– Ты сам понимаешь, что несёшь? – доносится до меня из-за дверей кабинета, голос лучшего друга моего мужа. – У тебя Ленка наконец-то забеременела, а ты решил закрутить роман с директорской дочкой?
– Хватит мне морали читать! – раздражённо отвечает Глеб - мой муж. – Ты хоть понимаешь, какой это шанс для меня? Благодаря Лиде я точно получу повышение!
– Слушай, друг, мне кажется, что ты совершаешь огромную ошибку. Да и с чего ты взял, что Лида согласится на роль твоей любовницы?
– Да какой любовницы? – злиться мой муж. – Если я предложу ей что-то подобное, шеф голову мне оторвёт! Он эту страхолюдину Лидочку любит до умопомрачения. Ты хоть представляешь, что он со мной сделает, если я её обижу? Я не хочу вылететь с работы! У меня в планах наоборот карьерный рост и денежные перспективы.
– Слушай, я тебя совсем не понимаю, – признаётся Андрей. – Как ты собираешься это провернуть? Ты ведь женат, и Ленка твоя беременна.
Я опускаю взгляд и прижимаю ладонь к своему животу, сглатываю ком, вставший поперёк горла. Я ведь пришла сюда не для того, чтобы услышать, как мой муж на полном серьёзе обсуждает отношения с другой женщиной. Но у судьбы на этот счет было свое мнение. В какую-то секунду появляется желание ворваться в кабинет Глеба и разгромить всё, до чего дотянусь. Но вместо этого остаюсь стоять на месте и глотать слёзы. Словно мои ноги приросли к полу у дверей его кабинета и я не могу сдвинуться с места.
– Да что ты заладил с этой Ленкой? – восклицает Глеб. – Ну беременна и беременна! Если бы она не была такой хилой, наш ребёнок бы уже школу закончил! Не я виноват, что у неё не получалось выносить ребёнка.
– Ну, по-моему, и она в этом не виновата, – немного растерянно замечает Андрей. – И я не думаю, что лишний стресс пойдёт ей на пользу. Глеб, ты сам подумай! Она ведь носит твоего ребёнка! У неё в животе твой сын или дочь. Вы ведь так об этом мечтали!
– Да прекрати ты уже! – вскипает Глеб. – Лидка тоже беременная от меня! У неё в отличие от Лены это практически сразу получилось. Теперь понимаешь, как я вляпался? Назад пути нет! Я должен все разрулить…
– Понимаю, – вздыхает Андрей. – Даже не знаю, что тебе посоветовать.
– Да какие тут советы?! – шипит Глеб. – Выход только один: я должен развестись с Леной и жениться на Лидочке.
Прижимаю ладонь ко рту, чтобы заглушить собственные рыдания. Всё ещё не могу поверить, что это происходит на самом деле. Глеб так просто об этом говорит, словно речь идёт о какой-то ерунде. Неужели те пятнадцать лет, что мы прожили вместе, совсем ничего для него не значат? Он действительно так запросто откажется от меня и нашего будущего ребёнка?
Не могу нормально дышать. Боль в груди настолько сильная, что мне едва хватает сил удерживать равновесие. И только слезы беспрестанно катятся из моих глаз, обжигая кожу словно кислота. Стекают по щекам, устремляясь в вырез блузки. Не могу поверить, что все это происходит со мной на самом деле. Я словно застряла в каком-то ночном кошмаре и никак не могу проснуться.
– А как ты Лене это объяснишь? – спрашивает Андрей. – Или ты собираешься порвать с ней?
– Нет, конечно! Ленку я люблю, и она меня любит. Доверяет мне. И точно ничего не заподозрит, если я скажу, что нам нужно фиктивно развестись. А потом я женюсь на Лидочке и получу долгожданное повышение.
– А жить-то ты как собираешься с ними? Поселишь их в одну квартиру? – уточняет Андрей.
– Вообще я планирую и дальше жить с Леной, – делится планами Глеб. – Лиде я сказал, что живу с тяжело больной мамой, и она сразу сообщила, чтобы я не рассчитывал на то, что она согласится съехаться. Она видите ли, не собирается тратить время на ухаживания за чужой старухой. И даже видеть на свадьбе мою маму не желает. Представляешь какая цаца? Но мне это только на руку…
– Так ты всё заранее продумал? – удивлённо тянет Андрей. – Ну ты даёшь! А не боишься, что Ленка про всё узнает и ты лишишься её и ребёнка?
– Да куда она денется? – усмехается Глеб. – Нищая, ещё и с пузом! Да и не узнает она ничего. И вообще, я её, конечно, люблю... но если сравнивать с Лидкой, то они как Ferrari и Жигули. Приятнее ведь заполучить прицеп к люксовому авто, а не к корыту, набитому гайками?
– Только ты забыл упомянуть о том, что твоя люксовая Лидка страшная как моя жизнь! – замечает Андрей. – Ты уверен, что сможешь закрывать на это глаза?
– Не забывай, что к её страшной морде прилагаются огромные деньги! – смеётся Глеб. – Как-нибудь потерплю.
Я не могу этого больше слушать. Попятившись назад, разворачиваюсь и бегу к лестнице. Спустившись на первый этаж офисного здания, где работает мой муж, бросаюсь на улицу к своей машине. Сев за руль, швыряю на соседнее сиденье пакет с пластиковыми контейнерами. Глеб забыл свой обед дома, и я решила заехать к нему на работу. Позаботилась о невнимательном супруге… Идиотка.
Да что б ему мои котлеты поперёк горла встали!
Бью кулаками по рулю, задыхаясь от рыданий. Как же больно… Кажется, что мою душу грубо вырвали из тела, вывернули наизнанку и затолкали назад. И теперь она впивается в плоть острыми, смятыми краями, продолжая меня ранить…
Значит, я – Жигули, а какая-то страшная девка с богатым папочкой – Ferrari? Развестись он со мной хочет? Будет ему развод! Вот только он не знает, на кого нарвался. Я отомщу. Он после этого ни на одну женщину больше не взглянет. В каждой, будет видеть моё лицо. Глеба до конца жизни будут преследовать кошмары с моим участием! И никакие деньги ему не помогут.
В голове не укладывается, что он действительно собирался так подло со мной поступить. Не могу поверить, что мой Глеб, человек, за которого я вышла замуж, – такой негодяй. Как он вообще до такого додумался? И ведь не подумал о том, что мне наконец-то удалось забеременеть, что мне нельзя нервничать – иначе я могу потерять малыша. Но похоже, ему на все это наплевать; у него ведь совсем скоро появится ребёнок от этой Ferrari.
Ну ничего, я-то точно не пропаду. А вот он очень пожалеет о том, что решил со мной так поступить! Считает будто ему всё дозволено? Ну это мы еще посмотрим!
Я никогда не отличалась особой кровожадностью и старалась не злиться на тех, кто поступал со мной плохо, считая, что в мире существует справедливость и их обязательно накажут за все плохие поступки. Но сейчас я не хотела ждать, пока мифическая карма начнёт действовать. Глеб должен страдать! И чем раньше, тем лучше. Потому что он это заслужил.
Делаю глубокий вдох, смахиваю слезы тыльной стороной ладони и завожу мотор.
Ехать домой совершенно не хочется, поэтому я отправляюсь в парк. Бреду куда глаза глядят, утопая в жалости к самой себе. Хочется плакать, но я усиленно отгоняю от себя это желание. Этот не достоин моих слёз. Я не стану рыдать из-за того, кто так вовремя показал своё истинное лицо. А мне ведь и правда повезло: если бы муж не забыл сегодня свой обед, я бы вряд ли узнала о том, что он задумал. И скорее всего правда выплыла бы наружу как раз во время декрета, когда я была бы наиболее уязвимой.
Но раз я всё знаю, то смогу подготовиться к тому, что скоро стану матерью-одиночкой. Время ещё есть – успею и приданое для малыша собрать, и денег подкопить.
Обнимаю себя за плечи, чтобы унять дрожь в теле. Но это совсем не помогает. Меня буквально колотит из-за случившегося. Вся жизнь перевернулась с ног на голову, выбив почву из-под ног. Но я должна найти силы жить дальше…
Прогулка по парку помогает мне немного прийти в себя. Домой я возвращаюсь с полной уверенностью, что всё даже к лучшему: благодаря тому что я узнала о планах Глеба так рано, меня обошла стороной участь остаться у разбитого корыта лет в пятьдесят. А это дорогого стоит.
Иду в ванную и умываюсь холодной водой. Вскидываю взгляд на свое отражение в зеркале, отмечая насколько бледным выглядит мое лицо.
– Ты должна быть сильной, – шепчу я, наблюдая за тем, как глаза вновь наполняются слезами. – Не стоит плакать из-за какого-то… Нужно бороться. Ты должна…
Я действительно должна переступить через себя и жить дальше. Вырвать из сердца всю любовь к Глебу и забыть о том, что когда-то испытывала к этому человеку светлые чувства.
Немного успокоившись, я приступаю к своим обычным делам: навожу порядок, протираю пыль, мою полы и начинаю готовить ужин. Лёгкий овощной салат с киноа, запечённая брюссельская капуста и отварная куриная грудка – всё то, что так ненавидит Глеб. Меня ведь не должно волновать, что он любит отужинать жареными котлетами с картофельным пюре или макаронами? В первую очередь я должна думать о себе и своём малыше. А значит, наша семья с этой минуты переходит на здоровое питание.
В другой ситуации я бы не стала так издеваться над мужем. Скорее всего, готовила бы для себя отдельно. Но после того, что я услышала, подобное желание у меня пропадает. Пускай ему Ferrari котлеты лепит и пирожки печёт, от меня он теперь увидит только овощные запеканки и кабачковые супы. И пусть только попробует сказать, что его что-то не устраивает – быстро вылетит к своей Лидочке. Да, эта квартира не только моя. Она наша общая и, после развода, придется ее разделить. Но может Глеб уступит мне свою половину квартиры в счет алиментов?
Нет… Слишком просто все это. Я не могу просто подать на развод и дать ему уйти. Я действительно должна придумать, как заставить его страдать. Он должен почувствовать настоящую боль…
С работы муж возвращается в прекрасном настроении, как будто даже светится от удовольствия. Видимо, мысли о том, как он скоро обведёт меня вокруг пальца, никак его не оставляют.
– Дорогая, ты даже не представляешь, как я голоден! – широко улыбается он и стягивает с шеи галстук. – Но это полностью моя вина. Представляешь, умудрился забыть свой обед! Пришлось сидеть голодным...
– Почему не сходил в кафе? – спрашиваю я с холодной улыбкой. Стараюсь вести себя как можно естественней.
– Потому что в кафе не умеют готовить такие божественные котлеты, – заявляет он, кладёт руки мне на плечи и наклоняется, чтобы поцеловать в щёку. – Какая-то ты сегодня хмурая.
– Тебе кажется, – отмахиваюсь я. – Просто немного устала, а завтра ещё на работу.
– Может, бросишь свою эту работу? – с пренебрежением спрашивает он. – Всё равно копейки зарабатываешь, плюс весь день на ногах.
– Но мне нравится работать с цветами, – раздраженно возражаю я. – И букеты у меня выходят шикарные! Ты знал, что у нашего цветочного магазина есть постоянные клиенты, которые приходят только в мои смены?
– Ну не знаю, – равнодушно пожимает он плечами. – По мне так ты преувеличиваешь значимость своей работы. Не стоит забывать, что ты давно не девочка, и лишняя беготня тебе ни к чему.
– Слушай, ну я не так уж и напрягаюсь, – ворчливо замечаю я. – К тому же сколько бы я ни зарабатывала, это всё равно лучше, чем ноль. Все эти деньги я планирую тратить на нашего будущего ребёнка.
– Да это и так понятно, – отмахивается Глеб. – Я просто переживаю за тебя, не хочу, чтобы ты себе навредила. Поэтому и предлагаю уволиться. А на коляску и распашонки я сам заработаю.
– Слушай, я понимаю, что твоя зарплата намного больше моей, – вздыхаю я. – Но и она не заоблачная. Не забывай, что я три года буду сидеть дома, и тебе придётся всё тащить на себе.
– И вот мы плавно подошли к теме, которую я хотел обсудить... – произносит Глеб, берёт мою ладонь в свою руку и заглядывает мне в глаза. – Лена, мы должны развестись, – произносит он. – Но ты ничего такого не подумай, это просто формальность. Дело в том, что мне светит повышение. Хорошая должность в руководящем составе, зарплата больше полумиллиона в месяц.
– Это здорово! И так вовремя, – растерянно шепчу я. – Но я не понимаю, причём здесь развод?
– Да при всём! – восклицает он. – Такие места отдают холостым и бездетным. Тем, кто может полностью посвящать себя работе! Если выплывет, что у меня скоро родится ребёнок, мою кандидатуру даже рассматривать не станут.
– То есть ты не планируешь записывать малыша на себя? – удивленно спрашиваю я.
– Ну как бы, да... – он мнётся, подбирая слова. – Просто так будет лучше. Я запишу его на себя года через полтора, когда закреплюсь на новом месте. Ну и тебе как матери-одиночке будет проще: выплаты станешь получать, пособия всякие. Только разводиться нужно сейчас. Если не успеем вовремя, малыша автоматом запишут на меня. Так что скажешь?
– Ну раз ты говоришь, что так нужно, значит, мы так и поступим, – киваю я и улыбаюсь.
Похоже он не понимает, что развод его не спасет. Моего ребенка автоматом запишут на Глеба, даже если мы расторгнем свой брак.
Любой адвокат по семейным делам скажет моему мужу, что если малыш рождается в течение трехсот дней после развода, его без разговоров записывают на бывшего супруга. Так что вряд ли этому идиоту удастся скрыть от своей богатенькой Лидочки наличие ребенка.
– А на ужин у нас что? – потирает ладони мой муж. – Я голоден как волк.
– Это хорошо! – снова улыбаюсь я. – Иди, мой руки, у меня всё давно готово.
Я быстро накрываю на стол и присаживаюсь, дожидаясь своего мужа. Глеб с улыбкой возвращается на кухню, замирая у порога.
– Фу! – морщит он нос. – А чем это так воняет? Как будто капуста, которая лет двести в холодильнике пролежала, решила почтить нас своим присутствием.
– Ну что ты такое говоришь? – пожимаю я плечами. – Всё очень свежее и полезное! Мы ведь не хотим навредить нашему малышу?
Я кладу руку на живот и выразительно смотрю в глаза мужа.
– Нет, конечно! – растерянно тянет он. – Для нашего ребёнка всё только самое лучшее.
Муж выдавливает улыбку и садится за стол, брезгливо смотрит на содержимое своей тарелки, словно понятия не имеет, что со всем этим делать.
– Послушай, милая, но ребёнок ведь получает питание от тебя. Может, мне не обязательно не менять рацион?
– Ну нет! – немного обиженно тяну я. – Если уж переходить на здоровое питание, то всем вместе. Может быть, я тоже хочу питаться как раньше, а значит, в доме не должно быть соблазнов, чтобы никому не было обидно.
– Ну, это спорное утверждение, – со вздохом замечает он, ковыряя вилкой в своей тарелке. – Вот мне как-то обидно, что ребёнка носишь ты, а есть капусту должен я.
– Нужно просто перебороть себя, тогда ты втянешься и привыкнешь. Мы должны с самого детства сформировать у нашего ребёнка правильные пищевые привычки. Так что больше ни ты, ни я не будем травить себя химией, трансжирами и прочими вредностями. Но это и нам пойдет на пользу.
– Ну да, звучит вроде бы логично..
– Конечно логично! – перебиваю я. – Милый, мы так долго мечтали о малыше, и мы оба понимали, что наша жизнь очень сильно изменится ещё до его появления. Мы ведь с тобой ответственные взрослые и готовы к переменам?
– Ага, – кивает он.
– Значит, пора нам остепениться, – продолжаю я. – Мы очень много лет жили как нам вздумается, но когда-нибудь это должно было закончиться. Я не давила на тебя, понимала, что тебе и так тяжело из-за того, что у меня не получается забеременеть.
– Дорогая, ну не вини ты в этом себя! Ты ни в чём не виновата! – Глеб протягивает через стол руку и сжимает мою ладонь. – Просто так вышло, время, наверное, было неподходящее. Но теперь всё очень вовремя.
Как же красиво он говорит! Не вини себя! А ведь недавно сам говорил другу, что не виноват в том, что у меня не получилось вовремя забеременеть.
Но для меня у него приготовлена другая речь. И даже похоже, что он сам в это верит. А у меня сердце кровью обливается глядя на него, потому что я не могу выбросить из головы то, что он говорил обо мне своему другу: «Жигули» – так он меня назвал. А ещё добавил, что я никому не нужна: нищая и с пузом... Ну да, это всё про меня.
Не могу сказать, что мой муж был очень обеспеченным человеком, когда мы познакомились. Но у меня не было даже той малости, которой он мог похвастаться. Я выросла в детском доме и понятия не имела, кем являются мои родители. После дома малютки я перекочевала в семью опекунов вместе с тремя такими же брошенными детьми. До восемнадцати лет мы исполняли роль прислуги: ходили в обносках, летом занимались огородом, управлялись с хозяйством и заготавливали на зиму дрова. С наступлением холодов становилось легче – начиналась школа. Там мы могли хоть немного отдохнуть от повседневных дел.
Став совершеннолетней, я покинула дом опекунов и переехала в квартиру, которую мне выделило государство. Поступила в училище, чтобы получить профессию, но долго не продержалась: учиться и работать одновременно было сложно. В общем, я не справилась. Сдалась. Но даже полностью посвятив себя работе, мне едва удавалось сводить концы с концами. Денег впритык хватало только на оплату коммунальных услуг и простую еду. Чтобы купить что-то из одежды, приходилось откладывать деньги по несколько месяцев. Но это ничуть меня не сломило: я была счастлива только потому, что могла сама решать, как мне жить. Хотя мало кто позавидовал бы мне в то время.
А потом я встретила Глеба. И жизнь заиграла новыми красками! Мы поженились, продали мою крохотную квартиру и взяли ипотеку.
У моего мужа были родители, которые в своё время помогли ему с учёбой. К сожалению, они не были обеспеченными людьми и не могли поддерживать его бесконечно. Но, в отличие от меня, у него было образование, что, конечно, помогло ему найти хорошую работу. По началу его зарплата оставляла желать лучшего, но мой муж умел ставить правильные цели и всегда добивался того, чего хотел. И вот спустя пятнадцать лет он решил, что я больше ему не подхожу. Что любовь – это не главное, и он готов предать женщину, которая была готова отдать ему всю себя ради денег.
– О чём задумалась? – с улыбкой спрашивает он. – Выглядишь грустной.
– Да так, отмахиваюсь, просто вспомнила, как у нас всё начиналось: как мы нашли эту квартиру, как собирали свою первую мебель по всем знакомым, как спали прямо на матрасе, брошенном на полу, – улыбаюсь и качаю головой. – Даже не верится, что это правда было с нами.
– Да ладно тебе о плохом вспоминать! – фыркает он. – Тем более совсем скоро всё изменится.
– Уже изменилось, – с грустью замечаю я.
– Ну конечно, изменилось, Лен! Мы давно избавились от той мебели, которой место было на помойке, а не в доме. Нормальный ремонт сделали, купили хорошую технику. А когда я получу повышение, всё станет ещё лучше! Мы сможем позволить себе намного больше - хороший отдых, дорогую одежду. А чтобы у нас всё это появилось, нам всего лишь нужно развестись. Но это даже к лучшему.
– Разве? – интересуюсь я. Вскидываю взгляд на мужа.
– Конечно! У нас ведь даже нормальной свадьбы не было. Мы просто расписались и отметили праздник в кафе. Зато теперь, когда мы снова соберёмся пожениться, у нас всё будет по высшему разряду. У тебя будет шикарное белое платье, дорогое кольцо, лимузин! Осталось потерпеть совсем немного.
– Как скажешь, – отвожу глаза и пожимаю я плечами. Всеми силами пытаюсь не расплакаться.
А в голове эхом звучат его слова: «Кому она нужна? Нищая и с пузом…»
Скоро он узнает кому… Себе я нужна в первую очередь! Себе и своему будущему ребенку!
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Месть. Твоя роковая ошибка", Яна Клюква ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 2 - продолжение