До призвания Рюрика восточные славяне платили дань не только хазарам, но и варягам. Один из важнейших вопросов появления Русского государства заключается в том, каких же варягов изгнали северные племена, отказав им в дани, прежде чем пригласить князя, ставшего, по летописи, основателем Руси. Варяги эти жили где-то на Балтийском море.
Изучив в первой части очерка условно "восточный" или "южный" опыт взимания дани со славян, попробуем познакомиться с условно "западным" или "северным" влиянием на становление первых русских налогов.
Славянская дань между Востоком и Западом
В первой части очерка мы выяснили, что славяне в VI веке никому не повиновались, поэтому института дани они, скорее всего, не использовали, а лишь регулярно приносили жертвы богам. С VII века попытки взимать дань со славян предпринимали авары, болгары и византийцы, но насколько регулярной была эта практика и в какой форме осуществлялись выплаты, мы не знаем.
Ряд источников подтверждают, что хазары собирали дань с нескольких славянских племён в период между концом VII и второй третью X века. Летопись говорит, что это была дань мехом. Её изобрели в Восточной Европе тюркские предшественники хазар ещё в самом начале нашей эры. Сбыт такой дани осуществлялся по меховым торговым путям, организованным ещё до прихода хазар болгары-оногуры в VI веке.
Аварские, болгарские и хазарские порядки унаследовали и первые славянские государства. Правда, мы ничего не знаем о налогах в государстве Само и в Великой Моравии. Лишь короткий рассказ о том, как в IX веке некий "светлый князь" (или Святополк) из города Хорват ежегодно объезжал подданных и собирал с них "платья". Также в "Законе судном людям" IX века закрепляется доля князя в военной добыче его людей.
Дань в пользу князя у славян, скорее всего, носила религиозную подоплёку, как сборы руянами в пользу храма бога Свентовита на острове Рюген или пожертвования части имущества проплывающими купцами капищу Волхова на Перыни. Объезд русским князем Игорем своих подданных в X веке в виде полюдья-кружения также вписывается в эту религиозную идею привнесения князем солнечных благ всем потомкам Дажьбога.
Игорь, если верить летописи, также собирал дань со славян мехом (чёрная куна, веверица, бела). И есть версия, что Русь возникла благодаря тому, что северная торговля мехом соединилась с южной меховой торговлей. Современные норманисты даже выдвигают концепцию превращения "сакрального пути" из Скандинавии на Волгу в реальный путь торговли мехом и рабами, на котором выросла инфраструктура, ставшая государством Русь.
Начнём с жёсткого норманизма.
Русский мех и шведы
Кто такие варяги, мы уже писали. К их числу летописью относятся и шведы. Самые ранние физические упоминания варягов, по совпадению, относятся именно к Швеции. Сами шведы на русской службе упомянуты уже в 839 году. Да и сама русь, вероятно, имеет преимущественно шведско-готских предков, которых финны и их соседи называли "руотси". Например, в генах потомков варяга Рюрика нашли следы жителей Швеции III-VIII веков.
Может быть, это варяги-шведы собирали дань мехом со словен и их соседей?
Французский историк Михаил Казанский в своей блестящей статье решил проверить идею норманистов о функционировании меховой торговли на Восточном пути ещё в VI веке.
Дело в том, что Иордан в середине этого века сообщает, что народ suehans (предки свеев) торгуют мехом с греко-римским миром через посредников. Он же перечисляет "северные народы" на пути на Волгу, которые затем войдут в число летописных данников варягов (в частности - чудь, весь и меря).
Если бы можно было обнаружить следы торговли шведов с этими народами, то можно было бы говорить и о глубоких предпосылках варяжской дани: что шведы-руотси, мол, были русью, которая собирала дань мехом с чуди, словен, кривичей, веси и мери.
Есть ли такие следы?
Казанский пишет, что до VII века включительно на землях от Прибалтики до Перми преобладала промысловая добыча бобра, мех которого вполне мог продаваться на внешние рынки. Бобра в Центре России добывали ещё во времена Гердота, продавая грекам.
