми одинокую душу, и Катя не выдержала:
— Тетя Клара, я вам обязательно помогу. И от всего лишнего избавиться, и Сашу в чувство приведу. Нельзя так издеваться над родной матерью, он должен это понять.
— Мы с ним родная кровь, деточка, а она нам никто, — проговорила Клара. — Если бы можно было вернуть все назад, я бы заставила сына жениться на тебе, но не могу. Он мне не простит, если услышит что-то про свою женушку.
— Вам не простит, зато мне есть, что сказать, — усмехнулась Катя. Почему-то в тот момент она была уверена в собственной правоте, считая, что ей ничего плохого не будет, если она откроет Саше глаза на дурное влияние жены. — Ничего, тетя Клара, мы еще повоюем.
— Как? Они скоро уедут, будут жить отдельно, — простонала хитрая женщина.
Катя махнула рукой:
— В наше время расстояние не играет никакой роли. Любого человека можно достать при желании.
Клара затаила дыхание.
— А что делать-то будем?
— Начнем с малого, — без раздумий ответила Катя. — Пусть пожалеет, что посмела на вас бочку катить. Вы такого замечательного сына родили и воспитали, а эта дрянь так поступила с вами. Нельзя прощать такое скотство, верно?
Тем временем Ирма и Саша гуляли по тенистой аллее, и девушка наслаждалась вниманием любимого, беседой с ним. Она совершенно забыла про разницу в возрасте, которой вначале так стыдилась.
— Знаешь, Саша, я иногда не верю, что мы рискнули пожениться. И что теперь мы вместе. Мне так хорошо с тобой, что страшно становится – а вдруг я лишусь всего этого?
— Ты уже имела возможность убедиться, что я не бросаю слов на ветер, Ирма, — Саша прижал к себе супругу и проникновенно заглянул ей в глаза. — Не представляю рядом с собой другую женщину, никогда не мог такого представить. И сейчас знаю, что ни за что на свете не соглашусь на разлуку. Даже на пять минут.
— А нам и не надо разлучаться, — улыбнулась Ирма. Она хотела сказать что-то еще, но в этот момент Саше позвонили. Выслушав, мужчина помрачнел и коротко ответил:
— Хорошо, скоро буду.
Посмотрев на Ирму, сообщил:
— Мама попала в больницу. Сердце.