В истории музыки было много странных персонажей, но Клаус Номи стоит особняком. Он утверждал, что прилетел из космоса, выглядел как оживший манекен из витрины будущего и пел голосом, который, казалось, не мог принадлежать человеку. В конце 70-х он стал некоронованным королем андеграундного Нью-Йорка, музой Дэвида Боуи и иконой стиля.
Но за маской бесстрастного робота скрывалась глубокая личная драма одинокого эмигранта, который мечтал о великой опере, а стал героем поп-арта. Это история о том, как простой немецкий парень создал один из самых удивительных образов XX века и ушел, оставив после себя лишь эхо своего невероятного голоса.
Глава 1. Между булочной и оперой
Клаус Шпербер родился в 1944 году в Баварии. Его детство прошло в послевоенной Германии, где серость будней он раскрашивал яркими мечтами о музыке. Мальчик был одержим оперой. Пока его сверстники гоняли мяч, Клаус копил карманные деньги (а иногда и таскал их у мамы), чтобы купить пластинки Марии Каллас и Элвиса Пресли. Именно в этом странном сочетании — высокой оперы и рок-н-ролла — позже родится его уникальный стиль.
У Клауса обнаружился редкий дар — диапазон голоса в несколько октав. Он мог петь как баритон, а затем мгновенно взлетать до кристального сопрано. В 60-х он переехал в Западный Берлин, надеясь покорить оперную сцену. Но консервативный мир классической музыки не принял странного юношу.
Чтобы быть ближе к мечте, Клаус устроился в знаменитую Немецкую оперу (Deutsche Oper) на самую низкую должность — билетера и уборщика. По ночам, когда публика расходилась, а артисты смывали грим, он выходил на пустую сцену перед пожарным занавесом и пел арии для уборщиц и техников сцены. Это были его первые овации.
Днем он работал кондитером (и делал это виртуозно), а вечером мечтал о славе. Но Германия тех лет казалась ему слишком тесной. В 1972 году, в возрасте 28 лет, Клаус собрал чемоданы и улетел в Нью-Йорк — город, где сбывались мечты.
Глава 2. Рождение инопланетянина
Нью-Йорк 70-х был местом безумной энергии. Ист-Виллидж кипел: художники, музыканты, поэты и фрики всех мастей создавали новое искусство. Клаус поселился в маленькой квартире и поначалу зарабатывал на жизнь своим «земным» талантом — он пёк лучшие лаймовые пироги в районе. О его выпечке ходили легенды, но сам он хотел кормить людей не тортами, а музыкой.
В 1978 году скромный кондитер Клаус Шпербер исчез. На сцену вышел Клаус Номи. Псевдоним был анаграммой слова OMNI (названия популярного тогда журнала о научной фантастике).
Его дебют на шоу талантов «New Wave Vaudeville» поверг публику в шок. Открылся занавес, и зрители увидели нечто: фигуру в обтягивающем космическом костюме, с прозрачным плащом и прической в форме трезубца. Существо начало петь сложнейшую арию из «Самсона и Далилы», а в финале исчезло в клубах дыма под вой сирен и стробоскопы.
«Это было похоже на то, словно он действительно с другой планеты, и родители позвали его домой», — вспоминали очевидцы.
Номи придумал себе образ робота. Он двигался отрывисто, замирал в неестественных позах, его лицо было покрыто толстым слоем белого грима, а губы подведены черным. Он брал поп-хиты 60-х, вроде веселой песенки «The Twist», и превращал их в жутковатые, гипнотические гимны.
Глава 3. Встреча с Боуи и «Тот Самый» костюм
Слава о «поющем пришельце» быстро разнеслась по богемному Нью-Йорку. Вскоре слухи дошли до Дэвида Боуи, который всегда искал что-то новое. В 1979 году они встретились в клубе Mudd Club. Боуи был заинтригован и предложил Клаусу выступить с ним на культовом телешоу Saturday Night Live.
Это выступление 15 декабря 1979 года вошло в учебники истории поп-культуры. Боуи вышел в огромном, жестком пластиковом костюме-смокинге, который делал его похожим на гигантскую куклу-марионетку. Рядом с ним, выполняя механические движения, пели бэк-вокалисты — Клаус Номи и Джоуи Ариас.