Так вот, по данным археологии, предки шведов не имели к этой торговле никакого отношения, занимаясь меховым промыслом на севере Скандинавии и в Финляндии и сбывая мех на юго-запад. Казанский считает, что до VII века пушной торговлей в Восточной Европе могли заниматься оногуры.
В VIII веке происходит резкое изменение в меховом промысле в Прикамье (русское - Пермь, скандинавское - Бьярмия): начинает преобладать добыча соболя, да и сами масштабы промысла расширяются. К концу этого века Прикамье входит в зону распространения "глазков" ладожского или скандинавского типа.
То есть шведы-таки добрались до рынка, на котором веками отоваривались тюрки и иранцы?
Но Казанский приводит весьма обидный для норманистов факт о том, что уже в VIII веке название соболя проникло в Западную Европу не в скандинавской, а в славянской форме (французское - zibeline)!
Это означает, что торговцы мехом VIII века из Восточной Европы говорили на славянском языке. Факт славянского языка руси засвидетельствован уже в 840-х годах. А использование славянского этнонима русь фиксируется ещё раньше - уже в самом начале IX века. Так что не шведы, а русы, жившие среди словен, торговали русским мехом как на западе, так и на востоке.
"Они вывозят бобровый мех, мех черной лисицы и мечи из самых отдаленных (частей) славян"
Но означает ли меховая торговля с территории Руси обязательное наличие меховой дани? Мы не находим сведений о такой дани в Балтийском регионе на раннем этапе формирования Русского государства.
Какой опыт взимания дани был на Балтике?
Славяне и скандинавы обмениваются опытом с каролингской империей
Скандинавы и балтийские славяне познакомились с налогами не раньше восточных славян.
Так, балтийские славяне с 740-х - 780-х годов находились в союзе с франками, а в начале IX века уже владели частью франкских земель и, вероятно, в это же время познакомились с институтом налогов в разных формах.
Также и скандинавы узнали от франков о возможности брать деньги в форме регулярных выплат, а не просто в форме грабительской добычи, примерно в это же время.
В 809 году даны конунга Готфрида впервые обложили данью балтийских славян, в 810 году они получили откуп в 100 марок во Фризии, а в 826 году датский конунг Харальд Клак получил земли в этой франкской провинции в ленное владение. В 845 году уже сам король франков впервые выплатил викингам большой откуп за мир.
Интересно, что откуп, взятый за мир со шведского города Бирки в 851 году данами во главе со шведским конунгом Анундом, также равнялся 100 маркам, как и в случае с откупом для данов Готфрида. И это соответствует размеру ежегодной "варяжской дани" X века при Олеге (Игоре) в 300 гривен, которую собирали севернорусские племена. Данный факт может говорить о прямом влиянии датской традиции IX века на русскую фискальную практику. Последнее объяснимо датским происхождением князя Олега.
Основываясь на сведениях о варяжской дани Олега, летописцы реконструировали и историю IX века, в которой словене и их соседи до призвания Рюрика платили дань неким варягам.
В летописи есть сведения о варяжском налоговом округе на Руси X века, который и нам может дать ключ к варяжской дани IX века.
Варяжский налоговый округ
Об учреждении дани при Олеге (Игоре) в пользу неких варягов в летописи сказано:
"Устави дани словѣном, и кривичемъ и мерямъ,и устави варягом дань даяти от Новагорода 300 гривенъ на лѣто, мира дѣля".
В Новгородской летописи прямо сказано, что варяжскую дань в 300 гривен при летописце Ярослава уже не платили. А в "Повести временных лет" эта информация ошибочно воспринята так, что дань варягам, якобы, платили до смерти Ярослава Мудрого в 1054 году. К 1015 году на смену этой дани уже пришла дань в размере 3 тысячи гривен в пользу киевского князя, о которой говорит летописец.
О существовании варяжского округа говорит территориальная система набора войска новгородским князем. Его полный состав в "Повести временных лет" реконструируется в рассказах о войске Олега и Игоря:
"Олгъ, поемъ вои свои многы: варягы, чюдь, словѣны, мѣрю, весь, кривичи".
В Новгородской первой летописи войско выглядит скромнее - только варяги, словене и кривичи.
