Софья Павловна медленно встает из-за стола и подходит ко мне, замирая напротив.
– И для чего тебе искать своих родителей? – интересуется она. – Ты, разве, выросла в приюте?
– Нет, – качаю я головой. – В приемной семье.
– Ну вот эти люди, которые тебя воспитали, и есть твои родители. Зачем тебе другие? Для чего искать тех, кто когда-то от тебя отказался?
– Мне не очень повезло с опекунами, – признаюсь я. – Они были достаточно жестокими людьми.
– Быть того не может, – кривит губы директриса. – Мы всегда тщательно проверяем семьи, в которые передаем детей.
– Значит, мне просто не повезло, – пожимаю я плечами. – Я была не единственной, кто попал под опеку этих людей, и никто из воспитанников не горит желанием общаться с приемными родителями. Да и между собой мы так и не нашли общий язык. Опекуны всегда поощряли наши ссоры...
– Хватит! – перебивает меня Софья Павловна. – Из всего этого я поняла только одно: всех вас не смогли воспитать нормальными детьми, умеющими быть благодарными. Люди, взявшие вас под опеку, подарили вам любовь и заботу. А вы на полном серьезе заявляете мне, что вам не повезло? Да вы в своем уме? Представляете, сколько несчастных детей, выросших в государственном учреждении, хотели бы оказаться на вашем месте!
– Это не отменяет факт того, что я попала под опеку к плохим людям, – растерянно замечаю я.
– Просто немыслимо! – восклицает Софья Павловна и возвращается к своему столу. – Вы еще меня обвините в том, что у вас жизнь сложилась. Вот правильно говорят: «Гены пальцем не сотрешь». Представляю, от кого вы на свет появились.
– Полагаю, помогать мне вы не собираетесь, – сухо произношу я.
– А чем я могу вам помочь? – восклицает она, скрестив руки на груди и с вызовом смотря на меня. – Воспитывать вас поздно, и вряд ли у меня выйдет привить вам чувство благодарности к людям, которые много лет потратили на то, чтобы вырастить из вас достойного человека. А если вы хотите найти тех, что бросили вас на ступеньке этого здания, обращайтесь кому-нибудь другому. Я вам ничем помочь не смогу.
Я пребываю в таком шоке от всего услышанного, что даже не знаю, как на это реагировать. Молча выхожу из кабинета директрисы, хорошенько шандарахнув дверью и быстро удаляюсь. Не могу поверить, что у тактичного Владимира Викторовича такая ненормальная жена. И ведь он был уверен, что эта мегера сможет чем-то помочь. Возможно, если бы он был рядом, она не повела бы себя столь отвратительно. Вряд ли он и вправду знает, как его жёнушка общается с посторонними людьми.
Ну всё, хватит с меня на сегодня расследований. Не уверена, что смогу снова вытерпеть нечто подобное.
Вернувшись домой, я ещё долго пылаю праведным гневом, высказывая в адрес Софьи Павловны нелестные эпитеты. И в какой-то момент мне наконец-то становится легче.
И чего я вообще обращаю внимание на слова какой-то? Уж точно не ей судить о моем воспитании! На свою бы доченьку взглянула, которая бросается на незнакомых людей.
Отогнав от себя мысли о вредной директрисе, я решаю заняться обычными делами: навожу порядок, готовлю ужин и сажусь за компьютер, чтобы просмотреть объявления о работе.
– Лена! Я дома! – кричит из коридора муж. – Как день прошел? Нравится ощущать себя свободной женщиной?
– Возможно, только я чувствую себя не свободной, а безработной – вздыхая, замечаю я и закрываю крышку ноутбука. – А у вас в офисе случайно нет вакансии для меня?
– Ну что-то ты замахнулась! В нашей компании даже у уборщиц есть высшее образование! – с усмешкой замечает Глеб. – Да и зачем тебе работа? Я ведь сказал, что скоро получу повышение и мы ни в чем не будем нуждаться! Ты ведь не хочешь, чтобы тебе снова стало плохо или голова закружилась?
– Конечно, не хочу, – соглашаюсь я.
– Ну вот и не нужно рваться куда-то на службу. Сиди спокойно дома, занимайся собой, смотри сериалы. Я бы только порадовался, если бы мне предложили нечто подобное.
– Ну да, ты прав, – вздыхаю я. – Ужинать будешь?
– Что? А ужинать? Нет, не буду. У меня через час встреча с одним важным человеком, от которого зависит моё повышение.
– Ясно. И встреча, конечно, опять состоится в кафе.
– Ну да. А что? Это ведь очень удобно. Лен, вот только не нужно на меня так смотреть. Ну пропущу я один семейный ужин. Что от этого изменится? Тебе же легче – меньше посуды мыть. Ищи во всём позитив, ты с каждым днём всё дёрганнее становишься.
– Тебе так кажется, – тихо отвечаю я.
– Ну как скажешь. Ладно, я в душ, а ты погладь мне какую-нибудь приличную рубашку. Не хочу ударить в грязь лицом.
Конечно, мне очень хочется высказать мужу всё, что я думаю о нём и о важном человеке, который может помочь с его повышением. Но ещё слишком рано признаваться в том, что мне стало известно. Дожидаюсь, когда Глеб скроется за дверями ванной комнаты, беру его телефон и пересылаю себе несколько фото Лидочки. Я ещё не решила, что стану с ними делать, но уверена, что они мне пригодятся чуть позже – вдруг захочу немного напакостить Глебу.
А пока мой муж плещется в душе, я беру его брюки и аккуратно подпарываю шов. Делаю это крайне осторожно, потому что не хочу, чтобы брюки мужа разошлись в неподходящий момент. Конечно, я понимаю, что это всего лишь детская шалость, но ведь это только цветочки – ягодки ждут его впереди.
Когда Глеб выходит из душа, благоухая как майская роза, я встречаю его с ангельской улыбкой на губах.
Провожаю мужа на важную встречу, мужественно стерпев его влажный поцелуй в свою щёку, и тут же возвращаюсь к ноутбуку.
И почему я сразу не подумала о том, что на компьютере сохранены пароли ко всем соцсетям моего благоверного?
К сожалению, в соцсетях Глеба я не нахожу ничего интересного. Похоже, он хорошенько подчищает свои страницы и удаляет сообщения, которые могут его скомпрометировать. Но я не отчаиваюсь и в итоге натыкаюсь в его личной почте на письмо из частной клиники с результатами анализов. Не поздновато ли мой благоверный решил провериться? Судя по тому, что Лида от него беременна, они по вечерам явно не книжки читали.
Я уже было собираюсь выйти из приложения, как вдруг меня осеняет мысль, что с помощью этой информации, я смогу ненадолго отвлечь мужа от предстоящего развода. Медицинский центр, который посетил мой муж, славится бережным отношением к клиентам. При заполнении документов нужно обратить внимание на небольшую графу со способами информирования и выбрать нужный вариант получения анализов. Там легко ошибиться, и мой муж вполне мог выбрать не тот пункт из списка.
Я отправляю вложение на свою почту, удаляю письмо, чищу историю браузера и иду спать с чувством выполненного долга. Представляю, как обрадуется Глеб, обнаружив у себя целый список заболеваний, которые я ему нарисую.
Проснувшись утром, я обнаруживаю рядом с собой Глеба. Понятия не имею, во сколько он пришёл, но предполагаю, что очень поздно. Раз уж я ничего не слышала. Тихо поднимаюсь и иду на кухню, ставлю чайник и начинаю готовить завтрак.
– Доброе утро, – бурчит муж, появляясь в дверях кухни. – Сделай мне кофе.
– Сейчас, – киваю я. – Ты вчера во сколько пришёл? Я тебя не слышала.
– Вот только давай ты не будешь устраивать мне допрос, – морщится он. – Какая разница, во сколько я пришёл? Или ты снова собираешься в чём-то меня обвинять?
– Я же просто спросила, – растерянно замечаю я.
Глеб вскидывает на меня взгляд и виновато отводит глаза.
– Извини, я просто не выспался, – бормочет он. – Из-за работы вообще не успеваю отдыхать… Лен, ты собираешься варить мне кофе или так и будешь смотреть на меня?
Я резко отворачиваюсь и иду к кофеварке, раздраженно засыпаю кофе в нужный отсек и запускаю машину. Теперь я даже спросить у него ничего не могу, чтобы не нарваться на грубость. Ну ничего, посмотрим, как ты будешь себя вести, когда получишь от меня небольшое послание. Может хоть это умерит твой пыл…
Глеб молча выпивает свой кофе и уходит на работу. После этого я собираюсь и тоже покидаю квартиру, чтобы посетить центр печати, который находится недалеко от нашего дома. В отделе, завешенном образцами фотографий, находится только молоденькая девушка.
– Доброе утро! Чем могу помочь? – интересуется она, подняв на меня скучающий взгляд.
– Здравствуйте! У меня к вам необычная просьба: есть результаты анализов, и нужно немного их подправить...
– Вы имеете в виду сделать плохими? – с интересом уточняет она.
– Ну да, – еле заметно киваю я.
– Разыграть кого-то хотите? Или муж загулял?
– Муж, – вздыхаю я и с надеждой смотрю на девушку.
– Слушайте, это конечно не моё дело, но оно вам нужно? Если эти начинают гулять, так их уже ничем не остановить. Да и анализы он сможет пересдать в другой клинике. Ещё и разбираться побежит в ту больницу, где выдали неправильные результаты.
– Да мне бы просто отомстить, – отвечаю я, пожимая плечами. – Просто хотела немного подпортить ему настроение.
– Ну это я могу! – оживляется она. – Мне самой парень недавно изменил, сразу выставила его со всеми вещами на улицу. Уж как он извинялся и просился назад… Показывайте, что там у вас!
Она смотрит на экран телефона и кивает.
– Пересылайте мне файл вот по этому номеру, но сразу предупреждаю: в будущем никаких претензий! Я сразу скажу, что это не моих рук дело.
– На этот счёт даже не переживайте, – заверяю я.
– Хорошо, а конверт вы купили?
– Конверт? – переспрашиваю я.
– Ну да! – закатывает она глаза. – Не голубем же ему письмо отправят! Сходите на почту и возьмите конверт с марками. А я пока займусь анализами вашего благоверного.
Домой я возвращаюсь примерно через час, бросаю в почтовый ящик конверт и поднимаюсь на свой этаж. Вспоминаю, что Глеб утром так быстро убежал, что забыл прихватить мусор. Открываю ящик под мойкой и тут же замечаю в ведре брюки мужа. Значит, швы всё-таки разошлись. Надеюсь, это случилось в самый неподходящий момент.
Избавившись от мусора, я возвращаюсь в квартиру и сажусь за ноутбук. Открываю сайт дома малютки, где теперь главенствует Софья Павловна, и изучаю историю данного заведения. О том, что случилось сорок лет назад, знает не только старая грымза. Уверена, есть и другие свидетели прошлого, и мне просто нужно их найти.
Почти целый день поисков не проходит зря: мне удаётся обнаружить контакты женщины, которая занимала пост директора дома малютки до Софьи Павловны. Теперь я смогу узнать хоть что-то о своем рождении. Понимаю, что мне совсем не хочется разговаривать о таких вещах по телефону, поэтому звоню женщине, чтобы договориться о личной встрече. На звонок она отвечает не сразу – видимо, как и все люди преклонного возраста, опасается мошенников.
– Лариса Ивановна у аппарата, – доносится до меня довольно звонкий голос.
– Добрый вечер! – произношу я. – Меня зовут Лена, и мне нужно с вами встретиться, чтобы поговорить о моём прошлом.
– Вы были в доме малютки? – спрашивает она. – Хотите отыскать своих родителей?
– Верно, – отвечаю я.
– Я готова встретиться с вами завтра в районе девяти утра. Тогда и поговорим. Записывайте мой адрес и не опаздывайте.
Похоже, эту даму достаточно часто беспокоят с подобными вопросами. Она ведь даже не удивилась моему звонку. Но это хорошо – не пришлось ничего объяснять.
Едва успеваю отойти от ноутбука, как слышу звук открывающейся входной двери. Выхожу в коридор и смотрю на Глеба – бледного как полотно. Его глаза лихорадочно блестят, а на лбу виднеются бисеринки пота. Опускаю взгляд и замечаю в его руке конверт из-под письма, которое я бросила в почтовый ящик.
– Милый, что случилось? – заботливо интересуюсь я.
Муж переводит на меня испуганный взгляд и шумно сглатывает. Я, сделав вид, что очень озабочена его состоянием, бросаюсь к Глебу, кладу ладони на его плечи и заглядываю в лицо мужа.
– Дорогой, что случилось? Не пугай меня, – шепчу я, округлив от ужаса глаза. – Ну же, не молчи!
– Всё нормально, – роняет он, стряхивая себя с мои руки и, не разуваясь, идёт на кухню.
– Глеб! – зову я, придавая голосу как можно больше тревоги. – Это из-за работы? Тебя не повысили? Если я права, то не нужно так расстраиваться. Я всё равно не планировала сидеть дома, скоро мне обязательно подвернётся подходящая вакансия.
– Оставь меня в покое, – глухо произносит он.
– Что? – переспрашиваю я, замирая в дверях кухни.
– Что, слышала! – вскипает Глеб. – Я сказал: оставь меня в покое! Скройся с глаз! Не могу видеть твою постную физиономию. Как ты меня уже достала своим вечным нытьём и беспокойством, своими тупыми вопросами. Тебе заняться нечем? Ну вот скажи мне честно: тебе реально нечем заняться? У тебя дел своих нет?
– Есть, – растерянно шепчу я.
– Тогда что тебе от меня нужно? Не трогай меня! Просто уйди уже куда-нибудь! Дай мне хоть немного свободного пространства!
Я делаю пару шагов назад, театрально всхлипываю и бросаюсь к входной двери. Там вполне спокойно обуваюсь, беру свою сумку и выбегаю за дверь. Чуть ли не насвистывая, спускаюсь на первый этаж, попутно отключая телефон, и иду к машине. Пусть попсихует. А я поеду в своё любимое кафе и заточу пиццу «Четыре сыра». Мы с малышом жаждем отпраздновать свой небольшой триумф. Даже не представляю, какие эмоции сейчас бушуют в душе Глеба.
Интересно, он уже проклял тот день, когда связался со своей Ferrari? Моему мужу давно было пора узнать, что езда на спортивных машинах – очень опасная затея, особенно если тебе по судьбе быть водителем трамвая. Конечно, себя я не считаю рогатым общественным транспортом. Пусть лучше я буду жигулями – крепкими и надёжными. На таких, как я, можно положиться. Не то что на эту консервную банку Лидочку…
Домой я возвращаюсь часа через три. Перед тем как выйти из машины, тщательно тру глаза, чтобы обеспечить заметную красноту, и включаю сотовый. Дисплей тут же начинает мигать из-за входящих сообщений от Глеба. Раздражённо смахиваю их даже не читая и нехотя покидаю салон автомобиля. Едва переступаю порог квартиры, как натыкаюсь на мужа. Глеб тут же бросается ко мне, заключает в объятия и осыпает поцелуями моё лицо, не давая возможности увернуться от его губ. Мне становится настолько противно, что я едва сдерживаюсь, чтобы с силой не оттолкнуть его от себя.
– Леночка, девочка моя! Прости меня, дурака. Прости за всё, что я тебе наговорил. Не знаю, что на меня нашло. Я ведь жить без тебя не могу. Совсем разум потерял из-за собственной тупости. Ты простишь меня?
– Прощу, – обещаю я и отвожу взгляд, чтобы он по глазам не догадался о том, что я вру. – Идём спать, я очень устала.
Следующее утро начинается для меня с завтрака в постель, состоящего из сгоревшей яичницы и кружки очень сладкого чая. Раньше меня бы умилили подобные подвиги мужа, но сейчас я с трудом сдерживаю растущее раздражение. Почему мы, женщины, всегда запоминаем, какой чай или кофе предпочитают наши мужчины? Что они любят есть на завтрак или обед? Куда их можно пригласить на незапланированное романтическое свидание? Для чего мы храним в памяти подобные вещи, когда наши вторые половинки даже не могут запомнить то, о чём мы напоминаем им каждый день?
Сейчас в моей кружке плещется плотный настой зелёного чая, который я не переношу на физическом уровне. Возможно, он вкусный и здорово пахнет, но чтобы я смогла насладиться этим напитком, мне нужно добавить лишь пару скрученных листьев заварки на целую кружку кипятка. Если чай будет слишком крепким, меня моментально начнёт тошнить. Такая вот особенность моего организма.
– Спасибо, любимый, – выдавливаю я улыбку и делаю крохотный глоток чая. – Мне так приятна твоя забота.
– Это меньшее, что я могу сделать после своей вчерашней истерики, – с улыбкой признаётся он. – Жаль, что тебе пришлось увидеть меня таким. Сам до сих пор не понимаю, что на меня нашло.
– Просто трудный день, – произношу я, нахожу рукой его ладонь и слегка сжимаю в ободряющем жесте. – Всё будет хорошо.
– Да, ты права, – соглашается он. – Какие у тебя планы на сегодня?
– Я решила последовать твоему совету и попытаться найти своих родных, – отвечаю я. – Хочу сегодня заняться поисками. Возможно, удастся выяснить что-то стоящее.
– Ты у меня такая молодец, – хвалит он. – А я сегодня задержусь после работы, нужно заехать в медцентр проверить желудок. Что-то в последнее время я себя неважно чувствую.
– Глеб, может быть, это всё из-за резкой смены рациона? – обеспокоенно интересуюсь я. Ну как обеспокоенно. Скорее наигранно… На самом деле я просто делаю вид, что меня это волнует.
– Не думаю, что дело в этом, – вздыхает он. – Но ты не переживай, со мной всё в порядке. Ладно, ты завтракай, а мне пора бежать.
Он тянется, чтобы поцеловать меня в щёку, встаёт с кровати и выходит из спальни. А я сижу и думаю о том, насколько безответственно ведёт себя Глеб. В данный момент он считает, что на нём пробы ставить негде. И этому даже не пришло в голову, что ему стоит подальше держаться от беременной жены.
Как только за мужем закрывается дверь, я поднимаюсь с кровати и начинаю собираться на встречу с Ларисой Ивановной. Надеюсь, бывшая директриса дома малютки окажется не такой вредной бабой, как Софья Павловна.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Месть. Твоя роковая ошибка", Яна Клюква ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 5 - продолжение