Алена бежала домой, совершенно не представляя, что ожидает ее завтра. Получится ли доказать, что муж пытался ее убить? Ее прошлая жизнь уже закончилась. И произошло это тогда, когда незнакомая уличная цыганка у магазина «Магнит» открыла ей страшную тайну про ее любимого супруга. Его чары спали не сразу. Она долго отрицала очевидное, оправдывая Никиту тем, что он вел себя странно, так как сильно переживал из-за работы.
Дом наконец-то показался впереди. Она ускорилась, стараясь успокоиться и скрыть истинные эмоции. Окна ее квартиры еще не погасли. Значит, он не спал. Может быть, ждал. Может быть, уже что-то подозревал. Ей было страшно представить, что он подумал, когда она не вернулась домой сразу. Ее телефон все это время стоял на беззвучном режиме. Она не могла знать, звонил он или нет. Забеспокоился ли он? Или думал только о том, что план не удалось выполнить.
Алена достала из сумки смартфон. Экран загорелся. От него были пропущенные вызовы, много. Ей стало страшно. Еще страшнее было находиться с ним в одной постели этой ночью, но выбора не было. Нельзя было дать ему понять, что она что-то знает. Иначе он может скрыться. И тогда полиция его никогда не накажет.
От него было также много сообщений: «Где ты? И почему не отвечаешь на звонки? Уже так поздно». Она набрала ответное сообщение: «Мне встретилась по дороге соседка, с которой я обычно пью чай и беседую. Заболталась я что-то. Скоро буду». Она поднималась по лестнице с горьким пониманием, что сегодня обязательно нужно быть дома, хоть он и мог предпринять еще одну попытку ее убить. Может быть, каким-то другим способом.
На всякий случай она вспоминала, где дома лежит газовый баллончик. Вдруг придется обороняться?
Она оставила букет за мусоропроводом. Надеялась, что он не заметит, что она его вынесла из дома. Потом открыла дверь, зашла. Никита стоял в коридоре, сложа руки на груди. По его выражению лица она поняла, что он нисколько не беспокоился, он был зол, зол, что план не удался.
Он начал допрос:
- Где ты была? – Спросил муж, но его голос был не похож на его обычный тон, он был слишком напряженным.
- Я же тебе написала, что встретила соседку, с которой дружу. Она поделилась со мной смешной историей про внука. Не могла оборвать ее на полуслове.
- Какой историей? – Решил уточнить он.
Она замялась, потом на ходу придумала:
- Внук моей соседки слепил тетю, как он потом выразился, сделал ей полноценную грудь из пластилина. А потом принес поделку в садик. Мальчику всего пять лет. Воспитательница была в шоке и решила поговорить с бабушкой, чтобы та отругала ребенка. Хорошо, что бабушка оказалась с чувством юмора и не стала ругать мальчишку. Оказывается, он нашел журнал у своего папы… интимного характера. И с него вылепил тетю.
Никита расхохотался. Казалось, он немного расслабился.
Она сняла куртку, прошла на кухню, выпила немного воды из остывшего чайника. Руки ходили ходуном. Она даже боялась выронить стакан, практически не могла его нормально держать. Хорошо, что он ничего не заметил. Вода немного освежила, придала мыслям ясность. Она думала только об одном: нужно как-то дожить до утра.
Потом пошла и стала искать газовый баллончик. На всякий случай. Вдруг придется обороняться от собственного мужа. Вдруг он решит подарить ей, например, духи, которые будут пахнуть еще хуже этого букета? И попросит понюхать?
Но цыганка ничего не говорила про это. Просто попросила ее быть аккуратнее и не выдавать своих истинных эмоций. Нужно было просто дожить до завтра. Казалось, ночь тянется бесконечно. Алена лежала в одной кровати с мужем и боялась, что он проснется и попробует ее снова убить. Она никак не засыпала. Тревога была слишком сильной. Он не двигался, только храпел. Он спал крепко. И можно было надеяться, что он не проснется до утра. А она успеет уйти из дома.
Каждый его вдох, каждое движение через какое-то время начали отдаваться в ее душе тревогой. Один раз он перевернулся на другой бок. У нее перехватило дыхание. Она ожидала самого плохого, уже держа в руках баллончик. Но ничего не произошло. Он спал крепко. Это был обычный сон обычного человека.
Но можно было его считать человеком? Ведь он всего пару часов назад пытался убить собственную супругу, которую так любил, о которой так заботился. Никто никогда на него и не подумал бы, если бы она тогда не послушала Зару. Алена смотрела на потолок и прокручивала в сознании все случившееся за сегодняшний день. Ей было страшно. Как никогда раньше. Слова Зары снова закрутились в голове, словно надоедливая, заезженная пластинка.