Схожий состав новгородского войска - варяги, словене, чудь и кривичи - указан и для князя Владимира в 980-х годах - начале XI века. Но в 1036 году, описывая войну Ярослава с печенегами, о новгородском войске говорится уже только как о словенах. Поэтому, скорее всего, податный округ Новгорода в расширенном составе к этому времени уже ушёл в прошлое при раздаче княжений сыновьям Владимира.
Подтвердить существование округа при Игоре могут данные Константина Багрянородного середины X века о некой "внешней Росии", к которой точно относится Новгород, откуда приходят в Киев по Днепру "внешнероссийские" суда. В Новгороде в это время княжил сын Игоря - малолетний Святослав. В XII веке эти земли Руси назывались "верхними" и, действительно, связывались с варягами, условной их границей был Смоленск.
Мы знаем, что полюдье князя Игоря не распространялось на эти северные земли, ограничиваясь на севере какими-то землями кривичей (скорее всего, смоленскими). Во время налоговой реформы 945-947 годов княгиня Ольга совершила поход севернее пределов зоны полюдья Игоря и установила налоги в псковских землях (кривичи и чудь) и на территориях по реке Мсте (словене).
Вероятно, ранее эти земли, действительно, входили в "варяжский" податный округ и платили дань в пользу варягов через Новгород. Сам округ, видимо, сохранил своё существование и позже, но дань теперь шла в пользу киевского князя.
Скорее всего, "варяжский" округ возник при объединении отдельных частей русов в начале X века и, очевидно, соответствует владению Славия, названному так по племени словен. Граница между Славией и Куябой (Южной Русью с центром в Киеве) проходила где-то по кривичским землям (Полоцк и Смоленск, за которые воевал Олег).
Датская культура взаимодействия со славянами князя Олега объясняет совпадение названия Славии с европейским обозначением земель балтийских славян в VIII-IX веках. Знание этапов деятельности Олега помогает уточнить время установления им дани в пользу варягов 907-913 годами, когда он стал киевским князем и заявил о своём верховенстве. Его амбиции и опора на силу объясняют, почему варяжская дань X века имела форму и норму откупа за мир ("мира для").
Таким образом, мы можем считать реальностью существование некой административно-территориальной общности начала - первой половины X века, в которую входили, прежде всего, земли словен и кривичей, а также, вероятно, чуди, мери и веси. Состав и иерархия внутри данного округа в X веке могли эпизодически меняться, но неизменным было наличие в нём словен, которые территориально занимали центральное место среди северных народов Руси и играли для них некую объединяющую роль.
Возможно, состав этой общности в общих чертах, действительно, соответствует составу Руси при летописном Рюрике и списку участников восстания IX века против варяжской дани, а, значит, и списку плательщиков варяжской дани.
Сделаем две заметки о том, как была устроена система сбора дани в Славии до Олега.
"Люди", "град" и "погосты" в "Баварском Географе"
Об элементах системы сбора дани, схожей с древнерусской, мы внезапно узнаём из "Географа Баварского", отражающего реалии 870-х годов.
Мы уже писали, что древлян автор называет немецко-славянским именем forsderen liudi ("лесные люди"), что мы связываем с продвижением в 860-х - 870-х годах русов в Киевское Поднепровье. Собственно, русы упомянуты в тексте между древлянами и хазарами. Обозначение древлян словом "люди" мы связали с включением этого племени в систему сбора дани русов. О покорении русами племён на пути из Балтики в Чёрное море в 867 году писал патриарх Фотий.
В тексте также упомянуты племена "ситтичей" и "стадичей". И мы предположили, что их германизированные названия связаны со скандинавским именем Руси - Гарды ("города"), следовательно, за этими германскими названиями, вероятно, скрываются словене и кривичи, а точнее оба племени за двумя названиями.
Название ситтичей образовано от франкского слово site ("город, главный город") и промаркировано сведениями об их "укреплённейших городах", что соответствует скандинавскому Garðar (Гарды), происходящему от славянского "град/город". Речь идёт о словенах и их главном городе (Рюриково городище), в котором были построены дубовые стены в 858-861 годах.
