Если вы хоть раз смотрели «Великолепный век», то наверняка ловили себя на мысли: «Боже, как они все красивы!» Халит Эргенч с его пронзительным голубым взглядом, Мерьем Узерли с огненной гривой... Мы привыкли воспринимать их лица как историческую данность. Но если открыть пыльные тома дипломатической переписки XVI века, нас ждет сюрприз. Реальный Сулейман был, мягко говоря, не Аполлоном (длинная шея, слишком большой нос, склонность к полноте), а реальная Хюррем брала не модельной внешностью, а харизмой и умом (послы дипломатично называли её «миловидной, но не красавицей»).
Однако в этом параде несоответствий есть одно удивительное исключение. Есть персонаж, где попадание в образ оказалось стопроцентным, снайперским. Речь идет о Махидевран-султан и актрисе Нур Феттахоглу.
История Махидевран — это драма женщины, которая имела все, чтобы стать главной звездой эпохи, но проиграла битву за сердце мужчины той, кто, казалось бы, уступала ей во всем. Давайте разберемся, как на самом деле выглядела «Весенняя роза» (именно так переводится имя Гюльбахар), почему послы сходили по ней с ума (заочно, разумеется) и как она конвертировала свою боль в вечность.
Венецианский «Инстаграм»: что писали послы
В XVI веке в Стамбуле не было папарацци, но были люди похуже (или получше, смотря с какой стороны глядеть). Это были венецианские послы. Эти ребята знали всё. Их задачей было собирать информацию о султане, его привычках, здоровье и, конечно, о женщинах, которые могли влиять на политику. Доступ в гарем им был закрыт под страхом смерти (и чего похуже), но язык до Киева доведет, а золото развяжет язык любому евнуху.
Благодаря этим шпионским отчетам (Relazioni), мы имеем довольно четкий портрет главной соперницы Хюррем.
В 1520-х годах, когда Сулейман только взошел на престол, Махидевран была неоспоримой королевой красоты Топкапы. Посол Пьетро Брагадин, ссылаясь на свои источники во дворце, описывал её с нескрываемым восхищением.
Вот фоторобот настоящей Махидевран, составленный по летописям:
- Рост: Высокая, выше большинства наложниц. В то время ценилась статность.
- Фигура: Изящная, стройная, но не тощая. Описания делают акцент на тонких запястьях и длинных пальцах — признаки аристократической породы.
- Лицо: Здесь историки единодушны. Огромные, миндалевидные глаза (вероятно, темные или карие), высокие, четко очерченные скулы и пухлые губы.
- Кожа: Фарфоровая бледность, которую она тщательно берегла.
Теперь посмотрите на Нур Феттахоглу. Высокая? Да. Стройная? Безусловно. Скулы, о которые можно порезаться? В наличии. Кастинг-директорам сериала нужно поставить памятник. Они нашли актрису, которая не просто сыграла роль, а фактически реинкарнировала исторический прототип.
Черкесская кровь: генетика красоты
Почему Махидевран была такой красивой? Ответ кроется в ее происхождении. В отличие от Хюррем, чье происхождение (украинское, польское или русское) до сих пор вызывает споры, корни Махидевран прослеживаются четче.
Большинство источников сходится на том, что она была черкешенкой (или имела абхазские/албанские корни) и принадлежала к знатному роду. Черкесские женщины в Османской империи считались эталоном красоты. Тонкая талия, гордая осанка, правильные черты лица — это был «бренд», за который султаны готовы были платить золотом.
Махидевран (или Гюльбахар) была, по сути, принцессой. Она пришла к Сулейману не как пленница с рынка, а как знатная невеста (хотя формально и в статусе рабыни), которую поддерживала сама Валиде Айше Хафса. Она была «своей» в этой элитной тусовке. Она знала этикет, умела носить шелка и драгоценности так, будто родилась в них.
Хюррем на её фоне поначалу выглядела «деревенщиной». Она была громкой, смешливой, полноватой (по стандартам того времени), с курносым носом. Но именно этот контраст и сыграл роковую роль.