- Букет… сегодня… не подноси к лицу. Сгинешь!
Она вспомнила про справку от врача, встала с кровати и перепрятала ее в другую сумку, с которой завтра планировала идти в полицию. Пакет с цветами лежал в коридоре. Она надеялась, что уборщица их не выкинет. Нет, этого не должно произойти, ведь уборщица приходит обычно после девяти часов утра. А она планировала уйти раньше.
На часах было уже три утра. За окном была полная темень. В доме было спокойно, но она не могла найти себе места. Девушка приподнялась на локтях, с осторожностью посмотрела на мужа. Он все еще крепко спал. Удивительно! Как может так крепко спать человек, который чуть не совершил настоящее преступление?
Значит, его даже не мучило чувство вины. Таковы некоторые современные мужчины, которые деньги ставили на первое место. Она полежала еще несколько часов. Потом тихо встала, накинула свой любимый халат, вышла из спальни.
Она подогрела воду в чайнике, налила себе кофе, так как совершенно не спала, и ее клонило в сон. Нужно было как-то взбодриться. Потом достала сыр из холодильника и решила перекусить. Ведь после работы она даже не поела. Все тело было, словно натянутая тетива. Она положила телефон на стол.
Потом взяла его в руки, написала цыганке сообщение: «Ты не спишь?». Ответ пришел моментально: «Нет, ты как?» «Боюсь, не знаю, что делать». «Уходи рано утром, до того, как он проснется, и сразу беги в полицию». «А вдруг он проснется, например, чтобы сходить в туалет, и спросит, куда я направляюсь?» «Солги, скажи, что плохо себя чувствуешь, что тебе нужно к доктору, например, на обследование… после вчерашнего приступа».
Это было вполне логично. Такое ее поведение выглядело бы вполне естественно. И Никита ничего не заподозрит. Муж прекрасно знал, что она всегда после сильных приступов посещала своего доктора, пульмонолога. Она всегда переживала за состояние здоровья и ездила на осмотр.
От Зары пришло еще одно сообщение: «Держись. Ты сильная. Все получится».
Алена положила телефон, а потом допила кофе. Съела бутерброд с сыром и маслом. Полегчало. Еда всегда помогала успокоиться. А потом пошла в кровать: нужно было хоть немного поспать, чтобы появились силы для завтрашнего дня. Он будет тяжелым, она это точно знала. Она легла в постель очень аккуратно, стараясь не потревожить мужа. Потом прикрыла глаза. Но сон так и не пришел.
В сознании вертелись мысли. Они были не самыми приятными. Вдруг полицейские посчитают ее за сумасшедшую. Вдруг просто не поверят? Что если они решат, что доказательств, которые у нее будут на руках, попросту недостаточно для того, чтобы упрятать ее мужа в тюрьму? А вдруг Никита решит за ней проследить? Вдруг узнает, что она отправилась в полицию?
Нет. Нельзя было об этом думать. Нужно было просто дождаться утра, а потом действовать по четкому плану, который ей еще вчера обрисовала Зара. Она подумала о молодой цыганке. Интересно, как она? Как ее ребенок? Ведь он был все время таким бледным. Алена открыла глаза часов в семь утра. Оказалось, она все-таки провалилась в сон. Муж уже сидел на постели, натягивая домашние треники. Зевнул.
- Доброе утро.
Она вытаращила глаза, понимая, что он проснулся раньше нее. Но она быстро успокоилась. Если бы она не сделала этого, он бы все понял, все было написано у нее на лице. Весь ужас.
- Мне нужно на осмотр, к моему доктору. Сегодня. – Сказала она спокойно.
Никита вгляделся в ее лицо.
- К врачу? Зачем?
- К Дмитрию Федоровичу, к пульмонологу. В нашу поликлинику. Если его не будет, пойду в платную клинику. После приступа астмы нужно, чтобы кто-то послушал легкие. Вдруг что-то серьезное? – Она стремилась говорить будничным голосом, словно это была простое рутинное дело.
- Я могу отвезти. – Предложил он.
Она похолодела. Только не это.
- Нет. Тебе же на работу надо. Если опоздаешь, у них будет повод тебя уволить. У вас же с этим строго. А так. Вдруг решат оставить тебя на старой должности и сократят кого-нибудь другого? Я не стану тебя задерживать. Доберусь на метро.
Никита смотрел на нее пристально и долго, словно удав на кролика. Его взгляд был тяжелым и оценивающим. Словно он что-то решал в голове. Потом кивнул. Затем встал и пошел в ванную, начал умываться и бриться.