Словом Gardar, как мы считаем, скандинавы называли не множество городов, а территорию, подвластную Гарду (Garðr), или Хольмгарду (Holmgaðr). То есть речь в скандинавском описании изначально шла об одной крепости и территории, которая ей подчинялась. Относительно термина Holmgaðar переводчики, кажется, едины, что это синоним Новгородской земли, а по поводу термина Garðar мысль высказывалась Еленой Мельниковой.
Мы же нашли русский синоним "ситтичам", который всегда был у нас на виду в Новгородской первой летописи. Именно в рассказе о дорюриковой и пострюриковой истории летописец упоминает жителей описанного выше владения:
"Новгородстии людие, рекомии Словени, и Кривици и Меря: Словенѣ свою волость имѣли, а Кривици свою, а Мере свою; кождо своимъ родомъ владяше; а Чюдь своимъ родом...
И суть новгородстии людие до днешняго дни от рода варяжьска"
Таким образом, термин "новгородстии людие" охватывает все племена реконструируемого варяжского податного округа: словене, кривичи, меря, чудь и варяги. А учитывая, что Новгород пришёл на смену "граду/городу Словенеску" только в 930-х годах, то в IX веке эти народы гипотетически могли называться "городстии людие", что сравнимо с "ситтичами" из немецкого текста.
Со вторым племенем - стадичи - сложнее с пониманием, но легче с этимологией.
Стадичи названы так по германскому слову, означающему либо "город", либо "место/территория", либо "берег" (последнее - готское значение). У скандинавов мы встречаем все три значения для Руси, например, в упоминании Данпарстада, города на Днепре или местности на Днепре, существовавшей, как говорится в поэзии и сагах, во времена готского правителя Германариха.
Вероятно, снять противоречия в значениях слова в славянском контексте поможет слово "погост", которое обозначало одновременно и податный округ-общину и, иногда, крепость. В описании говорится про 516 городов "стадичей", что явно не тянет на количество "градов". Скорее всего, они назывались у славян "погостами", а у скандинавов - "местностями". В саге о правлении некоего Хёгни на Восточном пути говорится, что он прошёл alls staðar ("все местности") и подчинил 20 конунгов своей власти, которые платили ему дань.
Таким образом, через названия двух племён мы узнаём о структуре управления данниками в земле словен и кривичей, где был центр управления "град" и множество податных округов - "погостов". Это вполне узнаваемая будущая новгородская система управления.
Погосты впервые упомянуты во время налоговой реформы княгини Ольги в 945-947 годах, но, вероятно, восходят к системе славянских городков VII века, многие из которых имели в своём названии корень -гаст, -гощ (Вогастис(бург), Велегез(иты), Радигощ и пр.)
Также в "Географе Баварском" среди славян упомянут народ нерева (нериваны, Neriuani). Один из районов Новгорода позже будет назывался Неревским концом, имея этническую или административную привязку к этому племени и к Водской пятине земель Новгорода (территории, названные по финскому племени водь).
Вероятно, уже в IX веке северо-западные земли будущей Новгородской земли были подчинены русскому князю и входили в "северную конфедерацию" по вышеописанной схеме "град"-"погост". Также в "Баварском Географе" упоминаются германизированный этноним висунбейры, то есть летописная "весь" на Белом озере.
Упоминание нериван и висунбейров частично подтверждает, что в состав Северной Руси времён летописного Рюрика входили не только славяне, но и финские племена вдоль торгового пути из Финского залива на Волгу и Днепр.
Система "град-погост" формировалась как часть фискальной системы Русского государства. Её составляющие имели весьма разнородное происхождение.
Скандинавские гости на русской вейцле
Как использовали систему погостов те скандинавы, которые называли Русь Гардами?
В висах Сигурда и Сиольфа, которые, как мы считаем, описывают русские реалии конца IX - первой половины X века, дважды говорится, что скандинавы на Руси порой буквально "добывали себе пропитание между поселениями" (með bygðum batt þér matar), "скитались с попрошайками, нося объедки со стола" (Þú hefir farit með ölmusum ok bitlinga borit af borði).
