Ольга застыла на пороге комнаты, глядя на огромный пластиковый чемодан, который перегородил проход. Это был не её багаж и уж точно не Игоря. Рядом, на комоде, уже высилась гора чужой косметики, бесцеремонно сдвинувшая в сторону её флаконы. Внутри не возникло истерики, руки не тряслись. Наоборот, навалилась тяжелая, каменная усталость. Та самая, что копилась годами от бесконечных визитов родни, вдруг затвердела, превратившись в бетонную стену.
В коридоре послышались шаги. Заглянул Игорь. Вид у него был нарочито бодрый, но взгляд бегал по углам.
— О, ты уже вернулась? — он криво улыбнулся. — А у нас гостья. Света приехала!
Из ванной вышла золовка. На голове у неё было намотано полотенце Ольги, а сама она утопала в её же любимом махровом халате — том самом, дорогом, который Ольга купила с премии и берегла.
— Приветик! — Света плюхнулась на диван, поджав под себя ноги. — Классный у тебя халат, мягкий. Я тут поживу немного, ладно? С мамой поругалась, да и на работу от вас добираться удобнее.
Ольга перевела тяжелый взгляд с мужа на золовку.
— «Поживу»? — переспросила она тихо. — Игорь, мы это обсуждали?
Игорь поморщился, будто раскусил кислый лимон.
— Оль, ну не начинай. Это же сестра. Ей надо перекантоваться всего-то месяц-другой. Не чужие люди. Квартира двухкомнатная, места всем хватит.
— Квартира моя, Игорь. И халат мой.
Света фыркнула и демонстративно запахнула полы халата плотнее.
— Ой, всё. Жалко, что ли? Я же постираю потом. Игорь сказал, ты не будешь против, ты же у нас понимающая.
Это слово — «понимающая» — прозвучало как пощечина. Ольга вспомнила все выходные, убитые на готовку для гостей Игоря. Вспомнила, как его мать переставляла банки на её кухне, приговаривая: «Я лучше знаю». Вспомнила, как муж всегда отмалчивался, уткнувшись в телефон.
— Снимай, — сказала Ольга.
— Чего? — Света перестала улыбаться.
— Халат снимай. И вещи собирай. Сейчас же.
Игорь шагнул вперед, пытаясь загородить сестру плечом.
— Ты что устроила? Из-за тряпки? Света никуда не пойдет. Я муж, и я решил, что она останется. Имею право привести родственницу к себе домой.
— К себе — имеешь, — Ольга прошла к шкафу, достала оттуда джинсы и футболку Светы, которые валялись на полке, и кинула их на диван. — Но этот дом — мой. Куплен до загса. Ты здесь только прописан.
В кармане Игоря затрезвонил мобильный. Конечно, мама. Свекровь чувствовала конфликты на расстоянии. Игорь включил громкую связь, надеясь на поддержку.
— Оля! — голос Антонины Павловны заполнил пространство. — Мне Светочка написала, что ты её выставляешь! Ты в своем уме? Девочке идти некуда! Семья должна помогать, а ты ведешь себя как эгоистка. Игорь, поставь её на место!
Игорь расправил плечи, чувствуя за спиной мамину защиту.
— Мама права. Если Света уйдет, я тоже уйду. Выбирай: или ты ведешь себя по-человечески, или кукуй одна.
Ольга посмотрела на плюшевый халат, который всё еще был на Свете. Этот предмет одежды был символом её личного пространства, которое топтали годами.
— Отлично, — кивнула Ольга. — Это упрощает дело. Собирайтесь оба.
— Ты блефуешь, — усмехнулся Игорь. — Ты без меня не вывезешь. Кто тебе кран починит? Кто продукты таскать будет?
— Мастера и курьеры. За деньги. Которые, кстати, теперь останутся у меня.
Ольга достала смартфон, зашла в банковское приложение и заблокировала карту, привязанную к её счету.
— Ты что творишь? — Игорь увидел уведомление на своем экране.
— Перекрываю кран. Ты же у нас гордый мужчина, который решает, кто живет в доме. Вот и решай теперь жилищный вопрос за свой счет.
Света, поняв, что бесплатное проживание отменяется, быстро скинула халат на пол и начала лихорадочно запихивать косметику обратно в сумку.
— Ну и пойдем! — выкрикнула она. — Больно надо в твоих стенах сидеть. Мама была права, ты всегда была жадной! Игорь, поехали к маме! Пусть она подавится своими метрами!
Игорь стоял растерянный. Сценарий, где жена пугается и просит прощения, сломался. Он зло глянул на Ольгу, схватил свой рюкзак и чемодан сестры.
— Ты пожалеешь, Олька. Приползешь еще.
— Ключи, — Ольга протянула ладонь.
Игорь с грохотом швырнул связку на тумбочку и вышел. Входная дверь захлопнулась.
Ольга не стала сразу убирать ключи. Она подошла к окну. Внизу, у подъезда, Игорь и Света что-то бурно обсуждали, размахивая руками, а потом потащили чемодан к остановке. Машины у Игоря не было — он всегда говорил, что общественный транспорт надежнее, особенно когда экономишь деньги жены.
Ольга подняла с пола свой халат. Бросила его в корзину для белья — носить его она больше не будет. Завтра купит новый. Синий. Или зеленый.
В квартире стало тихо. Никто не требовал внимания, не включал громко новости, не учил жизни. Ольга прошла на кухню, сварила себе кофе.
Впервые за пять лет брака она чувствовала себя не одинокой, а свободной. Телефон снова ожил — на экране высветилось «Антонина Павловна». Ольга нажала кнопку блокировки. Затем проделала то же самое с номерами мужа и золовки.
Кофе получился вкусным. И самое главное — его никто не просил переделать. Это был напиток для неё одной. И жизнь теперь тоже принадлежала только ей.