Она выдохнула.
Потом быстро оделась, не стала даже краситься. Быстро причесалась, сделала из своих рыжих волос высокий хвост, чтобы они не мешались. Взяла свою сумку.
Взяла большую спортивную сумку, в которую положила минимум вещей. Она ведь планировала отправиться потом к маме. Нельзя было ехать домой обратно, нельзя было больше рисковать своей жизнью. А потом она встретилась глазами с Никитой, который неожиданно вышел из ванной.
- А сумка зачем?
- А… - она помедлила, - потом хотела поплавать в бассейне, пульмонолог часто говорил, что это полезно, если у тебя астма, я в сумку положила купальник.
Трудно было врать на ходу, но пришлось. И на удивление у нее вышло вполне удачно. Он поверил, хотя она не была в бассейне очень давно, говорила, что это очень дорого, а им нужно экономить. Нужно было как раз купить себе и мужу тогда зимние сапоги. Было не до бассейна.
В его глазах появилось что-то странное. Подозрение? Может быть, недоверие? Она не стала спрашивать у него. Нельзя было дать ему понять, что она что-то знает. Она быстро поцеловала его в щеку, хоть все нутро ее чуть не вывернуло при этом. Он ведь пытался ее убить, а она целовала его, стараясь сделать это особенно нежно, чтобы он расслабился. Да и потом: она каждое утро целовала его перед уходом. Это был ритуал. Как во многих семьях.
А потом накинула куртку и вышла из квартиры. И чуть не забыла про букет, который лежал за мусоропроводом. Она взяла его в руки, надеясь, что Никита не услышит через дверь шуршание пакета. Схватив цветы, побежала вниз по лестнице как можно быстрее. Она хотела быстрее закончить эту историю. На улице было прохладно. Она поежилась. Небо было серым, свинцовым. Обещали дождь. Зонт она, конечно, не взяла, как тут будешь помнить про зонт? В такой ситуации.
Алена почти бежала. Сегодня, к счастью, она все-таки вместо туфель на каблуках обула удобные кроссовки, самые удобные из всех, что у нее были. Метро располагалось недалеко от дома, но до него все равно еще нужно было дойти через толпу, которая уже стояла у входа. Она спустилась по эскалатору, села в поезд, на нужную ветку. Пакет с цветами был черным. И выглядело это несколько странно, будто женщина зачем-то взяла с собой в метро мешок с мусором.
Ей было все равно, кто и что о ней подумает. Она везла улику против собственного мужа, который хотел ее убить. Это было доказательство. И это было главное. Мнение окружающих в этот момент ее совершенно не волновало. Она машинально поправила волосы, когда нужно было выходить.
Как же страшно было ей в этот день, какой абсурдной казалась вся ситуация. Муж… родной человек пытался ее убить. Ей точно не позавидуешь. До отделения полиции нужно было еще добраться. Она бежала. Время подходило к восьми. Полицейский участок уже должен был скоро открыться. Здание было неприметным и серым. Только вывеска гласила, что это и правда полиция.
Она остановилась перед входом, еще раз поправила волосы, одернула куртку, почистила рукой джинсы сзади, которые забрызгала грязью. Ночью все-таки был дождь. Нужно было собраться с духом. И все эти действия помогали. Оставалось только переступить порог и написать заявление, может быть, поговорить с полицейскими. Назад дороги нет. Сейчас она готова была предъявить доказательства, чтобы обвинить своего супруга в покушении на убийство.
Жутко. По рукам пробежали мурашки. Но нужно было действовать, действовать хладнокровно, хотя это было очень трудно. В горле пересохло, а руки дрожали.
Вдох, выдох.
Она зашла внутрь. В нос ударил запах бумаги, краски из принтера и дешевого кофе. Внутри было тепло. И она как-то сразу расслабилась, когда увидела, что ей улыбается приятного вида дежурный полицейский. Все-таки есть еще хорошие люди в органах.
- Чем могу помочь? – Спросил мужчина с усами, полицейский.
- Я пришла, чтобы написать заявление. – Голос ее звучал уверенно, она сама от себя не ожидала. – По одному факту… меня хотели убить.
Продолжение здесь:
Нравится рассказ? Тогда порадуйте автора! Поблагодарите ДОНАТОМ за труд! Для этого нажмите на черный баннер ниже:
Начало здесь:
Пожалуйста, оставьте пару слов нашему автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Виктория будет вне себя от счастья и внимания!
Можете скинуть ДОНАТ, нажав на кнопку ПОДДЕРЖАТЬ - это ей для вдохновения. Благодарим, желаем приятного дня или вечера, крепкого здоровья и счастья, наши друзья!)