Одд, тебя не было,
в багрянце лезвий,
как людей повелителя
мы смерти предали.
Вынес я ран оттуда
шесть и восемь,
ты ж по селениям
снедь выпрашивал.
В сведениях Масуди о славянском царе Авандже (периода 877-896 гг.), владевшем "городами" и "областями", сказано о "военных припасах", которыми обладали бывшие участники далёких походов на Францию, Италию и Византию. Это соответствует описанию варягов Рюрика из варяжской легенды, где упоминается об "обилии" земли племён, направивших посольство за море.
Следовательно, дань в то время могла представлять из себя натуральную форму в виде снабжения наёмной дружины всем необходимым для жизни.
Арон Яковлевич Гуревич считал, что в эта форма дани могла быть заимствована в Скандинавии.
Скандинавская вейцла представляла собой перемещение конунга с дружиной по землям бондов, которые должны были кормить своего сюзерена, устраивая пиры в его честь. На Руси даже сохранилось понятие "кормления", которое изначально могло иметь и прямое значение получения "корма". Не случайно на Руси был статус воеводы-кормильца молодого князя.
Ссылаясь на исследования топонимики, Гуревич датировал появление вейцлы в Норвегии временем близким к VIII веку. В "Перечне Инглингов" Тьодольва из Хвнира IX века рассказывается, как шведский конунг Энунд, расчищал и прокладывал пути при организации такой системы. Жизнь Энунда, по связи с Ингварем Высоким, действительно, можно датировать серединой VIII века, временем возникновения скандинавских поселений в Ладоге, Тимерёве и Гнёздове.
Могли ли скандинавы принести этот новомодный обычай в славянские земли?
Какая-то зависимость славян от выходцев из Скандинавии могла возникнуть в русских землях не ранее 770-х годов, когда возникли форпосты с присутствием скандинавов в Тимерёве и Гнёздове. Скорее всего это произошло ближе к 800 году, когда был организован первый дальний поход "новгородского" князя Бравлина в Крым.
Учитывая, что добывание военных припасов практиковалось и в конце IX века, нужно предположить, что в славянских землях скандинавский обычай вейцлы был встроен в систему погостов и гостеприимства славянских вождей, сложившуюся уже в конце VI-VII веках. Пути в славянских землях шли от погоста к погосту, и гость не только радушно принимался хозяином погоста, но и находился под его защитой до границы следующего владения.
Учитывая все вводные о восстании словен, можно считать "кормление" как частью принуждения со стороны пришельцев, так и частью соглашения со славянскими племенами. Среди историков есть идея, что такое соглашения могли называть "рядом", как в варяжской легенде, или "пактом", который реконструируется из греческого слова пактиоты.
Константин Багрянородный в середине X века пишет про русское полюдье князя Игоря, что все росы "кормились" в землях славян-пактиотов. Так что и в X веке, вопреки данным летописи, варяги-русь собирали дань не мехом, а едой.
Мы, наконец, подошли к главной задаче очерка - определить, кому платили дань словене до Рюрика.
Какие варяги собирали дань со славян в первой половине IX века?
В летописях говорится о приходящих за данью варягах, без уточнения, что это были за люди:
"И дань даяху Варягомъ от мужа по бѣлѣи вѣверици" (Новгородская первая летопись).
"Имаху дань варязи, приходяще изъ заморья, на чюди, и на словѣнехъ, и на меряхъ и на всѣхъ, кривичахъ..." ("Повесть временных лет").
В список варягов "Повести временных лет" входят русь, шведы, готландцы, норвежцы и англы, и в принципе любая из этих групп варягов могла заниматься сбором дани, особенно в форме откупов от набегов.
У нас есть арабская анонимная записка IX века, которая передаётся ибн Русте в начале X века. В ней прямо названы получатели дани со славян - русы:
"Они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян".
Гардизи на основе анонимной записки IX века рассказывает, как русы дружинами по 100-200 человек совершали поездки по землям славян и собирали с них необходимые припасы.
"Всегда 100–200 из них ходят к славянам и насильно берут с них на свое содержание, пока там находятся".