Для Номи это был момент триумфа. Он буквально влюбился в этот пластиковый костюм. После шоу он заказал себе такой же. Этот черно-белый геометрический смокинг стал его второй кожей, его броней от внешнего мира.
Клаус надеялся, что Боуи возьмет его под крыло, поможет с записью альбома. Он ждал звонка, но телефон молчал. Боуи, получив порцию вдохновения, пошел дальше, а Номи остался один на один со своей внезапной популярностью. Тем не менее, импульс был дан: Клаус подписал контракт с лейблом RCA и выпустил дебютный альбом.
Глава 4. «Простой человек» в сложном мире
Начало 80-х стало пиком его карьеры. Клаус гастролировал по Европе, его клипы (например, «Lightning Strikes» и «Simple Man») крутили по телевидению. В клипе «Simple Man» («Простой человек») он разыграл свою главную драму: вот он ходит по улицам в обычном плаще и шляпе, пытаясь быть как все, заходит на вечеринку, но в итоге сбрасывает маскировку, оставаясь в своем инопланетном костюме. Он чужой.
Его музыка опередила время. Смесь синтезаторов, оперного вокала и визуального арта стала предтечей того, что позже будут делать многие артисты. Но в 1982 году его блестящее восхождение прервала беда.
Клаус начал чувствовать себя плохо. Врачи не могли понять, что происходит. В начале 80-х мир столкнулся с новой, неизвестной и пугающей болезнью, которая разрушала иммунитет. Информации не было, лекарств — тоже. Общество охватила паника. Люди боялись даже прикасаться к тем, кто заболел.
Глава 5. «Холодная песня» и финал
Болезнь прогрессировала стремительно. Клаус таял на глазах. Но даже теряя силы, он продолжал творить. Чтобы скрыть следы болезни на шее, он придумал новый элемент костюма — огромный воротник в стиле барокко, напоминающий жабо Пьеро.
Его последнее выступление состоялось в Мюнхене, за полгода до конца. Это был, пожалуй, самый пронзительный момент в его жизни. Клаус вышел на сцену, чтобы исполнить арию Генри Перселла из оперы «Король Артур» — «The Cold Song» («Холодная песня»).
Это было душераздирающее зрелище. Хрупкий, истощенный человек в великолепном костюме с трудом поднялся по ступенькам. Он пел о том, как Дух Холода молит не будить его, а позволить снова замерзнуть и уйти в вечность:
«Let me freeze again to death» (Позволь мне снова замерзнуть насмерть).
Зрители замерли. Казалось, он пел собственную эпитафию. Мощь его голоса контрастировала с угасающим телом. Он стоял прямо, как положено артисту оперы, и вкладывал в каждый звук всю свою боль и надежду.
Вернувшись в Нью-Йорк, Клаус оказался в изоляции. Трагедия тех лет заключалась не только в диагнозе, но и в страхе окружающих. Многие друзья отвернулись, боясь заразиться. Те немногие, кто приходил навестить его в больнице, были вынуждены носить защитные костюмы и маски. Им запрещали прикасаться к нему. Человек, который мечтал о любви публики, уходил в одиночестве.
6 августа 1983 года Клаус Номи покинул этот мир. Ему было всего 39 лет. Он стал одной из первых известных творческих личностей, чью жизнь унесла эпидемия века.
Эпилог. Наследие
Прах Клауса Номи развеяли над Нью-Йорком — городом, который подарил ему сцену и свободу.
Долгое время его имя было известно лишь узкому кругу ценителей, но его влияние на культуру оказалось колоссальным.
- Леди Гага открыто называет его своим вдохновителем и часто использует элементы его стиля.
- Его песни перепевали Marc Almond и группа Garbage.
- Дизайнеры высокой моды (например, Givenchy и Jean Paul Gaultier) цитировали его геометрические костюмы в своих коллекциях.
Клаус Номи доказал, что можно быть странным, непонятым, смешным и великим одновременно. Он пришел ниоткуда, спел свою песню и ушел, оставив нам ощущение, что на Земле действительно побывал кто-то нездешний. Его короткая жизнь была яркой вспышкой, подобной взрыву сверхновой, свет от которой доходит до нас до сих пор.
Понравилась история? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал, чтобы узнавать тайны великих музыкантов!