Парадокс страсти: почему красота не спасла брак
Здесь мы подходим к главной загадке. Почему Сулейман бросил эту утонченную, идеальную, похожую на статуэтку женщину ради «славянской простушки»?
Венецианские послы (тот же Брагадин) недоумевали. Для них, ценителей эстетики, выбор султана казался абсурдным. «Султанша-черкешенка прекраснее всех, — шептались евнухи, — но Повелитель околдован рыжей ведьмой».
Ответ, скорее всего, кроется в психологии. Махидевран была идеальной картинкой. Она была воспитана быть покорной, красивой и... скучной. Она была «правильной» женой. Но Сулейману, интеллектуалу и поэту, нужно было нечто большее, чем красивая кукла. Ему нужен был собеседник, друг, партнер. Хюррем дала ему эмоции, драйв, интеллектуальный вызов. Махидевран могла предложить только свою безупречную красоту и знатное происхождение.
В какой-то момент идеальность Махидевран стала ее клеткой. Она не могла меняться, не могла импровизировать. А Хюррем была живой стихией. И Сулейман выбрал жизнь, пусть и не такую красивую внешне.
Нерастраченная любовь: Махидевран как меценат
Когда стало понятно, что битва за постель проиграна окончательно (особенно после того самого инцидента с дракой, когда Махидевран расцарапала лицо сопернице, тем самым подписав себе приговор), она направила свою энергию в другое русло.
И здесь реальная история перекликается с экранной. Махидевран не превратилась в злобную фурию, сидящую в темнице. Уехав с сыном в Манису (а позже в Амасью), она стала некоронованной королевой провинции.
Если Хюррем тратила деньги на политику и взятки, то Махидевран инвестировала в вечность. Она стала одним из самых щедрых благотворителей своего времени. Больницы, общественные кухни (имареты), бани, мечети — она строила их с тем же усердием, с каким раньше строила свою любовь.
Современники отмечали удивительный факт: с годами, несмотря на горе, ссылку и бедность (после казни Мустафы), Махидевран не дурнела. Ее красота приобрела благородный, трагический оттенок. Она стала похожа на скорбную мадонну.
Люди любили её. Если Хюррем в народе боялись и называли ведьмой, то Махидевран почитали как святую страдалицу. Её щедрость была легендарной. Она помогала вдовам, сиротам, беднякам. Возможно, так она пыталась заполнить ту черную дыру в душе, которая осталась после предательства Сулеймана и смерти сына.
Актриса и прототип: мистическое сходство
Вернемся к «Великолепному веку». Нур Феттахоглу удалось сделать невозможное — она сыграла не злодейку, а живого человека. В ее Махидевран есть та самая «порода», о которой писали послы.
Нур, как и её героиня, обладает аристократичной, холодной красотой. В ней нет вульгарности. Даже в сценах истерик она сохраняет достоинство. Интересно, что в жизни актриса, как и историческая Махидевран, известна своей сдержанностью и участием в социальных проектах.
Создатели сериала часто грешили против истины (вспомним платья с декольте или столы во дворце), но в случае с Махидевран они попали в десятку. Они показали нам женщину, которая была слишком хороша для этого жестокого мира. Женщину, чья красота стала её проклятием, потому что привлекла внимание самого могущественного человека на земле, но не смогла удержать его интерес.
Махидевран пережила всех: Сулеймана, Хюррем, своих детей и внуков. Она умерла в глубокой старости, в 1581 году. И, наверное, есть высшая справедливость в том, что сегодня, спустя 500 лет, миллионы зрителей, глядя на экран, видят именно её — прекрасную, гордую и несломленную, какой она и была на самом деле. А не карикатурную злодейку, какой её пыталась выставить пропаганда победившей стороны.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также просим вас подписаться на другие наши каналы:
Майндхакер - психология для жизни: как противостоять манипуляциям, строить здоровые отношения и лучше понимать свои эмоции.
Вкус веков и дней - от древних рецептов до современных хитов. Мы не только расскажем, что ели великие завоеватели или пассажиры «Титаника», но и дадим подробные рецепты этих блюд, чтобы вы смогли приготовить их на своей кухне.
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера