Наступила ясная морозная ночь. В доме царила умиротворённая тишина, лишь в камине иногда потрескивали догорающие дрова.
Яшка нетерпеливо постукивала ножкой, глядя, как я одеваюсь.
- Какая же ты копуша, Танечка! – проворчала она. – Времени и так в обрез! А ты всё никак валенки натянуть не можешь!
Я с трудом разогнулась, запакованная в толстую шубу из искусственного «леопёрда».
- Если бы я надела нормальный спортивный костюм и пуховик, то было бы куда быстрее! – огрызнулась я, приспуская красный кожаный пояс на одну петельку. Им была перетянута шуба на талии.
- Таня, на улице минус тридцать! Какой пуховик?! А эти шубки выдержали не один год холодов! Так как были сшиты на славу еще при СССР!
- Ой, ладно! – я затянула завязки на шапке. Да, да! Мы были именно в тех шапках, которые связала кудрявая рукодельница ещё в наши бездетные времена.
- Слава Богу! – Янина Сергеевна открыла кладовку и извлекла оттуда лыжи. Того же времени, что и шубы.
- Это ещё зачем? – я бросила на них недоумённый взгляд. – Мы что, до перекрёстка своим ходом не дойдём?
- Ты что не видела, какие там сугробы? – удивилась подруга. – И мы ведь не на центральный пойдём перекрёсток. А на тот, дальний, где заброшенная часть деревни! Или ты хочешь, чтобы нас кто-то увидел?
- Кто нас увидит ночью?! – мне ужасно не хотелось переться к чертям на кулички.
- Кто угодно! Какая-нибудь старушка от бессонницы будет в окно пялить, а тут мы! – возразила Афродитовна. – Мало о нас сплетен ходит по деревне?!
В общем, спорить было бесполезно. Поэтому схватив вторую пару лыж, я вышла за Яниной Сергеевной, которая волокла с собой сумейку «самошитку».
Мороз действительно стоял знатный. Причём он похож крепчал. Снег искрился, скрипел и, встав на лыжи, мы «похрустели» в конец деревни. Как же мне это напоминало наши былые приключения!
Деревня словно застыла в серебряном плену. Укутанные в белоснежные шубы избы, стояли молчаливым строем. Их окна поблескивали причудливыми узорами, будто кто-то вышил на стёклах морозные кружева.
Тропинка, протоптанная в сугробах, петляла между избами, исчезая в темноте заброшенной части деревни. Здесь дома выглядели особенно уныло - покосившиеся заборы, провалившиеся крыши, занесённые снегом дворы. Казалось, что сама природа постаралась скрыть эти места от людских глаз.
Пустая половина встретила нас зловещей тишиной. Здесь даже снег казался другим - более плотным, серым... Луна, пробивающаяся сквозь тучи, бросала на землю бледный свет, превращая все окружающее в нечто мистическое.
Наконец, мы достигли места назначения - старого дома на отшибе. Его окна смотрели на нас пустыми глазницами, а дверь жалобно поскрипывала на ветру.
Перекрёсток находился как раз за этим мрачным жилищем и, проехав еще с десяток метров, мы остановились на едва заметном под снегом перепутье.
Янина Сергеевна сняла лыжи и принялась выкладывать из сумейки то, что притащила с собой. Я только сейчас озадачилась: а что она вообще приволокла?
- Яшка, а что это такое? – мои брови взлетели вверх, когда в лунном свете блеснула бутылка.
- Как что? – подруга повернула ко мне раскрасневшееся от мороза лицо. – Откуп! А ты не знала, что чем больше – тем лучше?
Я подошла ближе и тут даже завязки шапки не смогли удержать мою челюсть. Афродитовна припёрла бутылку самогона, батон хлеба и какой-то пакет с подозрительным содержимым.
- А в пакете…
- Так печень же! – довольно произнесла Янина Сергеевна. – Самое лучшее для такого мероприятия! Всё, давай говорить нужные слова и айда домой. Вот эти. «Вам сей откуп, мне то, что указанно уготовьте. Берите, берите! А если не понравится, мне лаптем состариться!».
- Не буду я такое говорить! – сразу же отказалась я. – Можно просто сказать: «Уплачено»!
- Таня! Пока ты спала, я пару книг пролистала! И там написано, что если чем больше обещаешь, тем лучше к тебе те самые силы относиться станут! Да и вообще, что здесь может не понравиться?! – Афродитовна кивнула на подношение. – Я бы сама эту печень сожрала! А так от себя оторвала для общего дела!
Я попыталась ее образумить, но не успела. Эта профура принялась делать пассы руками, а потом рявкнула своё заклинание.
- На фига?! – воскликнула я, отпустив ей подзатыльник. – Какая же дура!
- Успокойся! – прошипела кудря. – Потом еще спасибо скажешь! Всё, уходим не оборачиваясь!
Делать нечего… Я напялила лыжи, выпрямилась и вдруг услышала скрип снега. Кто-то быстро направлялся в нашу сторону. Яшка тоже услышала посторонние звуки и замерла. Шаги приближались, и мне даже показалось, что их стало больше. А когда раздалось хриплое дыхание, тут уже было не до условностей. Плюнув на магическое предупреждение не поворачиваться, мы естественно вывернули шеи.
- О не-е-ет… - протянула я, глядя, как пакет с печенью и батон растаскивают собаки. Их было около десяти и привлечённые запахами, они с остервенением рвали «откуп». Те псины, которым не досталось угощения, вдруг развернулись в нашу сторону и оскалились.
- Короче пора… - промямлила Афродитовна, отталкивая палками. – Ускоряемся, Танечка…
Ускорились мы так, что ничего не было видно от слёз, льющихся из глаз. Собаки бежали следом. Яшка летела как Клавдия Боярских* и я еле поспевала за ней. Но оторваться от четвероногих друзей мы всё равно не смогли. Янина Сергеевна сломала лыжи, пытаясь забежать на крыльцо, застряла палками в перилах, а я со свистом въехала в коридор. Где мы и встретились лбами. Закрыв двери на все замки, мы замерли тяжело дыша.
- И теперь скажешь, что шуба не пригодилась? – выдохнула Афродитовна. Грохоча обломками на ногах, она повернулась ко мне задом. Искусственный леопард был разодран в клочья, но Яшкина жопа не пострадала. Судя по сквозняку, гуляющему у меня вокруг нижней части тела, моя шуба была разодрана еще на подступах к дому. Но это заботило меньше всего.
- Получается, откуп не принят? – прошептала я, поворачиваясь к подруге.
- Получается так… - она отвела свои бесстыжие глаза.
- И что теперь? – я даже представить боялась, как сказанные ею слова повернуться против нас. А это обязательно случится - к бабке не ходи.
___________
*Российская лыжница. На Играх в Инсбруке в 1964 году выиграла все три гонки и стала первой в истории абсолютной олимпийской чемпионкой в этом виде спорта.