Он явно собирался на банкет. Только автомобиль его, припаркованный у обочины, не был украшен шариками. Но в кортеже было много таких машин — не все любят наряжать свой транспорт.
Мужчина медленно начал приближаться к Карине. Он внимательно и с интересом вглядывался в её лицо, и его совершенно не волновал дождь. Этот человек будто и не замечал, что вымок до нитки.
Карина решила было, что кто‑то из гостей решил остаться, чтобы наказать её за задержку. Но тут же отмела эту мысль: слишком уж добрые были у мужчины глаза.
— Ну, здравствуй, красавица, — проговорил мужчина, поравнявшись с Кариной. — Не бойся меня.
— Я и не боюсь.
— Знаю. Если ты так… то, думаю, ты многое видишь наперёд. И потому страха у тебя немного.
Карину будто молнией поразило. «Он что, знает про мой дар? Или догадывается? Что вообще здесь сейчас происходит?»
— Я всё понял, — продолжал мужчина. — Я видел тот грузовик. Если бы ты не остановила машину, пострадал бы автомобиль жениха и невесты.
— И кто‑то бы погиб? Молодожёны?
— Только невеста.
— Но жених бы тоже не смог потом жить, — ответила Карина. — Винил бы себя и вскоре заболел бы серьёзно.
— А теперь они оба живы и счастливы, — подытожил собеседник Карины. — Надо, наверное, представиться. Меня зовут Табар.
— Карина, — ответила девушка.
— Карина… Красивое имя. И подходит тебе. Слушай, дождь такой, мы промокли совсем. Ты‑то уж вообще насквозь. Пойдём ко мне в машину. Печку включу, полотенце тебе дам.
— В машину? К незнакомому человеку? — Карина подозрительно смотрела на Табара, пытаясь разглядеть в нём хоть что‑то подозрительное. Но глазу и зацепиться не за что было.
— Ты ведь меня насквозь видишь, так? — хитро улыбнулся мужчина.
Карина подумала, подумала — и кивнула. «Смысл отпираться? Этот Табар, похоже, тоже видит меня насквозь. И он совершенно безопасен».
В машине Табар протянул Карине махровое полотенце. Девушка вытерла волосы, руки, лицо, промокнула сарафан. Печка прогрела салон — при такой температуре всё быстро высохнет. Карина наслаждалась долгожданным теплом.
— Знаешь, мне нужно убедиться, что ты это…
— В общем, нет ли у тебя случайно особого родимого пятна на плече?
Карина вздрогнула. «Но это‑то откуда ему известно?»
Девушка не любила демонстрировать своё родимое пятно — сама не знала почему, но постоянно его прятала. А тут сдвинула лямку сарафана, чтобы Табар мог увидеть то, что его интересовало.
— Это ты, — улыбнулся мужчина. Карине даже показалось, что в его глазах блеснули слёзы. — Надо же, ты нашлась! Через столько лет… Ясмин будет счастлива.
Карина пыталась понять по глазам этого человека, что происходит, но ничего не могла в них прочесть. Такое бывало — не всё открывалось Карине.
— Может, вы объясните мне, что происходит? — спросила девушка. — Я вообще ничего не понимаю.
— Конечно, конечно. Это история. Она очень длинная, запутанная, но ты обязана её знать. Главное, что ты нашлась. Теперь всё будет хорошо.
И Табар начал свой рассказ.
Табар и его младшая сестра Ясмин родились и выросли в таборе. Отец их умер рано — Табару тогда едва восемь исполнилось, а Ясмин была совсем малышкой, всего два годика. Она даже не запомнила родителей.
Спустя три года не стало и матери детей. Они остались круглыми сиротами. Цыгане, конечно, их не оставили, но положение сирот в таборе было незавидным. Детей заставляли много работать, чтобы оправдывать своё существование. Их кормили, но сладостей они практически не видели — как и ласки.
Единственным человеком, кто был добр к брату и сестре, оставалась старушка Зара. Она когда‑то очень дружила с родной бабушкой Табара и Ясмин, считала её почти сестрой. Потому и к внукам старой подруги относилась с теплом и заботой.
Правда, престарелая Зара мало что могла уже, но для детей и её добрые слова многое значили. Зара пыталась учить малышей грамоте. Табар схватывал всё на лету: научился читать, писать, хорошо считал. Он вообще оказался сметливым мальчонкой — учиться ему очень нравилось.
Ясмин же не любила этих уроков. Зато она видела болезни людей и умела заранее предупреждать их об беде — чтобы те успевали предпринять какие‑то меры.
— За этот дар Ясмин в таборе ценилась. Правда, это означало лишь ещё больше работы для девочки. Никаких плюшек за труды ей не полагалось.
— Это же как у меня! — не удержалась от вскрика Карина. — Я ведь тоже вижу болезни и беды, которые грозят людям — вот как сегодня.
— Конечно, — улыбнулся Табар. — Ты ведь родная дочь Ясмин. Дар этот как раз от матери к дочери и передаётся.
Мужчина достал паспорт. В нём хранилась фотография его сестры. Карина взглянула на снимок — и ахнула. На фото была запечатлена та самая темноволосая женщина, которую она все эти годы видела во сне.
— Узнала, — довольно улыбнулся мужчина. — Ещё бы! Вы ведь встречались во снах. Это Ясмин к тебе приходила, следила за тобой, поддерживала, как могла.
— Так это… мама моя? Та женщина из снов?
— Да, девочка. Это твоя мама.
Ясмин и Табар быстро выросли. К Табару никто не приставал — кого интересует босяк‑бесприданник? А вот Ясмин задумали отдать за старого вдовца.
Конечно, девушку эта перспектива ужасала. Только вот никто её и спрашивать не намеревался.
В то время табор стоял около одного города, и Ясмин познакомилась там на базаре с молодым парнем. Между ними вспыхнули чувства. Молодой человек даже хотел выкрасть возлюбленную. Но цыгане узнали об этом — и что‑то с ним сделали. То ли избили сильно, то ли что похуже.
А Ясмин заперли в клетке, чтобы не помешала, не предупредила парня. Табар тайком носил ей туда еду и воду, пока никто не видел.
Табор снялся с места и отправился дальше. Цыгане готовились к свадьбе Ясмин и того самого вдовца. И тут выяснилось, что Ясмин ждёт ребёнка. По срокам выходило, что отцом его был тот самый парень.
Плод пытались вытравить. Сама Ясмин мечтала оставить малыша и яростно сопротивлялась. Приходилось скручивать её, держать, но никакие снадобья не действовали на ребёнка.
«Сильное дитя, — судачили цыганки. — Не иначе как даром особым наделено».
Было решено оставить Ясмин на время в покое — дождаться родов, а потом уж избавиться от младенца. Свадьбу, понятное дело, отложили: не желал вдовец брать невесту «с икрой», как он выражался.
И вот настал день, когда Ясмин поняла: совсем скоро она встретится с ребёнком. На тот момент молодая мать уже знала, что носит под сердцем девочку. Видела её во сне.
— Имя тебе она придумала красивое — Вита, — улыбнулся Табар.
— Мы все надеялись, что старейшины разрешат оставить малышку в таборе. Ну, пусть бы росла вместе с другими местными сиротами — немало их у нас. Только не вышло ничего.
Увидев новорождённую девочку, повитуха, принимавшая роды у Ясмин, изменилась в лице. Метко и чётко произнесла женщина: «Метка силы!»
И действительно — на плечике малышки красовалось родимое пятно в форме Африки. Это испугало цыган. С такой мощью они ещё не сталкивались. Неизвестность страшила, пугала. Возможно, пугала и месть девочки: ведь она вырастет и, конечно, узнает, что от неё хотели избавиться, пытались погубить её ещё в утробе матери.
Свадьба Ясмин и богатого вдовца должна была состояться через неделю. Что будет с её девочкой, невеста не знала — но решение уже было принято. Просто Ясмин в планы старейшин не посвятили, чтобы она не сделала чего‑то непредвиденного. С малышкой на руках Ясмин была спокойна и предсказуема. Как поведёт себя мать, если у неё отнять дитя? Рисковать цыганам не хотелось.
И потому однажды ночью, когда Ясмин спала, тебя просто выкрали.
— Забрали у матери, — покачал головой Табар. — Она проснулась — а ребёнка нет. Только представь, какой ужас твоя мать испытала.
Мы с Ясмин поначалу думали, что ты мертва. Но потом сестра увидела малышку во сне и поняла: всё с её дочкой в порядке. Цыгане просто оставили девочку в поле ночью — выбросили ребёнка по пути, оставили на верную смерть. Никто и предположить не мог, что Виту найдут, примут в семью, что она вырастет.
В общем, Ясмин чуть с ума от горя не сошла. Свадьбу решили снова отложить на пару недель — чтоб невеста свыклась с потерей, в себя пришла. Но мы с Ясмин дожидаться торжества не стали — сбежали в тот же день. Всё равно нам жизни в таборе не было. Решили попытать счастье вне общества, в котором родились и выросли. И всё получилось.
Брат и сестра осели в маленьком городке неподалёку от места побега. Их особенно и не искали. Так, порыскали в городе и его окрестностях пару дней — и дальше поехали цыгане. Невелика потеря оказалась.
Тут‑то Табару и пригодилась его грамотность. Он сначала подмастерьем в автомастерской работал — с машинами возиться ещё в таборе научился. Там много старой техники было. Спустя годы подкопил денег, набрался опыта, приобрёл нужные связи — и открыл свой бизнес.
— Сначала это была маленькая мастерская, — продолжал Табар, — потом дело разрослось до целой сети. Сейчас я владею уже несколькими автосервисами.
Сестра моя, Ясмин, трудилась в больнице санитаркой — это было место как раз для неё. Очень хорошо она чувствовала боль людей, даже врачей иногда консультировала. Образование Ясмин так и не получила — поздно уже было. Но и без того цыганка нашла своё место в жизни.
А вот я отучился. В моём деле без этого было никак.
— Мы тебя искали, — улыбнулся Табар. — Детективов даже нанимали. И ты, наверное, будешь смеяться… К гадалкам обращались. Ясмин знала, что ты жива, что с тобой всё в порядке. Вы виделись во снах, но там, в мире сновидений, нельзя понять, где человек находится в реальности. Мы не могли понять, где ты.
Поиски не прекращались. Мы с сестрой знали, что рано или поздно встретимся с тобой. И вот сегодня, совершенно случайно, ты сама нашла меня — выскочила на дорогу. Ну прямо как Ясмин в юности, точно такая же. У меня сердце сразу ёкнуло. В то же мгновение я всё понял.
Табар сегодня приехал на свадьбу сына — партнёра по бизнесу.
— Молодой человек со школьной скамьи был влюблён в свою невесту. Но встречаться они начали уже после окончания вузов. Парень просто на седьмом небе от счастья. Алиса — невеста. Она ведь такая хорошая девочка, — улыбался Табар. — Какое же счастье, что Алиса осталась в живых. И всё благодаря тебе.
— Этот букет… — задумчиво протянула Карина. Только сейчас она заметила, что всё ещё сжимает его в руке. — Выходит, он не только судьбу невесты изменил, но и мою? Так странно… Может, на этот раз та неведомая сила хотела помочь именно мне?
— Выходит, что так, — с нежностью улыбнулся Табар, глядя на племянницу. — Букет изменил судьбы сразу двух прекрасных девушек. Невероятно!
— Поехали к маме, — произнесла Карина. Ей очень хотелось увидеть темноволосую женщину, что поддерживала её всю жизнь, и наконец услышать её голос.
Табар с улыбкой кивнул и завёл мотор.
Следующая история👇