Анонимная записка описывает русов того периода, когда их возглавлял каган. А упоминание кагана приходится, как мы знаем, по франкско-византийским источникам, на 839-871 года. В прошлом очерке мы пришли к выводу, что данный период русской истории, период Русского каганата, заканчивается летописным восстанием против варягов и вокняжением отца князя Игоря (летописного Рюрика) около 877 года.
Есть, правда, мнение, что записка об "острове русов" создана в конце IX века. Это было бы так, если бы ибн Русте использовал записку своего современника.
Тогда описанные в ней "знахари" русов были бы волхвами из легенды о князе Олеге. По записке видно, что это были всесильные жрецы скандинавского бога Одина. Но мы считаем весьма странным, чтобы скандинавские жрецы были у власти после восстания словен, которое, скорее всего, вдохновлялось культом славянского божества Волхова. И, вероятно, в легенде о смерти князя Олега X века фигурируют именно славянские волхвы (в скандинавской версии действует женщина-вёльва).
Если наша датировка реалий записки концом 830-х - началом 840-х годов верна, то существование дани со славян, которую собирали русы до Рюрика, будет доказанной.
Есть ещё аргументы.
Первые русские монетаристы
В пользу ранней датировки известий о каганате говорит и упоминание в арабской записке о денежной форме дани с самих русов в пользу своего царя. Они платили десятину. Эта форма и норма дани, скорее всего, выросла из торговых пошлин, которые брали с русов хазары и византийцы на пути через Чёрное, Азовское и Каспийское моря уже в 840-х годах.
Можно предположить, что такая форма была удобна для русского князя, выступавшего гарантом договорённостей с соседями (с 839 года?) и соблюдения "Закона русского" на транзитном пути. Он тоже брал свою десятую часть, как и великие соседние империи. А налогоплательщиком легко мог стать любой скандинав или купец из числа славян, увеличивая налогооблагаемую базу.
Денежная форма дани была удобна для расчётов и планирования условного бюджета. Денежно-весовая система на основе гривны использовала серебряные и золотые монетные и весовые стандарты и эквиваленты в меховом выражении (поздние "гривна кун" и "гривна серебра"). Поэтому, когда князь Олег решил установить дань в пользу варягов, он использовал уже имевшуюся денежную систему и конвертировал 100 северных марок, которые были нормой откупа у данов, в 300 русских гривен.
Денежная дань с русов была тесно связана с натуральной данью. Сама по себе десятина князю в форме пошлины могла уплачиваться и товаром.
Славяне и финские племена не имели возможности платить чем-то кроме натуральных продуктов из-за нетоварности хозяйства, поэтому извлечение из их экономики "военных припасов" для содержания наёмной дружины было естественным для сложившейся системы, так как серебро, полученное от главы русов, наёмники не могли употреблять в пищу.
По этой причине "кормление" сохранялось весьма долго, что ставит под вопрос меховую дань с племён, так как она не решала вопрос содержания войска, но повышала налоговую нагрузку на подданных.
Когда возникла меховая дань у русов?
Меховая торговля, развернувшаяся с VIII века, безусловно, стала решающим фактором в формировании древнерусской налоговой системы, которая продвинулась вперёд по сравнению со скандинавской вейцлой.
Заменив зимние поборы едой на регулярный сбор шкурок "по белке с дыма", русы обеспечивали бы себе четырёхкратное увеличение капитала в летнее время, так как на Волге шкурка стоила уже один серебряный дирхем, на который на Руси можно было взять четыре куны мехом.
Однако, упоминание летописью меховой дани нельзя признать за достоверные воспоминания о IX веке и даже о первой половине X века. Она могла возникнуть тогда, когда князь мог обеспечить пропитание дружины в собственном хозяйстве или посадив дружину на землю. Но первые княжеские хозяйства упоминаются только для времени Ольги, а связь дружины с землёй - для времени Владимира.
Для второй половины X века дань мехом можно считать основной формой дани и связать её с "уроками" княгини Ольги. "Уроки" должны были быть нормированными и унифицированными, так как за уплату годовой нормы русы выдавали "печать" с княжеским гербом.
Вместе с тем, если мы признаём появление варяжской дани в 300 гривен уже при Олеге, то нормированная дань должна была появиться уже к этому времени и измеряться через меховой или серебряный эквивалент гривны.
Гардизи, кстати, указывает, что на "острове" русов живёт 100 тысяч человек, что также говорит об учёте населения будущей Новгородской земле уже в период Русского каганата. А в венгерских легендах о Руси конца IX века дань с русов указывается с шагом в 10 тысяч марок (30 тысяч гривен), что говорит о нормированной системе дани, схожей с "пактом" со славян и готов в Византии, а также с варяжской (300 гривен) и княжеской (3000 гривен) данью с Новгорода.
Скорее всего, русы впервые заимствовали меховую форму дани у хазар во время разгрома ими поселений Волынцевской культуры в 810-х годах. Это были данники хазар - поляне и северяне - которые платили дань мехом. Пытаясь подчинить их своей власти, русы сохраняли форму и норму хазарской дани. Реконструкция подобных договорённостей имеется в "Повести временных лет" и относится к Олегу.
Пошел Олег на северян, и победил северян, и возложил на них легкую дань, и не велел им платить дань хазарам, сказав: «Я враг их, и вам <им платить> незачем». Послал Олег к радимичам, спрашивая: «Кому даете дань?» Они же ответили: «Хазарам». И дали Олегу по щелягу, как и хазарам давали.
В легенде о братьях Русе и Хазаре говорится, что Рус, повзрослев, позаимствовал часть земли старшего брата. В этом мотиве мы видим объяснение каганского титула русского князя, который впервые упоминается уже в 839 году. К 835 году натиск русов на Днепре возобновился. И уже в 840-х годах они торгуют по Днепру мехом, который вывозят с севера (от "дальних славян" - словен).
При такой датировке появления у русов дани мехом получают объяснения кризисы, которые произошли после походов на Амастриду в начале 840-х годов, на Константинополь в 860 году, на Каспийское море в 870-х годах и на Византию в 945 году. После появления регулярной меховой дани размещение набранных для походов дружин на кормление вдвое увеличивало налоговую нагрузку с подданных племён, вызывая голод и восстания.
При этом, предположим, что до середины X века меховая дань существовала лишь на некоторых территориях. Например, мы знаем, что водь уплачивала Новгороду дань болотной рудой, а мех в мешках везли в город с дальних северных территорий, богатых пушниной.
Короткий вывод из длинного текста
Варягами, которые собирали дань со словен, кривичей, чуди, мери и веси до их восстания и призвания летописного Рюрика были русы, как бы это ни шло вразрез с летописной легендой, по которой "вся русь" пришла вместе с приглашёнными на княжение братьями.
Уже к концу 830-х годов русский каган собирал налоги в разных формах: денежной с купцов и натуральной - с податных племён. Русы практиковали как кормление в землях данников, так и сбор меха. В ход шли также мёд и воск - ходовые экспортные товары, необходимые для княжеских пиров и строительства флота.
Эта система частично была заимствована у скандинавов, византийцев и хазар, но встроена в славянскую административную сеть "град-погост", где личное участие князя в сборе дани не требовалось. Кроме того, с переходом русского князя к славянскому обычаю вокняжения и почитанию славянских богов, его право на сбор дани освещалось древним мифом о солнечном предке славян. В южных землях князю приходилось самому ездить по подданным, неся им свет в зимнее время.
Наличие дани давало возможность развивать такие институты власти как надплеменная монархия, наёмное войско, закон русский, жречество и дипломатия, без которых невозможно представить средневековое государство.
На примере истории дани мы видим, как известная летописная история Руси глубоко уходит корнями в историю народов Евразии. При попытке обходить такие неудобные темы многогранность русской истории исчезает, равно как и исторические основания для уплаты очередных налогов.
Оставайтесь на канале. Обещаем разобраться, как славяне и их соседи разгромили варягов и учредили Русь Рюриковичей.
#славяне #история России #русь #Древняя Русь #налоги #история государства и права #варяги #скандинавы